Зато Бруна покачнулась. Слабо застонав, женщина опустилась, уперлась ладонями в пол и часто задышала открытым ртом. Ее заметно трясло.
Легкая дрожь прошлась и по мне, но она была в разы меньше.
— Ты как? — спросила я, направляясь к кровати.
Мне требовалось присесть. Как таковой усталости я не чувствовала, но не стоило переоценивать свои силы. Лучше пересидеть и перевести дыхание, чем грохнуться в обморок.
— Лучше, — простонала Бруна и задрожала еще сильнее. Прямо на глазах ее ногти удлинились, став острыми и черными, потом тут же втянулись обратно. — Ох… как… как ее много-то… давно… давно не испытывала такого пьянящего чувства.
Ее голос то становился хриплым как у старухи, то почти детским.
— Скоро привыкнешь.
Тяжело вздохнув, я прикрыла глаза и попыталась отдышаться. Было не больно, но слегка энергозатратно. Голова все-таки закружилась. Но не сильно. Так, причиняя легкий дискомфорт.
Погрузившись в процесс разблокирования дара и последующее собственное восстановление, я совсем забыла о том, что надо смотреть по сторонам. И следить за происходящим вокруг. Потому что прошло всего мгновение, и я поняла, что мы с Бруной находимся в комнате не одни.
В проеме, сложив руки на груди, стоял Рейган и смотрел так… ну как может смотреть только он, пробуждая внутри меня нечто похожее на совесть.
Я поднялась с кровати и бросила взгляд на застывшую от страха Бруну. Ну хорошо хоть ее трясти перестало.
— Рейган, а мы… мы тебя так рано не ждали.
— Я так и понял, — хмыкнул князь.
В его глазах я не увидела злости, раздражения и разочарования. Наоборот, в их глубине я заметила какое-то странное смирение, понимание и осознание того, что со мной легко не будет. Никогда. И муж, кажется, с этим смирился.
— А мы тут… разговариваем.
Боги, как же глупо это звучало! Но я не готова была выслушивать нравоучения, особенно при свидетелях.
Бруна тяжело поднялась, поспешно поправляя платье и чепчик, который почти сполз на глаза, и нервно улыбнулась. Пробуждение дара тяжело ей далось. Кожа побледнела до синевы, сделав морщины на лице еще глубже и заметнее. Глаза стали совсем черными. А на лбу и носу выступили крохотные капельки пота, и теперь блестели в свете небольших светильников.
— Доброго вечера, князь, — нервно произнесла она, поклонившись.
— И кто ты?
— Бруна, князь, — застыв в согнутом положении, пробормотала несчастная.
— Одна из ведьм, которая занимается лечением, — пояснила я.
— И что же Бруна здесь делает? — поинтересовался Рейган.
— Разговаривает со мной.
— Тогда разговор окончен. Бруна, можете быть свободны.
Та выпрямилась и, опустив глаза, быстро ретировалась.
Едва за ней закрылась дверь, Рейган тут же перешел в наступление.
— Франческа, ты что делаешь?
— Стою, — совершенно искренне ответила я, глядя ему прямо в глаза.
— А до этого?
— Сидела.
Но Рейгана просто так не проведешь. И на красивые глазки он вестись точно не собирался.
— Ты открывала дар у этой ведьмы, — заявил он, остановившись в полуметре от меня.
Мне пришлось задрать голову, чтобы удержать его взгляд.
«И что ж я такая мелкая, а?! Даже обидно! Еще немного и от долгого стояния в таком положении у меня шею заклинит».
— У нее не слишком сильный дар и запечатан был лишь частично, — попробовала оправдаться я. — Никакой угрозы для меня. Или ты думаешь, что я стала бы так рисковать?
Взгляд, которым меня наградил Рейган, был красноречивее любых слов.
— Слушай, но я же не дурочка и умею исправлять ошибки!
— Ты сама просто ходячая угроза, — покачал он головой, вызвав у меня легкую улыбку.
— Спасибо за комплимент.
А мой супруг в ответ лишь тяжело вздохнул и покачал головой.
— Непокорная, дерзкая, сумасбродная, упрямая, рискованная, непослушная, самоуверенная, — начал перечислять он и в конце добавил: — И удивительно честная.
Последнюю характеристику я не ожидала получить, а потому даже слегка растерялась.
— Это плохо? — уточнила на всякий случай.
— Это прекрасно. Но в разумных пределах. Ты ужинала?
«Точно, ужин!».
Стоило подумать об ужине, и мне жутко захотелось есть. Намного сильнее, чем недавно. Клянусь, я бы сейчас кабана съела целиком. Но готова была довольствоваться и индейкой. Побыстрее бы…
— Нет еще. — Я сглотнула тягучую слюну. — Селения должна вот-вот принести индейку с овощами.
— Ну конечно, Селения… которой приказано не спускать с тебя глаз и следить за самочувствием.
— Она и следила, — принялась я защищать целительницу. Не хватало, чтобы ее из-за меня опять уволили. — Просто Селения отправилась за ужином и немного… припозднилась.
— Ну, конечно, — насмешливо произнес Рейган.
А от задорных смешинок в его глазах у меня внезапно засосало под ложечкой.
Надо же… не думала, что князь может быть таким. Без гнета обязанностей на плечах, без мыслей о червоточинах, которые уничтожают его мир, без напускной строгости и показательного равнодушия, Рейган Каллигар был… в общем, я начала понимать, почему Алфея в него влюбилась.
Слава богам, в этот момент появилась Селения с подносом в руках. При виде князя она заметно напряглась и опустила глаза. Наверняка ждала, что он сейчас начнет ее отчитывать. Признаюсь честно, я тоже этого ждала, но Рейган промолчал. Лишь кивнул и отпустил девушку, сказав, что мы сами тут разберемся.
Клянусь, когда я открыла клош и вдохнула пряный аромат индейки с овощами, то чуть язык не проглотила, а желудок болезненно сжался. Но вместо того, чтобы наброситься на еду, повернулась к мужу и поинтересовалась:
— Поужинаешь со мной?
Глава 8
Рейган посмотрел на тарелку, потом на меня, снова на тарелку и опять на меня.
— По-моему тут порция на одного, — наконец произнес он.
— Очень большая порция. И одной мне ее не осилить. Ты сегодня вообще ужинал? — деловито уточнила я.
Он лишь пожал плечами, ничего не ответив. Да мне и не требовался ответ. И так было все понятно. Очевидно, весь день решал проблемы и забыл про себя.
— Понятно. Значит, разделим этот ужин на двоих. Или позвать Селению, чтобы она принесла еще одну порцию?
— Боюсь, она потеряется где-нибудь по дороге, — хмыкнул Рейган, убирая руки в карманы брюк и слегка наклоняя голову на бок. В его глазах блеснула насмешка, от которой по телу прошла теплая волна. — И как ты собиралась делиться, если у нас даже столовые приборы в одном экземпляре?
— Мы… мы можем есть по очереди, — не очень уверенно предложила я, убирая прядь волос за ухо. — Если ты, конечно, не брезгуешь.
Рейган на несколько долгих и томительных секунд задержал на мне взгляд, а потом неожиданно улыбнулся.
— Конечно, нет.
Мы уселись друг напротив друга.
— Дамы вперед. — Он подвинул в мою сторону стоявшую посередине небольшого столика тарелку.
Возражать и сопротивляться я не стала. Спокойно взяла вилку, подцепила кусочек сочной индейки в соусе и кусочек запеченного перца, слегка подула и отправила их в рот. И сразу же протянула вилку Рейгану. Пока я жевала, он взял себе кусочек мяса и пару ломтиков картофеля.
В течение нескольких минут мы так и ели, не задавая вопросов и не отвлекаясь. Но только первый голод был утолен, как развязался язык.
— Должна тебе признаться, я… кое-что скрыла от тебя, — вновь вручая Рейгану вилку, сообщила я и привычно толкнула пальцем тарелку в его сторону.
— Почему я не удивлен? — усмехнулся он, поднимая на меня свои смеющиеся глаза.
И как у него получалось? Ни слова не сказал против, не поругал, а просто улыбнулся, одарил насмешливым взглядом, и вот уже внутри противно заворочалась совесть.
— Не хочешь спросить, что именно? — нетерпеливо поинтересовалась я и протянула руку, чтобы забрать у него вилку.
Настала моя очередь ей пользоваться. В этот раз я решила сосредоточиться на овощах, очень сочных и терпких благодаря соусу.
— Думаю, ты сама мне с радостью все расскажешь, — отозвался муж.
— Я еще кое-что нашла в тайнике Дианы.
— То есть кроме портрета и когтя дракона там находилось еще что-то? Хм, я примерно так и думал.
Рейган подхватил один из двух последних кусочков филе индейки.
Надо же, как быстро мы все съели.
— Почему же не спросил?
— Ждал, когда ты сама расскажешь. И что же еще ты нашла в тайнике?
Неужели я была настолько предсказуема?
— Гримуар. Точнее, я думаю, что это гримуар ведьмы, но пока открыть его у меня еще не получилось.
— По-твоему, там найдется что-то важное? — Подвинув ко мне тарелку, он добавил: — Доедай.
— Это гримуар ведьмы. Конечно, там будет что-то важное.
— А у тебя есть? — неожиданно поинтересовался он.
— Гримуар? — Я сосредоточилась на последних кусочках овощей. — Видишь ли, мне не очень повезло родиться в семье светлых магов. Обычно гримуары передаются от матери к дочери. В крайнем случае, от бабушки к внучке. В моем роду темных не рождалось никогда. Так что и гримуар мне не от кого получать. Ректор академии обещал после выпуска отдать мне один из старых бесхозных гримуаров, которые хранятся в тайниках.
— Бесхозных?
— Не все ведьмы обзаводятся семьями. Кто-то не успевает оставить после себя потомство или учениц. Говорят, в подвалах Даркорийской академии темных искусств хранятся гримуары ведьм со времен Раскола. Те, что успели спасти после гибели их владелиц.
— И тебе бы позволили забрать любой из них? — засомневался Рейган.
— Разумеется, нет. Гримуар — это очень личное. Открывается он либо потомкам ведьмы, либо кому-то со схожими показателями. Поэтому я решила не надеяться на удачу и начала вести свой гримуар. Он, конечно, маленький, слабенький и совершенно не представляющий какой-то ценности, но не менее любимый.
— И где же он?
— Остался в академии, — вздохнула я. — Кто же знал, что поездка к сестре обернется таким приключением. Надо было взять с собой. Но я боялась, что его заберут на границе. Скажут, что я незаконно перевожу через порталы особо опасные предметы.