— Я окончательно решила доверить королеву Анну вам, — сказала она Селии. — Несчастная женщина. Вы представляете, семнадцать детей — и только один пережил младенческий возраст. Я чувствую, что компания, которая способна издавать книги так, как вы издали «Меридиан», меня устраивает. Но я настаиваю на моем одобрении окончательного варианта текста. В прошлом у меня бывал не вполне удачный опыт с редакторами. Я научилась быть осторожной.
Селия заверила ее, что, конечно, за автором остается право одобрить окончательный вариант текста, и контракт был подписан. Это резко поубавило критику Оливера в ее адрес. Он был весьма благодарен жене за новое приобретение. Однако к другому ее проекту — о жизни женщин во время и после войны под названием «Женщины на этой войне» — он отнесся более чем прохладно, хотя к изданию готовился уже четвертый выпуск.
— Да, издание идет неплохо, — согласился Оливер, — но эта книга не соответствует уровню «Литтонс», она слишком примитивна.
Огромным усилием воли Селия заставила себя промолчать. Но ее неожиданно поддержала ММ.
— Послушай, Оливер, — заявила она на одном из ежемесячных совещаний, которые — к огромному облегчению Селии — снова начала регулярно посещать. — Прекрати, наконец, постоянно тарахтеть о том, что́ издавать, а что́ нет. Время сейчас нелегкое, и если книги сносные и хорошо идут, значит надо продолжать их выпускать.
Оливер ничего не ответил, но позже, когда они остались наедине в кабинете, ММ сообщила Селии, что Оливер, как ей кажется, стал просто невыносимым.
— Я понимаю, что на него повлияла война и все такое, но он вернулся уже давным-давно, и, по-моему, тебе хватит церемониться с ним, Селия, иначе мы останемся с грудой всякой белиберды, которую никто не захочет читать.
Селия подошла к ММ и крепко обняла ее.
— Как же я по тебе соскучилась, — призналась она и рассказала ММ о предложении Джека издавать военную литературу и о реакции Оливера.
— Мне кажется, не такая уж это плохая идея, — высказалась ММ, — такого рода книги люди станут приобретать для своих библиотек. Продажи будут, возможно, невелики, но… В общем, по-моему, стоит согласиться. Я буду голосовать за. — Селия решила, что ММ, как и Оливер, просто руководствуется родственными чувствами, но та словно прочла ее мысли. — Я не очень-то уверена в том, что это можно поручить Джеку, — добавила она с несколько мрачной улыбкой, — за ним пока что надо присматривать. Не успеешь оглянуться, как он уже устанет, ему сделается скучно и он примется за что-то еще. Кстати, у него много весьма полезных связей. А мысль сделать книгу из дневников твоего прадеда, по-моему, просто превосходна.
— Ну вот разве что только она, — хмуро заметила Селия, но в результате проголосовала за проект Джека. Одолеть трех Литтонов ей было не под силу.
— Дорогая моя! — воскликнул Джек, входя поздно вечером в гостиную, где она сидела и читала. — Дай сжать тебя в объятиях и выразить мою признательность. А это мой подарок тебе.
— За что? — скромно спросила Селия, хотя, разумеется, знала, и сдержанно поцеловала его в ответ.
— Как? За согласие, чтобы я присоединился к вашей чудной компании. Оливер ясно дал мне понять, что этого не случится, пока ты не одобришь.
— Неужели? — удивилась Селия.
— Абсолютно точно. Ты знаешь, как он ценит твое мнение во всем, выше для него только Бог. Ну же, открой подарок.
Она вскрыла маленькую коробочку из «Асприз». В ней лежала золотая брошь в форме дерева, усыпанного маленькими бриллиантовыми листочками, — очень красивая и, конечно, страшно дорогая. Селия улыбнулась Джеку и позволила ему приколоть брошь к платью.
— Смотрится очень красиво. Прямо создана для тебя. Наверное, ювелиры однажды видели, как ты проходила мимо, не иначе.
— Джек, это просто чудо. Мне безумно нравится. Спасибо. Но ты не можешь постоянно тратить деньги на подобные вещицы. Если ты собираешься работать в «Литтонс», это составит твою зарплату за пять лет.
— Значит, я хорошо потратил эту свою зарплату. Да, Оливер что-то упоминал насчет небольших окладов. В любом случае я с нетерпением рвусь в бой. Я намерен усердно работать.
— Придется, — улыбнулась Селия, — мы очень требовательные хозяева. В одиннадцать часов тебе уже не позавтракать, юный Джек.
— Конечно нет. Я буду на работе утром, днем и ночью.
— Мне кажется, это пагубно скажется на твоей светской жизни, — рассмеялась Селия, — но тем не менее звучит достойно. — Она взглянула на него. — Скажи мне, Джек, что это ты вдруг решил поработать в «Литтонс»? Не слишком ли запоздалое вхождение в издательский мир?
— Э-э… — растерялся он, — не знаю. Просто… взбрело в голову.
— А, — с невозмутимым видом кивнула она, — тогда понятно.
Селия не решилась признаться Джеку, что навела справки и узнала о том, как он в течение шести месяцев пытался найти хоть какую-то работу в Сити и везде получил отказ. До боли знакомая история, которую, в том или ином варианте, рассказывали все ветераны войны.
Селия улыбнулась и позволила себе быть великодушной.
— А теперь мне надо идти, — сказал он.
— Уже? — Она взглянула на часы. Был двенадцатый час. — Джек, я чувствую себя старухой.
— Нужно повидать одну девушку. Совершенно сногсшибательную.
— Правда? Как это необычно. Красотку Стеллу?
— Бог с тобой, нет. Я от Стеллы, честно говоря, немного устал. Она — только между нами — изрядный вымогатель.
— Да что ты говоришь? Так бросай ее поскорее. Ну а эта — как ее звать?
— Лили. Лили Фортескью.
— Красивое имя. Она — сейчас угадаю — актриса?
— Да. Совершенно замечательная. Работает в новом ревю.
— Да ну? И красивая?
— Просто прелестная. В общем, я пошел, иначе вернусь совсем поздно. Поведу ее ужинать. Спокойной ночи, дорогая. Еще раз спасибо.
Селия нежно улыбнулась ему вслед. Успешен или нет окажется его книжный проект, но в офисе с Джеком будет весело.
В тот вечер Лили Фортескью пребывала в приподнятом настроении.
— Я прошла прослушивание, — захлопала она в ладоши, — и получила роль в следующем ревю.
— Куколка, это же просто чудесно. Я так переживал за тебя, ты просто чудо! А какая у тебя роль?
— О, у меня их целая куча, — похвасталась Лили, гордясь тем, что Джек считает ее величайшей звездой со времени Мистингетт[28]. — Есть несколько даже очень серьезных. Я пою и танцую, как ты знаешь.
— О, это великолепно! Когда премьера?
— Не раньше весны. Репетиции начнутся уже после Рождества. Поэтому я пока поработаю в «Причудах».
— Шикарно! А теперь пойдем, радость моя, тебе нужно поддерживать силы. Что будешь кушать?
— О, даже не знаю. Я очень голодна. Знаешь что, я хочу омара.
— Хорошо, птенчик.
Лили родилась и выросла в маленьком доме в Пекхаме, в семье из семерых человек. Как-то вечером в «Серебряном башмачке» она познакомилась с Джеком Литтоном, и он покорил ее своим лучистым взглядом и лихим мальчишеским очарованием. Она полюбила бывать в его обществе, особенно когда узнала, что он приходится родственником леди Селии Литтон.
— Она такая красивая! Ее фото во всех светских газетах. Я видела ее снимки в «Блэк Аскот», она там просто красавица. И у нее есть девочки-близнецы, да? Точно, я вспомнила, что видела ее фотографию с детьми в «Татлере» на прошлой неделе.
Лили обожала светские журналы и штудировала их так, словно готовилась к экзаменам. Она наизусть знала, когда состоятся скачки в Аскоте или бал королевы Шарлотты и во что на очередном светском рауте были одеты известные дамы общества.
Лили исполнилось двадцать четыре года. Она была очень хорошенькая, с темно-рыжими волосами, карими глазами и восхитительной фигуркой. Ее прелестный музыкальный голосок очень нравился Джеку, и он счел, что для ее происхождения у нее очень даже неплохие манеры. Лили производила впечатление доброй и мягкой девушки и через два месяца по-настоящему полюбила Джека: с ним ей было весело, к тому же он заботился о ней. Она знала, что их отношения вряд ли перерастут во что-то серьезное, но надежды все же не оставляла. Джек, похоже, сильно увлекся девушкой и почти каждый вечер, в любую погоду поджидал ее у артистического выхода. Более того, он до сих пор не настаивал на сексуальных отношениях, хотя его поцелуи становились все более страстными и очень приятными — Лили они просто сводили с ума. Во всяком случае, это избавляло ее от волнений по поводу беременности. Правда, Лили побывала в одной из новых клиник и, как и все современные девушки, имела представление о противозачаточных средствах, но все-таки ей пока не хотелось рисковать.
В тот вечер Джек повел ее в «Савой» — по особому случаю, как он объявил. Девушка с нежностью смотрела на него, в сотый раз думая, как же он красив и щедр.
— У меня сегодня тоже есть хорошая новость, Лили, — сказал он.
— Какая?
— Я получил работу. В фирме брата.
— Как, в том самом издательстве?
— Да. Здорово, правда?
— Конечно! — воскликнула Лили. — Чудесно! Я и не знала, что ты такой умный, Джек, — добавила она и тут же поняла, что допустила бестактность, но он, похоже, не обратил внимания.
— Да, я умный, — подтвердил он, улыбаясь во весь рот, — и у меня будет там свой отдел. Называется «Отдел военной книги».
— Что это значит?
— Это значит, что я буду издавать книги о…
— Войне? — спросила она. — Как скучно.
— Совсем нет, — возразил он, явно обидевшись.
Лили быстро изобразила на лице неподдельный восторг.
— Я имею в виду, что не смогу в этом ничего понять, — быстро вставила она.
— Ну, я уверен, ты поймешь. И книги будут не только о войне, но и о войсках, о сражениях, о… ну, все такое.
— Здорово, — похвалила она, — да, это очень интересно. Поздравляю. Будешь зарабатывать уйму денег?
— Не уйму. Во всяком случае, не сразу. Но надо же где-то начинать. А это лучше, чем ничего. Все, чем я занимался до сих пор, — это просаживал свою военную пенсию и наследство. И то и другое — гроши.