– Ытхан! Пожалуйста! – взмолился ошеломленный Эринрандир.
– Ага! Теперь «Ытхан» и «Пожалуйста». По-твоему, это я пригнал в Распадок стадо журналистов? Это я дал им отмашку смыться, когда в твоей хате рылся кровосос? – вопрошал орк. – Тогда посиди и подумай, кому такое под силу. Ко всему прочему, наверху за тобой организовали форменную охоту по всем правилам, ап-Телемнар. Все очень серьезно. А ты… ты ведешь себя, словно мальчишка! Разведчик гребаный!
– Я думал…
– Чем ты думал, ап-Телемнар, когда поперся на ночь глядя в гости к вампиру? Задницей?! Шрак и Готзилла собрали тебя заново из кусков!
Эрин поморщился от тупой боли в животе. Его печень и селезенка с готовностью подтвердили слова Ытхана, напомнив о себе и своих недавних страданиях.
– Я думал, что иду к магу, – гнул он свою линию.
– Магу, который кровь пьет? – иронично фыркнул орк.
– Не передергивай, пожалуйста! Кто бы заподозрил, что этот пиндостанский мутант-ласомбра может питаться кровью волшебных рас? А кроме всего прочего, ты дал мне всего три дня на расследование…
– А ты знаешь, чего мне стоило выдавить из них, – Ытхан указал перстом в потолок, – эти три несчастных дня? Нет, ты не знаешь! Потому что тебе, ушастый идеалист, и в лохматую башку не приходит, что по твоей милости мы тут все – и я, и Леготар, и Дзир – по лезвию ножа ходим. Вот-вот головы полетят. Своей не жалко – друзей пожалей.
Нахырович понизил голос до зловещего шепота.
– Шраку, между прочим, дали прямое указание – сдать тебя с потрохами.
– А чего ж не сдали? – удивился Эрин, надменно изогнув бровь.
Орк мрачно сплюнул прямо на ковер, не в силах сдержать возмущение.
– Значит так, отважный ты наш, – заявил решительно он. – Ловишь мне ласомбра, и на следующий же день под любым предлогом отправляешься в Столицу решать свои паршивые проблемы на месте их возникновения. Трех недель тебе хватит?
– Более чем, – кивнул Эрин.
– Стало быть, назовем это отпуском. Я распоряжусь в бухгалтерии дать тебе побольше отпускных.
– Спасибо.
А ведь и правда, стоит поблагодарить Ытхана Нахыровича. За то, что хотя бы не стал изображать из себя защитника убогих и гонимых. Как только вампир будет пойман, Эринову спину уже никто не прикроет, никто не вступится за опального сыщика и не спасет. Ибо спасение утопающих дело их собственных рук и сил. Придется барахтаться, чтобы не захлебнуться в заговорщическом болоте.
Но пока главное и основное – это вампир. От одной только мысли, что где-то рядом ласомбра, Эрину становилось чрезвычайно неуютно, а вот в бронежилете эльф чувствовал себя гораздо лучше. АКМ с полным рожком и заряженный «Куталион» тоже добавлял ему ощущения… хм… уюта.
Весь личный состав НЧЧК решено было бросить на прочесывание городских кварталов, оставив управление под присмотром дежурных и доброго доктора-патологоанатома Роина сына Норина. И теперь в оружейной у дроу было не протолкнуться от наплыва желающих получить дополнительный ствол и другие средства защиты. Гвалт же стоял такой, словно добровцы устроили распродажу арсенала, хотя серьезный и собранный Диммидролл выдавал оружие строго по списку и, невзирая на персоналии, следил за соблюдением порядка, аккуратно проставляя галочки напротив имен получателей.
– Нол неважно выглядит, – пожаловался Эрин Дзиру, кивая в сторону напарницы, вливающей в себя очередную банку энергетического напитка. – Ей бы отоспаться.
Под глазами леди Анарилотиони-младшей образовались черные круги, и даже со стороны было видно, что мыслечтица держится только на кофе и энергетиках. Ну и совсем чуть-чуть на магии. Суровая Готзилла Шахидовна заставила девушку хлебнуть специального тонизирующего эликсира.
– Надеюсь, у тебя мозгов хватило не предлагать ей остаться в управлении? – полюбопытствовал дроу.
– Хватило, – буркнул Эрин. – У неё, между прочим, автомат заряжен.
Нолвэндэ уже несколько дней находилась в том состоянии, когда любое предложение отдохнуть воспринималось ею как покушение на её свободу и склонение к дезертирству с поля боя, а, следовательно, мыслечтица запросто могла дать пару очередей над головой у «вражьего наймита». Пресловутый нолдорский синдром у неё крепчал с каждым часом.
– И правильно, – кивнул многоопытный командир ДОБРа. – Ждешь, пока совсем выдохнется, а тогда хватаешь в охапку, и – на кровать. Порция эндорфинов после хорошего секса действует лучше любого снотворного и отлично снимает стресс.
По правде говоря, Эринрандир снял бы у напарницы… хм… стресс прямо сейчас, не дожидаясь, пока она утратит контроль над собой от усталости и общего утомления. Чудом и стараниями гоблинов вырвавшись из лап смерти, эльфу хотелось жить во всех смыслах этого слова, лучше всего половой жизнью с любимой девушкой, и как можно скорее.
– Слюни подбери, развратник, – хрюкнул Дзир, толкая расфантазировавшегося Эрина локтем в бок. – Рановато еще следовать заветам товарища Келегорма.
– Он завещал настойчиво овладевать знаниями.
– Но имел ввиду – Светлых эльфиек, – авторитетно заявил похабник-дроу, повязывая черную бандану с белыми паучками.
И тут ап-Телемнар вспомнил о Тавариль.
– Кстати о Светлых эльфийках, а где моя стажерка? – спросил он. – Я её сегодня еще в глаза не видел.
На лице сына Дома Ушшос-Нах появилась непередаваемая ухмылочка, говорящая знающему больше, чем всякие слова.
– Спит, должно быть.
– Где? – уточнил Эрин.
– В моей постели, Светлый. Устала потому что. – Дзир разве только не замурлыкал от удовольствия. – Сама пришла, прикинь. Отдаваться. – Он закатил глаза от восторга и облизнулся. – Видит Ллос, такая отважная малышка – сама разделась, легла… кхм… сжимая коленочки, и свет погасила.
Тушить свет наедине с дроу чревато последствиями, особенно если ты молоденькая и невинная девушка.
Естественно, приход Тавариль в гости к Дзиру со столь специфической целью не мог быть случайностью, не обошлось без темных замыслов.
– Чем же ты её шантажировал?
– Не чем, а кем, Светлый брат, – расхохотался спецназовец. – Тобой, разумеется. Надеюсь, ты уже догадался, что её к тебе подослали? Она ведь так похожа на твою бывшую.
Энчечекист мрачно кивнул.
– Они сами себя переиграли. Тави настолько похожа на Нэссимэ, что это подозрительно вдвойне.
– Ну и вот! Всех делов-то – припугнуть девочку как следует.
Живое воображение Эринрандира сразу же нарисовало завораживающую картинку темноэльфийского соблазнения: застеленный черным шелком роскошный сексодром, невозмутимый и абсолютно неотразимый Дзир и до смерти перепуганная барышня, дрожащая от страха и возбуждения. Аж мурашки по хребту побежали! Хитроумный дровский воин получил в итоге море удовлетворения от удачно проведенной интриги, бесплатный стриптиз и юную эльфийскую девственницу в личное употребление.
– Тебе не стыдно, Темный? Что ты теперь с ней будешь делать? – спросил следователь, не скрывая укора.
– Как это – что? За кого ты меня принимаешь, ап-Телемнар? А? – Дзир нехорошо прищурился. – Женюсь, естественно. Или ты считаешь, что я намерен с кем-то делиться добычей? Я же сказал – эта девушка будет моей. Теперь она – моя. И точка.
Из столбняка и онемения Эринрандира сумели вывести только слова Меноваззина о полной готовности команды загонщиков. А то бы капитан так до утра и простоял, разинув рот и выпучив глаза.
На выходе из дровской оружейной я практически нос к носу столкнулась с мявшимся чуть поодаль ап-Айкалнаром. Дивный, завидев меня, мигом утратил надменность и величие, которым распугивал шаставших по коридору туда-сюда коллег женского пола (мир может рухнуть, но и на его руинах редкая женщина спокойно пройдет мимо златовласого и голубоглазого Светлого эльфа. Особенно женщина дриадской национальности. Достойно уважения, не думаете?) Ваниар устремился ко мне чуть ли не вприпрыжку, с радостными возгласами:
– Миледи!
– Ой-й-й… – забывшись, я пристыжено хлопнула себя по лбу – и отбила ладонь о край каски. – Тысяча дохлых балрогов! Я про вас совсем забыла, лейтенант. Право же, мне так стыдно… Чем мне загладить эту оплошность?
– Что вы, леди Анарилотиони, я не стою ваших извинений. – Слегка запыхавшийся юноша улыбался с подкупающей искренностью и моргал. На мою военизированную сбрую столичный полицейский смотрел с плохо скрытой завистью. – Вы… собираетесь на выезд?
– Да. – Я кивнула, начиная понимать, чего именно от меня хочет этот хороший эльфийский мальчик. – Проведем зачистку. Попробуем найти вампира – он все еще где-то в городе.
– Скажите, миледи… – Ап-Айкалнар смущенно умолк, немного помялся и снова поднял на меня бирюзовые очи. Ну, давай, еще ресницами похлопай…
– Продолжайте, я вас слушаю, – милосердно и благосклонно кивнула я.
– Вы все еще мой куратор, не так ли?
– Вероятно. – Я кивнула. – Товарищ Шрак не давал на этот счет никаких дополнительных указаний.
– А я… – Хе, я угадала! Похлопал! – Мне бы так хотелось…
– Поехать с нами? – Я нахмурилась. – Вариар, вы понимаете, насколько это опасно? Я не сомневаюсь в ваших… способностях, но это, балрог, не увеселительная прогулка… Наверняка на военной кафедре вашего института вы были в числе лучших, но…
– Я не ребенок, – хмуро перебил меня златовласый эльф. – А вы мне – не гувернантка.
– Верно. Но я несу личную ответственность за вашу безопасность! Варно, поймите… – тут я осеклась. Балрог, как мне не стыдно! Вот что я сейчас говорю, что делаю, а? Уж не то ли самое, за что так часто обижаюсь на Эрина? Я не признаю за взрослым, совершеннолетним сородичем, офицером, мужчиной право самому решать, что ему делать… Позорище! Ведь все верно: и он не младенец, и я – не нянюшка, так какого же лысого балрога… – Вы когда в последний раз держали автомат, ап-Айкалнар? На сборах?
– При чем здесь…
– При том, что от вида вашей табельной пукалки наш ласомбра загнется от смеха, – я фыркнула. – Моргот с вами! Подведете вы меня под трибунал, я прямо-таки чувствую… Но если юноша так рвется на подвиги… вряд ли нам помешает лишний боец. Но от меня ни на шаг, ясно? И не вздумайте лезть на рожон. Собирать вас в пакетики мне совершенно не хочется. И потом… Шрак меня расстреляет.