– Первое гарантирует второе, – в тон ему похабно ухмыльнулся Эрин. – Ласомбра предпочитают мертвых партнеров. Я для него был… невозбуждающе живой.
– Хватит. Ненавижу вампиров, – отозвался глухо Дзир. – Не хочу больше слышать о них.
Сын Дома Ушшос-Нах очень не любил, когда на улицах его родного города убивают ни в чем не повинных девочек. И, кстати, против безвременной гибели дядечек, тетечек, а также бабушек и дедушек любой расы он тоже активно возражал.
До дома я добралась без приключений, если не считать, конечно, таковыми, тот факт, что свет все-таки периодически гас, и тогда я продолжала маршировать во мраке, ориентируясь только на ментальные «маяки». Наводненный полицейскими, энчечекистами и спасателями район был сейчас более запружен народом, чем дворцовая площадь в день коронационных торжеств в Столице. И, наверное, даже более безопасен. Когда через каждый шаг буквально спотыкаешься о служителя закона, боевого мага или целителя, ощущение безопасности приятно согревает. И даже вспыхивающие под полусомкнутыми веками эпизоды этой безумной гонки за вампиром утрачивают остроту и яркость. Отчасти. Совсем избыть это море ощущений сразу не получится, нужен некий дополнительный…
Я не успела додумать, как уже уперлась лбом в родную дверь. Подушечка-а… Мурзик…
Сложнее всего оказалось снять ботинки. Боясь потерять равновесие и свалиться прямо в прихожей, я попросту села на пол сразу, а дальше, разувшись, преодолевала последний этап пути до дивана на четвереньках, оставляя за собой след из сбрасываемых по дороге деталей туалета и снаряжения. Каска… бронежилет… где-то на пороге комнаты мне удалось без потерь вывернуться из штанов и рубашки, а уже у самого дивана я с облегчением рассталась с бельем. Сил на принятие душа уже не оставалось. Вздохнув, я полезла в шкаф и на ощупь нашла какую-то майку, чтобы не засыпать совсем уж голышом, в одних носках… и заодно наткнулась на округлый стеклянный бок припрятанной на «особый» день заначки. Колебания были недолгими – слишком уж явственно вспоминались некоторые моменты последних нескольких дней, чтобы можно было безбоязненно заснуть, не опасаясь кошмаров, не применяя неких дополнительных средств против бессонницы. Вот я и применила, хорошо так применила. Присланный папулей в честь моих новых погон коллекционный «Эгладор» в качестве снотворного пошел просто на ура. Обычно не замечающая за собой склонности к бытовому алкоголизму, отнюдь не маленькую бутылку коньяка я ополовинила влегкую, где-то в процессе употребления умудрившись таки снять носок. Один. Избавиться от второго уже не получилось. Автоматически оставив ровно половину ценного продукта для напарника, я повалилась на диван, последним осознанным движением подгребая к себе АКМ, расстаться с которым оказалось все-таки выше моих сил…
Первым, кого увидел Эрин, едва вошел в здание Управления была… Да! Она! Желудьковская! Склочная дриада, мелко потрясая белокурыми кудряшками, усердно терла пол и терпеливо поджидала подконтрольный объект. Чего-чего, а терпения ей было не занимать. Хитрая сволочь!
Ноздри эльфа затрепетали, из груди вырвался сдавленный рык, и сам собой получился злобный оскал.
– Слышь, ап-Телемнар, ты чего? – удивленно прошептал Хиналгон. – Эй! Что с тобой?
В ответ Эринрандир звонко щелкнул зубами, повергнув спецназовцев и дежурных в шок. Они видели эльфа в дымину пьяным, унылым, злым, расстроенным и возмущенным, но чтобы капитан ап-Телемнар рычал аки дикий зверь, а глаза его наливались дурной кровью от гнева, такого еще не случалось на памяти распаднинских энчечекистов.
И тут Желудьковская заметила подопечного. Целое мгновение они буравили друг друга пронзительными взглядами, прежде чем дриада, отшвырнув бесполезную против автомата швабру, с визгом бросилась наутек, а Эрин, перепрыгнув через турникет, рванул следом.
А вы говорите «дриады, дриады» и не скрываете собственного превосходства. Блондинистые сущности, маникюро- и сериалозависимые безмозглые сплетницы и охотницы на женихов? Возможно, и даже частично так оно и есть. Но не забывайте, что среди легкомысленных Дочерей Леса встречаются умные и целеустремленные, настойчивые и хитрые, скрытные и внимательные. Именно такую редкостную зверушку и гонял по коридорам НЧЧК капитан ап-Телемнар на радость своим усталым соратникам. Хотел поймать и исследовать сей феномен поподробнее, должно быть. Желудьковская оказалась не только быстроногая, но и сообразительная. Она предпочла сдаться товарищу Шраку, успев предъявить ему удостоверение невероятной для Распадка степени секретности, прежде чем её настиг, так сказать, карающий меч Эринрандира. Особист лишь руками развел: мол, извиняй, дорогой товарищ ап-Телемнар, но по закону дриада в своем праве. Она задание выполняла. Чье? Не скажу! Ибо государственный секрет. Во как!
Пройдет много лет, и эта история, успевшая обрасти фантастическими подробностями, станет одной из удивительных баек, которые всегда сопровождают жизнь легендарных личностей… Но это будет очень и очень не скоро. Да и негоже забегать вперед, когда никто не просит, верно?
Пожалуй, в кабинете у Ытхана было накурено посильнее, чем у Эрина в самые нервные моменты, когда он сутками не выпускал изо рта сигарету. Энчечекистское начальство не только дымило в три горла, оно и пило в столько же луженых глоток, ни капельки не смущаясь разгаром рабочего дня. За плотно закрытыми дверями – можно. Орк запивал победу над монстром-ласомбра сидской можжевеловкой со льдом, товарищ Шрак, напротив, заливал тем же самим напитком страшенный разнос, полученный от столичного руководства. И тоже за вампира. Один только Эринрандир отхлебывал горячительное чисто за компанию с обоими начальниками. Ибо у них крупные неприятности фактически уже закончились, а у него только-только начинались. Тут хоть пей, хоть не пей.
– А Желудьковскую я тебе на съедение не отдам, ап-Телемнар, – уверенно заявил гоблин-особист. – Забыл, где работаешь?
– Паучий случай, Шрак! Эта зараза всю дорогу меня пасла! – вяло возмутился Эрин. – Подглядывала, как я там… в разных местах чешу, пока никто не видит.
Ытхан нетрезво хохотнул и выпустил в потолок серию аккуратненьких колечек дыма, а безопасник хитро и многозначительно подмигнул эльфу:
– Знать, наследил ты, мил друг, в Столице в свое время, раз к тебе приставили личного соглядатая. Наша система на этом и держится – все обо всех всё знают, а если и не знают чего, то обязательно попытаются выяснить.
Подставив для обновления содержимого рюмашку, Шрак шаловливо пригрозил следователю пальчиком:
– Да все ты помнишь, раз так удачно шифровался с Нолвэндэ. И не нужно глазки свои синие пучить, дружок-пирожок! Все правильно! Уважаю!
В очередной раз ослабив петлю галстука, гоблин деловито чокнулся с Эрином и опрокинул еще стопочку можжевеловки. Фыркнул от удовольствия и лукаво покосился на развалившегося в кресле эльфа:
– Ты – настоящий разведчик, парень. Если не стал ничего афишировать, значит, понимаешь суть вопроса. Далеко пойдешь! Генералом станешь, будем еще тебе честь отдавать, эльфище. Правда, Нахырович?
Ытхан кивнул, безропотно соглашаясь, и добавил:
– Она за тебя кого угодно на лоскутки порвет и не посмотрит на чины и звания. Анарилотиони – они ж за своих горой стоят всегда.
Развивать тему дальше он не стал, предоставив это почетное право Шраку.
– Так что, случись чего, папа Таурендил всегда сможет вытащить твою задницу из самых крутых неприятностей. Ты ж в курсе, кто у нас папа?
Эрин задержал дыхание. Он не знал. Серьезно. Расспрашивать Нол считал чем-то недостойным, а сама она держала рот на замке. Касательно же «шифровок» – так это была идея леди Анарилотиони-младшей.
– А папа у нас не первый год курирует все пиндостанское направление контрразведки, чтоб понятно было, ага? – доверительно сообщил товарищ Шрак, полыхая опасными зелеными огоньками на дне совершенно трезвых глаз, явно наслаждаясь произведенным на Эринрандира эффектом.
И не поспоришь ведь с хитрож-ж-ж-ж…умным особистом. С таким папой, как отец Нол, сложно пропасть даже в столичном интриганском болоте. А ведь не исключено, что именно он был куратором операции «Б»…
– Да ты не боись, ап-Телемнар, – ухмыльнулся Ытхан. – Таурендил – отличный мужик, с пониманием, и доченьку единственную любит без памяти. Не говоря уже про леди Аэриэн, которая не только грифонами сильна. Она… – орк осекся и, опасливо покосившись на сидевшего рядом безопасника, подмигнул: – женщина с ба-а-а-альшими… хм… наработками.
Выпили еще по одной. За неуклонное увеличение поголовья грифонов в военно-воздушных силах Родины. А Эрин подумал, что, пожалуй, он попытается обойтись собственными силами. Если даже Ытхан с Шраком убеждены, что отношения с напарницей есть прямое следствие далеко идущего, тонкого расчета, то что уж говорить об остальных? Использовать Нолвэндэ и обширные связи её семейства в высших сферах он не будет принципиально.
– Чухай в столицу и решай свои дела без задних мыслей, – снова напомнил о себе Ытхан. – Мы тут типа ничего знать не знаем, ведать не ведаем, а для всех остальных ты – в долгожданном отпуске. После того, что с тобой произошло, самое время навестить родню, папе-маме на глаза показаться, – продолжал рассуждать вслух орк.
– О да! – Шрак бесцеремонно хлопнул начальство по плечу. – Скажи, сильна наша Готзилла?! Баба – зверь! Я такого еще не видел, клянусь бровями Ликтора Сизоликова!
– Ты тоже молодец… – начал было Ытхан, но был перебит на полуслове.
– Веришь, брат, я против Готзиллы – щенок щенком. Она эльфа без эликсиров и амулетов, одной только Силой собрала.
Особист перевел резко помутневший взор на Эрина и дернул ушами:
– Конфетки бы купил спасшей тебя от неминуемой смерти женщине. Шахидовна, кстати, любит зефир в белом шоколаде.
– Учту.
А перед уходом, когда можжевеловка уже была допита, Ытхан молча подманил к себе эльфа и сунул в руку волшебную палочку-озверин, которая нашлась на теле мертвого ласомбра.