ГОРЕ-ИНСПЕКТОРЫ
1
Если имеется подходящий народ, можно сделаться вождем народа.
Отъезд планировался на восход солнца. Для меня утро фактически плавно перетекло из ночи, и, так как братьев в пять часов во дворе не оказалось, смею судить, подобный расклад получился не у меня одной. Как я и предполагала, родственников в замке вообще не обнаружилось. Кинув клич по окрестным деревням и городкам, мы только к семи часам смогли выцепить стайку моих родичей из столичного борделя Волыменской империи!
Как они умудрились за какие-то считанные часы оставшейся ночи очутиться на территории этого маленького, но очень гордого человеческого княжества, помпезно именующего себя не иначе как империей, ума не приложу. Но факт остается фактом. А они мало того, что добрались, так ведь и отдохнуть успели!
К семи тридцати вся честная компания, уставшая, но крайне удовлетворенная, вывалилась из портала. Чья была идея наведаться именно туда, никто не сознался. Более опытные и матерые прапрадедушки невинно хлопали глазами и упорно отмалчивались, хотя всеми фибрами души чую, что именно они подстрекатели. Молодняк благородно взял вину на себя. Вот она, мужская солидарность!
Артур дал нам последние указания и энергично помахал ручкой вслед. Небось, опять тихо радуется, что я, наконец, оставила его лабораторию в покое. Но ничего, пусть не расслабляется, я еще вернусь! Тем более что у меня там эксперимент недоделанный остался.
Хитрые да довольные прапрадедушки пожелали нам удачи, наказали звать в случае чего и, сердечно чмокнув меня в щеки, подцепили каждый своего наследника под локоток и скрылись в порталах. Особо упирался Оох-рам-Лукуш, но глава вампиров решительно сгреб возмущающееся чадо за длинные острые уши и, хорошенько тряхнув, пригрозил, что второй раз женит, если непутевое дитя посмеет еще что пикнуть.
Достойный потомок своего отца попытался поторговаться, но Нох-рам-Лукуш назвал какой-то род, отчего малыш мгновенно побледнел и заткнулся. Лада прыснула в кулак и захлопала в ладоши. Я невзначай спросила ее, что там за девушка такая, сумевшая перепугать вампиреныша до икоты. На что она ответила, что по сравнению с той красавицей она тихое, покладистое и ласковое существо. А тяжелый рок у мужчин-вампиров! Если там каждая вторая такая, как Ладушка, то удивляюсь, как это еще вампирская раса не вымирает! Да вампирам орден надо дать «За безграничное терпение и неустрашимую храбрость»!
По пунктам назначения, отмеченным на карте, мы неслись, можно сказать, со скоростью истребителей, так как времени в обрез, а в сроки необходимо уложиться. Первые три селения изрядно уставшие за ночь братья фактически проспали. А так как я в эти деревни ранее уже наведывалась и видела кандидатов в лицо, то особо задерживаться не стала. Народ отчитался, что все хорошо, помощи пока не требуется, традиционно выдал мне котомку дополнительных продуктов и отправил дальше. Почему-то подданные, как меня увидят, непременно стремятся накормить. Порой, чуть ли не силой за стол усаживают. И плевать, что я княжна. В вопросах еды мои крестьяне непреклонны. Братьям, правда, такое положение вещей очень нравится.
Еще два населенных пункта мы миновали быстрым маршем. Так как эти места и людей я также посещала ранее, то сократила общую беседу на тему: «Как у вас тут дела» — по максимуму, а нужным кандидатам просто давала подержать фамильный артефакт в знак расположения или награды за что-нибудь. Причины выдумывала прямо на месте в связи с ситуацией. И пока все шло хорошо. Никто ничего не заподозрил. Правда, и нужного человека мы также пока не нашли.
Насытившихся ночным гулянием братьев волновали только еда да сон, и местным красавицам ничто не грозило. Нам опять втюхали котомку продуктов «на всякий случай» и сердечно помахали ручкой. Наверное, нет ничего лучше, чем вид уезжающего господина.
Злыдень очень радовался долгожданной разминке и не щадил сил. А так как с моим взрослением умножилось не только мое могущество, но и его, то скорость передвижения получалась в два раза больше предыдущей. Судите сами: пять селений за семь часов. И это при том, что мы еще разговаривали с населением! Я считаю, просто убойный темп. Но мы не имеем права расслабиться, если хотим выжить в данной ситуации.
А на сегодня намечено посещение еще четырех селений. Пользоваться порталами мы можем очень ограниченно, так как транспортировать магическим путем в нашей компании может только Норри. Хоть он и сильный маг, способный быстро восстанавливаться, но переносить больше одного раза в день четырех взрослых людей вместе с конями да поклажей очень трудно и вредно для здоровья. Да, у нас есть переправляющие артефакты, но их мало и лучше поберечь на совсем уж черный день.
Метаморф скосил на меня ехидный глаз и зашел на вираж. Раньше бы он столько сил понапрасну тратить не стал. А теперь решил, что может себе позволить некоторые вольности, вредина! Злыдень хмыкнул и потянулся в сторону Витькиного седельного мешка. Опять братишка себе продукты прихватизировал! Сонный, а принципам все равно не изменяет! Не удивлюсь, если он их еще и хомячит с Норри на пару прямо во сне и на полном ходу метаморфов.
Забавно, но с моим княжеством, замком и некоторыми артефактами на моей территории у меня есть магическая связь. Пока я ее не ощущаю, но это очень заметно со стороны. При одном из первых моих посещений Геи я сильно удивилась, когда возникшая передо мной твердыня оказалась гораздо больше и выше. Изменилось не только убранство моего родового гнезда, но и внешний вид городов. Словно по всей стране мгновенно сделали капитальный ремонт.
Артур мне тогда пояснил, что все здания, фундамент которых замешен на крови Драко, а также любые артефакты или люди, исцеленные кровью дракона, связаны с правящим потомком рода Драконов. И если возрастает могущество главы дома, то это сказывается на всем, к чему мы приложили свою лапу. Здания сами по себе реконструируются за считанные секунды, если надо, модернизируются. Города расширяются и совершенствуются, артефакты становятся мощнее, у исцеленных улучшается не только здоровье, но и проявляются какие-нибудь физические или магические способности. Все это не только экономически выгодно для княжества, но и дает его правителю огромный контроль над своими владениями, а также создает для владыки своеобразную защиту, поэтому все основные города, стратегически важные пункты и ответственные посты желательно связывать своей кровью.
А так как мои предки были страшными перестраховщиками, то привязали на себя не только рекомендуемое, но почти все, кроме живущих на территории людей. Хотя и до некоторых из них умудрились добраться. Поэтому, если погибнет род Драко, наступит полный песец и всей структуре княжества. Дороги потрескаются и размоются, здания да города разрушатся, артефакты, в том числе и бытовые, перестанут работать, многие мои вассалы умрут, ну и другие неприятные мелочи. Вот еще одна причина подданным беречь меня и моих потомков.
Ложка дегтя в данном случае то, что все это тянет энергию из меня. Я вроде батарейки для всего княжества, но так как чисто теоретически являюсь порождением магии и истинно магическим существом, то могу себе позволить такую роскошь. Хотя великого и могучего повелителя стихий, сотрясателя воздуха и прочей ерунды из меня не получится, не ждите. Я мало, чем отличаюсь от простых смертных. Просто где-то строят на крови животных, а где-то на крови собственного князя. Много последней не требуется, но за прошедшие полгода я поняла, почему не люблю стройки и ремонты.
Лечить своей кровью кого-нибудь после Норри я не пыталась. Как мне доступно пояснили, обмен ею с другим живым существом для меня равносилен самоубийству, ибо тот, у кого в жилах моя кровь, приобретает надо мной безмерную власть. По этой причине для вассальных клятв используется кровь моих предков, которая хранится в специальных резервуарах. Таким образом, дворяне привязываются, но причинить мне вреда не могут. Три месяца назад кровь сцеживали у нас с Виком для нужд наших будущих праправнуков. До сих пор от того планового забора не могу оправиться.
Злыдень снова зашел на вираж. Это значит, что скоро деревня, и он сможет отдохнуть, поэтому теперь резвится вовсю. Хотя мы с ним частенько выезжали на прогулки, метаморф тосковал вот по таким стремительным и длительным марш-броскам. Для путешествия мы выбрали его самую быстроходную форму: дракона. Я люблю летать, но столько часов в седле и на такой скорости вряд ли кому понравится. Да и холодно в седле над землей. Хотя во время передвижения на метаморфе и включается специальная магия, охраняющая всадника от переохлаждения, излишнего ветра в лицо и прочих радостей пути, при длительных путешествиях меня все равно знобит. А мороз моя драконья суть ненавидит.
Согласно легендам, мы произошли от змей. Насколько это правда, не знаю, но драконы — существа полухолоднокровные. Мы можем по своему усмотрению регулировать режим жизни нашего организма. В ипостаси ящера мы чаще всего холоднокровны, в человеческом обличье теплокровны. Хотя нормальная температура тела членов нашей семьи тридцать пять и пять. А когда в комнате очень холодно, то сердце начинает биться реже, кровь сама по себе идет только к мозгу и жизненно важным органам, отчего температура кожи бывает очень близка к температуре окружающей среды.
В последней деревне нужно будет на часик задержаться. Во-первых, обед, а во-вторых, как и всех рептилий, меня отчаянно тянуло погреться на солнышке. Для нас это не просто блажь, а жизненная необходимость. Шкура дракона — своеобразная солнечная батарейка. Она легко улавливает энергию дневного светила и передает тепло находящимся под кожей капиллярам, кровь разогревается и расходится по всему телу.
Таким образом, кроме энергии, от пищи мы получаем дополнительную «халявную» энергию, которая также поддерживает тонус нашего организма. Благодаря такой системе мы можем жить на двух-трех плотных перекусах около полугода, в то время как при полностью теплокровном образе жизни мы бы очень скоро окочурились.
Однако, несмотря на все это, драконы, особенно их мужская половина, едой никогда не брезгуют. И в частности теперь. У нас троих словно какой-то жор начался. Очень тянет на сильно калорийную пищу и минералы.
О! Вот и прибыли! Мы приземлились на просторной полянке перед деревней.
— Наконец-то! — ворчливо выдохнула Ладиина, неуклюже спускаясь с седла. — У меня ваш пегас уже в печенках сидит!
Своего породистого жеребца она так и не забрала у Колье де Кольета, поэтому на время путешествия мы вручили ей одного из пегасов Норри. Что касается маркиза де Кольета, то он владеет Мельницким замком на севере бывшего графства Казиларга, одного из приспешников Михея.
Встретились мы с ним, когда его сюзерен приказал останавливать всех подозрительных личностей в округе. И бедняга тогда нарвался на нас. Начало знакомства получилось очень печальным для мужчины, зато теперь наши отношения обнадеживают. Мы не только его отпустили, вручив коня Ладиины, но и приняли заказ на убийство его господина. Теперь земли Казиларга принадлежат мне, а Колье де Кольет вместе с прочими дворянами принес мне вассальную клятву и приглядывает за порядком в бывшем графстве, а ныне округе Казик (название в честь бывшего владельца).
За убийство своего господина он все-таки заплатил, сказав, что уговор нужно выполнять. Нынешним своим положением очень доволен и всегда встречает нас с братьями как родных. Интересно, а годков через семь, когда его дочка Лара подрастет, он нас так же радостно будет встречать?
Сейчас малышке одиннадцать, но уже теперь она смотрит на Вика и Норри как кошка на сало, причем выделить фаворита из них двоих все никак не может. Глядя, как во время обеда девочка расторопно подкладывает парням в тарелки лучшие кусочки, ищет любой повод ненавязчиво оказаться рядом или, как она, пользуясь своим юным возрастом, садится к ним на колени и просит рассказать сказку, понимаю, что в душе каждого мужчины живет озорной мальчишка, а почти в каждой девочке-подростке живет уже готовая хитрющая взрослая баба!
— И поездка мне ваша до колик надоела! — донеслось до меня ворчание Ладиины. — Почему мы едем к моему жениху какими-то окольными путями? Почему сразу к нему не направимся?
— Потому, — нашелся Вик, — что мы не можем заявиться к нему вот так, напрямик, и начать сватать тебя.
— Думаешь, испугается? — вдруг деловито перебила его Ладиина, подозрительно прищурившись.
Похоже, три, то есть четыре, ее замужества немного изменили нашу леди. Эта повзрослевшая и задающая вопросы Ладушка начинала меня беспокоить. Что еще ей наплели братья в мое отсутствие, не знаю. Но как нам продержать ее в счастливом неведении еще шестнадцать дней?! Кто-нибудь, помогите!
Я прислушалась к словам Витьки, который слегка обнял Ладу за плечи и воркующим тоном ей что-то втирал.
— Ну почему это сразу струсит? — ласково шептал он. В какой-то миг Витька просто преобразился и стал еще красивее, чем был. Такой честный, искренний, ангельский взгляд. — Ты же у нас умница, красавица, мечта любого мужчины! Просто невежливо так вот врываться к могущественному и состоятельному мужчине. К тому же, так как сейчас ты входишь в нашу семью, то переговоры будет вести Света. А ей, как княжне, необходимо провести инспекцию своих территорий, чтобы высчитать, какое дать за тобой достойное приданое и показать господину, что мы очень состоятельный и уважаемый род.
— А разве одного ее имени недостаточно? — подозрительно прищурилась Ладиина.
Однозначно, ее новая версия мне не нравится!
— Нет, — мягко улыбнулся Вик, заглядывая жертве в глаза. — Совсем недавно наше княжество было в упадке и на грани разорения, сейчас мы более-менее начинаем подниматься и стабилизироваться. Но если мы вот так попрем к мужику и скажем: «Здрасте, возьмите в жены нашу Ладушку», он подумает, что мы хотим завладеть его деньгами, и откажет. А мы ведь не хотим отказа, правда?
— Нет, — судорожно сглотнула Лада. — Не хотим!
Вот мы и стараемся быть вежливыми и разумными.
— Так эта вся инспекция для меня? — растерянно пробормотала Лада, заворожено глядя моему брату прямо в рот.
— Да, милая, — произнес Вик таким голосом, что даже у меня мурашки побежали по коже. Как будто он не на вопрос ответил, а предложил свое сердце, душу и все звезды мира.
— И спешка для меня? — совсем растаяла Лада.
— Для тебя, — томно шепнул брат, и его голос словно меховой перчаткой гладил кожу, шептал что-то на уровне подсознания, обещал исполнение всех желаний. — Все для тебя, милая. Только для тебя.
— Для меня… — пролепетала Лада и при поддержке Вика медленно осела на траву. В этот момент она стала вдруг кроткой, слабой и беззащитной. — Для меня, — повторила она и счастливо улыбнулась. — Для меня!
Ну, Витька! Ну, змей! Теперь понимаю, почему мужчин-драконов надо бояться! Так обольстят, таких наплетут сетей, что света белого не увидишь! Даже я ему верю! Неужели эта магия драконов?
— Ага, — подтвердил мои мысли подошедший сзади Норри. — Я тоже так могу. — И, склонившись внезапно к моему уху, жарко прошептал: — Отпустишь нас на обед?
Безобидная фраза прозвучала так интимно и соблазнительно, что у меня жар прилил к коже.
— Когда это вы так научились?
— Совсем недавно, нам о таких способностях твой отец рассказал и пару уроков дал. Очень классная штука, кстати!
— Еще бы! — фыркнула я и задала мучающий меня весь день вопрос: — А тебя дядя женить еще не собирается?
Вот не шла у меня из головы утренняя сцена с вампиренышем. Неужели и Норри в ближайшем будущем придется спасать?
— Нет, — ухмыльнулся тот. — У нас с Лерри договор: пока вся человеческая округа не пополнится ушастыми орущими свертками, я не женюсь!
— И потому ты пакостишь в дальней округе, — докончил за эльфа мысль подошедший к нам Виктор.
— Верно, — обрадовано кивнул Норри. — Пока мир не пополнится ушастыми детишками, я не успокоюсь! Перворожденные — вымирающая раса. Ее же надо как-то поднимать!
— Знаешь, наверное, именно из-за вашего неуемного темперамента вы и вымираете, — ухмыльнулась я.
— Да ладно тебе, — хмыкнул Вик. — Просто люди нас не понимают, им чуждо чувство прекрасного!
— У рогатого мужа, получившего от жены такой орущий ушастый сверток, вряд ли первые мысли о великом и возвышенном, — согласилась я.
Невольно вспомнился случай из истории рода. Пока самый первый из рода Венатор гонялся по всему миру за моим предком Аргеллом, его сын Аргал вырос и обесчестил дочь врага. Папаша, естественно, пришел в бешенство. Мало того, что его милую, любимую дочурку испоганили, так еще и не кто иной, как мерзкая чешуйчатая гадина!
Жених Мары также пришел в ярость и объявил своим священным долгом найти и оторвать мерзавцу все выпуклые части тела. И только дочь Венатора стояла тихонько в уголке и улыбалась, а через девять месяцев родила малыша. Уже к тому времени муж красавицы окончательно закипел и удвоил свои усилия в погоне за Аргалом. Но чем больше он мстил за рога, тем чаще навещал младший Драко Мару, и семья супостата пополнилась еще одним наследником. Было ли среди двенадцати отпрысков хоть одно биологическое дитя несчастного драконоборца, история умалчивает, но народ единодушно прозвал данного графа Оленем.
— Пошли обедать, — зевнул Вик и хлопнул меня по плечу.
В деревне нас встретили на диво благодушно. Видно, по околице уже прошел слух, что княжеская семья разъезжает с инспекцией. Нас узнавали сразу, улыбались и кланялись. Кандидат в драконы оказался как раз владельцем постоялого двора, на первом этаже которого располагалась корчма. Устроившись за столиком около окна, мы заказали сытный обед. Хозяин лично принес еду. Я украдкой взглянула на артефакты и расстроилась. Магический резерв данного объекта был в районе пяти. А Корень Драко молчал.
Глядя на веселого, добродушного корчмаря с солидным пивным брюшком, я пыталась понять, что же привело нас к нему. В параметрах первоначального поискового заклинания мы заложили возможную принадлежность к роду Драконов и потенциальную совместимость с условиями проклятия. Возможно, когда-то давным-давно среди его предков отметились Драконы, оставив в наследство благодушный нрав, благодаря которому к его обладателю тянутся люди.
А может, у мужчины очень хорошо развита экономическая жилка.
Я огляделась — в почетном углу красовалась уменьшенная статуя Хапуги. Ну, кто бы сомневался! Скорее всего, природные способности хозяина вкупе с небольшим магическим потенциалом очень способствуют бизнесу. Корчму дядьки Тавора знали на много верст вокруг. Даже в мой замок доходили о ней слухи.
Еда и правда была потрясающей, хотя Ладушка ее не оценила. Закончив обед, она с надменной миной направилась во двор.
— Желаете еще чего-нибудь, ваша светлость? — оказался рядом хозяин.
— Нет, спасибо, все было просто изумительно.
— Ой, спасибо большое! — улыбнулся Тавор. — Похвалили, уважили! Вы бы отдохнули немного. Вон, какие уставшие, запыленные.
— Нам торопиться надо, — вздохнула я. — От плана отстаем.
— Ну, хоть два часа полежать-поспать! — возмутился корчмарь. — Вам, госпожа княжна, здоровье беречь надо! Мы же без вас не выживем! Отдохните часок, не загоняйте себя. Вам еще, не допусти Ведущие маги мира, с врагами, если что, сражаться. Что же мы без вас делать будем?
— Другого князя найдете, — хмыкнула я.
— Вот уж не факт. — Мужчина резко наклонился ко мне и, понизив голос, произнес: — Вот только не думайте, ваша светлость, что мы вас не любим! Мы вас ценим и уважаем. А еще каждая собака в нашем княжестве знает, что все здесь на вашей крови держится. И если будет плохо вам, то и всем нам, поэтому не думайте, что нас не волнует ваше физическое и моральное состояние! Мы вас, между прочим, всем скопом откармливаем, а вы только худеете!
— Как всем скопом? — не поняла я.
— Вас что, в других деревнях не кормят?! — возмутился Тавор.
— Так это… заговор? — стало постепенно доходить до меня.
— Угу, — хмыкнул Тавор. — С целью поддержания вашего здоровья и благополучия.
— И когда это вы успели организовать тайный орден по подкормке вымирающих видов?! — опешила я.
— Пока была просто договоренность, но спасибо за идею! — оживился Тавор.
Если взять за основу его пробивные способности, ту толику магического таланта и личную харизму, то я догадываюсь, кто станет магистром этого ордена.
— Свет, а может, тебе действительно немного отдохнуть? — улыбнулся Вик. — А мы с Норри пока пойдем по деревне прогуляемся, свежим воздухом подышим во благо здоровья.
Братья слаженно кивнули. Они уже начинали засматриваться на проходящих мимо симпатичных селянок. И, похоже, готовились к охоте, а перед ней ловеласы никогда плотно не ели. Теперь же, учитывая наш нынешний жор, где-то через пятнадцать минут мы будем полуголодными, и братья смогут шагнуть в мир приключений.
Эльф согласно закивал. Угу, знаю я, как они подышат! Один взгляд шалопаев на селяночек, сгрудившихся на другой стороне улицы, очень прозрачно говорит о намерениях!
— Миледи, — Норри положил свою ладонь на мою руку, — не будьте фашистом. — Ну-ну! Нахватался уже от Вика словечек! — Отдохните сами и дайте отдохнуть нам. Всего один час погоды не сделает, а всем нам реально станет лучше. Я, например, до сих пор отогреться от полета не могу.
— Я тоже, — кивнул Вик.
Честно говоря, меня и саму до сих пор пробирал озноб. Только я собиралась на солнышке погреться, а вот братья для этих целей избрали тепло человеческого тела.
— А вашу спутницу мы в самом дальнем номере на все это время запрем, — заговорщически подмигнул Тавор, кладя свою широкую ладонь поверх наших.
— В корень зришь! — осклабились братья. — Мы за каждую минуту ее заключения тебе по двойному тарифу заплатим!
— Обижаете, — хмыкнул мужчина. — Я вам ее совершенно бесплатно запру, да так, чтобы княжна ее весь отдых не видела и не слышала!
— Блин! А заманчивая перспектива-то!
— Ладно, — вздохнула я. — Два часа.
— Ой, хорошо! — Братья подорвались с мест.
— Только без глупостей! — вскинула я руку.
— Обещаем! — торжественным хором ответили шалопаи и, чмокнув меня в щеки, подозрительно бодро направились в сторону выхода.
Отойдя на достаточное расстояние, Вик обнял ушастого компаньона за плечи и прошептал:
— Значит, так: ты поднимаешь ушастую популяцию, я — чешуйчатую.
Ох, чую, добром их похождения не кончатся. Тьфу-тьфу-тьфу, чтобы не проговориться! Я смотрела им вслед и просила Высшие силы, чтобы братья не нарвались на неприятности или чтобы им ненароком не оторвали этот самый рабочий инструмент для поднятия популяции.
— Да не волнуйтесь вы, — внезапно положил мне на плечо руку корчмарь. — Ничего с этими повесами не случится. Не знаю, как в других деревнях, а мы драконов любим. И жениться, если что, их не заставят. Понимают же, что драконы — это птицы, то есть ящеры, другого полета. А теперь идите отдыхать, а мы спутницу вашу где-нибудь втихую запрем.
— Спасибо.
— Да не за что, — ухмыльнулся Тавор. — У самого жена была стервой, так что на своей шкуре знаю, каково вам.
— А я теперь понимаю вас, — призналась я. — А особенно вампирам теперь сочувствую.
За то время, пока Ладушка пребывала в роли моей официальной жены, я успела натерпеться многого. И истерик, и скандалов, и неприятностей из-за нее. День, когда Нох-рам-Лукуш пристроил дочь первому вампирскому мужу, был не только для меня, но и для всего замка национальным праздником. Не думала, что из-за одной женщины может быть испорчено столько нервов!
— Да, не повезло болезным, — согласился мужик и пожал мне руку.
На два часа я устроилась на крыше прилегающей к зданию конюшни. На этой стене окон не было, поэтому, как сказал Тавор, никто меня здесь не побеспокоит. Раздеваться не хотелось, поэтому по максимуму стянула костюм, обнажив кожу насколько возможно. Хорошо лежать и греться на солнышке!
Где-то вдали чувствовались отголоски благодушного настроения братьев.
«Норри», — тихо позвала я.
«Что? — тревожно отозвался тот в моей голове. — Что-то случилось?»
«Расскажи мне о Мортифоре, тебя ведь дядя пичкает всякой информацией и о лучшем друге должен был просветить».
«Вот это как раз-то и нет! — отозвался эльф. — Они все-таки друзья, он мне только говорит, как с ним политически ладить».
«Так расскажи, я послушаю».
«А тебе не кажется, что я сейчас занят?» — язвительно прошипели в голове.
«Кажется, но я все равно хочу послушать!»
«Позже», — огрызнулся Норри.
«Расскажи что-нибудь сейчас!»
«Это ты нас за женскую компанию наказываешь, да? Свет, может, это последний загул в нашей жизни, а ты нам оторваться не даешь!»
«Типун тебе на язык! А чего ты Морти недолюбливаешь?»
«Света, умоляю, уйди из моей головы! Я тебе все, что хочешь сделаю! Все расскажу, только оставь меня теперь один на один с двумя прекрасными видениями!»
«Ладно, прошу лишь, будьте осторожны!»
Сладко потянувшись, я перевернулась на живот и заглянула в книгу-артефакт. Но она ничего путного не поведала, сказав, что еще собирает информацию. Вдруг во дворе корчмы послышался шум. Я осторожно подползла к краю крыши и посмотрела вниз.
К дядьке Тавору въезжал настоящий караван оборотней! Эту расу я узнаю из тысячи. Впереди ехали два всадника налегке, похоже, разведчики, затем шесть пар воинов в черных кожаных доспехах, огромная шикарная карета, еще шесть воинов в доспехах и завершала процессию пара нагруженных разным хламом телег.
Разведчики соскочили с коней и направились в корчму, явно узнать, есть ли свободные места. Воины осмотрелись, скользнув взглядом по крыше конюшни, но меня, видно, не заметили или не сочли стоящей угрозой. Я в принципе высовываться и зверствовать не собираюсь. Во-первых, потому что не псих, а во-вторых, мне и так все хорошо видно.
— Приехали, — вдруг раздался скрипучий, раздраженный голос как раз под тем местом, где я лежала.
Где-то я уже слышала этот голос. Я сосредоточилась, пытаясь вспомнить его обладателя.
— А шуму-то сколько наделали! — произнес незнакомый мягкий баритон.
— Главное, чтобы они больше внимания не привлекали, — отозвался все тот же скрипучий голос. — Мы ведь на территории Драконов.
Кажется, этот дивный голосок принадлежит высокому тощему старцу, с которым мы вечно выясняем отношения! Как же его зовут, а?
Вдруг послышались длинные, протяжные вдохи, словно кто-то внимательно принюхивался к воздуху.
— В чем дело, лорд Каутинус?
О! Вспомнила! Каутинус! Да, точно он!
— Да мне уже мерещится запах княжны Драко, — раздраженно хмыкнул Каутинус.
— Но это невозможно! — возразил собеседник. — Мы от нее довольно далеко!
— Знаю, — огрызнулся тот. — Но мне все равно кажется, будто она рядом. Эти земли насквозь провоняли духом Дракона!
— А она, правда, такая вредная?
— Хуже! — рыкнул собеседник. — До знакомства с ней инфаркт был для меня незнакомым иностранным словом. И вот еще что, Атус, сделай одолжение: на землях Дракона не упоминай ее всуе. Еще объявится ненароком!
Угу, если я сейчас от любопытства слишком вытяну голову, то им прямо на руки свалюсь!
— А такое возможно?
Очень даже вероятно, вот сейчас потеряю равновесие — и ловите!
— С молодой княжной все возможно.
Правильно, Каутинус, в корень зришь!
— Только помни: не упоминай больше ни ее имени, ни названия расы.
— Все настолько плохо?
Да нет, почему же, я восстановила равновесие, на вас не упаду. Радуйтесь!
— Еще хуже! И дернуло же невесту Мортифора припереться раньше времени!
— Хоть мы с тобой, Каутинус, и в натянутых отношениях, но в этом плане солидарны! Действительно, могла бы и подождать. Зачем торопиться под венец раньше времени?
— Принесла нелегкая, да еще и через земли Драко пожелала ехать. Совсем оборзела, дура!
— Да, здесь она и вправду погорячилась! Мы не любим непрошеных гостей!
«А тем более всяких невест!» — прошипело правое полушарие.
— Ладно, пошли выполнять свой долг.
С этими словами мужчина отошел от стены и направился в сторону каравана. Это действительно оказался тот самый старец. Его спутник был молодым, едва миновавшим юность мужчиной, но шагал рядом спокойно и уверенно.
— Подождите, — прошептал он. — А княжна и вправду красивая?
— Я же просил тебя не упоминать о ней всуе!
— Но ответьте! — взмолился юный оборотень.
Они отошли уже на приличное расстояние, я с досады закусила губу. Почему-то очень хотелось узнать мнение этого старца. И вдруг я услышала:
— Да, — тихо прошептал Каутинус молодому напарнику. — И все-таки это красивая гадина и умная, зараза!
Настроение резко поднялось! Комплименты приятно получать всегда, а если их сквозь зубы произносят за твоей спиной враги — славно вдвойне. Но мое ликование длилось ровно до того момента, как отворилась дверца кареты и наружу вышла она.
Невеста Мортифора оказалась высокой черноволосой красавицей. Тонкие, благородные черты лица, изящные кисти рук, гибкая, стройная фигура. Дама небрежно кивнула разведчикам и лебедью проплыла в таверну.
«Если Мортифору нравится такой тип женщин, то у нас нет шансов», — горько отметило правое полушарие. И на душе стало почему-то погано. Я вспомнила предыдущую любовницу Мортифора (по крайней мере, ту, которую видела в нашу первую встречу) — и на душе стало еще хуже. Леди Мора Канис Руфус Авидус, как называли ее слуги, очень походила на предыдущую фаворитку. Увы и ах, но я не его тип женщины!
Я вздохнула и прилегла на крыше. До отъезда оставалось еще полчаса. Надеюсь, оборотни успеют разгрузиться и устроиться, чтобы мы могли беспрепятственно и незаметно покинуть деревню.
Тут мне на плечо легла тяжелая мужская рука.
— Княжна, — прошептал Тавор, — тут ко мне в таверну невеста Мортифора приехала. Может, и ее мы куда-нибудь по-тихому запрем?
— Зачем? — не поняла я. Хоть оборотниха мне и не понравилась, но ведь это не повод проявлять по отношению к незнакомой бедной девушке агрессию.
— Ну, она же все-таки невеста Мортифора Лупуса Карнификуса.
— И что? — фыркнула я, подавляя мерзкую рожу ревности. Не виновата девушка в том, что понравилась Мортифору больше, чем я.
— А мы за вас болеем! — выдохнул мужчина.
— Что? Только не говорите, что сарки еще какую-то лотерею организовали!
— Да, — кивнул он, — почти с самого начала. Они как узнали, что вы к оборотню в окно влезли, так немедленно брачный тотализатор и устроили. Три четверти Геи поставили на то, что вы с ним половинки друг друга. А когда ваш брат продал саркам информацию о рождественском гадании, ставки резко повысились.
Так вот откуда у нас дополнительный доход в казне взялся! А Витька мне плел, что умудрился создать здесь прообраз акционерного общества и это инвестиции! М-да, с его талантом к тридцати годам он станет миллионером!
— А вы за кого болеете?
— Конечно же, за вас! Хотя ставить против вас сейчас намного выгоднее. Но невесту эту мне все равно прихлопнуть хочется.
«Нам тоже!» — вздохнуло правое полушарие.
«И не стыдно?» — укорила совесть.
«Стыдно, — согласилось все то же полушарие, — но все равно хочется!»
— Не трогайте ее, — скрепя сердце приказала я. — Лучше попытайтесь выведать ее ближайшие планы. И, в частности, не замышляет ли она чего злого против нас с братьями.
— Я ей задумаю! — хмыкнул в бороду мужчина. — Слабительного в жаркое, и чтоб чихнуть боялась!
Хм, кажется, в его родословной все-таки отметились Драконы! Наш человек!
2
Смело выходи из себя, если другого выхода нет.
Минут через тридцать активность на постоялом дворе уменьшилась. Оборотни, распределив обязанности, быстро разгрузились и заселились. Надо признать, основную командующую и координирующую роль сыграл Каутинус. Без его жесткого и крикливого участия подданные леди Моры Канис Руфус Авидус еще часа три бегали бы по двору, пытаясь самоорганизоваться. Руководство Каутинуса значительно сэкономило мне время, за что я была ему очень благодарна. Куда подевался тощий старец потом, мне было безразлично.
Пора уходить. У нас еще три селения по плану. Осторожно, чтобы не производить лишнего шума, я поднялась на ноги и направилась к краю крыши, откуда легче всего спускаться и забираться. У самой кромки мне в лицо внезапно метнулась ласточка.
«К дождю», — пронеслось в голове прежде, чем я поняла, что, уклоняясь от птицы, оступилась и падаю вниз. Внутренности рефлекторно сжались, готовясь к неласковой встрече с землей. И не успела я попрощаться с бренным миром, как меня подхватили сильные руки.
— Что за?.. — раздался удивленный скрипучий голос, и последовало возмущенное: — Ты?!
— Здравствуйте. — Я открыла глаза на руках у лорда Каутинуса. — Спасибо, что поймали, без вас я бы разбилась.
На лице оборотня отразилось колебание. Все его чувства советовали ему разжать руки и продолжить мое падение, но здравый смысл ехидно подсказывал, что от этого уже будет мало толку. И ничего, кроме ушибленного и, возможно, разозленного дракона, он не получит.
Рядом со старцем прыснул в кулак его молодой напарник, явно поняв причину замешательства своего старшего партнера.
— Не за что, — горестно вздохнул, наконец, Каутинус, бережно опуская меня на землю. — Поверьте, леди, я не хотел.
— Да, — кивнула я. — Еще пара таких добрых дел, и вам грозит стать хорошим человеком, то есть оборотнем.
— Лорд Каутинус, я искренне не понимаю вашего возмущения, — улыбнулся молодой напарник. — К вам прямо с неба упала прекрасная незнакомка, а вы в таких расстроенных чувствах!
— Лорд Атус, помните, я советовал вам не поминать драконов всуе? Так вот. Вы накаркали — и один из них как раз перед вами!
— О, приятно познакомиться! — протянул мне руку молодой вервольф.
Похоже, он следовал старому доброму правилу Станислава Ежи Леца: «Нельзя смотреть на врага с омерзением — а вдруг понадобится его сожрать?» Что ж, я не против прогрессивной молодежи, только бы она меня не ела.
— Импера Светлана княжна Сангиус Ангуис Торта Орис-Беллигеро Омаг-морт Драко, правящая династия, — представил меня юноше Каутинус.
Ух, ты! Он назвал меня «импера»! Этот титул прибавляется только при признании князя истинным властителем земель. И еще при очень большом уважении. Неужели мой враг обо мне лучшего мнения, чем я предполагаю? Под моим внимательным взглядом Каутинус поежился и тихо произнес:
— Раз уж нам повезло на вас нарваться, леди, может, утрясем мирно недоразумения, возникшие из-за того, что мы пересекли границы вашего княжества без вашего ведома? Мы очень спешили и не могли сделать лишний крюк в сторону пограничных сборщиков. Можем ли мы возместить этот ущерб по двойному тарифу?
Хитрый мужчина! Вика на него нет! Стоп! А это идея! Братик ни за что не простит мне такого экономического самоуправства. Все дела мы обычно решаем вместе.
«Вик?» — мысленно потянулась я по нашей ментальной связи. Особо не старалась, вдруг парень чем-то очень сильно занят.
«Чего тебе?» — раздалось через тридцать секунд.
«Мне тут оборотни-нелегалы предлагают заплатить пошлину в двойном размере. Так сказать, возмещение за моральный ущерб».
«Восьмикратную стоимость бери. Нас же четверо, и чувства каждого из нас они задели».
«Вик, мне как-то неудобно с них такую сумму стрясать. Это как-то не по-человечески».
«Во-первых, ты и есть не человек, ты дракон! А во-вторых, неудобно милостыню просить, а ты берешь законно тебе причитающееся!»
«Вить, но их тут целый караван!»
«Ух, ты! Эта мысль меня возбуждает!»
«Только эта? А не что-нибудь другое?»
«Свет, не стоит недооценивать такой надежный афродизиак, как перспектива хорошей прибыли!»
«Я не утащу столько денег! Это же небольшой сундучок! А я всего лишь слабая, беззащитная девушка!»
«Я тебе помогу, сестренка! И вообще, запомни: когда речь идет о таких деньгах, даже Ладушка забывает, что она представительница слабого пола! Что ты за дракон такой, если золото утащить не можешь?!»
«С совестью».
«Да, большой недостаток, но не волнуйся, это лечится!»
— О чем она задумалась? — прошептал Атус.
— Я с Виком советовалась, — призналась я. — Он требует восьмикратную сумму и с каждого!
— Что? — икнул младший оборотень.
Кажется, теперь он меня очаровательной не считает. Мужчинам вообще тяжело расставаться с деньгами, пусть и с казенными.
— Помнишь, ты у меня спрашивал, что может быть хуже одного дракона? — обернулся к юноше Каутинус. — Так вот запомни: хуже дракона может быть только целое семейство драконов!
— Так вы заплатите? — осторожно уточнила я.
— А что? Есть еще какой-нибудь вариант? — скептически посмотрел на меня Каутинус. — Где ваш финансовый крокодил? То есть лорд Виктор граф Венатор Ангуис-Беллигеро Торта Орис Омаг-амор Драконус, кузен главы дома Драконов?
Наверное, единственная, кто не тискал служанку в углу, когда Аргур Семину пытался нам втолковать геральдику и особенности построения родового имени, была я. Поэтому теперь произнесенный титул Вика не вызвал у меня никакого страха или замешательства.
Так как Вик мой кузен, а не родной брат и является наследником собственного дома, то его родовой титул следует первым, а затем уже идет наша часть. Вначале, кажется, идет тип ветви: бастарды или официально зарегистрированная линия, затем способ обретения имени: через замужество или по праву рождения. Если первое — прибавляется «Матримор», если второе, то «Сангиус». Но наследников обычно больше, чем престолов, поэтому «Сангиус» прибавляется только к титулу наследника главы дома Драконов. А так как Вик — сын официально признанного брата главы дома Драконов, то бастардом его тоже назвать нельзя.
Дальше, как вы знаете, идет название наших способностей, в данном случае «Ангуис-Беллигеро» означает, что Витька официально признан главным хитрецом дома Драконов, а «Омаг-амор» указывает, что брат пополняет свой магический резерв через любовь. Вот только суффикс «нус» после «Драко» прибавляется исключительно к вреднейшим членам нашего семейства. Раньше так пытались обзывать меня, но после знакомства с Виком эту честь единолично присудили ему.
— Ну, как вам поверхностное введение в титулы семейства Драконов? Без ста граммов не разберешься!
— Вик, а также принц Норри ванн Дерт, лорд Ангуис Торта Орис Омаг-Беллигеро Драко, официально признанный бастард дома Драконов, где-то рядом. Они просили меня принять у вас деньги.
— Хорошо, — вздохнул Каутинус. — Мой кошелек в таверне. Следуйте за мной.
Мы обошли конюшню и уже приближались к входу в постоялый двор, когда я услышала нарастающие женские крики. Один из голосов принадлежал Ладиине! Мысленно выругавшись, я сорвалась с места, взлетела по ступенькам и оказалась на первом этаже, где располагалась таверна.
Там, уперев руки в бока, друг против друга скандалили моя жена и невеста Мортифора! Что послужило причиной ссоры, уже неизвестно, но втягивал скандал всех остальных как воронка урагана.
— Может, ты и невеста главного оборотня, но обивает он пороги нашего замка! — крикнула Ладиина.
— ЧЕГО?! — взревела Мора Канис Руфус Авидус.
— Вот за ней он ухлестывает! — Ладушка ткнула в меня пальцем.
Вот ведь подстава! И что я Ладе сделала-то? За что она со мной так?
— Не бывать этому! — рявкнула оборотниха и кинулась на меня.
Инстинкт сработал раньше, чем мозг сообразил, что происходит. Я швырнула в агрессоршу стоящий на столе кувшин с водой и, отпрыгнув на несколько метров назад, прямо к порогу, предложила:
— Давай цивилизованно поговорим!
Хотя, наверное, неудачная идея начинать переговоры с метания глиняных предметов. Леди Мора, или как ее там, отбила летящий снаряд когтистой лапой, но это не спасло девушку от находящейся внутри него воды. И теперь она гневно сверкала на меня зеленющими глазами из-под мокрых обвисших волос.
— Прости меня! — Я вскинула руки в примирительном жесте. — Это просто рефлекс. Я в последнее время нервная очень и искренне приношу свои извинения.
— Кровью смоешь! — прошипела красавица. Хотя теперь она миловидной отнюдь не казалась.
— Слушайте, ну что вы на меня накинулись? Какая-то девица всего лишь бросила вам в лицо голословные утверждения, а вы уже так разозлились. Вы меня совсем не знаете. Вот чем я вам не угодила?
— Уже угодила, — тихо прокомментировал стоящий сзади Атус.
— Я за это уже извинилась!
— И, правда, — поспешно выступил вперед Каутинус.
А все-таки смелый мужчина! Встать между двумя ссорящимися или готовыми к ссоре женщинами требует большой отваги! А ведь он еще знает, что одна из нас оборотень, а вторая дракон!
— Миледи, — обратился он к невесте Мортифора, — спешу вам напомнить, что в данный момент мы находимся на территории Драко и перед вами находится глава правящего дома, которая искренне принесла вам свои извинения. Начинать ссору с хозяином на его территории крайне неразумно, тем более что тот настроен пока миролюбиво.
— А мне плевать! — рявкнула Мора. — Я наследница дома Канис Руфус, невеста лорда Мортифора Канис Дирус Лупус Карнификуса, повелителя оборотней и Скользящего между жизнью и смертью! Я никогда не буду склоняться перед каким-то там вшивым драконом!
— У драконов паразитов не бывает, только у собак, — автоматически поправила я.
— ЧТО?! — зарычала Мора. — Ты смеешь оскорблять меня?!
— Миледи, вас заносит! — внезапно гаркнул Каутинус. — Вы оскорбляете главу дома Драконов на ее территории! Она уже полновластная владычица своей земли, а вы всего лишь наследница крупного и богатого рода и пока не невеста моего господина, а только приехавшая на смотрины девушка! И мой властелин заключил перемирие вот с этой госпожой, а вы своим агрессивным поведением нарушаете приказ нашего повелителя!
— Я любимая дочь самого могущественного и богатого рода! И свадьба моя с Мортифором состоится! И это так же верно, как я стою перед вами, а вы, Каутинус, или как вас там, еще очень пожалеете, что оказались на моем пути!
Мора отвернулась, что позволило нам со старцем слегка расслабиться. И это было ошибкой. Девушка метнулась ко мне молниеносно, оттолкнув на ходу Каутинуса мощным ударом когтистой лапы. Это дало мне несколько лишних секунд, чтобы выпрыгнуть из таверны и кинуться прочь. Находясь в человеческом обличье, я Море не соперник, она разорвет меня на мелкие кусочки. Перефразируя высказывание харизматичного лидера одного большого государства: «Нет дракона, нет проблемы». Я, конечно, понимаю, что за любовь надо бороться, но не по трупам же идти!
Атус задержал разбушевавшуюся женщину еще на пару секунд. Я попыталась на бегу трансформироваться, но как бы не так! Ну, вот почему, когда позарез нужно, так фиг тебе?! А как не надо — так, пожалуйста?! Чтобы усложнить агрессорше жизнь, я юркнула между домов. Хотя сбежать от оборотня не так-то просто! Вот везет так везет! Что ей Ладушка наплела?! И какой идиот выпустил мою женушку раньше времени?!
Разъяренный рык раздался почти рядом. Быстрая же она, зараза! Нет, я, конечно, понимаю, что за всю жизнь кожа человека сменяется приблизительно тысячу раз, но это же еще не повод сдирать с меня шкуру живьем! И тем более не повод для меня относиться к собственным покровам столь пренебрежительно, чтобы позволить каким-то незнакомым теткам его снять!
О! Приоткрытая дверь сеновала! В запахе свежескошенной травы будет легче затеряться. А там по балкам на крышу. А с крыши на вторую крышу, а там будем действовать по обстоятельствам.
— Света?! — раздались удивленные возгласы Норри и Вика. Рядом с парнями на стоге сена хихикали четыре симпатичные девушки.
— Сматываемся! — бросила я, карабкаясь по перекладине наверх. — У нас проблемы! Если сюда заскочит бешеная черноволосая девица, вы меня не видели, не знаете и не драконы!
— Не уйдешь! — В помещение ворвалась Мора.
— Девушка! — очаровательно улыбнулся ей Вик, становясь на ее пути. — Вы прекрасное лунное видение!
По мне, так кошмар! Но Мора удивленно притормозила и взглянула на моего брата.
— Куда спешишь ты, ангел дивный?
«Убить твою сестру!» — мысленно хмыкнула я, но оборотниха на оклик остановилась, все еще заворожено глядя на Вика. Как бы плохо я ни относилась к преследовательнице, вынуждена признать, что они с моим кузеном были красивой парой. Примерно одного роста, подтянутые, черноволосые, с пронзительными зелеными глазами. Если бы не руки-лапы у девушки, вообще картинка бы получилась.
Одна из крестьянок пошевелилась, зашуршав соломой. Мора сморгнула, словно сбрасывая оцепенение, резко вскинула голову, вновь переключаясь на меня. Лорд Венатор деликатно кашлянул, привлекая ее внимание. Красавица медленно обернулась к Витьке, улыбнулась, а в следующую секунду злобно полоснула когтями его по груди.
— Прочь с дороги! — рыкнула она.
— Ну и дура! — фыркнула одна из селянок.
— Что?! — снова отвлеклась от погони леди Канис Руфус.
— Дура, я говорю, — безбоязненно повторила крестьяночка. — Не знаешь, от чего отказываешься.
— Может, ей блондины нравятся? — поспешно сменил тему Норри, выступая вперед и вызывая огонь на себя.
Я тем временем успела забраться на самый верх. В отличие от Вика эльфа Мора разглядывала нас еще быстрее.
— Убирайся с дороги, смазливый! — И его попыталась достать когтями моя преследовательница, но юный ванн Дерт успел отскочить.
— Точно дура! — заметила вторая девушка.
— Я вас сейчас! — огрызнулась Мора и кинулась на них. Похоже, женская язвительность на нее действует лучше мужского обаяния.
Раздались ругань, звериный рык, женский визг, глухие удары, но я уже вылезла на крышу. Строение подо мной ходило ходуном. Сверху я видела, как вылетели наружу полуодетые братья и все четыре девушки.
— Что ты ей сделала?! — крикнул Вик. — Мы тебя только на два часа без присмотра оставили, а ты уже успела найти новых знакомых! Как ты ее умудрилась так вывести из себя, что даже магия драконов действует через раз?!
— Не знаю, — призналась я. — Я ей просто, наверное, не понравилась.
— А ее убить можно? — поинтересовался Норри.
— Нет, это невеста Мортифора! Будет дипломатический скандал!
— А ты считаешь, так его не будет?! — язвительно прошипел Вик. — Между прочим, это ты сейчас болтаешься на крыше на ладан дышащего сарая! Думаешь, я оставлю сие безнаказанным?
— Извини, сестренка, оглушающие заклинания на нее не действуют! — простонал Норри. — Держись там, я сейчас что-нибудь придумаю.
— А может, усыпить ее? — внесла контрпредложение я.
— Навечно, желательно! — добавил Вик, прижимая к груди окровавленную рубашку.
Стягивающийся отовсюду народ с вилами его поддержал. Я перепрыгнула на соседнее здание, и очень вовремя, потому как на крышу вылезла Мора. Увидев меня, она разогналась и прыгнула ко мне. Я перелетела на третью крышу. И горестно вздохнула. До четвертого здания было далековато, и оно уже не сельскохозяйственная постройка. А людьми рисковать не хочу.
Однако крыша второго здания вес приземляющегося на нее оборотня не выдержала и обвалилась. Раздались истеричное лошадиное ржание и мычание коров.
— Витька, беги к оборотням, предупреди их, что, если они сейчас же не отзовут свою взбесившуюся женщину, мы будем расценивать это как нападение и бить на поражение! — крикнул Норри, плетя какое-то сложное магическое заклинание.
Кузен послушно сорвался с места в сторону таверны. Мора тем временем выкарабкалась из хлева и, трансформировавшись в женскую особь человека-волка, стала подходить к моему пристанищу. В данной ипостаси она была где-то под два метра, крупнее и массивнее, покрытая рыжеватым с подпалинами мехом. Мускулистые руки венчали массивные черные когти. Вот в таком бы виде ее Мортифору на смотрины! Лишний раз бы подумал, ЧТО в жены берет!
— Не трогай нашего дракона! — раздался вдруг возмущенный детский крик, и со всех сторон на обидчицу посыпался град камней и заостренных дротиков.
Мора взвыла, обернулась к детворе и зарычала, но малыши только удвоили свои усилия. Оборотниха встряхнулась и юркнула внутрь моего убежища, отложив разборки с мелкотой на позднее время. Она решила либо забраться по несущим балкам ко мне на крышу, либо сломать каркас и завалить все здание. Ни то, ни другое мне не нравится. И почему мне так везет нарываться на неадекватных женщин?!
Ну, где же вы, драконьи способности?! Самое время научиться летать! И вообще, хорош из меня защитник, от первой же потенциальной угрозы убегаю! Дети для Моры и то большую угрозу представляют!
Вся конструкция предательски содрогнулась. Мама! Похоже, она решила не лезть ко мне, а заставить крышу упасть к ее ногам.
«Ну и какая ваша часть за дракона отвечает?» — прошипела я своим мозгам.
«Не знаем! — истерично взвизгнули те. — Ты бы, хозяйка, руками помахала!»
«Ага! Может, мне еще и над ухабами попрыгать?!»
«Хорошая мысля, хозяйка!» — обрадовались те.
«Плохая! — встрял инстинкт самосохранения. — Кочки на земле, а там злобный женский оборотень!»
«Дилетанты!» — прошипело сознание и нырнуло в темные закрома моей души.
В ту же секунду мир стал меняться через зеленые, черные и ослепительно-белые тона. Под моим стремительно возрастающим весом крыша обвалилась сама. Несущие стены увеличивающегося объема также не выдержали и с треском хлопнулись на землю, словно раскрывшийся цветок. И мы с Морой оказались лицом к лицу. Точнее, морда к морде.
С минуту чудовище озадаченно и растерянно хлопало глазами, таращась на мою вытянутую морду в каком-то миллиметре от своей головы, затем оно собралось и полоснуло по ней когтистой лапой. Острые как бритва когти царапнули по жесткой чешуе и отскочили, не причинив никакого вреда. Только около носа зачесалось.
— Ой! — по-девчоночьи взвизгнула красавица и кинулась бежать.
Ой? Всего лишь ой?! Я тебе сейчас покажу настоящий «ОЙ»! Ты у меня навсегда запомнишь, как дракона обижать!
Я взревела и кинулась за ней. Так и подмывало поджарить бестию, но вокруг были дома моих подданных, а жечь людей и собственную деревню, где пока что любят своего хозяина, как-то совестно и непрактично.
Эта нехорошая женщина оказалась умнее и проворнее, чем я предполагала, кинувшись к таверне. Паразитка влетела внутрь здания на пару секунд раньше, чем моя лапа успела ее достать, и мои когти всего лишь впились в захлопнувшуюся дверь. У-у-у! Как я зла! От избытка чувств у меня даже кончик хвоста нервно забарабанил по мостовой.
Я высвободила лапу из двери и, присев во дворе, стала ждать. Рано или поздно ей надо будет выйти. Мой хвост по-прежнему продолжал отбивать лихорадочную дробь. Со всех сторон стекались подданные, вооружившись мечами, секирами, косами, граблями, булавами… В общем, кто чем.
Идеальный, конечно, вариант — поджечь таверну и зажарить гадину лохматую в собственном соку, но, опять же, здание принадлежит Тавору. А к нему я испытываю большую симпатию и вредить его бизнесу очень не хочу. Да и крыша конюшни пострадает. А мы с ней провели два таких чудесных часа на солнышке, и я уже успела к ней привыкнуть!
— Эй! — раздался крик где-то слева.
Я обернулась. С крыши соседнего дома махал руками Тавор и указывал на располагающееся у его ног полотно.
«В таверне никого, кроме оборотней, нет!» — гласил отрез белой ткани. Корчмарь махнул рукой, и двое пареньков развернули следующую простыню. «Жги смело! Плату за услуги у оборотней я уже взял!» Мальчики поспешно свернули это послание и раскатали следующее: «А сам постоялый двор удачно застрахован у сарков!» Затем была вторая простыня, гласящая, что выплата покроет убытки сверх меры, и полотенца, заверяющие, что он за неделю отстроится заново и у него уже есть новый, усовершенствованный проект, да только старое здание сносить было жалко.
Ай да Тавор! Ай да предприниматель! Витькина школа! Однозначно, в его роду были наши! Ну, раз хозяин разрешил, то почему бы не помочь ему? Я набрала воздуха и от души дохнула.
Постоялый двор загорелся синим пламенем. Из окон с воем стали выпрыгивать оборотни, трансформируясь прямо в полете и мягко приземляясь на задние лапы. Я попыталась выделить из них рыжего с подпалинами, но там почти все были такими, а наклоняться над каждым и всматриваться в первичные половые признаки как-то несолидно. Да и обидчица успеет убежать. Хотя теперь обидчица-то я.
От досады я плюнула. Деревце, на которое попала моя слюна, мгновенно съежилось и оплавилось.
— Довольно! — Ко мне подскочил высокий тощий серебристый получеловек-полуволк, в котором я опознала Каутинуса. — Довольно, ваша светлость! — Он примирительно поднял когтистые руки. Ну и работка у него: всюду собой рисковать! — Мы приносим вам свои глубочайшие и искреннейшие извинения!
— Ваше раскаяние в карман не положишь! — раздраженно фыркнул оказавшийся рядом Вик. Испорченную рубашку он снял и теперь щеголял обнаженным накачанным торсом. Царапины на груди благодаря драконьей регенерации почти затянулись. — Ваша сумасшедшая баба едва не прибила мою слабую, беззащитную сестренку, заставила волноваться нас с братом, а также ее жену и подданных, для которых она надежда и оплот! И позволила это все ваша девочка тогда, когда мы гостеприимно пустили вас на свою территорию!
— Сколько? — страдальчески вздохнул Каутинус, поднимая глаза к небу. С нами дела он вел уже не первый раз и понимал, что спорить и отпираться просто бесполезно. Особенно когда за дело берется мой милый брат-казначей.
— Давайте посчитаем! — охотно встрепенулся Вик. — Светин сломанный ноготь на правой лапе — сто золотых, царапинки на чешуйках морды лица — двести золотых, наши с братом нервы — по триста золотых на каждого, полное отчаяние Светиной жены — еще триста золотых!
— Что-то она не особо переживает! — рыкнул Каутинус, указывая на Ладушку, мирно сидевшую на лавочке соседнего дома и невозмутимо полирующую ногти.
— Это от нервов, — бросил Вик. — Продолжим расчеты, милейший. Нервы Светиных подданных, особенно детей, это по три золотых каждому из них, а детям по четыре. Затем разгромленные сеновал, конюшня и амбар — это еще по двадцать золотых хозяину и по три золотых с каждого разрушенного здания нам. Теперь потеря такого важного и экономически выгодного пункта, как постоялый двор дядьки Тавора. О нем и его корчме слава шла на много верст вокруг, и мы стабильно получали доход в виде ста золотых монет. Теперь двора нет, значит, сто монет в компенсацию утраченной прибыли и еще сто за моральный ущерб, так как я каждую ночь буду оплакивать корчму дядьки Тавора.
— Мы, похоже, тоже, — мрачно буркнул Каутинус.
— И самому Тавору еще сто золотых за потери, — невозмутимо продолжил лорд Венатор. — И не забудьте про восьмикратную пошлину с каждого члена каравана! Итого: две тысячи девять золотых нам, Тавору сто три золотых, восьмидесяти женщинам и мужчинам по три золотых, это двести сорок, двадцати детям по четыре золотых, это восемьдесят, и вон тому хозяину строений шестьдесят три золотых.
— Вы нас по миру пустите! — возмутился подошедший Атус. — Нам еще дальше ехать!
— Ах, да, и едете вы теперь в объезд! — жестко отрезал Вик. — Мы вас на своей территории больше не принимаем!
— А как же нам тогда до лесов добраться?
— На своих четырех!
— Это грабеж!
— Раньше думать надо было, когда на Свету нападали!
— Не пререкайся, парень, — вздохнул Каутинус, кладя лапу на плечо младшего напарника. — Но, лорд Виктор, у нас нет таких денег. И мой напарник прав, нам не на что будет доехать до наших лесов.
— А мы вам одолжим под пятьдесят процентов, — улыбнулся Вик.
— Нет! — отшатнулся Каутинус. — Нет! За такое мой повелитель с меня точно шкуру снимет и у камина постелет! Да и полной суммы у нас все равно нет!
— Хорошо, — покладисто кивнул Вик. — Тогда выплачивайте четыреста восемьдесят шесть золотых народу сейчас, а мы Мортифору чек пошлем. Норри, там как, готово?
— Уже, — ухмыльнулся эльф, и из-под его чутких пальцев в воздухе материализовался длинный исписанный пергамент.
— Очаровательно! — выдохнул Вик, пробежав по нему глазами, и протянул Каутинусу. — Подпиши.
Оборотень замотал головой и отступил. Словно Вик ему предлагал подписать не расписку, а договор на вечное рабство его бессмертной души.
— Слушай, — вздохнул лорд Венатор. — Мортифор все равно о произошедшем узнает, и тебе придется писать отчет. Так чего тянуть? Днем раньше, днем позже.
— Тебе легко говорить, не с тебя же шкуру снимут, — буркнул Каутинус.
— Хочешь бесплатный совет? — улыбнулся Вик.
Оборотень подозрительно прищурился и отступил.
— Не верю я в драконью благотворительность, — покачал головой он.
— И правильно делаешь! — согласился кузен. — Я и сам в нее не верю! Но когда на меня нападает благодушие — пользуйся. Так вот, в отчете свали всю вину на Мору, а себя поставь как основного Светиного защитника. Таким образом, ты не только выставишь себя белым и пушистым, но, может, и получишь чего.
— Угу, пинка под зад.
— А ты сделай — а мы посмотрим, — подмигнул Вик. — Что-то мне подсказывает, что ты не пожалеешь.
— А с чего вдруг тебе чего хорошего мне советовать?
— Может, совесть проснулась? — пожал плечами брат.
— У вас?! Да скорее конец света близится! — вздохнул оборотень и, зажав перо между когтями, размашисто расписался в пергаменте.
— Слушай, — склонился Норри к Витькиному уху, — если у тебя проснулась совесть, усыпи ее! От такого добра — одни убытки.
Пробежав напоследок глазами документ, Норри на него дунул и отпустил. Бумага превратилась в голубя и полетела на северо-запад. Ох, чую, Мортифор будет очень рад получить наше послание! Оборотни, видно, тоже это предчувствовали, так как понурились и пошли вызволять из-под завала уцелевшие вещички.
Рядом оказался приплясывающий Тавор.
— Ой! Спасибо тебе, княжна! — счастливо прошептал он, гладя мою лапу. После трансформации мой слух стал еще тоньше, поэтому его шепот был прекрасно слышен. — Мне сарки стандартную страховку от природных катаклизмов давать отказались, потому что предыдущая корчма от молнии сгорела. Только одну страховку и выдали: если корчму разрушит в припадке гнева правящий глава дома Драконов без предварительного сговора и злого умысла. Думали, обули меня, дурачка, ведь всем известно, что князья Драко никогда не наносят ущерб на собственной территории. А тут такой шанс! Я вам триста золотых за ваше здоровье в казну Драко пожертвую!
— Это ты правильно мыслишь! — одобрил Вик, затем отошел на несколько шагов назад, окинул меня взглядом и произнес: — Так вот ты какая, малышка!
А какая? Мой первый и единственный раз полной трансформации протекал в очень нервных условиях в замке у Михея, и разглядывать себя просто не было ни времени, ни смысла.
— Красавица моя! — благоговейно прошептал Вик. — Ты просто прелесть! Жаль, нет зеркала.
— А это можно организовать! — улыбнулся Норри. — Хотя магический резерв по пустякам тратить в нынешних условиях глупо, но для тебя, сестренка, так и хочется сделать исключение! Ты действительно прекрасна!
Эльф что-то прошептал, щелкнул пальцами, и воздух передо мной сформировался в огромное призрачное зеркало. Из него на меня смотрел изящный изумрудно-зеленый дракон. Длинная узковатая морда, большие золотистые рога, жесткие гребни по хребту, костяные наросты на концах суставов крыльев. Но больше всего, конечно, завораживал цвет чешуи. Очень глубокий, мягкий. На солнце он переливался всеми оттенками зеленого и золотистого.
Норри подошел ближе и потрогал чешую.
— Странно, — пробормотал он. — Твоя кожа на ощупь очень мягкая и теплая. Даже не верится, что она выдерживает удар меча.
— Но когти-то вынесла, — возмутилась я. Собственный голос звучал ниже, с хрипотцой и свистящими звуками.
— Тебя поцарапали! — напомнил Витька. — А разница между когтями и мечом большая!
— Может, проверим? — предложил эльф.
От подобной перспективы у меня внутри все похолодело и сжалось. Не люблю, когда в меня тыкают острыми и холодными предметами! И вдруг все чешуйки на моем теле встали дыбом и, словно падающее один на один домино, перевернулись в другую сторону! Новая шкура была глянцево-черной с красноватым отливом и гораздо тверже предыдущей.
— А вот эта выдержит! — улыбнулся Норри, гладя обратную сторону чешуи. — Так вот что означает термин «боевая шкура»! Изумрудный — твой природный цвет, а в боевой шкуре ты черная! Именно такой тебя дядя и запомнил!
Я взглянула в зеркало. Изменился не только окрас, пасть у меня слегка раздалась, когти и еще больше вытянулись, наросты на суставах крыльев удлинились и зазубрились, гребни на шкуре вытянулись да заострились, в некоторых местах появились дополнительные костяные пластины с шипами на концах. В боевой шкуре я была немного массивнее и как-то жестче, словно на прежнюю изящную форму напялили массивный бронежилет.
Интересно, а как выглядят братья во второй форме?
— Увы, мы еще даже в завершающую стадию взросления дракона не вступили, — прочитал мои мысли эльф.
— А жаль, — вздохнул Вик. — Прикольно было бы полетать, на себя посмотреть.
— Скоро, надеюсь, полетаем, — улыбнулся Норри. — Ну что, Света, полетели?
— Как? Я не знаю, как назад превратиться!
— Со временем ты вернешься к прежней форме. Чаще всего это происходит, когда адреналин спадает.
— Уже спал, но я все такая же!
— Значит, тебе надо хорошенько в звериной ипостаси поработать, — решил Норри. — И я даже знаю как. В этот раз мы все полетим на тебе. Твоя скорость передвижения еще быстрее, чем у метаморфов, поэтому мы покроем большее расстояние. Тут как раз есть пара деревень, которые нам совсем не по пути. Навестим их, а потом вернемся на прежний маршрут. А я с помощью магии сделаю так, чтобы мы в полете не замерзли и не упали. Ну, как, сестренка, прокатишь?
— Только если я потом на твоем горбу покатаюсь!
— Договорились! — улыбнулся Норри. — Забираемся, ребята!
3
Чудеса авиапутешествий: завтрак в Варшаве, обед в Лондоне, ужин в Нью-Йорке, багаж в Буэнос-Айресе.
Моя трансформация выиграла нам два дня. Воспользовавшись ситуацией, мы сделали пару очень значительных крюков от намеченного пути. Своего и Ладушкиного пегасов Норри отпустил пастись на вольные луга. Стоит ему позвать — и волшебные кони явятся к хозяину по первому свисту. Таким образом, и лошади отдохнут, и я лишний раз не буду надрываться. Таскать на себе Вика, Норри, Ладиину, превратившихся в людей метаморфов и дорожную поклажу и так оказалось довольно утомительно.
В драконьем обличье я действительно перемещалась гораздо быстрее. Как-то Норри мне доказывал, что дракон способен развивать скорость до шестисот километров в минуту. Я не верила, ведь это всего лишь в тридцать раз меньше скорости света! Но теперь стала постепенно склоняться, что, может, какое-то зерно истины в данной информации и есть. Подобной быстроты я, конечно, не достигла, но за оставшиеся полдня успели мы много.
Жалко, положительных результатов по-прежнему не было. Мы сделали довольно большой крюк по территории, а она у меня немаленькая! Пролетели около заветного драконьего леса. Когда-то там стоял замок «Сердце Дракона», но со смертью Дорваны исчез. Впереди осталось только посетить глухую деревеньку на окраине владений, а потом вернемся к первоначальному маршруту.
Небольшое селение называлось Ёптр-на-куличках и располагалось среди царства непролазных чащоб да зловонных болот, недалеко от границы моих владений и территории вампиров. Надо признать, его название полностью соответствовало местоположению. Как тут еще люди живут, непонятно. Чем дальше я летела к пункту назначения, тем сильнее хотелось повернуть обратно.
Неудивительно, что эти территории у меня никто отвоевать не пытается. За такие земли еще хорошенько доплатить надо, чтобы кому-то втюхать! И почему именно в этом локальном аду наблюдаются очень сильные магические всплески?! Ноги бы нашей здесь не было!
Сколько оставалось до цели, я не знаю, ибо на карте вместо положенной широты и долготы красовалась черная окружность с припиской: «Деревня где-то радом, до хрена топать по трясине, махать крыльями тоже прилично». В общем, где-то на подходе к нашему Ёптру я не выдержала и случайно превратилась обратно в человека. Последние силы вложила в то, чтобы удачнее приземлиться. Увы, кусты, которые сверху смотрелись такими пушистыми и мягкими, на деле оказались неизвестной колючей шипастой дрянью.
— Да, Свет, — судорожно вздохнул Норри, очухавшись после экстренного падения, — летать на тебе было бы совершенно безопасно, если бы внизу не было земли! И почему из всех растений на поляне ты для посадки выбрала именно самое колючее и ядовитое?!
— Мне оно показалось наиболее подходящим, — честно призналась я.
— Да уж, лучше не придумаешь! — хмыкнула Лада, отплевываясь. Ее платье из снежно-белого уже давно превратилось в грязно-серые обрывки с зелено-желтоватыми пятнами ядовитого сока.
— А ты вообще молчи! — огрызнулась я. — Что ты Море наплела, что она на меня тираннозавром накинулась?!
— А чего она вела себя там как истинная хозяйка? Я ее на место ставила!
— Прекрасная работа! Меня чуть не сожрали в процессе!
— Это ты ее чуть не съела!
— А тебе что, жалко? — вдруг обиделась я. Между прочим, это меня Мора чуть не угробила!
— Брейк! — встал между нами эльфенок.
— Меня больше волнует закон подлости, по которому у Светы батарейка села в самой глуши! — перевел разговор в другое русло Вик.
Я растерянно оглядела полянку, на которой нам удалось почти благополучно совершить аварийную посадку. Деревья, деревья и еще раз деревья. Впереди, кажется, очередное болото намечалось. Населенные пункты здесь находятся друг от друга на приличном расстоянии, и жители немного диковаты. Даже мои догберы сюда нечасто забредают. Солнце быстро клонилось к закату. В летнюю пору на Гее быстро темнеет. Плохо дело!
— Вик, разверни карту, посмотри, где ближайшая деревня.
Лорд Венатор со вздохом раскрыл наш путеводитель и достал компас.
— Нормальные деревни остались позади, а впереди только наш Ёптр, — хмыкнул брат.
— Там, если верить плану. — Норри указал на север.
— Много пилить? — екнула моя душа.
— Прилично, — буркнул Вик и, сложив карту, направился к чащобе. — Пошли. Раньше дойдем, скорее поедим. Я уже проголодался.
— Погоди! — вдруг насторожился эльф, взял у Витьки карту и развернул ее снова. — Здесь очень интересное пятнышко с магическими отпечатками! И почему я его раньше не заметил?
В следующую секунду юный ванн Дерт что-то прошептал и подул на живописную масляную кляксу. И на ее месте появилась новая надпись, оставленная той же рукой, что и предыдущее послание. «Если что-то будет вонять, рычать и пытаться укусить вас по самое не хочу, дайте ему по морде и бегите!» Интересно, кто из моих предков сердобольно оставил своим потомкам такие точные и емкие наставления?
И вот уже несколько километров мы скорбно топали по ночному лесу. Пока ничего «потного, вонючего и рычащего» нам не попадалось. Тьфу-тьфу-тьфу! Так как в местных зарослях средством повышенной проходимости оказался только человек, то метаморфы не спешили превращаться в животных и следовали за нами в людском обличье. Построить портал Норри не мог, потому как никогда прежде здесь не бывал, а пользоваться магическим перемещением без точной наводки или точных координат чревато последствиями. Да уж, прокатила братишек!
Через несколько часов желудок Вика предательски взвыл. Наши с Норри желудки солидарно ему отозвались. Лада вздохнула и сбила палкой очередную колючку.
— Далеко еще? — надула она губки (в темноте я стала видеть очень хорошо).
— Не знаю, — огрызнулся Вик, и его глаза блеснули алым. Верный признак плохого настроения. — На карте больше ничего не написано. Если выберемся, я потомкам более точные указания оставлю!
— Я добавлю, — хмуро пообещал Норри.
Ох, чую, вряд ли там будет что цензурное.
Чем дольше мои братья оставались без еды, тем ниже опускалось их настроение. Но Ладушка этого, похоже, не замечала.
— А здесь что-нибудь водится? — продолжала допытываться она.
— Стандартный набор хищного зверья плюс огрхи, — рыкнул Норри.
— Ой! — испуганно сжалась Ладиина и стала затравленно оглядываться по сторонам.
Плохой признак! Если даже наша Ладушка трусит, то дело пахнет керосином. Я мысленно потянулась к Норри и стала ненавязчиво так рыться в знаниях своего эльфийского родича. Огары, огр, о! Огрх! Итак, что мы имеем?
Огрхи появились сравнительно недавно, всего лишь сто лет назад. Огромные, массивные звери, очень напоминающие мутантов-крокодилов, только с длинными ногами и какой-то непонятной мордой. Вечно голодные и всеядные. Охотятся исключительно стаей, нападают одновременно, слаженной командой. На суше способны передвигаться со скоростью шестьдесят километров в час. Челюсти разгрызают даже стальные доспехи. При отсутствии добычи заглатывают камни, коряги и прочий сор. Желудок переваривает все. Интересно, какие шансы, что мы пройдем мимо этой беды?
— Никаких, — хмуро отозвался на мои мысли Норри.
— Не надо быть таким пессимистом! — укорила я эльфа.
«Точно-точно! — наставительно подхватила правая половинка мозга. — Проблемы надо встречать с улыбкой на губах!»
— Как скажешь, — пожал плечами юный ванн Дерт, отступая в сторону. — Вон огрхи бегут! Предлагаешь радостно оскалиться?
«Лучше арбалет заряди!» — вздохнуло левое полушарие.
— Мы влипли! — взвизгнула Ладиина, пятясь назад.
— Не отбивайся от группы! — рявкнул Норри. — На одиночек они нападают в первую очередь!
Наша красавица осела на землю и истерично завыла. Приближающиеся хищники настороженно замерли. Похоже, такое громкое и режущее уши сопровождение к обеду их немного дезориентировало. Вожак принюхалась (у огрхов матриархат) и осторожно двинулась дальше.
— Они собираются нас сожрать! — заорала Лада, испуганно глядя на гигантских оскалившихся животных.
— Ни фига! — злобно прошипел Вик, вскидывая арбалет. — Я и сам сейчас кого хочешь съесть могу! Ну, идите же сюда! Идите к папочке!
Словно поняв его, звери вновь заколебались. Наверное, было интересно посмотреть со стороны, как два голодных хищника этого мира — древний кровожадный, беспощадный дракон и современный агрессивный огрх — столкнулись друг с другом в поисках пищи. И еще минуту назад решенный для оргха вопрос обеда теперь плавно перетекал в дилемму: кто же кого?
Голодный дракон всегда не подарок, а прожорливый от природы мужчина — тем более! Словно в подтверждение этой истины желудок Вика утробно заурчал. Наши с Норри желудки ему солидарно ответили. Местные властители чащоб и болот остановились, их ноздри напряженно раздувались, вбирая воздух.
Я взглянула на Вика. В какой-то миг мне открылась его аура. Эфирный Витькин дракон изогнулся, готовясь к нападению, и нетерпеливо постукивал кончиком хвоста по земле. У Норри наблюдалась та же картинка. Мой внутренний ящер также зашевелился и заворчал. Ему было голодно и не спалось. А впереди так вкусно пахла еда!
Из моего горла вырвался низкий, грудной рык, верхние губы Вика и Норри дернулись, повторяя звук.
Вожак огрхов издала тонкий, жалобный свист и отступила назад. Внезапно пришло осознание, о чем она думает. «Странные двуногие звери… не такие, как раньше… другие… пахнут хищниками… два самца и самка… прайд… голодные… злые… рядом добыча… очень громкая… пусть сами ее едят!» Это не было телепатией, скорее походило на безмолвное общение животных, когда волк понимает, что с медведем лучше не связываться.
Твари опустили массивные длинные хвосты в знак покорности и, развернувшись, поспешно скрылись.
— Кажется, нас только что признали более опасными хищниками, — заметила я.
— Знаю, — огрызнулся Вик. — Только моему желудку толку от этого мало!
— Пошли дальше, — вздохнул Норри, — а то я скоро камни заглатывать начну!
Мне тоже зверски хотелось есть, стычка не на шутку раздразнила аппетит. А Ладушка, увы, с нами не в качестве добычи. Я начинала жалеть, что мы так легко отпустили огрхов! Чтобы хоть как-то отвлечься, я решила выяснить у эльфа пару интересующих меня вопросов.
— Норри, я слышала полный титул Мортифора, но «Канис Дирус Лупус» в нем не упоминалось! Почему?
— Это внутреннее уточнение, — радостно отозвался ушастый. Похоже, разговор его также отвлекал от еды. — Оборотни делятся на несколько кланов. Полное имя вервольфа помогает понять, с каким именно родом ты имеешь дело, и выстроить соответственно собственное поведение. Людям чаще всего такие нюансы мало, о чем говорят, и они называют всех упрощенно «Лупусами». Хотя правильнее было бы «Канис Лупус». Это наиболее распространенный клан обычных оборотней. В книгах описывают именно их. Повторять не буду, ты и так знаешь. Канис Руфус, или Рыжие волки, — очень могущественный и богатый клан. Крайне хитрые и умелые предприниматели. Бойцы посредственные, но берут коварством.
— Учту на будущее! Мора как раз из этого рода!
— Среди оборотней положение Руфусов настолько укрепилось, что они начинают угрожать правящей семье, — продолжал свою лекцию Норри. — Несмотря на нежность и заботливость по отношению к своим детенышам, в сообществе оборотней правит сила и жесткий контроль. Пока Мортифору удается удерживать свои позиции, но Рыжие стараются их подорвать.
Значит, Мора — вариант политически выгодного брака? Вот почему красавица так уверена, что Мортифор на ней женится! Или он ее любит? Хотя может ли правитель позволить себе такую роскошь, как любовь?
«Не отвлекайся! — буркнуло левое полушарие. — Такую лекцию пропустишь!»
— Норри, извини, что перебиваю, но где ты раньше был с такими сведениями?!
— Дядя мне их в последний момент поведал, прямо перед нашим отъездом! — обиделся эльф.
— Что-то я не помню на прощании Лерри, — подозрительно прищурилась я.
— Так он мне прямо в Волыменской империи лекцию читал! Нашел, блин, место и время! Сказал, пока я все не запомню, не отпустит!
— Подлец! — сочувственно поддержал брата Витька.
— Лерри был с вами в публичном доме?
— Заглядывал, — уклончиво ответил Норри. — Не знаю, почему дядя раньше мне ничего из этого не рассказал. Хотя, возможно, он дал слово не разглашать внутреннего устройства оборотней! Ведь Мортифор мог догадаться, что все известное мне дойдет до тебя. А лохматые не любят давать заклятым врагам любую информацию о себе. Дальше продолжать?
— Да, конечно, — смиренно кивнула я. Развели тайны Бургундского двора! И что теперь изменилось, если Лерри решил открыть тайну? Или ему Мортифор дал добро?
— Красные волки, Куон Альпинус, сокращенно Куоны, также плохие воины, но хорошие актеры и ремесленники. Очень красивые, нрав миролюбивый. К сожалению, их мало. Тилацины, они же Сумчатые волки, очень недоверчивы и всегда держатся особняком. Они в политику не лезут и спокойно принимают сторону сильного. Гуары, Гривастые волки, прекрасные бойцы. За счет длинной гривы убить их довольно трудно. Альбусы, Канис Лупус Альбус, Белые волки — основная боевая пехота оборотней. Они гораздо крупнее Гуар, недостаток мастерства и неуязвимости компенсируют силой и выносливостью. Это танки в мире вервольфов. Альбус сражается до последней капли крови и далеко за гранью боли. Хуже их только Дирусы, Канис Дирус, Ужасные волки, это настоящие машины для убийства. Они самые крупные, сильные и агрессивные представители оборотней. Этот клан — венец боевой эволюции ликантропов. Их девиз: «Победи или умри». Смертельные ранения их не останавливают и не ослабляют, боеспособны до последнего вздоха.
Я вспомнила полный титул Мортифора и содрогнулась. Ну, ничего себе, скажите на милость, врага отхватила! Все люди как люди, и только я отличилась. Нет чтобы хлюпика какого.
— Норри, из всех видов оборотней природное везение столкнуло меня именно с самым опасным. Я права?
— Ага! — улыбнулся ушастый брат. — Из-за обостренного чувства благородства этот малочисленный клан почти вымер, но тебе удалось нарваться на его последнего представителя! Будь ты среднестатистическим жителем, вероятность вашей встречи была бы меньше процента!
— Так, может, я прообраз Квипрокво? — сопоставила я факты.
— Не спеши приписывать себе его талант! — покачал головой Норри. — Так как ты Драко, то твои шансы равнялись один к одному. Любой враг хочет с тобой расправиться, поэтому встреча с Мортифором была неизбежна.
— Так, значит, Дирусы очень благородны? — вмешался в разговор Вик.
— Уже не совсем, — вздохнул Норри. — Дирусы правят очень давно. Те, кто не умерли из-за коварства и хитрых происков врагов, приспособились и очень многое переняли от Руфусов.
— Это я уже заметила, — хмыкнула я.
— Я рад, — улыбнулся Норри. — Насколько мне удалось вынести из наблюдений, Мортифор-друг — очень благородное и преданное существо, но Мортифор-правитель — его полная противоположность.
— Слушай, у меня создалось впечатление, что ты недолюбливаешь Морти.
— Есть немного, — признался Норри. — Когда я был маленьким, дядя Лерри воспитывал меня вместе с ним. И на первых порах почему-то очень часто обращался за советом.
— Это, каким же таким образом? — изумилась я. — Тебе сейчас двадцать четыре, Мортифору — двадцать девять. Это значит, что на момент твоего рождения ему было пять лет!
— У оборотней взросление протекает быстрее, чем у людей. При счастливом, безоблачном детстве один год их жизни приравнивается примерно к двум человеческим. В неблагоприятных условиях взросление вервольфов ускоряется в два раза. А если ликантропу грозит смертельная опасность, то его совершеннолетие достигается за два года.
— Ничего себе темпы! Это же, как интенсивно должен работать организм, чтобы за столь краткий срок успеть перестроиться из младенца во взрослого мужчину?! Кости, мышцы, мясо, нервная, соединительная ткань! Я уж молчу про развитие мозга!
— Да, оборотни в это время очень прожорливы и если не успевают набрать нужный запас макро- и микроэлементов, то весь внутренний резерв и энергия отдается главным функциям, прочие нужды организма удовлетворяются по минимуму. Чаще всего вервольфы в таком состоянии гораздо худее, бледнее и слабее своих благополучных сверстников. Но зато по окончании двух лет через неделю активного жора они полностью приходят в норму и в полную силу.
— Если доживут до этого дня, — заметил Вик.
— Верно, — согласился Норри. — Смертность при таком взрослении достигает пятидесяти процентов.
«Каждый второй», — мысленно подсчитала я.
— А какая же тогда выгода?
— Во-первых, — улыбнулся ушастый лектор, — повышенная выживаемость уцелевших индивидов. После такого развития убить их крайне трудно.
— Ничего удивительного! После такого детства я бы маньяком стала! Как у них еще психика выдерживает? Вот уж действительно, что нас не убивает, то делает сильнее!
— А во-вторых, — продолжил эльф, — в случае катаклизма или внезапной войны у особи, достигающей зрелости за два года, намного больше шансов выжить, чем при нормальном взрослении. Ведь этих десяти лет может и не быть в запасе.
— Получается, если у меня когда-нибудь появится дитятко-оборотень, то его лучше не пугать. А то пикнуть не успеешь, как ОНО вымахает и еще ползамка в придачу сожрет!
«Хозяйка, — заскреблось левое полушарие, — а чего это ты на себя детей-оборотней примеряешь? А?»
— Проехали.
— А что с умственным развитием произойдет в таком случае? — задала я больше всего интересующий меня вопрос.
— Мозг и нервная система у оборотней формируются и развиваются гораздо быстрее, чем у прочих рас, за исключением драконов, конечно. Поэтому в детском возрасте каждый вервольф — гений по сравнению с остальными сверстниками. Но после совершеннолетия этот процесс замедляется, и уже во взрослой жизни прочие народы догоняют ликантропов в умственных способностях.
— А если ребенок получился действительно вундеркиндом? Не временным явлением?
— Тогда он таким и останется, — улыбнулся Норри. — А окружающим очень не повезет.
— Будет гораздо хуже, если у драконов родится гений! — засмеялся Вик.
— Ну, если у меня на самом деле способности Квипрокво, то мое дитятко точно потрясет мир.
«Тогда тебе следует к Мортифору обратиться, — заметило левое полушарие. — От вашей совместной мутации Гея точно застрелится!»
«А что? — поднял голову экспериментаторский дух. — На это воистину интересно было бы посмотреть!»
«Не к добру это!» — вздохнул спинной мозг.
Ладно, вернемся к прежней теме.
— Значит, на момент твоего воспитания Мортифор уже был взрослым?
— Да, — кивнул юный ванн Дерт. — Но, честно говоря, для меня он всегда выглядел внушительным. Я его боялся. Все маленькие эльфы в детстве эмпаты,[17] и я чувствовал ненависть и неприязнь принца оборотней. Правда, она была только вначале, но мое первое впечатление до сих пор стоит между нами. Дядя воспринимает Мортифора как равного, в детстве, когда я еще не знал настоящего возраста Мортифора, я считал их ровесниками, а иногда, глядя в глаза вервольфу, думал, что лорд Лупус Карнификус старше. До вчерашнего дня я не понимал, почему Мортифор был таким взрослым в моем детстве.
— А я не могу взять в толк, почему нигде в книгах не говорится про взросление оборотней? Я столько фолиантов перелопатила! Как можно сохранить тайну от такой кучи народу?
— Дядя сказал, что когда-то давным-давно оборотни были самой могущественной расой на Гее.
— А где были драконы? — вмешался Вик.
— По легенде вервольфов, драконы тогда еще не появились, — пожал плечами Норри. — Ликантропы процветали, жили в мире и безопасности и думали, что их могущество никогда не иссякнет. Никто тогда не подумал бы покуситься на волчат, так как против виновного ополчилась бы вся раса. Но потом появились драконы, и мощь Лупусов пошатнулась. Новая раса была гораздо сильнее и опаснее лохматых, постепенно драконы упрочили свои позиции. А потом вспыхнула война оборотней против драконов. Обе стороны понесли огромные потери, но вервольфы пострадали больше. Выжил лишь каждый десятый, а вместе с численностью упал и престиж клана в глазах других народов. Молодых нелюдей стали убивать и обижать. Вот тогда, чтобы защитить себя, ликантропы принялись методично уничтожать любые сведения о самих себе. Они ушли на свои территории, отгородились от внешнего мира и стали тщательно оберегать свои тайны. Время шло, сжигались библиотеки, рассыпались пылью древние фолианты, и прочие расы постепенно забывали секреты лохматых. Теперь оборотни — одна из самых загадочных и опасных рас на Гее. Леса Лупусов находятся на самом северо-западе материка и граничат с Белым океаном. Большую часть года этот океан покрыт толстым слоем льда, и в том суровом климате не выживает никто, кроме представителей клана Альбус. На северо-востоке земли вервольфов граничат с лесами друидов, но последние стараются не связываться с лохматыми. На востоке проходит рубеж с эльфийскими лесами, но мы большей частью заняты проблемами с Драко, друидами, орками, урками и некоторыми людскими княжествами. На спокойных, почти незаметных оборотней эльфы привыкли не обращать внимания. Нас не трогают — мы их не трогаем. На юге…
— С оборотнями граничим мы, — улыбнулся Вик. — Географию я знаю.
— Тогда вы и про их взросление должны были знать. Эти сведения хранятся в Великой фамильной библиотеке дома Драконов.
— Света? — обернулся лорд Венатор.
— Вить, эта библиотека находилась в замке «Сердце Дракона», который исчез после смерти Дорваны, — вздохнула я. — Я никак не могла добраться до этих сведений.
— Чудесно, — улыбнулся Норри. — Значит, я не зря угробил всю ночь на заучивание курса всемирной истории! Пока прочие отдыхали с прелестными видениями, дядя буквально взял меня за уши и силком вдалбливал данные знания!
— Сочувствую, — улыбнулась я.
— Спасибо, — совершенно серьезно кивнул сводный братишка. — На юго-западе леса оборотней граничат с территорией суккубов, но они тоже не лезут в политику оборотней. А тайну своего взросления вервольфы держат так: никто не покидает родные леса до совершеннолетия. А там уже по внешнему виду взрослого мужчины не скажешь, рос этот оборотень два года, пять или десять лет. Кроме того, семейные пары живут в центре территории, а по краям находятся пограничные редуты, охотничьи сторожки. Да и сами леса оборотней имеют очень дурную славу. Там водятся очень странные и экзотичные хищники.
— И что, за всю историю не нашлось ни одного камикадзе?
— Те, кто спаслись от зверья, не убежали от вервольфов.
— Хорошо, допустим, здесь они своих детей скрывают, но как спрятать принца от общественности? Уж сарки бы точно заметили, что за десять лет Мортифор очень вырос!
— Теоретически у оборотней трон не наследуется.
— Что?
— Правитель вервольфов никогда не умирает своей смертью. Его убивает более удачливый претендент на трон. Вступать в борьбу за власть можно только по достижении совершеннолетия. А до этого о соискателях ни слуху, ни духу.
— Умно. Короли появляются на политической арене уже взрослыми, а сколько они зрели до этого — неважно. Но тогда получается, трон может захватить любой!
— Да, — прочитал мои мысли Норри. — Власть захватывает сильнейший. Однако чаще всего случалось, что самыми сильными противниками королей были именно их дети, так возникали династии правящих семей Лупусов.
— То есть сын убивал отца? — ошарашено выдохнула я.
Для меня подобный расклад был дикостью. Как можно убить своих родителей? Тех, кто вырастил тебя, выкормил, заботился, ночей недосыпал, недоедал, изматывался, но отдавал тебе лучшее? Как можно поднять руку на тех, кто были первыми существами, которых ты увидел, открыв глаза?!
Норри вздохнул и молча кивнул.
— Офигеть! Добрый мирок!
— У правителей нет обычной жизни, у них иные законы. Хотя некоторые принцы, как и Мортифор, вызвав короля и любого желающего претендента на поединок власти и победив в бою, щадили своих родителей. Карнификус теперь временно заменяет Мортифора, когда тот в отъезде, и присматривает за порядком.
— Все это, конечно, интересно. Но зуб-то у тебя на Мортифора за что? — не выдержал Вик.
— Ну… — замялся Норри. — В детстве я был довольно капризным и вредным ребенком. Мне нравилось выводить из себя других. Вот однажды Мортифор и посоветовал дяде спустить мне штаны и отстегать хворостиной!
Ого! Кажется, в плане педагогического воспитания мы с Мортифором единомышленники! А березовая каша, смотрю, пошла Норри только на пользу.
Между деревьями сверкнул огонек.
— Что это?! — всполошилась Лада. После встречи с огрхами она вела себя тише воды ниже травы.
— Кажется, пришли! — облегченно вздохнул Вик.
4
С точки зрения биологии, если что-нибудь вас кусает, оно, скорее всего, женского пола.
Селение, к которому мы вышли, оказалось на удивление небольшим и было окружено по периметру горящими кострами. Издалека оно выглядело относительно прилично, вблизи смотрелось неряшливым и запущенным. То тут, то там по улицам бродили женщины в непонятных мешковатых платьях.
— Интересно, — заметил Вик. — А где мужчины?
— Давай подойдем ближе, может, и узнаем, — тихо предложила я.
Повышать голос в такой мрачной обстановке не хотелось. И вообще, чем дальше мы продвигались в деревню, тем сильнее росло в душе гнетущее чувство беспокойства. Я мимолетно взглянула на артефакты, кровь дракона оставалась твердой, зато магический уровень окружающих колебался в районе двенадцати! Что здесь такое?
— Чего вам, странники? — преградила нам путь высокая худая женщина с безжизненным лицом.
Я выступила вперед:
— Мы княжеская семья Драко, объезжаем с инспекцией владения. Я бы хотела поговорить с вашим старостой.
— Следуйте за мной, — холодно пригласила незнакомка и, развернувшись, поплыла к большому дому на окраине.
— Не нравится мне это место! — выдохнул Вик.
— Мне тоже, — отозвался Норри.
— И я не в восторге! — громко заметила Ладиина, и женщина на нее удивленно обернулась, но ничего не сказала и продолжила путь.
— Лада, мне кому тебя скормить, чтобы ты научилась держать язык за зубами? — прошипела я, зажав локоток супруги.
Жена ошарашено взглянула на меня, поежилась, но промолчала. Надолго ли? Тем временем мы вошли в обветшалый дом. Внутри было еще хуже, чем снаружи. Всюду царил полумрак, но даже он не мог скрыть неряшливости помещения. Такое чувство, что здесь не убирались несколько лет. Может, у местных правило какое, типа: «От чистоты не воскреснешь, от грязи не треснешь»? Странно все.
Из глубины комнаты выступила еще более высокая и худая женщина в алом балахоне. Вытянутое мертвенно-бледное лицо, глубокие тени под глазами, бескровные, белесые губы. Брр!
— Кто вы? — От ее холодного, безжизненного контральто у меня по коже побежали мурашки.
— Это семья Драко, — ответила за нас проводница. — Разъезжают с инспекцией по владениям.
— Чудесно, — осклабилась староста. — Вы, полагаю, устали, господа? Не желаете ли поесть и отдохнуть?
— С удовольствием, — кивнули братья, стараясь сохранить спокойствие.
Сухопарая хозяйка хлопнула в ладоши, и со всех сторон появились девочки разного возраста. Все как одна высокие и очень худенькие.
— Знакомьтесь, дети мои, это князья Драко.
— Здравствуйте, князья Драко, — безжизненным хором ответили они.
— Обслужите их! — небрежно махнула рукой староста и вышла из избы.
Девочки тут же стали суетиться вокруг нас, ставя на грязный, засаленный стол не более чистые тарелки. Похоже, здесь искренне верят, что микроб хилый — от грязи помрет!
— Это что, каждая соринка — в желудке витаминка? — прочитал мои мысли Норри.
Из тарелок есть не хотелось. Мало ли что в таких условиях подцепить можно? Хотя Драконы теоретически не болеют, проверять на собственном опыте я не хочу.
— Вы на детей посмотрите! — прошептал Вик. — Все на одно лицо! Не женщина, а ксерокс какой-то!
Сходство действительно было странным. Маленькие девочки работали удивительно слаженно, словно одно целое.
— Пирожки! — провозгласила самая младшая, лет пяти, протягивая поднос с каким-то вытянутым скрученным недоразумением. — Пирожки! — повторила она, давая название кошмару на подносе. — Кому пирожки?
— С чем пирожки-то? — сглотнул Вик, отстраняясь от сомнительного блюда.
Метаморфы также смотрели на все с нескрываемым ужасом.
— Разные! — простодушно ответила малая.
— Ну, какие, например? — допытывался брат, стараясь не смотреть в сторону предложенного угощения.
— Эти вот сегодняшние, эти вчерашние, а вот эти позавчерашние! — так же ровно ответила малышка.
Кажется, нас здесь собираются как минимум отравить! Боюсь представить их план-максимум!
— А почему вокруг деревни жгут костры?
— От зверья, — сухо ответила самая старшая, лет пятнадцати. — В полнолуние они звереют.
— Я тоже, — доверительно сообщил мне Вик. — Если мне еще какую гадость в том же духе предложат, я их однозначно с голодухи покусаю!
— Зря ты это сказал! — судорожно вздохнул эльф. — Девочкам это, похоже, не понравилось!
Мы обернулись к детям и обомлели. Черты их лиц заострились и еще больше вытянулись, глаза засветились зеленоватым огнем, ногти на руках удлинились в десять раз.
— Думаю, пора нам вспомнить семейный девиз, — подала идею я.
— Это там, где сражаться? — прищурился Вик.
— Нет, там, где драпать! — мотнула головой я.
— Спасибо, все было очень вкусно, мы еще заглянем! — подорвался со стула Норри.
Девочки пригнулись и зарычали, Лада заорала, и малютки на миг шарахнулись. Это дало нам лишние мгновения, чтобы выскочить из дома.
— И куда дальше?
— Подальше отсюда! — скомандовала я и показала пример братьям.
— Ловите их! — заорали малолетние хищники.
И со всей деревни к нам кинулись женщины. А с мужчинами они что сделали? Сожрали, что ли? Мы юркнули между дряхлыми постройками и заскочили в пустующий хлев.
— Мне страшно! — всхлипнула Ладиина. — Я хочу домой!
— Не поверишь, я тоже! — похлопал ее по плечу Вик.
— Куда дальше? — спросил Норри.
— Прочь из этой хибары. Здесь мы как в ловушке.
— Что это за твари такие?
— Ш-ш! — приложил Вик палец к губам Лады. — Молчи.
Мы осторожно выскользнули из хлева и столкнулись нос к носу с очередной дамой.
— Вот они! — громко закричала она и на диво бодро кинулась на нас.
Норри махнул рукой, активируя воздушный кулак, и злопыхательница отлетела в сторону. Мы побежали дальше.
Если сейчас ничего не предпринять, нас поймают и однозначно сожрут. Вот бы сжечь это осиное гнездо! Я попробовала трансформироваться в дракона. Обычно от страха у меня это здорово получается! Но, видно, организм еще не успел отойти от предыдущего превращения, и ничего не произошло. Тогда я мысленно попросила Злыдня трансформироваться и перенести нас через линию из костров хотя бы до леса. Мой метаморф попробовал измениться и в ужасе раскрыл глаза. У него НЕ ПОЛУЧАЛОСЬ! Что-то в этом воздухе или в земле однозначно было не так! Вот везет так везет!
Я потянулась ментальной связью к догберам. К сожалению, ближайший зверь был в ста километрах от нас. Прибудет только через час. Увы, один в поле не воин. А пока соберется подкрепление и явится сюда, пройдет еще час. Плохо!
Значит, из деревни придется улепетывать на своих двоих. Отвратительно! Вряд ли мы успеем до того, как нас догонят. Тут мне на глаза попалась бельевая веревка с развешенными на ней женскими платьями-балахонами.
— Надевайте! — Я кинула братьям по шмотке. — Может, так мы сможем поближе подобраться к кромке леса, а там припустим со всех сил.
Увы, шмоток было всего четыре, а нас шестеро! Злыдень и Чернуля уступили нам свои балахоны и, поклонившись, скрылись в тени. Они попытаются отвлечь внимание на себя. Мы облачились и постарались как можно спокойнее двигаться дальше.
Часть пути мы преодолели без проблем, но на этом наша удача закончилась. Одна из тварей, оказавшись рядом, повела носом и учуяла наш запах.
Последние сомнения в том, что перед нами нелюди, развеялись, когда одна из них попыталась схватить нас, но попала рукой в костер. Ее конечность мгновенно вспыхнула ярко-зелёным пламенем. Мы выскочили за линию костров и помчались со всех ног к лесу. Кажется, я начинаю делать успехи в легкой атлетике, так как от страха иду вровень с Виком и Норри!
В лес мы практически вломились. От быстрого бега ветки хлестали по лицу. Не разбирая дороги, мы мчались гуськом по ночным зарослям, пока шум погони позади более-менее не стих. Как мы в процессе не попали в болото или не переломали себе ноги, думаю, стоит списать на наличие адреналина в крови и банальное везение лидера, выбиравшего путь. Вот если бы ребят вела я, мы бы попали в пасть огрха как минимум.
Мы остановились на небольшой проплешинке, чтобы отдышаться. Норри вновь прислушался.
— Ну что там? — тихо спросил Вик.
— Пока ничего, — мотнул головой эльф.
— А что дальше делать будем? — все еще стуча зубами от страха, спросила Ладиина. — Сумки-то там остались.
— Продукты? — испуганно выдохнули братья.
— И вещи, — припечатала я.
Поклажу несли в руках метаморфы. А чтобы хоть как-то облегчить нам путь, они взяли даже наши маленькие наплечные мешки. Только у Вика остался небольшой рюкзачок с картой и бутербродиком-заначкой.
— А вот это действительно проблема, — вздохнул Вик.
— Возвращаться — плохая примета! — заметил Норри.
— Тогда давайте пойдем дальше! — торопливо сглотнула Ладиина.
Честно говоря, повторно посещать деревню мне также очень не хотелось. Мы переглянулись и поняли, что впервые в жизни наши желания совпали. Но оставить метаморфов на произвол непонятных тварей мне совесть тоже не позволяла. Да, куда ни кинь — всюду клин!
Вдруг впереди между деревьями что-то блеснуло.
— Что это? — опять насторожилась Лада.
— Не знаю, но предлагаю обойти это стороной, — задумчиво покачал головой Вик.
Действительно, лезть на огонек и на собственной шкуре проверять, что там такое, не хотелось. В жизни всегда есть место подвигу. Хороший воин должен вовремя это место обнаружить и обойти стороной. В общем, будем разумными. Еще двадцать минут мы продирались сквозь бурелом и заросли хвоща, огибая сверкающее нечто по широкой дуге. И каково же было наше изумление, когда перед нами вновь предстала деревня, окруженная кострами!
Она практически была клоном предыдущей, только в балахонах, как сомнамбулы, разгуливали мужчины. От села капитально разило магией. Я это чувствовала уже и без всяких артефактов.
— Здесь что-то не так, — глубокомысленно заявила Лада.
— Да, — ухмыльнулся Вик. — Для болот и глубинки здесь просто подозрительная плотность населения!
— Что-то мне подсказывает, что это совсем не Ёптр-на-куличках, — вздохнула я.
— Судя по хлопотам, что они нам устроили, то это как раз таки нужные деревни! — проворчал Норри.
И тут сзади послышалось подозрительное рычание. Мы обернулись и обалдели. Нас почти окружили сомнамбулы-мужчины, на поводке у каждого было по огромному черному псу с большой зубастой пастью.
— Взять их! — скомандовал один из мужчин и спустил зверя с поводка.
Первую собаку Норри попытался пристрелить из лука. Полученный в лоб болт настроение кобеля не улучшил. Наше, впрочем, тоже.
— Бежим? — скромно предложила Лада.
— Ага, — кивнули мы и кинулись за ней следом.
К сожалению, единственная плешь между их рядами вела к деревне. Понадеявшись на удачу, мы кинулись в ту сторону. Нелюди так обрадовались, что мы идем к ним в руки, что милостиво пропустили наш отряд в село. Мы же времени не теряли и пересекли их логово за считанные минуты. Увы, по ту сторону опять же был лес.
— Ну и куда дальше? — Вик поравнялся со мной. (Я не говорила, что от страха уже его обогнала?)
— Может, вернемся в первую деревню за оружием и сожжем всех на фиг? — предложила Ладушка.
— А если не успеем? — фыркнул Норри. — И как ты собираешься их палить? У тебя в сумке завалялся огнемет? Или ты думаешь, они будут стоять и ждать, пока мы их испепелим?
— А вот мы нашим девочкам вполне можем привести компанию, — заметил Вик.
— Нет уж! Если эти твари еще и размножаться начнут!.. Нам всем тут не жить!
— В этих болотах вообще никому не выжить! — буркнул Норри. — И дети в первой деревне уже есть.
— В этой тоже, — указала я на бегущих за нами мальчиков. — Только пока у них, похоже, однополое размножение.
— Так, может, так все оставим? Вдруг они сами умрут? — отдышавшись, предложила Ладиина.
— Держи карман шире! — спустила я блондинку на землю.
— Сюда, Свет! — Вик схватил меня за руку и увлек за угол дома.
До горящих костров оставалось каких-то шестьдесят метров. Что-что, а в первую деревню мы возвращаться не будем! Еще не хватало брачным агентством подрабатывать! Норри подхватил меня под вторую руку, и бежать стало легче. Мы преодолели огненную линию и почти добежали до леса, когда нелюди спустили с цепи своих огромных псов. Слава Создателю, у женщин таких тварей не было!
— Разделяемся, — прошипел Вик и толкнул меня.
Норри побежал по третьему направлению, и только Лада увязалась за мной. Хоть и в длинном пышном платье, но бегала она гораздо лучше меня. Может, супруга надеялась, что я окажусь позади и собака кинется на меня? Не дождется! Как только красавица меня обогнала, я кинулась в сторону, в кусты, и удача мне изменила. Нога резко пошла вниз, и через секунду я уже кубарем катилась по почти отвесному, поросшему колючим кустарником и тонкими деревцами склону.
Пока я ласточкой летела на дно оврага, мозг автоматически анализировал ситуацию. Моя скорость передвижения значительно увеличилась, это плюс. Но способ спуска мне решительно не нравился, это минус. В процессе я не могла контролировать траекторию пути, это еще один минус, зато пес от меня отстал, это все-таки плюс. Мой путь усеян не лепестками роз, а хвоей, острыми корнями, камнями и колючими растениями, а в конце обрыв. Это опять же минус! Приземление получилось мягким: в воду. Это плюс!
Увы, речушка оказалась холодной, мутной и больше напоминала болото. Это минус.
— Так-так-так, — раздался над ухом насмешливый голос. — Давно к нам не заглядывал ужин!
Ну, это я уже однажды слышала! Я смело обернулась и обомлела. Вынырнувшие позади твари походили на мавок, как я на дракона! В отличие от водного народа эти были не бледно-перламутровыми с голубоватым оттенком, а коричневыми и темно-зелеными! Цвет их распущенных волос варьировал от грязно-желтого до черного, правда, у всех присутствовал какой-то темно-синий отлив. Такие же, как и у мавок, глаза светились зелеными и желтыми огоньками, как иногда случается на болоте. Может, это болотный народец?
— А где мавки? — осторожно спросила я.
— А чем мы тебя не устраиваем? — капризно надули губки красавицы, подбираясь ко мне поближе.
Блин! Одни женщины! А с ними у меня общаться не особенно-то получается! А-а-а! Засада!
— А я к Талику в гости, — брякнула я первое, что пришло на ум.
Талик — один из представителей речного народа. Симпатичный такой парень с сизыми волосами, стального цвета глазами и фиолетовыми губами. В прошлый раз мы с ним очень мило поговорили. Может, именно потому я и вспомнила его сейчас?
— Нашла где его искать! — фыркнула интересная девушка с темно-зеленой кожей, желтыми глазами и черными волосами. Губы у нее были темно-бордовые, почти человеческие.
Красавица продвигалась чуть впереди, из чего я сделала вывод, что она предводительница местной стаи. Или правильнее сказать косяка?
— А разве это не река? — решила я сыграть дурочку.
— Это за-бо-ло-чен-на-я ре-ка, — по слогам произнесла собеседница.
— Ну, тогда извините, — пожала плечами я и развернулась к берегу.
— Куда?! — взвыли болотные дивы и окружили меня со всех сторон.
— Домой, — спокойно ответила я. — Раз вы не хотите звать мне Талика, я пошла назад.
— Не так быстро, — заметила вторая прелестница с темно-синими волосами и коричневой кожей. — Ты свалилась нам на голову, а мы такие голодные.
— Я тоже есть хочу! — парировала я.
— Но ты одна, а нас много! — ухмыльнулась синеволосая.
— Но я костлявая и невкусная, — прибегла я к основному своему аргументу. — А временами еще и ядовитая! Вот как сейчас! — решила я перестраховаться на всякий случай.
— Ничего! — хмыкнули дивы. — Мы любим ребрышки. — И кинулись на меня.
— Стойте! — вскинула руку их темно-зеленая предводительница, становясь между мной и стаей. — От нее странно пахнет!
— Ну, знаешь ли! — вдруг обиделась я. — Побегала бы ты всю ночь по вашим зарослям и кустарникам, посмотрела бы я, как потом благоухала!
Драконы очень чистоплотны! Мы терпеть не можем грязи и при возможности по несколько раз в день купаемся! И произнесенный дамой аргумент хоть меня и спасал, но считался оскорблением, на которое я среагировала прежде, чем подумала.
— Нет, — мотнула головой темно-зеленая, подплывая ближе ко мне. — От тебя пахнет иным. Чешуей, змеями, крокодилами… такой знакомый, почти родной запах!
А я думала, почему мне жабы и всяческие гады стали благоволить! После того как я вступила в последнюю стадию взросления дракона, в террариуме меня принимали как родную! Похоже, и местным я понравилась.
Вдруг вожак болотного народца стремительно метнулась ко мне и, крепко схватив, плотно прижала к себе. Я оказалась к ней спиной в очень беспомощной позиции. Плохо дело! А я уж обрадовалась, что пронесет!
— Мне нравится твой запах, — томно прошептала мне на ухо эта дива и, проведя носом от моего уха до ключицы, неожиданно нежно поцеловала в шею. Одна ее рука зафиксировала корпус, а вторая любовно скользнула на талию. — Очень нравится!
Я не поняла, она меня есть собирается или кое-что другое?! Красавица с низким мурлыканьем игриво прикусила мне мочку уха, отчего все сомнения относительно ее намерений отпали. ОЙ, МАМА! ВО ЧТО Я ВЛЯПАЛАСЬ?! Я рефлекторно дернулась прочь, но в хрупких руках скрывалась поистине нечеловеческая сила. Меня еще сильнее прижали к себе, да так, что я почувствовала спиной каждую выпуклость и вогнутость фигуры моей пленительницы.
Блин, если я скажу, что уже жената и мое сердце занято, она, скорее всего, меня съест, а если промолчу, то сама попаду в ее гарем! И вырваться не получается: скрутили так, что и пошевелиться не могу! Хрен редьки не слаще! Что же выбрать? Спасите, кто-нибудь!
— Эгея?! — раздался вдруг возмущенный женский возглас.
Я, насколько позволяли объятия, повернула голову в сторону, откуда донесся крик. Там, уперев руки в бока, возвышалась светло-коричневая красавица с темно-зелеными волосами и изумрудными глазами.
— Ты что творишь, неверная?!
— Дора, у нее такой запах… Вот сама понюхай!
НЕ НАДО! Вторую красавицу я не переживу! Дора недобро глянула на меня, но, видно, мои глаза высказали все, что я по этому поводу думаю. Вдруг девушка облегченно улыбнулась и во весь голос закричала:
— Талик, тут к тебе гостья пришла! Говорит, что соскучилась! Иди сюда немедленно, иначе мы ее съедим!
— Дора! — возмущенно и слегка растерянно крикнула Эгея. — Дора, замолчи!
— Что за шум, а драки нет? — вынырнул из воды молодой парень с сизыми волосами, бледной кожей и стальными глазами. Увидев меня, он приветливо улыбнулся и раскрыл руки для объятий. — Здравствуй, княжна!
Эгея нехотя выпустила меня из своей бульдожьей хватки.
— Как поживаешь, красавица? — весело щебетал тем временем Талик, обнимая меня. — Опять за тобой кто-нибудь гонится?
— Угу, — кивнула я. — Две деревни каких-то непонятных тварей. В одной одни женщины, в другой — сплошь мужчины. Все как один хмурые, злые и похожи друг на друга как клоны!
— Умроки двух видов? — изумился мавка. — Вот это да! Их и одного-то вида нечасто встретишь, а два и на одной территории — это просто нонсенс! Как ты умудрилась их вывести на своих землях?
— Не знаю, они сами расплодились! — пожаловалась я на несовершенство мира.
— Этот вид нечисти просто так не появляется, — покачал головой Талик. — Здесь нужна нежеланная случайная смерть и сильное магическое возмущение двенадцатого уровня силы! А если их у тебя несколько видов, то смертей было как минимум две. Чаще всего встречаются женские особи.
Так, может, наш клиент все-таки где-то здесь обитает? Интересно, а деревня Ёптр еще жива?
— Умроки сильно опасны?
— Очень, — серьезно кивнул Талик. — Когда они созревают, то нападают на все живое в округе.
— Значит, моя деревня не выжила, — мрачно констатировала я. Жалко-то как!
— Это Ёптр-на-куличках? — уточнил Талик.
— Ага.
— О! Цела пока твоя деревня. Я только несколько часов назад подглядывал, как ее девки в речке купались. Красивые барышни! Жаль, пропадают без мужской ласки! Невест там больше, чем женихов!
— Ничего, — пробормотала я, — мои братья уже идут.
— Это лорд Венатор и Норри ванн Дерт? — внезапно оживились болотные дивы. — Они здесь?
— Да.
— Ой! А познакомишь?
— Дамы, — вздохнула я, — вы же голодные. А братишек вам скармливать не хочу.
— Да не будем мы вас есть! — отмахнулись красавицы. — Сожрать можно и кого другого, а драконы-то незаменимы!
Мне нравится их позиция!
— Так познакомишь с братьями-то?
— Только если вы их мне назад вернете целыми и невредимыми! И желательно довольными жизнью!
— Ой! Конечно-конечно! — запрыгали девушки. — Слово даем! Нам в болоте так скучно! А тут целых три дракона явились! Хоть какое-то разнообразие!
— Киморам можно верить, — кивнул Талик.
— Киморы? — переспросила я.
— Болотный народец, — кивнул мавка. — Это наши прямые родственники, можно сказать, двоюродные братья и сестры. Только киморы живут на болотистых территориях, и у них присутствуют гены земноводных, — Талик покосился на Эгею, — отчего они находят привлекательными и мужчин, и женщин. Не так ли, Эгея?
— Я думала, драконы тоже такие, — вздохнула красавица.
— Я за других индивидов не отвечаю, но сама, извини, не уродилась, — развела я руками.
Эгея внимательно посмотрела мне в глаза, долго не отводила взгляд, а затем тихо произнесла:
— А всем известно, что у тебя и жена есть.
— Есть, — призналась я, — но не супруга, а обуза. Честно говоря, подумываю, кому бы ее сбагрить в ближайшее время.
— Не врешь!.. — изумленно протянула Эгея и внезапно улыбнулась, протягивая руку. — Друзья?
— А почему бы и нет? — Я пожала ее холодную ладонь.
Рядом мгновенно нарисовалась ее ревнивая подруга. Я на всякий случай сдала назад.
— Не бойся, — хмыкнула Дора. — Ты мне больше не соперница, а значит, причинять тебе вред не вижу смысла. К тому же драконов лучше иметь в друзьях. Согласна?
На удивление рассудительная особа! Мне нравится! Рукопожатие светло-коричневой киморы было уверенным и сильным. Если бы передо мной не стояла фигуристая красавица, я бы приняла его за мужское. Но вернемся к нашей проблеме.
— Так как появляются умроки? Талик, объясни, пожалуйста, подробней.
— Ну, возможно, в этом лесу заблудилась магически одаренная девушка и погибла от несчастного случая. Ее сильное желание жить и магическое возмущение привлекают всякие сущности, которые постепенно и превращаются в умроков женского пола. Нелюди селятся в заброшенных деревнях и постепенно набираются силы, взрослеют и потом нападают. Умроки мужского пола появляются так же.
— А как их уничтожить?
— Можно сжечь, — пожал плечами мавка.
— Но они такие питательные, — прошептала одна из кимор.
— Что? — не поняла я.
— Приводи обидчиков — мы съедим твою проблему, — перевел Талик.
— А с вами ничего не случится? — испугалась я.
— Случится, — кивнули болотные дивы. — Мы потолстеем! Умроки не селятся около водоемов и болот, потому что мы единственные нелюди, которые можем ими питаться, как простой дичью. Прочие хищники их боятся.
— Но эти же поселились! — возразила я.
— Потому что у них не было выбора, — терпеливо заметила Эгея. — В этих местах больше нет иных заброшенных деревень. Оттого они и жгут костры вокруг своих стоянок. Мы можем выходить из воды на недалекое расстояние, но, увы, не можем пересечь огненный круг.
— Так вот от какого зверья они костры жгут!
— Именно, — кивнули киморы. — Так ты приведешь их нам?
— А две деревни осилите?
— Мы мавок позовем.
— Хорошо, только со мной в воду прыгнут еще братья, Ладиина и два метаморфа.
— Мы их не тронем, — решительно кивнула водно-болотная братия.
— Тогда ждите, я постараюсь мигом.
— Света, — Талик прижал руки к груди, — кажется, я тебя люблю!
Вот и правда путь к сердцу мужчины лежит через его желудок! Вдруг в моей голове раздался возмущенный Витькин крик:
«Свет! Меня убивают!»
«По какому адресу?» — насторожилась я, вылезая из воды.
«Блин, Свет, какой адрес?! Здесь темень кругом, заросли кругом и какие-то призрачные сущности во главе этих клонированных мужиков с их собаками! СВЕТ, ты же знаешь, как я СОБАК БОЮСЬ!»
«Хорошо, а в какой ты стороне?» — постаралась я выяснить направление.
«А я знаю?!» — вскинулся брат.
«Север от юга отличить не можешь?»
«Ёптр, здесь одно болото! Никаких ориентиров!»
«Болото, говоришь? Тогда прыгай в него и кричи: „Киморы, buon appetito!“»[18]
«Издеваешься?!»
«Делай! Доверься мне! Кричи!»
«А кого жрать будут? Их или меня?»
«Их!»
«О! Тогда uno momento!»[19]
Сама же обернулась к новоявленным союзникам и крикнула:
— Девочки, внимание, первый уже пошел! Только брата моего случайно не скушайте, а то я вас самих потом съем!
Тут слева от меня раздался крик. Киморы мгновенно нырнули в том направлении. Я мысленно потянулась к Норри, но тот не отвечал. Тогда я сосредоточилась на медальоне Драко и желании найти второго брата. Украшение вздрогнуло и дернулось вперед, указывая направление. И вело оно в деревню.
Я связалась с метаморфами и велела им вести женщин-умроков за собой в речку. Злыдень пообещал сделать все в лучшем виде и просил не беспокоиться по поводу исполнения, положившись на него. Судя по их внутреннему состоянию, питомцы измотаны, но пока не ранены. Где носит мою белобрысую жену, не знаю, но, надеюсь, ее ничто не сожрало. Хотя если благоверная еще сильнее испугается, то сама кого хочешь схарчит, и не только морально! А теперь займемся Норри.
Сводный брат обнаружился в самом центре села. Родич постоянно вращался волчком и расстреливал агрессоров молниями. Судя по внушительным кучкам пепла, погибли многие, но умроков смерть собратьев не останавливала. Эльфенок начинал сильно уставать и истощаться, что только еще больше подбадривало нелюдей. Кроме мужчин в деревне были теперь и женщины. Только бы эта погань дальше по лесу не разбрелась!
Я подхватила с земли внушительный сук и кинула в гущу толпы.
— Эй, болезные, нежного девичьего мясца не желаете?
От подобной наглости нелюди замерли. Норри сразу же этим воспользовался и испепелил еще пятерых. К сожалению, рядом с ним осталось еще штук сорок.
— Ты что творишь?! — возмутился брат.
— Иди ко мне, Норри!
Ушастый хмыкнул, но медленно, постоянно отстреливая молниями наиболее близких противников, стал приближаться ко мне. Умроки заворожено за всем наблюдали. Похоже, большей бессовестности они еще не встречали. Ну, так привыкайте, господа! Ум, наглость и вредность — наша фамильная черта!
И вдруг гады сорвались с места.
— Бежим! — крикнула я и понеслась к реке.
Норри почти мгновенно поравнялся со мной.
— Это и есть твой грандиозный план? — язвительно хмыкнул он.
— Просто верь мне, — через вдох отозвалась я и повернула влево.
К реке мы пойдем не по прямой траектории, чтобы нелюди увлеклись и не смогли сообразить, что к чему. Умроки вошли в азарт и не успели затормозить у края склона.
И вот мы дружным кубарем летели вниз. Во второй раз путь показался мне уже не таким тернистым. То ли с местом повезло, то ли адреналину спасибо сказать, то ли человек и вправду ко всему привыкает. А может, я так наслаждалась эмоциональным состоянием братца, что просто забыла про свое.
Изящный, грациозный эльф молча катился рядом. Лишь в голове у меня мелькали обрывки его мыслей: «Чтоб я еще… ёптр… доверился… ёптр… Свете! И гора эта… ёптр тур… камешек!.. тур… колючка! Ёптр… корень!.. турен имбарр! Мой копчик! Ай, камешек меж лопаток! Ёптр! Снова колючка! Сколько их тут?! Ой, ухо! Ё… Больно! Зараза!»
К тому же умроки, кувыркаясь за нами следом, все равно стремились догнать нас и укусить! Настроение эльфа от сего обстоятельства не улучшалось.
С шумным сочным «плясь!» мы огромным комком шлепнулись в воду. Едва черная гладь сомкнулась над нашими головами, нас подхватили чьи-то руки и стали оттаскивать прочь. Норри попытался отбиваться, но я успокоила его, что это свои. Нас с братом переправили на другой конец реки и выгрузили на берег. Там уже сидел и трясся от холода Вик, пытаясь закутаться в мокрый плащ.
— К-к-ка-ак в-водич-ка? — уточнил он.
— Прекрасно! — ядовито отозвался Норри, стаскивая верхнюю одежду и выжимая ее.
Видя плотоядный взгляд братьев, я стала осторожно пятиться к лесу, вызвавшись быть главным сборщиком хвороста. Вода в водоеме бурлила, и никто из нас не стремился смотреть в ту сторону.
«Хоз-з-зяйка? — раздались в голове приглушенные голоса догберов. — Хоз-з-зяйка? Ты где?»
«Здесь, — отозвалась я и мысленно передала зверям картинку берега. — Но мне нужно, чтобы вы прочесали лес и убили вот этих тварей». И я вновь послала им картинки умроков.
«Умроки? — изумилась Уна. — Что они з-з-здес-с-сь делают?»
«Покушаются на наши владения».
«Тогда с-с-смерть!» — единодушно кивнули мои лапушки и скрылись в лесу.
На небе занималась заря. Ну, наконец-то! А я уж думала, эта ночь никогда не кончится! Появились метаморфы с Ладииной. Девушка шла бледная и притихшая, но в целом живая и невредимая. Где-то в лесу догберы уничтожали уцелевших нелюдей.
Мокрые, голодные, поцарапанные, мы громко стучали зубами и жались друг к другу, пытаясь создать и сохранить тепло. Наши шмотки висели около костра и слегка дымились. После ночных приключений мы сидели ни живые, ни мертвые. Вот так прокатились! Все время то убегали, то по болотам шлялись, то по земле катались.
Сытые и довольные мавки и киморы повылазили из воды и весело щебетали с братьями. Правда, к костру не подходили. Братья вели себя безупречно вежливо и галантно, рассказывали смешные истории, забавляли шутками. В результате девушки были в восторге и даже пригласили братишек отдохнуть после нашей геройской эпопеи на берегу Великого озера. Мы все радостно согласились.
— Княжна, — рядом со мной присел Талик, — а ты всегда в подобные неприятности вляпываешься?
— Регулярно, — вздохнула я.
— Тогда прими вот это колечко, — Мавка протянул мне голубой перстенек. — Это печатка водного царя. Как будет грозить тебе опасность, смело прыгай в воду — мы слопаем всех твоих обидчиков!
— А что по этому поводу думает ваш владыка? — Я осторожно покосилась на предлагаемый подарок.
— Папа только согласится, — улыбнулся Талик. — Может, еще и похвалит меня за то, что я решил вопрос регулярного питания для своего народа. Бери, не бойся. Кроме царского расположения, кольцо больше никаких дополнительных смыслов не несет.
— А я не знала, что ты такой высокородный кавалер!
— Наверное, все-таки в жизни действует принцип: подобное притягивается подобным. Потому что, куда ни пойду, всюду натыкаюсь на равных. Хотя, может, это мы, мятежные принцы и принцессы, так друг на друга похожи, что все хотим приключений и ищем их на свои головы и задницы в одних и тех же местах? Скорее всего, последнее.
— Я тоже не знал сначала, что ты княжна, — хмыкнул тот. — Так что квиты!
Вдруг вода в реке забурлила, и на поверхность вынырнул очень высокий черноволосый мужчина. Огромные глаза незнакомца горели желтым огнем, кожа была словно покрыта слоем черной глины. Пришелец вышел на берег и направился ко мне.
— Приветствую тебя, княжна Драко! — глубоким баритоном поприветствовал он и легонько поклонился. — Я Норкар, владыка кимор, прошу тебя принять и от меня дар, особый знак расположения моего народа.
С этими словами он протянул мне кулон с малахитом на серебряной цепочке. Ну, хоть какое-то разнообразие!
— Отныне никакая топь и трясина не будет страшна ни тебе, ни членам твоей семьи. Мой народ радостно подставит спины под ваши ноги. И для нас будет честью расправиться с вашими врагами. Принимаешь ли ты мой скромный дар, княжна Драко?
— С удовольствием, — ответила я и склонила голову.
Владыка кимор надел на меня медальон. Я осторожно дотронулась до его плеча. Кожа Норкара была покрыта чем-то средним между черной глиной и илом. Я попыталась нащупать пальцем твердость тела, но глина размазывалась, а палец мягко уходил внутрь. Норкар плавно отстранился.
— Это и есть мои покровы, — произнес он. — Глина и ил — одни из ее составляющих.
— Насквозь не проколешь, если тебе интересно, — Эгея встала рядом с болотным владыкой. — Чуть глубже находится твердая кожа. Это так, оболочка.
— Эгея, дочь моя, разве ее светлости это интересно?
Дочь?! Это что же, еще одна принцесса на мою голову получается? А ее подружка кто? Герцогиня?
— Приятно познакомиться. — Я присела в реверансе.
— Взаимно, ваша светлость, — лукаво улыбнулась Эгея, возвращая поклон. — Будем взаимовыгодно сотрудничать.
Похоже, мне впервые в жизни удалось встретить двух адекватных женщин помимо Гвиневеры! Хотя и они со своей изюминкой оказались.
5
Если вы ущипнули себя, но видение не исчезло — ущипните видение.
Догберы полностью расправились с последними умроками лишь к полудню, и мы, относительно добродушные, но очень голодные, сердечно распрощавшись со всеми, выдвинулись в сторону деревни.
По пути нам опять встретились огрхи. Увидев нас, они поджали хвосты и вежливо сошли с дороги.
«Развелось тут хищников! Не продохнуть! — удалось мне услышать раздраженную мысль вожака. — И чего этим двуногим дома не сидится? Скоро самих, как щенят, сожрут!»
Живьем своих господ здешние подданные еще ни разу не видели, но слышали, наверное, много, потому что, когда Витька, подтрунивая, спросил старосту:
— Ну и какие у вас тут в деревне развлечения?
Тот простодушно ответил:
— У нас только две забавы, ваша светлость, и обе уже спят. Но, если хотите, мы их быстренько разбудим!
— Не стоит! — выдохнули братья и попросили плотный ужин.
В процессе поглощения пищи они даже на девушек не заглядывались, видно, сильно устали. Витька с Норри эстеты и любят смотреть на девушек. Легкий флирт на уровне переглядываний, подмигиваний всегда поднимал им настроение. И совсем недавно я стала понимать причины этого.
Мы с Витькой связаны крепче близнецов, мы как одно целое, но в двух ипостасях. Словно единую душу разрезали пополам, да так хитро, что в Витьке преобладают таланты прародительницы Тьмы, а во мне — Света. Некоторые наши качества одинаковы, а некоторые — диаметрально противоположны. Вместе мы гармоничное единое целое. Я подумаю — Витька сделает, и наоборот.
И если я благодаря преобладающим генам Света подпитываюсь энергией солнца, то Витьке такой способ совсем не пригоден. Тьма хитрая, коварная, соблазнительная, она питается страстью и всем, что творится под покровом ночи. Потому Витьке и нужно тепло человеческого тела. Его загулы не блажь, а необходимость. Чего не могу сказать о Норри. Вот в нем-то все гармонично, но свою драконью природу он любит отпускать на свободу.
И вот теперь два моих любимых дракона методично поглощали еду, ни на что не отвлекаясь. На нас же пришла посмотреть вся деревня. Набившись в дом старосты и держась на почтительном расстоянии от стола с продуктами, подданные внимательно следили за каждым нашим движением.
Разрумянившиеся, одетые в праздничные сарафаны девушки кокетливо жались к печке и кидали на братьев жаркие взгляды. Время от времени я слышала их шепоток и предположения, кто из них приглянулся моим шалопаям.
Витька с Норри на их дележку никак не реагировали и продолжали уплетать еду. Я наелась до отвала и теперь медитировала над полной тарелкой в том блаженном состоянии, когда желудок уже не может, но глаза еще хотят. Клонило в сон. Ночные приключения давали о себе знать.
Мужская половина деревни плотным рядком устроилась на лавках с другой стороны избы и внимательно пасла своих внучек, дочек, племяшек, а некоторые и жен. Сейчас дядьки сильно напоминали мне шпроты в банке.
На чердаке, словно мыши, копошились те добры молодцы, кому не хватило места в главной комнате. Время от времени я чувствовала на себе их заинтересованные взгляды. Ну да не каждый день доведется увидеть вблизи настоящего, живого дракона!
— А она и вправду в дракона превращается? — тихо прошептал кто-то сверху.
— Мой двоюродный брат говорит, что сам видел!
— Да врет он! — фыркнул другой мужской голос. — Он и тень свою за дракона примет!
— Большой, зеленый, зубастый! — продолжал доказывать все тот же парень.
— Все так говорят.
— Она еще черной может быть! — гнул свою линию местный эксперт по драконам.
— А в розовую не превращается? — хмыкнул скептик.
— Кал ей, не ерничай! — вдруг одернул его совершенно незнакомый баритон. — Брат Савия действительно мог видеть! У меня свояк у Тавора работал, так сегодня утром весточку прислал, что она их постоялый двор сожгла. И действительно была зеленым драконом, а когда на нее братья мечами замахнулись, то почернела.
— Это от злости, что ли?
— Да нет, боевую шкуру надела, как выразился тогда эльфийский принц.
— А чего она с ними в боевой режим перешла? Они что, не ладят? Вон с виду как мирно и сообща мясо трущат![20]
— Да ладим мы, ладим! — ворчливо отозвался Вик, подняв голову в сторону чердака. Похоже, он тоже втихую наслаждался мужским разговором. — Экспериментировали мы с Норри. Понятно?
На чердаке раздались тихие восклицания, послышалась напряженная возня, а затем воцарилась тишина. Витька заботливо подлил мне в кружку сока. Как будущую жену он меня рьяно воспитывал, но после крушения его матримониальных планов как новоиспеченную сестру — отчаянно баловал. Норри тоже относился ко мне с большим трепетом и почтением, особенно когда я готовила еду.
— И все-таки я не верю, что в такой безобидной маленькой упаковке может скрываться большой зубастый дракон! — раздался на чердаке приглушенный голос скептика. Все-таки парни не ушли. — Куда лишние килограммы деваются и откуда берутся?
А ведь действительно вопрос! Откуда? Я, честно говоря, не знаю, но после каждого превращения на меня такой жор нападает! Быка готова съесть. О! Соленые огурчики! Вкуснотища! Мм! Вот их я еще кило, наверное, с удовольствием слопаю. Странная вещь: в последнее время ем как не в себя, но только худею. Вот и теперь снова проголодалась! И это за ломящимся от угощений столом!
— Знаешь… — раздался совершенно незнакомый голос с чердака. Так, парней там, похоже, как минимум четыре. — Может, она и не выглядит грозной, но жрет, как полноценный ящер!
Я аж поперхнулась. Это кто там такой скупой? Я их тут защищаю, живота не щадя, а они мне куска хлеба жалеют!
— Слушайте, — подал голос, кажется, Савий, — а может, это морок? Может, она только прикидывается хрупкой?
— Надо пощупать, — решил кто-то из мужчин.
— Я вам дам распускать руки! — пригрозил Вик чердаку. — Я вас так пощупаю — мало не покажется!
— О, — выдохнул один из стариков. — Кажись, дракон нашими парнями заинтересовался!
— Дык они ж с ушастым вроде как по бабам мастера, — заметил другой дедок.
— А хто их знаить? — фыркнул первый. — Можа, им и мужики нравятся?
— Надо было сына в соседнюю деревню послать! — всхлипнул третий старик.
— Психи! — прошипел Вик.
— Ты лучше дочку свою спрячь! — фыркнул староста. — Это понадежней будет!
— А для княжны? — спросил кто-то из мужиков. Кто не знаю — поворачиваться к ним и выдавать себя не хотелось.
— Что для княжны? — не понял староста.
— Ну, если княжне кто из парней понравится, что делать?
— Не убудет от того счастливчика, — проворчал староста. — А вообще, мужики, если вам делать нечего, то прячьте своих детей и себя уж не забудьте.
— Ну, я старый… — протянул кто-то из сильной половины.
— А хто их, зверюг, знаить? — вставил словцо все тот же дедок. Старый провокатор! — Можа, и ты ей на что сгодишься?
— Это вряд ли. Как зверюга авторитетно заявляю.
— Да что вы квохчете?! — возмутился кто-то из мужчин. — Все равно впустую. Зачем ей ваши сынки, когда у нее шашни с оборотнем?
— Да ты что?! — навострили уши дедки.
А еще говорят, что женщины сплетницы!
— Ага, — кивнул информатор. — Поговаривают, она, как столкнулась с невестой лохматого, так всю корчму начисто спалила!
— А я всегда говорил, что, когда бабы ссорятся, мужику лучше в окопе сидеть!
— Ой! Какой там скандал был! Аж пыль столбом стояла!
— А та вторая выжила?
— Да что с зверюгой, станется! Встала, отряхнулась и пошла. Только княжне нашей все космы повыдирать обещала.
Я не поняла, это продолжение сплетни или меня об опасности предупредить забыли?
— А теперь подумайте, мужики, стала бы оборотниха угрожать нашей без причины?
— Стала бы! Эта дама все может! Она неадекватная!
— Не-а, — дружно кивнули мужики.
Протестую! Более неуравновешенной особы я еще не встречала!
— Не сопи так возмущенно! — склонился к моему уху Вик. — В женском углу эту историю в еще более животрепещущем ракурсе пересказали! Там такие подробности от очевидцев — мама дорогая, даже мне как-то неловко.
Р-р-р! Я прислушалась к женскому разговору, но там уже сменили тему.
— Ой, Галая, смотри, твой сын на княжну битый час зарится!
— Нечего ему туда смотреть! — подбоченилась мать.
— А вдруг это судьба? — мечтательно выдохнула одна из женщин.
— Какая?! — презрительно хмыкнула Талая. — От оборотня по морде получить?
— Ну а вдруг они сойдутся? — не унималась романтичная дама.
— Это кто? Мой сын с оборотнем?
— Да нет! — обиделась мечтательница. — Княжна с твоим сыном.
— Та-а-акк, — протянула разумная мамаша. — Без фантазий, девоньки!
— Но почему?! — возмутились селянки. Похоже, их на самом деле зацепила перспектива нашего с сыном этой Галаи совместного будущего.
— Вы на ее пальцы гляньте внимательно, — вздохнула Галая. — Кольца заметили?
— Ага! — загорелись деревенские барышни. — До чего же красивые! Изящные, дорогие! Один другого краше!
— Я тоже такие хочу! — капризно пискнул кто-то из них.
— А теперь обратите внимание на ее другую руку. Видите фамильный перстень Драко? Серебряный с большим темно-бордовым камнем. А рядом с ним еще одно кольцо из этого же металла с прозрачным перламутровым камнем? — Это она, наверное, про адуляр.
— Ну, видим мы все, — ворчливо отозвалась мечтательница. — Что ты этим хочешь сказать? Что твой сын ей не пара?
— А то, что испокон веков князья Драко были воинами и в поход брали только необходимое. Все свои украшения они, даже женщины-драконы, оставляли дома. Единственное, с чем не расставались, — это фамильный перстень и особо ценные артефакты. Но даже эти украшения они делали практичными. Серебряное кольцо или перстень очень хорошо помогает в драке с нечистью или нелюдями, боящимися этого металла. Из всего делаем вывод, что украшения из освященного металла принадлежат княжне. А вот золото драконы хоть и любят, но в поход берут исключительно в виде денег. А теперь подумайте: почему практичная Драко носит на пальцах так много изящных золотых колец, ведь такое количество не только в драке мешает, но и вещичка из столь мягкого металла может погнуться да испортиться?
Поразительно умная женщина! Что она делает в этой глубинке? И о драконах много, наверное, знает! Надо будет потом пообщаться. Дородные деревенские красавицы тем временем усиленно думали или честно пытались.
— Жадность? — наконец предположил кто-то.
Галая вздохнула и закатила глаза.
— Еще варианты есть?
— А может, они для нее что-то значат?
— Или обозначают, — с нажимом подчеркнула Галая, и дамы снова впали в прострацию. — Ну подумайте, что может обозначать золотое колечко, например, на безымянном пальце?
— Замужество! — озарило кого-то из девушек.
— Ай да умница моя! — язвительно похвалила женщина. — А теперь усложним вопрос: а если колец несколько?
Дамы снова задумались. Я в это время прислушалась к мужскому разговору.
— Что-то бабы наши притихли, — произнес кто-то из мужчин. — Уж не заболели ли?
— Или задумали чего?
— Чего? — язвительно хмыкнул староста. — Коллективное объединение своего мозга?
— Ну, твоя жена их на многое подбить может, — заметил кто-то из стариков.
— Галая глупостями не занимается, — отрезал староста.
Значит, эта рассудительная женщина твоя супруга? Логично, пара должна соответствовать друг другу. А ты, кажется, неглупый мужик.
Среди женщин наметилось оживление.
— Несколько мужей? — предположила все та же девушка.
— Молодец, Майя, такими темпами из тебя выйдет толк, если уже весь не вышел. А теперь думаем, девочки, какой жених может предложить золотое кольцо.
— Состоятельный! — хором ответили те. — Ну, конь и корова у него в хозяйстве точно имеются.
— Непременно! — сердечно заверила Галая. Кажется, ей даже нравилось издеваться над бедными почтенными матронами. — А сейчас прикиньте: чьи притязания княжна могла бы принять?
Дамы озадаченно моргнули. Чисто теоретически их список был бесконечным, и выбрать кого-то одного они не могли.
— В общем, так, — снова взяла слово Галая — Вон то, изящное с острым резковатым рисунком, похоже, вампирское. Второе, сходное с первым, снова вампирское.
— Два кровососа?! — ужаснулась мечтательница. — Зачем ей столько?
Для галочки! Коллекцию собираю!
— Ладно, — сдалась Галая. — Проще говоря, моему сыну нечего соваться в разборки правителей.
— Так, может, на моей Доньке ее брат женится? — предложил кто-то.
— Это который? — ядовито уточнила Галая.
— Желательно, конечно, ушастенький. Он ведь королем ельфийским когда-нибудь станет, но черненький тоже богат…
— Дамы, неужели вы еще не поняли, что женатый дракон — это оксюморон?[21]
— Что ты за женщина такая? Как что, так незнакомыми словами ругаться! — возмутились селянки и, ворча, принялись расходиться.
Интересно, каким ветром занесло такую образованную женщину в такую глушь? Только я поднялась из-за стола, чтобы спросить у нее об этом, как в избу вихрем ворвалась еще одна женщина.
— Чур, меня! Чур, меня! — затараторили под нос бабы, делая охранные знаки и еще быстрее разбегаясь по углам. — Чтоб тебя, ведьма!
Сама же нарушительница спокойствия невозмутимо прошагала к Галае и тихо спросила:
— Я ничего не пропустила?
— Нет, — безмятежно покачала головой та. — Ты их нашла?
— Нет! А где наша княжна?
— А вон, — едва заметным кивком головы указала на меня жена старосты.
Я, чтобы не стоять рядом со столом истуканом, снова села на стул и стала теребить в руках хлебушек.
— Красивая, зараза! — с улыбкой одобрила ведьма. — А через пару годков еще больше расцветет!
— И я так думаю, Айрис, — согласилась Галая.
— Но худая, — цокнула языком Айрис. — А что, вы ее на хлеб и воду посадили? Почему ее братья едят, а у нее пустая тарелка? Надо накормить беднягу, а то еще, не допусти Ведущие маги мира, с голодухи ноги протянет. Кожа да кости! Куда вы смотрите?!
— Тут Тавор предлагал создать орден по подкормке вымирающих видов.
— Однозначно вступим! — тряхнула головой женщина и решительно направилась ко мне.
Я попыталась поспешно встать и смыться во двор, но опоздала. На плечо легла твердая женская рука.
— А что это вы не кушаете, ваша светлость? — улыбнулась знахарка, осторожно убирая правую руку, а левой накладывая мне горы еды на тарелку, особенно упирая на соленые огурчики. — Вам теперь надо хорошо питаться! Мясца побольше и огурчиков соленых!
— Слышали?! — вдруг со всех сторон зашелестели восторженные женские голоса. — Ведьма сказала, что наша светлость должна есть! Неужели княжна в положении?
— Однозначно! — припечатал кто-то. — Айрис эти вещи прекрасно чует!
— А от кого?
— От оборотня, конечно! У них же с ним все шашни были!
Я аж соленым огурчиком подавилась. Даже если я буду все отрицать, мне не поверят, только еще больше укрепятся в собственном заблуждении. Ой, мама! Вот теперь я точно попала! Остается только надеяться, что новая сплетня не скоро выберется из этих болот в свет. Боюсь представить себе реакцию Мортифора, когда до него долетит сия благая весть!
«Раньше до нашего красавца дойдет счет за моральный и материальный ущерб! — ехидно напомнило левое полушарие. — И отчет о событиях в деревне! А еще хуже — взвинченная пострадавшая невеста до него доберется!»
«Ох, не к добру это!» — привычно завел свою волынку спинной мозг.
«Да, — согласилось правое полушарие. — Ничего из вышеперечисленного оборотня не обрадует!»
«Я больше за вас отдуваться не буду! — рыкнул мозжечок. — Будете извилинами шевелить!»
И во все это меня втравила Айрис. За что?! Под моим взглядом местная ведьма струхнула и попятилась.
— Вам для ускоренной трансформации эти продукты полезны! — громко сказала она, одновременно оправдываясь передо мной и пытаясь опровергнуть новую сплетню, но ситуацию было уже не спасти.
М-да, что такое не везет и как с этим бороться? Ладно, раз уж ведьма ко мне подошла, хоть пообщаемся с ней всласть!
— Вы местная знахарка?
— Да, — кивнула она. — Меня зовут Айрис. Я знаю многие травы и обладаю целительскими способностями. Но местные все равно боятся.
— Потому что темнота, — хмыкнула подошедшая Галая.
— Вы извините меня, пожалуйста, что так получилось, — вздохнула Айрис. — Я как-то не подумала. Я, правда, не хотела навредить вам. Просто увидела у вас истощение и испугалась. Вы ведь еще взрослеете, верно?
— Папа говорит, на последней стадии.
— Вам надо есть больше мясного, жирного и много минералов с водой. Не знаю почему, но именно такие продукты приходят мне в голову, когда я сканирую вас. И, кстати, вашим братьям тот же рацион будет очень кстати. Особенно лорду Венатору.
— Спасибо! — кивнул Вик, — учту. — И потянулся к куску сала.
— Можно с вами поговорить в укромном месте?
— Конечно! — кивнули женщины и вывели меня на воздух. На солнышко!
История Галаи оказалась простой и банальной как мир. Женщина действительно получала образование в престижной Дворянской академии. Обычно аристократия своих дочерей не обучает, предпочитая просто выдавать замуж. Но бывают и исключения. Некоторые бароны считают, что их красавицам образование не повредит, и тогда девочки учатся наравне с мальчиками. Тем более что мест в академиях и институтах хватает, потому как человеческий род не спешит учиться. Да и сами учебные заведения чаще всего располагаются на территориях нелюдей, что еще больше отпугивает человеческих абитуриентов.
Когда Галая была на третьем курсе, ее родители трагически погибли, не успев написать завещание. И по людским законам все наследство перешло к ее дяде Актавию. Жадная тетка не хотела, чтобы племянница получила свою долю денег. Ведь любая девушка с дипломом об окончании Дворянской академии приравнивалась в правах наследования к мужчинам, а, следовательно, могла претендовать на свою равную долю имущества.
Тогда алчные опекуны прервали обучение девушки и отправили несчастную в эту деревню к двоюродным кузенам отчима тетки. Те свалившемуся на голову «гостинцу» от дальней сомнительной родственницы не обрадовались и предложили девушку в жены любому желающему. Марк сжалился над несчастной и предложил Галае свою руку и сердце.
Сам он жил в деревне с рождения. Его отец был потомственным старостой. Семья Марка, из поколения в поколение, приторговывая на ближайших рынках, приумножала свой капитал, и парень смог получить образование в небольшой Вампирской академии. В жены он хотел умную женщину. Это и подкупило юную девушку. Как выяснилось, Галая не прогадала.
Жили они с Марком душа в душу, воспитывая троих детей. Старший сын с дочкой теперь учатся в Дворянской академии, а младшенький (тот, что на меня заглядывался) решил остаться в деревне и во всем помогать отцу.
К моему великому удивлению, через Ёптр-на-куличках проходит купеческий путь в земли вампиров! А магистраль-то на карте не обозначена! Эх, Витьки на них нет! Надо брату сказать. Объезд караванам неудобен, а через мои территории короче, безопаснее, даже, несмотря на то, что догберы сюда не забредают и караваны не охраняют, и купцам дешевле пострадать от зверья, чем от двуногих грабителей. А у меня еще и пошлина снижена!
Предприимчивые сельчане настроили на окраине деревни по всему периметру гостевые домики, которые сдают уставшим путникам. Сами строения небольшие, уютные и ничем не отличаются от простых хат. Оттого я их сначала и не заметила, приняв за чье-то жилье. Корчмы здесь не держат, но голодные путники, не желающие сами себе готовить, могут купить продукты либо готовый ужин у местных хозяюшек, которые на воротах оставляют специальные знаки.
Так что Галая прекрасно обжилась в болотистой глуши и даже стала находить в том свои прелести. Мстить гадким родственникам она отказалась.
Ведьма поселилась здесь по идеологическим соображениям. Оказывается, если выбирать между костром и изгнанием на земли Дракона, последнее является меньшим злом. Поначалу ей было жутковато, все ждала, когда объявится злобный дракон и потребует свою непомерную дань или еще чего похуже. Но шло время, никто не появлялся, и чем больше она знакомилась с местными обычаями, тем легче становилось у нее на душе. К великой иронии, селяне сами побаиваются Айрис, но жечь не спешат, а стоит кому заболеть — тут же торопятся с гостинцами и просьбами помочь.
Правда, в последнее время в окрестностях стали происходить необычные события. Началось все с того, что перестали ходить караваны, потом не вернулась пошедшая за грибами сиротка Ийя. Ее отправился искать младший брат Марка и тоже исчез.
— Когда это случилось? — мигом насторожилась я. Ведь что-то дало всем странностям начальный пинок под зад.
— Две недели назад, — грустно ответила Галая. — Марк очень расстроился. Первую неделю мы прочесывали все вокруг сутки напролет, но ничего не нашли. Теперь поиски прекратились, но Айрис еще наведывается в лес и ищет молодых.
— Тит, братишка Марка, был очень хорошим охотником, — подала голос знахарка. — Да и Ийя не могла просто так заблудиться. Она к нам прибилась еще в детстве, ее нам караванщики подбросили, когда в очередной раз к вампирам шли.
— А как вы со зверьем справляетесь, если мои догберы не часто сюда забредают? — насторожилась я. — Кто же караваны охраняет?
— Их охранники, — улыбнулась Галая. — Купцам выгоднее один раз проехать сотни километров, кишащих зверьем, чем направиться в объезд. Да и нам хорошо! И товары привезут, и бизнесу полезно, и зверье хищное лишний раз постреляют.
— А сиротка та случайно не обладала магическими способностями? — насторожилась я.
— Они у нее очень высокие были, — кивнула собеседница. — Полагаю, около двенадцатой степени. Я ее сама обучала и растила. Родители ее в деревне от болезни погибли. Караван слишком поздно до нас добрался, лихорадка глубоко пустила в них корни. Я не смогла их спасти, они уже сгорели от температуры, но Ийю я выходила. Поговаривают, в ее роду была ваша кровь.
— А Тит?
— У Тита тоже хорошие способности были. Они у меня на уроках и сдружились. В этом году пожениться собирались, да не сложилось.
— А сбежать не могли? — спросила я, по привычке проверяя все варианты. Собственно, и так уже ясно, чья смерть поспособствовала появлению умроков. Непонятно только, как они, выросшие тут, могли случайно погибнуть.
— Не могли, — печально покачала головой Галая. — У них все условия для жизни были, да и, стоило захотеть в город уехать, мы бы чем могли помогли. Всем селом.
Хорошо, с молодыми людьми разобрались. Но что-то же подтолкнуло их к случайной смерти. Ну, как можно заблудиться в родном лесу?
— А что еще за странности стали происходить?
— Собаки пропадали, волки перестали по ночам выть, и в реке наблюдалось необычное оживление, словно в ней рыба большая плескалась, а на болоте слишком часто стали видеть болотные огни.
Ну, река и болото — это, скорее всего мавки с киморами оживились, чувствуя близкую дичь, а волки и собаки — первые признаки созревания умроков. Дальше им требуется более крупная пища. Вовремя мы с ними столкнулись! Еще чуть-чуть, и не было бы у меня деревни, но зато зрел бы на западе большой геморрой.
— А до исчезновения молодых людей что-нибудь необычное было?
— Караваны перестали ходить, — напомнила Галая. — Это очень странно, потому что у вампиров как раз в это время праздники и большинство ярмарок, а более выгодного пути не найти. Раньше к этому времени штук пять где-то проходило.
— И магический фон слишком часто колебался, — добавила Айрис. — Но такое на болотах случается.
— И все?
— Да, — кивнули женщины, — больше как-то и не припомним.
Я зевнула и покачнулась. Усталость явно дала о себе знать. Веки слипались, и из всех моих желаний на первый план выползло одно: поскорее принять горизонтальное положение. Галая сразу же поняла мое состояние и любезно проводила к месту отдыха.
Мне отвели небольшой аккуратненький домик для гостей рядом с избой старосты. Братьев поблизости не наблюдалось, из чего я сделала вывод, что они либо еще трущат что-то в хате у старосты, либо решили прогуляться. А может, им тоже выделили отдельные домики. Спросить было не у кого: Галая тактично оставила меня в уединении.
Я повесила в коридоре плащ, закинула на плечо рюкзак и направилась в спальню. После утреннего купания в реке и недавнего плотного обеда все движения производились на автопилоте.
Комнатка оказалась маленькой, очень уютной и, что самое удивительное, богато убранной. Хм, а домик-то, похоже, для ВИП-персон, а не простых купцов! Староста не промах! Наши дорожные сумки кто-то пристроил на расписном сундуке около огромной высокой кровати. Возле окна на столе лежала Витькина запасная катана, а рядом оказались остальные пожитки. Значит, братья сюда вернутся. Хорошо. Когда мы вместе, возникает ощущение безопасности. Я сгрузила к прочим вещам свой рюкзак и развернулась к постели. Резкий стук в дверь застал меня на половине пути.
— Извините, — в проем просунулась рыжая голова какого-то парня. — Я к вам по делу.
— Ну что ж, проходи, — вздохнула я. — Ты извини, но я выслушаю тебя лежа.
— Ничего-ничего! — замахал руками он. — Так даже лучше.
И решительно вошел в комнатку. Примерно Витькиного роста, хорошо сложенный, юноша фигурой больше напоминал эльфа, чем простого крестьянского парня. На симпатичном лице озорно горели большие зеленые глаза. Не портили его миловидности даже веснушки.
— А вы, правда, дракон? — почему-то смутившись, спросил он.
— Правда, — зевнула я в кулак.
— Ну, тогда я готов! — бодро отрапортовал парень, вытягиваясь по стойке «смирно».
— К чему? — насторожилась я и на мгновение даже проснулась.
— Ну, как же, — растерянно развел руками юноша. — Вы дракон, я мужчина. Я жду.
— Чего? — подозрительно прищурилась я.
— Вы же дракон? — почему-то начиная злиться, спросил парень.
— Ну, допустим, — кивнула я.
— Тогда вы должны знать, что обычно драконы делают с непорочными девицами.
— А ты у нас девица? — Я склонила голову набок. Совсем недавно эта привычка появилась.
— Нет! — возмущенно отмахнулся парень. — Но и вы же не мужик!
— Тогда, может, невинный? — осведомилась я, глядя в его хитрющие глаза. Вот ни за что в это не поверю. Уж больно он моих братьев напоминает.
— Вот блин! — всерьез огорчился юноша. — А с этим-то прокол! Так что, мне идти девственников звать?
— Стой! — окончательно проснулась я.
Огр бы их побрал с этим ненавязчивым сервисом! У меня в княжестве проблемы, мир атакуют какие-то уроды, над собственной жизнью нависла угроза, ГОС все еще не сдан, дома бумер разбитый остался, пятого члена семьи все никак не найду, а они мне еще парня прислали! Я устала! У меня даже нет сил сбросить напряжение древнейшим способом! Единственное, чего я хочу, — это отдохнуть от всех и вся!
«Да, — мрачно резюмировал мозг. — Если дракон отказывается от секса, то мир действительно в дерьме!»
— Так, значит, я сгожусь? — мгновенно воспрянул духом местный пройдоха.
— Нет. У меня для тебя иное задание. Возвращайся в зал и проследи, чтобы никто меня не беспокоил ближайшие два, нет, четыре часа.
— А что вы будете делать? — заинтересовался юноша.
— Ты не поверишь, — хмыкнула я. — Спать!
Парень горестно вздохнул и побрел к двери, бормоча: «Кто этих драконов поймет!» Напоследок он обернулся и, не найдя поддержки, вышел прочь.
— Ну что там? Ну, как там? — встретил его возбужденный шепоток у порога. — Велела другого звать?
— Сказала не беспокоить, — мрачно отозвался рыжик. Ой, чую, у этого пройдохи тоже в роду драконы отметились! Жалко только, не подходит он нам!
— Значит, у нее уже есть планы, — решили парни.
— Ага, — хмыкнул мой бывший собеседник. — Здоровый сон.
— Чтоб дракон и спал? — фыркнули басовитым хором. — Да это она тебе лапши на уши навешала! Не верим!
А мне все равно! Я перевернулась на бок и уже хотела пожаловать в объятия Морфея, но сон как назло не шел. Разбудили, блин! Я улеглась на живот и уткнулась носом в подушку. Бесполезно!
Вздохнув, поднялась с кровати. Надо немного походить. Авось тело вспомнит про усталость и вырубится. Взгляд мой снова привлекла запасная Витькина катана. Я взяла японский меч в руку и сделала легкий мах. Рукоятка из акульей кожи прекрасно ложилась в ладонь и не скользила. Хороший баланс. Прекрасная вещь!
Ощущение клинка в руке подняло настроение. С детства люблю оружие, особенно метательное, но то, что теперь с таким интересом и знанием рассматриваю абсолютно непривычную мне катану, говорило о пробуждении драконьих способностей. Значит, скоро мое взросление завершится, тело придет в баланс, и я обрету полную силу. Тогда, если верить Артуру Семину, любое оружие я буду чувствовать чуть ли не на генетическом уровне. Война у меня в крови.
Вдруг мою голову посетила шальная мысль. Я перекинула меч в другую руку и принялась вращать его, постепенно раскручиваясь в танце. С катаной я танец живота еще не танцевала. Попробуем? Дракон я или нет?
На каждое движение в голове накладывался ритм, и постепенно он все возрастал и возрастал. И вот уже я просто скользила, увлекаемая музыкой.
Кажется, где-то в середине моего развлечения кто-то сорвался с крыши, жалобно затрещали кусты под аккомпанемент тихого мата. Но мне было все равно, мелодия звала и вела дальше. Это уже не начальный танец, но и не чужой. Нечто иное, завораживающее, соблазнительное и смертельно опасное. Что-то до боли знакомое. «Арршшаус Рруау», — пронеслось в моей голове. «Танец Дракона».
Согласно легендам, дракон в битве двигался, словно в танце. Столетия жизни, духовного и умственного развития, наблюдения за миром, совершенствование военного искусства родили «Арршшаус Рруау».
Искушающий танец, сопряженный с отточенной техникой убийства. Неторопливые, томные движения отвлекают внимание противника, в то время как собственный ум холоден и готов к убийству. Каждое движение, каждый поворот, пасс выверен и рассчитан до мелочей для того, чтобы нанести молниеносный смертельный удар.
Этот танец преимущество для женских особей дракона. Он убивал и более умелых противников. Его изобрели давно, а гены позаботились о том, чтобы движения навсегда остались в нашей памяти.
«Арршшаус Рруау». Много о нем не расскажешь, потому что никому еще не удалось досмотреть до конца. Идеально для него подходят полупрозрачные, летящие ткани.
Именно этот танец любила Дорвана. Она, как и я, с детства не обучалась боевым искусствам, но суровые будни вынудили ее выучить его до мелочей и усовершенствовать. Вот почему отец одобрил танцы, даже в искусстве мы научились убивать.
В дверь резко забарабанили, и клинок, еще секунду назад бывший продолжением руки, потяжелел и стал неудобным.
— Княжна, княжна, откройте! — раздался взволнованный знакомый тенор, и за дверью жалобно заскулили, заскреблись.
— Кейси?! — изумленно ахнула я, наблюдая огромного черного волка на пороге. — Что ты здесь делаешь?!
— Вас ищу, — просто ответил он. — Можно войти?
— Конечно. — Я посторонилась. — Что-то случилось?
— Ничего особенного. — Волк вошел в комнату. — Я, как только узнал вашу ситуацию, сразу же поспешил на помощь. Я был в отъезде, в иных мирах, и не сразу получил все новости. Еле нашел вас в этой глуши. Что вы здесь делаете? От Мортифора прячетесь?
— А что, есть повод? — мгновенно насторожилась я. Наш чек на круглую сумму вполне мог до него дойти.
— Ну-у, — протянул Кейсариус, — Лорд Мортифор был очень рад получить ваше пламенное послание в виде чека на круглую сумму и длинное-предлинное письмо от леди Моры. В общем, король оборотней был так рад, что пожелал лично вас увидеть и передать вам весь свой восторг.
Ясно, намек понят. Лучше мне из глубинки пока не вылезать.
— А почему он тогда меня не нашел? Остыл?
— Спасла вас, как ни странно, леди Мора. Полагаю, сама того не желая. После того как ее выкинули из ваших земель, красавица почему-то направилась к друидам. И так рьяно отстаивала там свои права, что возникли очередные политические осложнения. В общем, Мортифору временно стало не до вас.
— Ясно. Не девушка, а ходячая политическая катастрофа. На месте Мортифора я бы такую проблемную невесту еще на подходе к королевству где-нибудь в земле закопала.
— Думаю, он уже рассматривает данную идею, — задумчиво протянул Кейси.
— Кейсариус, можно вопрос? А почему Мора ехала через мои земли? Разве все оборотни не живут на одной территории?
— А что вы знаете об оборотнях? — насторожился представитель этой расы.
Ой, блин! Вот дура! Вервольфы-то о себе распространяться не любят. Полагаю, они и информацию уничтожают! Сейчас как нарвусь на лохматых киллеров!
— Мало, очень мало. Я сделала такой вывод потому, что у меня на карте больше территорий оборотней нет, а люди считают вашу расу не совсем общительной.
— И ваше умозаключение получилось верным, — вздохнул Кейси. — Раньше бы я хранил эту тайну, но так как в данный момент я в опале, то отвечу на ваш вопрос. Да, все оборотни обитают на одной территории, но клан Руфус очень ушлый и предприимчивый, поэтому содержит свои предприятия на иностранных землях, где и живет. Многие из них умеют очень хорошо маскироваться под местное население.
— Это как? — опешила я. Трудно не заметить эдакого большого, тяжеленного верзилу с неуравновешенным темпераментом.
— Руфусы немного мельче и легче представителей всех остальных кланов. Многие специально красят волосы и стараются двигаться как местные жители. Мора, например, живет на людских землях. Ее отец занимает влиятельный пост при дворе Сардинии.
— И никто не догадывается, что она оборотень?
— Если король это и знает, то предпочитает держать в секрете, так как очень задолжал ее дражайшему батюшке. А Мора сейчас официально приболела и уехала лечиться на воды.
— Сейчас — это после нашего с ней общения?
— Нет, — хмыкнул волк, — такая версия была, когда она поехала на смотрины к Мортифору. Но теперь, думаю, ей действительно не повредит поправить здоровье.
— У психолога? — ядовито поддела я. Все-таки обидела меня Мора своим поведением!
— Полагаю, травматолог ей тоже не помешает. Я прав?
— Нет, кажется, я не успела ее покалечить.
«А жаль!» — вздохнула злопамятная часть моего существа.
— Кейси, а если ее тайна раскроется?
— Это зависит от суммы, которую предложат саркам за сохранение информации. А пока оборотни не торопятся им платить, потому как надеются, что Мора выйдет-таки за Мортифора.
— А ты, к какому клану относишься?
— Я изгнанный, у меня больше нет родового имени. Моя мать была из рода Альбус, а отец человеком.
Я внимательно посмотрела на Кейси. Кто знает, может, это мой недостающий брат?
— Пить-есть хочешь?
— Было бы неплохо, — тихо признался волчара.
— Располагайся, — благодушно кивнула я и отправилась в дом старосты за едой.
Пока Кейси ел, чистился и устраивался, я незаметно взглянула на артефакты. Уровень магии двенадцатый, а вот с родством, увы, проблема. Да, если нам повезло с Ладушкой — это еще не значит, что и последний член команды явится сам.
Супругу, кстати, разместили в самом отдаленном домике, чтобы особо не действовала на нервы. Витька с Норри о чем-то серьезно беседовали со старостой. Я решила не вмешиваться, все равно узнаю, если что-то важное. И, пока Кейсариус приводил себя в порядок, достала из сумки магический фолиант и влезла на кровать королевских размеров.
— Ты извини, я сегодня плохо спала, — зевнула я, раскрывая книгу. Может, мой артефакт раздобыл сведения об оборотнях или ответы на иные вопросы?
— Могу ли я к вам присоединиться? — осторожно спросил Кейси. — Понимаете, я не привык спать на полу. Холодно. Не бойтесь, я в человека не превращусь и не обижу вас, когда вы будете отдыхать.
— Наверное, неудобно постоянно находиться в волчьем обличье?
— Я уже привык, — скорбно вздохнул зверь. — Четыре лапы еще ничего, а вот блохи совсем достали.
— Что?! — Я отползла подальше от вскочившего на постель волка.
— Да не бойтесь вы, — улыбнулся, а точнее, оскалился он. — От них я уже избавился. Что я, зря в ваш мир перемещался за специальным шампунем для домашних животных? Даже ошейник приобрел! Вот!
И он действительно продемонстрировал мне тонкий кожаный ремешок, точно такой же, как у тети-Ириного Барсика.
— Еле подобрал нужный. Продавцы фыркали: «Как будто для себя выбираете!» Так и хотелось им правду ответить!
— А не проще ли с Мортифором помириться, чем так мучиться?
— Да псих он! — окрысился Кейси. — Миледи, мой вам совет: не доверяйте Мортифору и держитесь от него подальше.
Почему-то нелестный отзыв о короле оборотней меня насторожил. Хоть мы с главным вервольфом и мало общались, но впечатление неуравновешенного он не производил. Да и Лерри вряд ли бы стал дружить с невменяемой особью. Может, Кейси не такой уж и союзник?
Волк тем временем подобрался ближе и заглянул через мое плечо в раскрытую книгу. Как назло, милый фолиант решил обрадовать меня новой информацией о лохматых трансформерах и, в частности, об их короле.
— О! — изумился Кейсариус. — Интересуетесь расой оборотней? Или только одним ее представителем? — кивнул он на изображение Мортифора.
Артефакт постарался представить житие запрашиваемого объекта как можно полнее, включая самые разнообразные, порой и очень откровенные портреты. В данном случае книга по умолчанию на самую первую страницу поместила изображение обнаженного Мортифора за минуту до трансформации. М-дя.
Я захлопнула книгу и обернулась к волку.
— Врагов нужно знать в лицо.
— Судя по картинке, и не только, — вдруг язвительно хмыкнул Кейси.
— Ты вроде спать собрался, вот и спи! — рыкнула я.
Оправдываться, что это проделки книги, а не мой личный заказ, было глупо. Во-первых, кто поверит, что вредный артефакт любит всех объектов показывать в обнаженном виде? Исходя из такой логики, он просто создан для Драконов! А во-вторых, я ведь не возражаю против настолько развернутой информации! Почему бы не полюбоваться красивыми мужчинами во всех ракурсах? Дракон я, в конце концов, или не дракон?
Может, еще на досуге досье на Арк’мент’морка и Лерри заказать? И на Кейсариуса, когда он отвернется? Надо же и мне как-то развлечься. Не все же Вику с Норри оправдывать фамильную славу. Хоть во мне и преобладают гены Света, тот, в конце концов, тоже был драконом! Вот такое я бесстыжее создание.
Волк скуксился и, хмыкнув, принялся устраиваться на кровати. Слушать его версию о Мортифоре не хотелось. Сначала надо ознакомиться с официальной и более-менее объективной информацией, а уж потом сравнивать и делать выводы.
Я снова раскрыла книгу. Кейси послушно лежал в ногах. Хорошо. Не люблю, когда мне в затылок дышат и заглядывают через плечо. Итак, приступим!
Детский портрет Мортифора Лупуса Карнификуса меня просто поразил. Румяный большеглазый карапуз радостно кому-то улыбался, прижимая к груди тряпичного мишку. Прямо купидончик эпохи Ренессанса! Даже не верится, что Морти когда-то был маленьким!
На следующей картинке уже сидел напряженный худой мальчик с грустными глазами. Его взгляд заставил меня похолодеть. Семилетние дети не смотрят с такой тоской, горечью и ненавистью. Стиснутые кулаки и никакой игрушки. Так и напрашивается эпиграф: украденное детство. Интересно, а куда делись промежуточные портреты? Я вчиталась в подписи и обомлела. Между датами двух изображений было около семи месяцев разницы! Значит, что-то заставило Мортифора расти быстрее обычного. Его детство действительно украли.
Я внимательнее вчиталась в биографию. Мортифор был третьим сыном лорда Карнификуса от графини Айвы Домини. Клан девушки не указывался. Интересно, а есть ли у оборотней вымершие линии? Я тут же поинтересовалась у лохматого друга.
Кейсариус приподнял лобастую голову с лап и сладко зевнул.
— Есть, — ответил он, наконец. — Последняя представительница Лупус Аурелиус умерла около двадцати девяти лет назад при родах. Клана Золотых волков больше не существует, и мы о нем не упоминаем. У нас принято не называть и не писать полных имен умерших предков без веской причины, потому как считается, что полное имя способно вызвать их из небытия. А впустую это делать не стоит, так как души пращуров могут стать неприкаянными призраками. — Кейсариус снова положил морду на лапы и притворился спящим.
Ладно, вернемся к нашим оборотням. Вначале лорд Карнификус Канис Дирус Лупус Интерфекториус ухаживал за леди Летой Канис Руфус Отис, но в самый последний момент женился одновременно на трех девицах! Как ему удалось обойти законы оборотней, книга умалчивала, но факт оставался фактом. Причем беспрецедентным и уникальным! Кроме Леты и вышеупомянутой Айвы у старого прохвоста была еще одна законная жена: Кара Лупус Альбус Цициди. Интересно, как младшему сыну удалось занять трон? Нет, понятно, конечно, что корона у оборотней не наследуется, а завоевывается. Но реально ли младшему сыну победить в бою двух старших?
Угу, смотрим дальше. Два прочих брата: лорд Арвэст и лорд Орис старше Мортифора всего на две недели. Родились мальчики почти одновременно. Хм. Это наводит меня на странные подозрения! Я взглянула на изображение всех троих отпрысков Карнификуса. Оба братца вымахали теми еще бутузами! Если Морти был высоким, худющим, забитым подростком, то эти двое просто дышали свежестью и силой. На голову выше и шире в плечах, сытые, откормленные, они по-хозяйски обнимали младшего, который между ними выглядел сжавшимся и напряженным. Старшие принцы хоть и были от разных матерей, но имели удивительное сходство: черноволосые, зеленоглазые с лукаво изогнутыми чувственными губами. В них уже чувствуется огонек. И как же сильно они напоминали мне Вика!
Я снова окунулась в биографию. Но там ничего не говорилось о причинах, заставивших Карнификуса жениться одновременно на трех. Умалчивалось и о старших братьях. Зато Мортифор на всех фотографиях выглядел изможденным и забитым. Он рано заинтересовался знаниями, пропадал в библиотеках, начал путешествовать по мирам, феноменально обращается с временными потоками. Надо будет взять на заметку! Очень запомнилось изображение принца в библиотеке. Тощий, хрупкий подросток скрючился над книгой и лишь на мгновение оторвался взглянуть на внезапного посетителя. В глазах страх, обреченность и какая-то мучительная решительность.
Что же заставило Мортифора так быстро повзрослеть? Дочитать я не успела, на голову, словно мешок с песком, свалился сон. Никогда так резко не отрубалась!
Передо мной вновь колыхались сумрачные тени. Холодный тронный зал. Знакомый интерьер! Что-то зачастил он мне сниться! На троне бесновалось существо в капюшоне. Их местный король, полагаю.
— Почему вы не убили Дракона?! Почему опять напали на ее кузена?!
— Милорд, — обиженно всхлипнули бестелесные сущности, которым в прошлый раз было поручено убить меня. — Милорд, лорд Венатор был в женской одежде!
— Они все были в женской одежде! — запричитал правый. — Мы с Орту изучили картинки, мы все знали! Мы управляли умроками, но драконы очень шустрые оказались!
— Почему мужчины переодеваются в женскую одежду? — вопросил левый, тот самый, который любознательный. — Чтобы привлекать самок?
— Это говорит о болезни, — пояснил Орту, пряча улыбку. — О плохой такой болезни, большом отклонении от нормы.
Все это время широкоплечий воин карающим ангелом стоял за двумя коленопреклоненными слугами.
— Так, может, подождать, когда они сами сдохнут? — предположил левый.
— НИКАКИХ ЖДАТЬ! — взревел правитель. — МНЕ ПЛЕВАТЬ, ЧЕГО ОНИ ТАМ ОДЕВАЛИСЬ ИЛИ РАЗДЕВАЛИСЬ! МАРШ ИСПОЛНЯТЬ ПРИКАЗ, ИДИОТЫ! И НЕ УМНИЧАЙТЕ, А ТО ГОЛОВЫ ОТРУБЛЮ!
Вопреки всему меня выкинуло не в спальню домика для гостей, а в другой зал. Точнее, большую библиотеку. Высокие серые стены тянутся ввысь, в окнах витражи, все вокруг роскошно и уютно. Так и хочется взять со стеллажа из красного дерева книжку и почитать, свернувшись на одном из диванчиков. Почему-то я знала, что, если захотеть, возникнет плед, в который можно будет еще уютнее укутаться, и чашка горячего чая для полного комфорта.
А какой здесь стоял аромат! Обожаю запах старинных фолиантов! В комнате он смешивался с чем-то освежающим и чем-то мягким, теплым, уютным. Я прошла между рядов устремляющихся к потолку полок с различными томами. Здесь были и магические, и простые, и очень старые. Из этого мира и из других миров. Миллионы гигабайт информации, если перевести ее на современные измерители знаний. Как успеть это все прочитать за одну жизнь? Тут же в голову пришел ответ, что время здесь течет иначе.
Я шла вдоль стеллажей, движения, казалось, не принадлежали моему телу, и обзор был иным, словно я выше ростом. Кто я? Что я? Я прислушалась к внутренним ощущениям. Да, это решительно чужое тело! И оно мужское, другой центр тяжести. Стоило мне так решить, как до меня дошли его ощущения. Он был раздражен, растерян и расстроен. Еще вчера жизнь не омрачалась ничем. Молодой красивый правитель. Власть, деньги, женщины, вино, балы.
А сегодня — на руках орущий ушастый сверток! И нет больше любимой младшей сестренки. Умерла. Попросила заботиться о малыше и скончалась. Он, конечно, дал слово, но что делать с грудными младенцами, мужчина в самом расцвете сил и возможностей не знал! Сначала попытался перепоручить его кормилицам. Однако мать короля строго-настрого запретила им приближаться к ребенку. И так как некоторые вето в эльфийской культуре не может оспорить и сам правитель, то няни не отважились пойти наперекор и отказались смотреть за драконьим отродьем.
Леди Мириал, мать Лерри, всегда была моралисткой. Поведение собственной дочери она считала в высшей степени аморальным (ходят слухи, сама же ее и отравила). Собственного внука она окрестила Норрио,[22] что означает на эльфийском «мертвый», и очень надеялась, что малыш таким и родится. Но ее мечты канули в Лету. Теперь заботливая бабушка уповала, что без еды, питья и со злым роком в имени драконыш быстрее сдохнет.
Сначала Лерри хотел оставить все как есть. Но голодный ребенок проорал всю ночь. Детская находилась по соседству с покоями правителя, и когда тот, не выдержав шума, подошел к кроватке, то увидел огромные возмущенные глаза. Большие сапфировые очи любимой сестры…
Он не смог оставить племянника умирать и сам взялся воспитывать несчастного. Но что делать с маленьким грудным ребенком? Мужчина не знал. Не сбрасывают как-то эльфийским правителям на воспитание маленьких детей! Р-р-р! С Драко должок! Первое, что сделал Лерри, — подправил имя крохи на Норриеля. Воскресающий. Пусть ему везет в переделках.
И вот теперь эльф направился сюда. За поворотом мужчина увидел бледного, тощего юношу. Скрючившись, он сидел над книгой и что-то внимательно читал. Под глазами залегли глубокие тени, на белом, почти мертвенном лице ни кровинки. Тонкие длинные пальцы аккуратно листали желтые страницы огромной старинной книги. Как, он еще жив? Лерри не первый раз встречал здесь этого мальчика. Всегда какой-то измученный и побитый, он тихо сидел в уголке и читал, читал, читал. Они с ним никогда не здоровались, но уже перешли на следующую стадию молчаливого узнавания. Иногда кивали и еле заметно улыбались друг другу. Правда, с каждым разом мальчик выглядел все старше и старше, а интервалы между встречами были удивительно маленькими!
— Мне кажется или в прошлый раз ты был младше? — вдруг не выдержал Лерри.
— Так и есть. — Уголки губ юноши еле заметно приподнялись. Голос его уже изменился, став баритоном. — Я оборотень, взрослею быстрее, когда мне грозит опасность.
— А тебе грозит?
— Братья меня не очень любят, — пожал плечами парень. — Точнее, ненавидят.
— Почему? Ты старший сын?
— Я единственный единокровный сын своего отца, — горько улыбнулся тот. — Меня зовут Мортифор Лупус Карнификус.
— Лерри ванн Дерт, — протянул руку мужчина, и в ту же секунду меня выплюнуло из его тела.
Я наблюдала со стороны, как оборотень и эльф налаживают отношения.
— Так зачем ты здесь? — Юный оборотень откинулся на спинку дивана, попивая ароматный чай.
— У меня проблема, — вздохнул Лерри и рассказал о своей беде.
— Я понимаю, что племянник дорог тебе, но мой тебе совет: придуши его в колыбели, пока не поздно, — вдруг жестко сверкнули глаза молодого мужчины. — Драконы — мерзкие, злобные, кровожадные существа, и никакое воспитание не может их изменить. Я знаю, о чем говорю, два мои старших брата — бастарды Драко. Оборотни ничем их не обижали и не оскорбляли, растили вместе со мной, но они постоянно стараются меня убить. Это не глупые детские шалости. Нет, им нравится видеть мое страдание, мою боль. Я никогда не делал им зла и долгое время пытался подружиться, но им не нужен третий в команду. Я для них лишь добыча, игрушка, и каждый день молюсь выжить.
— Я все-таки хочу попытаться, — твердо тряхнул головой Лерри. — Он сын моей сестры, в нем и моя кровь. Это мой племянник.
— Глупо так рисковать, но я все-таки уважаю твой выбор, — вздохнул Мортифор. — Стеллажи с книгами по уходу за младенцами там. Но, если хочешь, я могу показать тебе на практике, как менять пеленки.
На минуту Лерри заколебался. Видно, решал, стоит ли доверять ребенка столь радикально настроенному против драконов оборотню.
— Ты мне веришь? — Мортифор протянул руку.
Лерри тряхнул золотистыми волосами, поднялся с дивана и, взяв руку юноши, скрылся в изумрудном портале. К моему удивлению, меня потянуло вслед за ними.
Мы оказались в просторной, залитой солнечным светом комнате. Посередине стояла кроватка. В ней кричал и дрыгал ножками маленький синеглазый карапуз. Мортифор спокойно шагнул к нему. Лерри вздрогнул, но не преградил путь оборотню. Юноша тем временем подошел к кроватке и аккуратно взял ребенка на руки. Маленький Норри заорал и забился, но Мортифор принялся легонько его баюкать и что-то говорить, отчего ребенок быстро успокоился.
— Где ты научился так обращаться с детьми? — удивленно выдохнул Лерри. — У меня впервые тишина в покоях!
— Когда братья меня вконец достали, я попросился в гости к тете, а у нее трое грудных младенцев. Пришлось помогать, — улыбнулся Мортифор, осторожно перекладывая ребенка обратно в кроватку. — Давай вначале его покормим, а потом уже пеленки сменим, а то скоро по твоим апартаментам распространится характерный душок.
— Все так плохо? — насторожился правитель.
— Привыкай! — хмыкнул оборотень. — Зачаруй молоко коровы и не забудь проверить на запястье. Оно должно быть теплым, но не горячим!
Я проснулась, лежа на левом боку и прижимаясь всем телом к чему-то большому, пушистому и теплому. Ага, рядом со мной во всю длину вытянулся Кейси, пристроив свою лобастую голову мне на плечо, моя правая рука покоилась на его ребрах, я прижимала зверя к себе, как большого плюшевого мишку. Странно, я не люблю спать с игрушками. Почему же его так заграбастала?
Раскрытый фолиант неудобно уткнулся острым краем под копчик. Я так на книге все время и проспала? Позор! Чтобы я уснула за чтением, да еще таким увлекательным! Однако надо признать, выспалась я хорошо. В комнату ворвались братья.
— Это еще что такое? — изумились они, глядя на волка в моих объятиях. — Он тебя охраняет или соблазняет?
— А вы как думаете? — отозвалась я.
— Кейси, привет, — улыбнулся Норри. — Давно не виделись.
— Давно, — кивнул волк, сползая с кровати.
— Ну, здравствуй, друг блохастый! — радостно осклабился Вик, цепляя пальцем его ошейник.
— Ну, здравствуй, друг чешуйчатый, — в тон ему отозвался оборотень. — Только я уже чистый, как комнатный Барсик!
— Может, и такой же кастрированный? — поддел его Витька.
— Обижаешь! — фыркнул волк. — За такое я тебя и пометить могу! Будешь моей ходячей вешкой территории!
И Кейси демонстративно задрал заднюю лапу! Ничего себе! Наглеет, однако, наш интеллигентный друг!
— Все-все! — примирительно поднял руки лорд Венатор. — Я уже вижу, что ты очень даже мальчик!
— Я думал, у оборотней паразитов не бывает, — осторожно заметил эльф.
— У людей тоже чисто теоретически их быть не должно, но есть! — хмыкнул зверь. — Что мы, не мясо, что ли?
Да, обрадовал! А Мортифор что, тоже блохастый?! Хотя чего это я переживаю? Это Море придется разоряться на шампунь от блох, не мне!
— Свет, — обернулся ко мне Вик, — пока ты тут спала, мы разведали приблизительные причины появления умроков.
— Ага, — улыбнулся Норри. — Чуть дальше по нашей транзитной магистрали завелась какая-то магическая хрень. Первый караван в начале сезона останавливался в деревне, но вот до вампиров не дошел. И второй караван тоже не добрался. После этого купцы стали ездить в обход.
— Ты представляешь, какие мы деньги теряем?! — возмутился Вик. — Слушай, давай проверим этот маленький участочек дороги! Тут всего ничего, каких-то сто пятьдесят километров по болотам.
— А братьев когда искать будем? Если мы не выживем, нам деньги уже до голубой звезды будут!
— А если выживем, то без них нам ой как плохо будет! — в тон мне ответил мой главный казначей. — А нам еще бумер или ремонтировать, или новый покупать. Помнишь?
— Деньги не главное в жизни!
— А как же тогда люди? — мгновенно сориентировался Вик. — Неужели ты так и оставишь нашу деревню без помощи? Ведь если в скором времени через нее не наладится караванный путь, она вымрет от голода!
Уел, зараза! Вот никогда своего не упустит! Недаром я назначила его своим казначеем. Под строгим и чутким руководством предприимчивого братца финансовое положение рода Драко подозрительно быстро наладилось. А что самое обидное, хитрый гад всегда знает, какие струны моей души затронуть, чтобы добиться желаемого! Естественно, мне совесть не позволит бросить людей в беде. Но, блин, и недостающие звенья цепи надо срочно найти.
— Ладно, — сдалась я. — Решим вопрос. Тем более что я не просто спала, а нашла наших недостающих братьев. Целых двоих. Если один не подойдет, будет запасной вариант.
— И кто же это? — У Норри загорелись глаза.
— Сводные братья Мортифора, — гордо провозгласила я. — Лорд Арвэст и Орис как их там. В книге все написано. Вот!
— Миледи, — осторожно кашлянул Кейсариус, — если вы имеете в виду двух старших братьев лорда Мортифора, то они уже одиннадцать лет как мертвы.
— Как?! — опешила я, судорожно припоминая все, что было о них написано в книге. Кажется, о смерти там ничего не говорилось.
— Их убил Мортифор Лупус Карнификус, — спокойно ответил Кейси.
В глазах на мгновение потемнело. Я совсем не знала двух моих братьев, но терять их было почему-то грустно. Я представила, что это не какие-то неизвестные мне парни, а Витька или Норри, и на душе окончательно поплохело.
— Это был поединок за трон? — Я, наконец, пришла в себя.
— Нет, — мотнул головой Кейси. — Поединок состоялся позже.
Мне вспомнился сон, в котором худющий, заморенный Мортифор боролся за каждый день своей жизни. Может, мои умершие братья были не такими уж и хорошими? В конце концов, я не знаю, что там случилось. Не мне судить других. А в нынешней ситуации вообще не место и не время отвлекаться на хроники прошедших дней. Итак, как бы жестоко это ни звучало, но двух братьев можно вычеркнуть. В данный момент нужно думать о спасении нынешних братьев и собственной шкуры. Интересно, с каких пор я стала такой прагматичной? Неужели это качества дракона? Вот тебе и благородные самоотверженные создания! Ладно, об этом подумаю завтра, если выживу.
— Норри, у нас есть кандидаты на вампирских землях?
— Да, какой-то лорд Ивар-сан-Мар. Мы с Витькой уже связались с Нох-рам-Лукушем.
— Дедушка его найдет и предоставит нам тепленьким, — ухмыльнулся лорд Венатор. — Кстати, он передает тебе привет и ждет на тортик. Правда, мы зайдем?
— Мечтай, троглодит! — фыркнула я. — Еще кто-нибудь есть по дороге?
— На границе с вампирской стороны тоже деревушка с подозрительной магической активностью, — сообщил Норри.
— Это может быть и не только наш клиент, и что-то мне подсказывает, что разбираться с этим делом придется срочно, готовьтесь к отбытию, а я свяжусь с догберами и попрошу их проверить все точки на наличие умроков или иной магической гадости. Отчет пусть передают одному из нас, будем вычеркивать пустышки с карты.
— Я сплету специальное заклинание и завяжу на догберов, — предложил эльф. — Лишние точки будут вычеркиваться автоматически, а нам не надо будет отвлекаться на выслушивание докладов.
— Норри, тебе когда-нибудь говорили, что ты прелесть?
— Да, — ухмыльнулся братишка. — Ты каждый день нам с Витькой это твердишь.
— Вот и чудненько.
— Ну что, на подозрительный участок дороги? — потер руки Вик.
— Что-то мне подсказывает, что он сам нас найдет, — настиг меня очередной приступ пессимизма.
Через полчаса мы отправились в путь. На улице смеркалось, на болоте что-то зловеще чавкало, ухала сова, а четыре вредных дракона вышли на ночной промысел. Надеюсь, дикие твари нам по пути не попадутся. Все-таки не хочется портить фауну на собственной территории.
С одной стороны, староста и радовался, что мы так быстро отправились устранять проблему, с другой — сильно переживал за наше здоровье.
«Эх, мужик, — хмыкнуло левое полушарие. — Не о том печешься! Ты тварей лесных пожалей!» Если верить народной мудрости, то «столкнуться с Драко — плохая примета, а темной ночью в лесу — и вовсе неприятные последствия!»
Так как на нас четверых было только два метаморфа, то Норри пристроился мне за спину, по-хозяйски обхватив за талию и уткнувшись носом в затылок. А Ладушка села за Витькой. Кейси превращаться в человека отказался, мотивируя тем, что за ним гонятся оборотни. А чтобы нас дополнительно не нагружать, он вызвался следовать за нами по суше.
Через пять минут езды эльф уже сильнее навалился на меня, каким-то непостижимым способом пристроив свою голову на моем плече, и сладко посапывал. Вик тоже время от времени клевал носом, периодически откидываясь назад. В такие моменты Лада, пользуясь недееспособностью мужчины, пыталась его втихую полапать, что тут же будило Вика и отнюдь не прибавляло тому хорошего настроения.
Злыдень предложил трансформироваться в какое-то непонятное животное с широкой спиной. Вся форма зверя в целом чем-то здорово напоминала диван. Хм, а может, ленивец Емеля из сказки ездил не на печи, а на метаморфе?
Несмотря на то, что идея в целом была очень даже хорошей, мы ее не без сожаления отвергли. Увы, но такая форма зверя не только передвигалась медленнее, но и по болотам не ходок.
Тогда Злыдень с Чернулей трансформировались в каких-то земноводных, здорово напоминающих комодских варанов, но с крыльями, мягко оттолкнулись и взлетели. Норри судорожно дернулся и проснулся.
— Что это было? — тихо прошептал он.
— Увеличиваем скорость езды.
— А-а-а, — протянул эльф и через минуту снова засопел на моем плече.
Я оглянулась. Витька, оказывается, даже взлет проспал! М-дя. И куда делась его вестибулопатия?
«Драконы такими мелочами не страдают!» — услужливо напомнил мозг.
Значит, не одна я старею! Это радует.
Метаморф тем временем пошел на широкий парящий круг.
Я глянула вниз и удивилась: мало того, что мое зрение мгновенно перестроилось на ночное, оно еще и в сотни раз острее стало. Я теперь с легкостью видела даже мельчайшие детали на земле. Раньше такого не было!
«А хочешь, мы еще все в ИК-режиме посмотрим?» — услужливо предложил организм.
«В другой раз поэкспериментируем», — не без сожаления отвергла я идею. Сейчас надо найти и устранить основную проблему, а это лучше делать старыми проверенными методами.
«Впереди слева что-то есть», — отвлек меня от размышлений Злыдень.
Я присмотрелась. Маленькая точка внизу действительно напоминала небольшой постоялый двор. Мы ринулись туда.
Через час планирования мы оказались перед странным строением. Деревянный двухэтажный дом стоял около дороги. Вместо забора высокий, метра под два частокол. Мое воображение почему-то тут же нарисовало на его острых концах побелевшие человеческие черепа. М-дя, ну и воображеньице! Хотя, признаться честно, выглядела постройка довольно мрачно. Даже ее новенький и вполне комфортабельный вид ничем не примечательной, обыкновенной гостиницы сильно настораживал.
Особенно мне не понравилось, что по мере нашего приближения к ней она словно перемещалась по земле, то отдаляясь, то подступая, будто не могла решить, прятаться от нас или нет. Возможно, благодаря этому свойству гостинице удавалось появляться на пути усталых странников, вырезая целые караваны, и скрываться от поискового заклинания на огромные расстояния. Что он и сделал с Норри, удалившись на сто пятьдесят километров в непролазные болота. Эдакий гостеприимный домишко с зубами! Что ж, пора ему показать, что мы и сами с зубами. Приступим?
Мы спешились и встряхнулись. Ночная прохлада очень способствовала бодрому настроению. Из леса появился взмыленный Кейсариус.
— Однако! — отдышавшись, выдохнул он. — Ну и темп вы взяли!
— А ты что думал? В сказку попал? — ухмыльнулся Вик. — Пошли?
— Минутку! — остановил меня проснувшийся Норри. — Давай-ка сыграем с ними небольшую шутку!
Я почувствовала, как тонкие нити магии охватывают фигуру стоящего рядом со мной Вика, но ничего не произошло.
— И что это было? — не поняла я.
— Миленькая иллюзия, — хихикнул Вик. — Не знаю, как ты, Света, а я Норри вижу красивенькой эльфийкой.
— Точно такую же иллюзию я наложил и на Виктора, — произнес эльф. — А наш Кейси теперь симпатичный такой волкодав. Полагаю, твое взросление подходит к концу, так как магия на тебя перестает действовать. Взрослая особь неуязвима для магии и не поддается иллюзиям.
— Не понимаю! — в зевке возмутилась Лада. — Что мы тут делаем и почему эти двое в женщин превратились?
— Чтоб враги не догадались! — ухмыльнулся Вик.
Правильно! Пусть лучше нас недооценят, чем переоценят. Эльф довольно кивнул, наши метаморфы превратились в обычных, но очень худых и заморенных лошадей. Ну, враги, трепещите: мы идем!
Внутри постоялый двор, несмотря на новизну, выглядел несколько заброшенным. Стены из какого-то темного красного дерева, приглушенный свет и мрачный упитанный хозяин у барной стойки. Сам субъект здорово смахивал на старого хряка, даже нижние зубы, словно клыки, проглядывали из-под губы. В углу у столика копошилась тощая, заморенная официантка. Бледная кожа, синяки под глазами и тоже как-то странно оттопырена нижняя губа. Это еще что за вид нелюдей?!
«Они б еще табличку „Мы не лопари“ повесили!» — мрачно прошипел в голове Норри.
«А что это такое?» — одновременно поинтересовались мы с Витькой.
«Вид нечисти, который питается кровью, мясом и костным мозгом. Очень сильные и агрессивные. Появляются в местах, где есть магические возмущения, но обычно их создают колдуны. Лопарей боятся даже вампиры. Уж больно они непредсказуемые».
«Прекрасно! Мы тоже не мягкие и пушистые!» — мысленно рыкнул Вик, но со стороны это выглядело как кокетливый взмах ресницами. Они и в жизни у него потрясающе длинные, густые и подкрученные, а у иллюзии интересно какие?
«Офигенные, — мысленно ответил Норри. — Наша Вика — знойная красотка!»
«Ты тоже ничего, Норриелия, — промурлыкал Вик. — Особенно мне нравится твоя душа третьего размера!»
«Я не поняла, мы лопарям морды бить пришли или соблазнять?»
«На месте разберемся», — шаловливо подмигнул мне Витька.
— Чего-нибудь желаете? — прорычал хозяин корчмы.
— Да, — улыбнулся Норри, беря инициативу в свои руки. — Комнату на четверых, и позаботьтесь о наших измученных лошадях и собаке.
Главный лопарь довольно кивнул и прокаркал:
— Пять золотых.
— Что?! — подскочил от возмущения Вик. — Это же форменный грабеж!
— Плати, — еле слышно прошипел Норри.
— И не подумаю! — тихо огрызнулся брат. — Ты их расценки слышал? Чтоб я заплатил за то, чтоб мне мое же здоровье тут попортили!
Лопарь хмуро наблюдал за нашими препирательствами.
— Если не нравится цена, ночуйте на улице, — выдал он. — На болоте нынче тепло.
— Нет-нет, — поспешно вскинула руки я. — Нам все нравится. Вика, плати.
— Свет, ты в своем уме? Тебя случайно бешеная собака по имени Расточительство не покусала?!
«Не переживай, мы вернем, — попыталась я успокоить расстроенного казначея. — Считай, мы ему на время ссудили».
«Угу, — мстительно прищурился Вик, запуская руку за монетами за пазуху. Со стороны, думаю, это смотрелось так, будто девушка запустила руку в корсаж. Смею также предположить, это выглядело очень сексуально, так как хрупкий тощий юноша, подглядывающий из кухни, чуть ли не слюни пускал. Наверное, у Вика тоже душа третьего размера, если не больше. — Я с него эти деньги вместе с процентами и его шкурой сдеру! Р-р-р!»
Корчмарь принял деньги и ухмыльнулся так, что показались внушительные нижние клыки. Видно, забылся от радости. Я оглянулась на Вика и увидела, как по лицу братишки пошла рябь. М-дя, в ближайшее время ему опасно ходить в налоговую инспекцию, еще расстроится и трансформируется в дракона, вот будет активный рабочий день для госслужащих. Лопарь тем временем крикнул того самого тощего юношу и велел ему проводить нас в комнату, а позже позаботиться о лошадях.
Тот охотно выскочил из укрытия, едва ли не облизываясь, и, подхватив все наше имущество, рванул вверх по лестнице. Причем в процессе подъема он старательно пытался не упускать из поля зрения Витьку.
— Окосеешь, болезный, — прошипел под нос парень.
— Что? — радостно отозвался пацан, надеясь, что разговор продолжится.
— Я говорю, погода хорошая, — хищно улыбнулся Вик.
— Да-да! — жарко поддержал его наш портье. — А хотите прогуляться со мной под луной?
— Непременно, — кивнул Вик и буркнул под нос: — Ты будешь вторым, с кого я шкуру спущу!
— Думаю, наша сестра Виктория немного устала, — Норри положил руку на плечо провожатого. — Полагаю, она прогуляется с вами в другой раз.
Парень сначала сник, а затем смерил иллюзорную грудь Норри и уточнил:
— А вы тоже устали?
— Мы все устали! — рявкнула Лада. — А если ты не оценишь мою грудь, я тебя на ленточки порежу!
— У вас она тоже ничего, — пролепетал опешивший юнец и, внеся наш багаж в комнатку, торопливо вышел, напоследок бросив: — Ужин будет через пять минут.
— Интересно, — ухмыльнулась я, когда дверь закрылась, — мы на этом ужине гости или блюдо?
— Через пять минут узнаем, — философски пожал плечами Вик.
— Убогая комнатушка! — вынесла свой вердикт Лада. А я уж переживала, что мы давно ее жалоб не слышали! — И почему я с вами тут торчу, вместо того чтобы сидеть дома и кушать с золотых тарелок?
— Ты опять замуж хотела, — напомнил Вик. — Забыла?
— И сейчас хочу! — заныла Лада, садясь на узкую жесткую койку.
Всего коек было три. Одна чуть шире, видно, двухместная, но с большой натяжкой, и еще две категории «хуже некуда».
— Предлагаю разыграть роль жертв, — подал голос Норри.
— Зачем? — не поняла Ладиина.
— Для интереса, — подмигнул ей Вик.
Мы заказали ужин в номер, попросили забрать посуду утром. Посидели где-то полчаса для приличия и, погасив свет, распределились по кроватям, притворяясь спящими. Неизвестность будоражила, успокаивало только то, что с нашими метаморфами Кейси. Если что, он им поможет. Почему-то вредность предложила у входа расставить охотничий капкан, который я когда-то забрала как трофей после встречи с умдырями и неизвестно по какой причине взяла в дорогу эту милую, полезную в хозяйстве вещь. Братья мою идею поддержали не столько из вредности, сколько из желания избавиться от этой бандуры. Кто, вы думаете, тягал эту железяку на своем горбу всю дорогу? Уж не я, конечно.
Где-то через полчаса за дверью послышался жалобный скрип половицы. Через минуту скрип повторился, словно за дверью кто-то переминался с ноги на ногу. Судя по весу, это тот самый «влюбленный» юноша. Один. Он либо застенчив, либо кого-то ждет. Мы переглянулись, проверяя готовность друг друга.
Робкая рука легла с той стороны на дверную ручку, и та медленно повернулась, в следующую секунду дверь приотворилась. В комнату на цыпочках вошел наш носильщик. Ишь вежливый какой! Даже разбудить боится! Дверь он плотненько за собой прикрыл. Щелкнул какой-то механизм. Ага, значит, решил в одиночку с нами разобраться? Напрасно!
Тем временем наш злоумышленник сделал в нашу сторону шаг — и настал звездный час капкана.
— Ёптр турен имбарр! — огласил комнату сдавленный стон.
— Итак, наш милый зубастый извращенец, что ты забыл в комнате тихих, беззащитных девушек? — елейным тоном уточнил Вик, вставая с кровати и поправляя иллюзорную грудь. Судя по его жесту, она у Витьки действительно немалого размера.
Если капкан на входе сначала и охладил парня, то теперь он, похоже, быстро приходил в себя, так как проследил за Витькиными руками горящим голодным взглядом. Интересно, а ему такая большая холодная штучка на ноге не мешает? Конечность не болит?
— Я сын корчмаря, — произнес он. — Если вы снимете с моей ноги эту штуку и добровольно приласкаете, то ваша смерть будет не столь мучительной. Мы вас просто убьем, а потом сварим в котле и съедим.
Вот и ответ на мой вопрос. Похоже, для лопарей капкан любви не помеха.
— Что ж, — ухмыльнулся Вик, хищно подходя к жертве, Пока не подозревающей подвоха, — мы тебя приласкаем. Так приласкаем, что ты на всю жизнь запомнишь!
— Милый противный мальчик, — Норри ущипнул лопаря за пятую точку.
— Ай! — дернулся бедняга. — Больно!
— Конечно, — улыбнулся Вик. — Желание клиента закон!
— Погодите! — опешил малыш. — Я не хочу боли!
— Поздно! — хищно осклабились братья и кинулись на несчастного. К чести лопыренка, тот оказался очень проворным и тут же запрыгнул на потолок вместе с нашим капканом.
— Папа, помоги! — во все горло заорал он оттуда. — Меня насилуют!
— Ишь размечтался! — фыркнула Ладиина, демонстративно отворачиваясь от парня.
А вот криков мы не могли допустить! Я схватила со стола кувшин с водой и запустила в сидящего на потолке парня. Тот, зараза, увернулся, но замолчал.
— А может, договоримся? — жалобно произнес он, переползая ближе к окну.
Э нет! Так не пойдет! Витька с Норри поняли меня с полумысли и встали спиной к окну, обнажив оружие. Правильно. Третий этаж, как говорит нам наш опыт, совсем не помеха для экстренного выхода. Мы и сами драпать будем через него. Юный лопарь наши намерения понял и осторожно отполз назад.
— Так как насчет договора? — робко повторил он.
— Э нет! — ухмыльнулся Норри, снимая иллюзию. — Ты у нас такой аппетитный мальчик!
— Да ты что! — огрызнулась я. — Щуплый и ненаваристый! И костями вон гремит больше, чем капканом.
— Суп будет потом, — Вик, с которого тоже сошла иллюзия, томно потянулся. — Так как насчет прогулки под луной, шалун?
— Я-я-я н-немного обознался, — побледнел лопарь, пытаясь удержаться на потолке.
— Это твои проблемы, — мурлыкнул лорд Венатор, на которого напало издевательски-игривое настроение. — Нас ты устраиваешь!
— Ты уверен? — хмыкнула я. — У вашего избранника какой-то болезненный вид. Весь красно-зеленый. Не поймешь, то ли злится, то ли его сейчас вырвет.
— Вряд ли это их остановит! — мстительно пропела Лада.
— Мама! — закричал юный злоумышленник и попытался вырваться в окно.
Но там его встретила жаркими объятиями Ладушка. Напрасно несчастный понадеялся на женскую слабость и хрупкость. Наша красавица слона на скаку остановит и хобот ему оторвет. Что уж говорить о маленьком хрупком лопаре? Правда, в самый последний момент ему удалось-таки вырваться. Оставив в Ладиининых руках куртку и рубашку, он снова взлетел на потолок.
— Капкан верни, клептоман! — разозлилась я.
— Я не вор! — вдруг обиделся лопарь. — Ваша вещь сама на меня набросилась!
— Действительно клептоман, — согласился Вик. — Но такой душка!
И с этими словами он послал нашей жертве воздушный поцелуй. Нелюдь вздрогнул и отполз подальше. Гоняли мы парня по потолку боевой тростью Норри. Естественно, в процессе малыш, похоже, вопил от восторга и звал отца с друзьями разделить его радость. Но механизм запора сыграл с юным лопарем злую шутку — и помощь в нашу комнату пробиться не могла. В какой-то момент нам удалось-таки поймать нашу шуструю жертву, связать и заткнуть рот.
— И что дальше? — хмыкнула, отдышавшись, Лада.
За дверью бушевали лопари. Судя по ляманту,[23] их там было довольно-таки много.
— Предлагаю поджечь таверну. Только надо это сделать очень быстро, чтобы жертвы не разбежались.
— В таком случае сначала нам надо смыться отсюда, — заметил Вик.
— Да нет проблем! — фыркнул Норри и направился к окну. Вот что значит семейные инстинкты!
— Adios,[24] пупсик! — Напоследок Витька потрепал лопаря по голове.
Мы покидали таверну традиционным способом. Что-что, а так сматываться мы уже прекрасно умеем! Осторожно прошли по карнизу в сторону конюшен. Хорошо, что в этом мире архитектурная планировка одинаковая, у таверны с конюшней крыша единая.
Внизу бесновались родственнички загубленного лопаренка. Ну, почти загубленного. Мы ему нервы малость потрепали и где-то литр кровушки выпили. Главное — тихо пройти. Мы уже почти благополучно миновали крышу, когда Лада нечаянно оступилась. Несколько маленьких камушков с грохотом сорвались вниз. Новый звук тут же привлек внимание врага.
— Вот они! — заорал хозяин корчмы. — Убейте маленькую! Она здесь заводила! Убейте — и все дела!!!
Угу! Сейчас я тут буду стоять и ждать, когда меня на фиг уничтожат! Размечтались! И вообще, почему сразу я? Мучили Витька с Норри, я только капкан подложила. Что за несправедливость?!
— Норри, поджигай эту шарашку, мы уходим!
Я мысленно позвала метаморфов, а сводный братец метнул в сторону обидчиков здоровенный огненный шар…
6
Дороги на самом деле не ремонтируют, а только перемещают дорожные ямы, чтобы водителю было труднее запомнить их.
Так шустро мы еще никогда не убегали. Норри поджег фаерболом таверну и испепелил большинство лопарей. Это плюс. Минусом стало то, что уцелевшие жертвы возжелали разорвать нас на куски и теперь методично преследовали по ночному лесу. Злыдень с Чернулей, обернувшись мною и Виком, некоторое время пытались привлечь внимание нечисти к себе, но после того, как метаморфы завели часть преследователей в болото, лопари сообразили о подвохе и вернулись к первоначальной цели. Раньше такая верность меня бы порадовала, но не теперь.
К сожалению, твари в болотной жиже не тонули, а после экстренного купания их отношение к нам еще больше ухудшилось. Норри отстреливался фаерболами как мог, но при таком количестве врагов даже сильный маг не успевает вовремя восстановиться. Мы попытались их зарубить, но лопари оказались удивительно живучими и даже с отсеченными руками и ногами продолжали нападать. Молчу уже об их живущих собственной жизнью конечностях. Вот умеем же мы довести врагов! Может, эта какая-то наследственная черта?
Итак, самым рациональным на данный момент выходом из ситуации было очень даже резво бежать по болотистому лесу. Кочки, кусты, какие-то колючки больше не являлись существенным препятствием.
— Еще пару минут такого аллюра, и я взлечу! — прошипел Вик.
— Надо менять семейную концепцию, — покаялась я. — Нельзя же все время уходить от проблемы! Если бы бегство спасало от смерти, заяц был бы бессмертным!
— Давай обдумаем это, когда убежим от тех, — оборвал меня Норри и, подхватив за руку, ускорился.
Пару минут мы мчались рядом, поддерживая друг друга, затем Норри на секунду выпустил мою руку, чтобы смахнуть с мокрой от пота щеки прилипшую прядь, и моя нога попала в какой-то глубокий провал. Я потеряла равновесие, упала, и земля подо мной обвалилась.
— Света! — успел испуганно крикнуть эльф, а я уже на максимальной скорости скользила по почти отвесному склону вниз, краем глаза заметив, как в мою сторону прыгнул Вик, первым сориентировавшись в ситуации и опередив остолбеневшего от неожиданности Норри.
Конец горки или чего там еще, по чему я так удачно съезжала, заканчивался трамплином, что, увы, выяснилось эмпирическим путем. Меня подбросило в воздух. К сожалению, закона тяготения никто не отменял, и тело потянуло вниз. В ужасе я приготовилась к грандиозному буму, вот только с землей не встретилась, а приземлилась на что-то теплое, но, к сожалению, твердое. Правда, мое колено попало во что-то мягкое. Сдавленное рычащее ругательство и недовольное шевеление подо мной выдало живое существо. Постаравшись сфокусировать зрение, я присмотрелась к амортизатору моего падения.
— Мортифор?! — ошарашено выдала я, лежа на мужчине. — Что ты здесь делаешь?!
Ухо оборотня дернулось, улавливая какие-то звуки. И он резко крутнулся, прижимая меня к земле, а сам нависая сверху. В ту же секунду на него свалился Вик.
— Ёптр турен имбарр! Какая скотина забетонировала лесные дорожки?! — выразил свои мысли по данному поводу брат, — Мортифор?!
Вервольф прикусил губу, но промолчал. И тут же на него и Витьку свалилось второе тело — не менее расстроенного эльфа. Мортифор надо мной не шелохнулся. Только чуть-чуть вниз наклонился, словно на него свалилось не сто пятьдесят кило суммарного веса, а какое-то недоразумение. Боюсь, если бы Морти не заслонил меня собой, мой позвоночник не выдержал бы этого. Я взглянула на оборотня. Бедняга. Полагаю, ему здорово досталось. И только я так подумала, как на всю кучу-малу свалилась еще и Ладиина!
— Господа, — простонал король оборотней, — ну вы и кони!
— Это у Светы кость тяжелая! — оправдалась Лада, не спеша слазить с парней.
— Правда? — насмешливо протянул Лупус Карнификус, небрежно стряхивая с себя лишний груз. — Ни за что не догадался бы! А что вы здесь делаете?
— То же самое мы у тебя хотели спросить, — отозвался Норри.
— Я тут гуляю.
— НОЧЬЮ НА БОЛОТЕ?! — в который раз поразилась я.
— Ладно, — рыкнул Мортифор. — Я тут врага выслеживаю. Кейсариусом зовут. Не знаете такого? За вами хвостиком почему-то шляется! А вы что тут делаете?
— А мы с лопарями разбираемся.
— Убегая от них? — язвительно хмыкнул оборотень.
Не обращая на нас внимания, Норри навострил уши и пробормотал под нос какое-то заковыристое ругательство. Слух у эльфов, как и у оборотней, крайне чуткий. В этом я успела убедиться во время нашего последнего крестового похода.
— Сматываемся, — вклинился юный ванн Дерт. — Они идут!
Мортифор непроизвольно брезгливо поморщился.
— У каждого додика своя методика, — обиделась я и вскочила на ноги.
— Нечего критиковать наш способ решать проблемы! Может, это наша новая тактика — изматывать врагов длительными пробежками.
— Они близко? — уточнил Вик.
— Они уже здесь! — раздался ехидный голос.
Мы обернулись и обомлели. Небрежно отряхивая несуществующие пылинки со своих длинных черно-белых одеяний, стояла троица знакомых сарков, перекрывая путь к отступлению. Самый высокий и тощий — Артамин Извергулович, если я правильно помню. Их руководитель, всегда вежливый и галантный, но свое дело знает и без мыла в любые щели влезет! Носатый — Лихтеншант Хобса — что-то вроде журналиста, вот только врет, как дышит. А толстенький и маленький, Астормах, заведует финансовой частью, за прибыль не убоится сразиться и с самим драконом. Впрочем, сам дракон тоже не прочь схлестнуться с ним за кровную копейку с гонорара. А потому сарк каждый день ставит свечку за то, чтобы Витьку где-нибудь в подворотне прихлопнули.
— Вас еще не хватало! — простонал лорд Венатор.
— Вот видишь, Астормах, — простодушно улыбнулся высокий. — Что я тебе говорил? Они уже по нам соскучились!
— А где ребенок? — вдруг спохватился носатый.
— Тут, — буркнул пухлячок и извлек из-за спины робкого худенького юношу в длинном черно-белом балахоне.
Тот глянул на нас исподлобья и смущенно покраснел. Даже не верится, что сарки могут быть такими!
— Знакомься, стажер, — ткнул парня в плечо Лихтеншант Хобса. — Вот это — ДРАКОНЫ. Вон та, самая маленькая и безобидная с виду, — самая опасная, так как стоит ее обидеть, и получишь сразу не одного злого дракона, а троих!
— И сейчас все трое заняты! — хором сообщили мы и попытались обойти профессиональных акул ипподрома и тотализаторов.
— Куда это вы все собрались на ночь глядя? — прищурился пухлячок.
— А интервью кто давать будет? — возмутился носатый, раскрывая вездесущий блокнот. А я уж беспокоилась, что он его забыл где-нибудь!
— Контракт тот же. Если хотите, подпишем сейчас, — поспешно сориентировался Артамин Извергулович.
— Позже! — отмахнулся Вик.
— Ух, ты! — обрадовались те, изрядно удивившись. — Так, может, и договор пересмотрим? Зачем вам пятьдесят процентов?
— Правильно, — кивнул Вик. — Нам нужно девяносто, но торговаться будем позже. А сейчас до свидания.
— Ну, уж нет! — возмутился Лихтеншант, слюнявя карандаш. — Мы не для того столько по этим кошмарным вонючим болотам слонялись, чтобы только с вами поздороваться!
— Но, согласись, — ущипнул носатого за локоть самый высокий, — оно того стоило! Ты только взгляни на них. — Он указал на нас с Морти. — Ну разве они не прелесть? Скажите, а чья была идея назначить свидание ночью на болоте и в самой опасной части Клыкастого материка? Кто из вас настолько романтичен?
Меня прямо передернуло от данной мысли. Если это романтика, то я злобный психованный дракон!
— Мы спешим!
— Молодые люди, вот только не надо ваших пустых отговорок! — замахал руками пухленький. — Мы и так за вами полстраны гонялись! Даже на болото последовали. Ну и выбрали же вы местечко для прогулок!
— Они уже близко! — прошептал Норри, испуганно оглядываясь на лес.
— Кто? — оживились сарки. — Вы кого-то ожидаете?
Тут из ближайших кустов появились взмыленные метаморфы, плавно перетекая из человеческой формы в гигантских запряженных варанов. Я кинулась им навстречу, как заправский джигит, с ходу вскакивая в седло. Норри тут же пристроился за спиной. Витька с Ладой оседлали Чернулю. В то же мгновение из кустов появился первый лопарь. Норри рефлекторно среагировал фаерболом. Преследователь осел кучкой серого пепла. Со всех сторон уже были отчетливо слышны треск, рык и топот. Ночной лес просто шевелился.
— Ёптр турен имбарр! — Мортифор по звукам оценил количество лопарей.
— А то мы не знали! — фыркнул Норри. — Ну что, дядя Морти, драпаешь с нами?
— Какое драпать?! — возмутились сарки, отнюдь не впечатленные первым лопарем. — А интервью кто давать будет?
— Можете к ним обратиться, — предложил Вик, величественным жестом указывая на троих гадов, первыми выскочивших из леса.
Сарки покосились на активно продвигающихся к нам пришельцев и побледнели.
— Что это за хрень такая? — спросил самый пухленький, безошибочно определив по голодному взгляду хищников, что те успели включить его в свой ужин.
— Плотоядная! — ухмыльнулся кузен и обернулся к Мортифору. — Ну так что, Морти? Одобряешь наш метод или будешь сражаться?
— Иди в задницу! — огрызнулся оборотень и испепелил троих, медленно отступая вместе с нами.
— Да куда угодно, лишь бы подальше отсюда! — рыкнул Вик, глядя, как из зарослей появляются новые.
Норри с Мортифором стреляли в них уже по очереди. Очень, кстати, слаженно и единодушно.
— А можно тоже с вами в задницу? — встрепенулся стажер, двигаясь вместе с нами.
Ха! А малыш перспективный! Умеет оценить опасность и вовремя сориентироваться по обстоятельствам!
— Стажер, мы уже в ж… — поэтично выразился носатый, покровительственно хлопая его по плечу и шаря по одежде. Явно карманный портал ищет.
Злыдень тем временем тихенько обошел озадаченных сарков и настойчиво крался в лес.
— Когда я сюда трудоустраивался, мне не говорили, что придется работать в таких нервных условиях! — истерично взвыл пухлячок, тоже лихорадочно ощупывая свою мантию.
— Астормах, это же драконы! — фыркнул Лихтеншант. — Пора бы уже и привыкнуть, что у них каждый день — ЧП!
— Эй, герои, — окликнул их Виктор. — Будете и дальше там рефлектировать или побежите с нами? Айда наперегонки до вампирской границы?
— Там нас папа ждет с арбалетами на изготовку, — вклинилась Лада.
— Надеюсь, не по вам стрелять будет? — испугались сарки.
— На его месте я бы пристрелил, — тихо пропыхтел пухлячок. — Меньше проблем было бы.
— И доходов у нас тоже! — дал ему подзатыльник самый высокий.
Лопарей уже было больше, чем фаерболов у Мортифора и Норри. Сарки это мигом оценили и подобрали полы длинных одеяний.
— В какой хоть стороне эта ваша граница? — проворчал пухлячок, судорожно оглядываясь.
— За мной! — бросил Мортифор и помчался через лес напролом.
Надо признать, бегущий оборотень — завораживающее зрелище. До сегодняшнего дня я, наверное, просто не понимала, что человеческий облик — это всего лишь форма. Ловкость, сила и скорость остаются в любой трансформации. Мортифор легко и быстро скользил по лесу, словно это были не непролазные заросли, а банкетный зал. Иногда казалось, что деревья сами расступались перед ним, пропуская вперед. Вервольф мчался так спокойно и непринужденно, без особых усилий выдерживая темп метаморфов, что я не могла не удивиться.
«Лес — стихия оборотней, — раздался в голове голос Норри. — Им даже лошади не нужны. Они одна из самых быстроходных рас».
«А сарки тоже быстроходные?» — спросила я у брата, кивая на наших знакомых, ничуть от нас не отстававших.
«Спишем это на внезапно открывшиеся способности, подкрепленные хорошим стимулом», — озадаченно пробормотал Норри.
С нами поравнялся Артамин Извергулович.
— Княжна, — на удивление ровным для такого шустрого аллюра голосом начал он, — мы приносим свои извинения. Действительно, были не правы, сейчас мы уйдем телепортом и не будем мешать вам драпа… то есть разбираться со своими проблемами, но знайте, что мы за интервью обязательно вернемся, поэтому выкроите, пожалуйста, для нас немного времени в вашем графике. Мое почтение! — Он нащупал-таки телепорт на своей мантии и исчез в голубом сиянии.
— С вами был Лихтеншант Хобса с самыми правдивыми и достоверными сведениями прямо из горячей точки, где драконы вместе с Мортифором плечом к плечу доблестно сражаются с какими-то голодными, противными и очень быстро бегающими тварями, — раздалось у меня над ухом бормотание носатого, который прямо на бегу умудрялся строчить что-то в блокноте. В следующую секунду сарк исчез в голубом свечении.
— Мы с тобой еще обсудим последний пункт договора! — пригрозил Вику пухлячок и активировал портал.
— Передай привет средненькой дочке! — крикнул ему вслед кузен.
— Светлана, — вдруг повернул ко мне голову Мортифор, — пока есть возможность, хочу вас предупредить: не доверяйте Кейсариусу. Он далеко не нежный и благородный принц.
— Забавно, он о вас тоже высокого мнения. Далеко еще до границы?
— Восемьдесят километров.
— А успеем? — осведомился Виктор, оглядываясь назад. Лопари практически не отставали, наоборот, наращивали темп. — Свет, не хочешь полетать и поплевать огнем?
А то не хочу! Конечно, хочу спастись! Я попыталась сосредоточиться на своих ощущениях, выискивая в душе отвечающую за дракона часть, но внутри царила пустота. Сердце заполнило разочарование и ощущение полного бессилия. Я постаралась, насколько это возможно при такой езде, выпрямиться, закрыла глаза и вновь мысленно вызвала внутри себя моего дракона.
— Ветка! — раздался истошный крик Витьки, и меня что-то с силой хлестнуло по лицу, выбивая из седла и рук растерявшегося Норри.
Тело мгновенно получило сигнал сгруппироваться, чтобы относительно безопасно приземлиться после падения. В последний момент мне это удалось. Теперь надо пару раз перекатиться. Пока кости целы. Повезло. И в ту же секунду я почувствовала свободное падение вниз. Блин! Да что ж меня сегодня роняют и роняют! Следом за мной полетели сухие листья и палки. Мама родная! А в этот раз я во что вляпалась?
Яма представляла собой конус, который завершался какой-то шахтой. От страха мне не удалось как следует затормозить, поэтому тело на всей скорости влетело в эту самую каменную шахту. Ход был квадратным, довольно тесным и уходил вниз где-то под углом в шестьдесят градусов. При этом он был неровным и постоянно вилял. Очень некстати вспомнились водные горки аквапарка.
Я постаралась ногами и руками прекратить скольжение, но куда там. Только ладони ободрала о каменные стены, которые через несколько метров стали удивительно гладкими и отполированными, что еще сильнее ухудшило процесс остановки. Серебряные каблуки высекли пару искр, но ни за что не зацепились.
В какой-то момент меня выкинуло в чуть более свободное пространство, но спуск не прекратился, а, наоборот, продолжился под более крутым и отвесным углом. Наконец стены стали вновь немного шероховатыми; и в последний момент мне удалось резко выкинуть в стороны руки и ноги, проехаться еще метра три, превозмогая боль, и наконец-то затормозить. Хорошо, что темно и я не знаю, что стало с моими ладонями. От боли захотелось выть.
Я посмотрела вверх. Напрасно. Из-за неровностей ходов, по которым я проехалась, ночного света не было видно. Точнее, вокруг был равномерный мрак, хоть глаз выколи. Если учесть, сколько и на какой скорости я скользила, то обратный путь вряд ли одолею. Ладони жгло и саднило, ноги-руки тоже болели, напряженные мышцы, при помощи которых я держалась в проходе, стали меленько подрагивать, вдобавок ко всему голова раскололась на два воинственно настроенных полюса. А глубоко внутри поселился страх. Я не знаю, что будет дальше. Не знаю, как отсюда выбраться, не знаю, что там внизу. И, боги, как же я хочу жить!
«Норри, Вик, вы где?» — мысленно позвала я братьев.
«Мы тут с лопарями. А ты где?!» — спросили они.
«Не знаю, ход какой-то или вентиляционная шахта. Как выбраться, не знаю!»
«Подожди немного, к нам сейчас Оох-рам-Лукуш подойдет. Может, он чем поможет».
«Валяйте, мне все равно ничего другого не остается!»
Где-то через пять минут, которые мне показались вечностью, в голове раздался еще один озадаченный голос:
«Свет, ты где?»
«А если б я знала!»
«Маршрут вспомнишь?»
«Чего, падения? Только на чисто бытовом уровне».
«Это каком?» — заинтересовался вампиреныш.
«Ж-ж-ж, бум, шмяк. Ж-ж-ж, бум, шмяк. Потом бум, бум, шмяк и еще пару раз шмяк, шмяк, бум. Ну что? Информативно?»
«Вполне, — раздался на удивление спокойный голос вампира. — Кажется, ты попала в чью-то гробницу. Точнее, в ее вентиляционную шахту».
«На моей территории ведь нет гробниц вампиров!» — возмутилась я.
«Лучше пусть это будет нелегальная гробница вампиров, чем что-нибудь еще! — осторожно вмешался Вик. — Плюс в таком случае мы сдерем с нарушителей штраф и двойную аренду на ближайшую тысячу лет с последующим повышением до тройной».
«Вик, ничего, что твоя сестра подвисла, как паук, в какой-то шахте в неизвестно скольких метрах от земли и с перспективой свободного падения?!» — разозлилась я, пытаясь подавить страх. Почему-то я очень сомневалась, что все будет хорошо.
«Конечно, я за тебя волнуюсь! — возмутился тот. — Но надо же мне как-то отвлечься от переживаний!»
Моя нога предательски соскользнула. Я подалась вперед, ударилась плечом и уперлась им в каменную стенку шахты, попутно стараясь найти свободной ногой дополнительную точку опоры.
«Ребята, делайте что хотите, но достаньте меня отсюда!» — заорала я, чувствуя, как подкатывает истерика.
«Ты только не волнуйся!»
«Не волноваться?! Да я паникую, блин!»
«А вот этого делать нельзя! — вклинился Норри. — Если ты не сдержишь своих эмоций и от испуга превратишься в дракона в шахте или в гробнице, то задохнешься и погибнешь!»
«Норри, скотина! Кто тебя утешать учил?!»
От подобной перспективы пульс подскочил, а ладони вспотели. Тело и так уже порядком устало. В конце концов, я не гимнастка в цирке и даже не акробатка находиться так долго в подвешенном состоянии в прямом и в переносном смысле.
«Ребята, кто за мной лезет?»
«Чисто теоретически я», — отозвался Оох-рам-Лукуш.
«А почему теоретически?»
«Потому, что я не могу придумать, как это сделать практически и не свалиться тебе на голову».
«Чудно. Думай быстрее, у меня уже мышцы устали».
Да. То ли еще было, будет еще хуже! И в эту секунду моя вторая нога соскользнула, и, потеряв равновесие, я полетела вниз.
«Хозяйка! — обиженно взвыла правая половинка мозга. — Зачем ты так подумала?! Сглазила!»
«Необъяснимо, но факт!» — вздохнула левая половина.
«Спасайся, кто может!» — заорал спинной мозг.
От испуга пульс еще сильнее подскочил, и в то же мгновение из глубин моей души стало подниматься нечто темное и древнее.
«Нет! Нет! Только не сейчас! Нам нельзя!» — заорал инстинкт самосохранения.
«Держи его, Света! — заорало левое полушарие. — Не давай вырваться на свободу!»
Время на миг остановилось и замедлилось. Сознание стало восприниматься огромным океаном, на глубине которого жил и плавал мой внутренний зверь, и теперь он оказался у самой поверхности. Если он вынырнет — я превращусь в дракона. Если погрузится обратно — я останусь человеком. Вопрос: как его загнать на дно?
«Думай о хорошем! — взвизгнула интуиция. — Не смей бояться!»
И тут я приземлилась. В какой-то момент мне показалось, что мозг подпрыгнул и перекувыркнулся в голове. Опасность миновала. Зверь рыкнул и ушел на глубину. Адреналин схлынул, и вот тут-то пришла адская боль. Захотелось выть и кричать, но притом сделать это молча, так как голова просто раскалывалась. Я попыталась пошевелить пальцами рук и ног. Каждое движение давалось с трудом, но тело пока меня слушалось. Значит, каким-то чудом мышцы и кости уцелели. Стало поташнивать. Плохо. Очень плохо. Неужели сотрясение мозга?
«Правая, левая, вы как?»
Ответа не последовало. Блин!
«Не паникуй! — прошипели где-то слева. — Лучше полежи немного, дай нам прийти в себя».
Да, не вовремя я вздумала учиться летать! Как мне воевать и мир спасать в таком состоянии? А ведь еще и бегать, и скакать на лошади, и драться надо. А у меня нынче одно желание: лечь и чтобы никто не трогал. А экзамен как сдать, если у меня с головой проблемы?
«Пока нет, но, если будешь продолжать в том же духе, появятся! — пригрозило левое полушарие. — Прекращай паниковать! Где твой оптимизм?»
«А что хорошего? — вздохнуло правое полушарие. — Лежим в какой-то темной, глубокой яме, и никто нас спасать не собирается. Наверху лопари, проблемы и еще раз проблемы».
«Ну, по крайней мере, мы спустились. Это радует», — попытался заикнуться природный оптимизм.
«А впереди — неизвестность!» — припечатала правая половина мозга.
Это пугает. Ладно. Я перевернулась на живот и осторожно встала. Интуиция подсказывала убраться с этого места, потому как если Оох-рам-Лукуш поскользнется, то упадет прямо на меня, а это я могу и не пережить. Кстати о вампиреныше.
«Лука, ты как там? Идешь мне на выручку?»
«А ты еще жива?» — робко уточнил он.
Он что, надеется, что я здесь копыта откинула и нет необходимости лезть в тесную неуютную дыру? Не дождется!
«Нет, это с тобой мой призрак разговаривает!» — разозлилась я, и в голове тут же отдалось мучительной болью.
Не в силах сдержать стон, я прислонилась к стеночке. От слетевшего с губ звука голова разболелась еще сильнее. Значит, будем страдать молча.
«С тобой все в порядке?» — раздался озабоченный и встревоженный голос Вика.
«Не тошнит? Голова не кружится? — внес свою лепту Норри. — В обморок не падала?»
«В обморок нет, но в остальном чувствую себя на букву „ха“, и это не „хорошо“».
«Тебе срочно нужна медицинская помощь! — встрял вампир. — Поброди по гробнице, поищи хозяина».
«Ты уверен, что это хорошая идея? А если хозяин, вместо того чтобы помочь, решит меня съесть? Или добить, чтоб не мучилась? Вдруг здесь все-таки не вампиры живут, а какие-нибудь иные твари?»
«Для сотрясения мозга ты рассуждаешь слишком здраво!» — облегченно вздохнул Норри.
«Это не значит, что меня не нужно спасать!» — забеспокоилась я.
«Давай так, — произнес Оох-рам-Лукуш. — Норри сейчас попытается подлечить тебя на расстоянии, а потом ты пойдешь искать хозяев, а я тем временем придумаю, как спуститься».
«Хорошо, но учти: если я встречусь здесь с какой-нибудь дрянью или превращусь в мумию, ты будешь первым, за кем я вернусь с того света!»
«Заметано!» — отозвался тот.
«Свет, присядь ненадолго», — посоветовал Норри.
Я последовала его инструкциям и закрыла глаза. По-честному, хотелось лечь и поспать, но что-то подсказывало этого не делать. Где-то пять минут ничего не происходило, а потом боль стала постепенно утихать. В голове прояснялось, а мышцы прекращали ныть. Даже какой-то заряд бодрости появился.
«Все! — отрапортовал Норри. — Иди».
«И да пребудет с тобой сила!» — передразнила я рыцарей джедаев и поднялась на ноги.
Чувствовала я себя на порядок лучше. Итак, говорите, хозяина поискать? Что ж, надеюсь, мы переживем встречу друг с другом. Я огляделась. Зрение тут же перестроилось на ночное видение, поэтому я более-менее сносно смогла рассмотреть маленькое квадратное помещение, в которое попала. Напротив меня чернел проход. Что ж, все равно делать нечего. Двигаясь по стеночке, я пошла туда.
Удивительно, но планировкой постройка очень напоминала древнеегипетские гробницы. Все-таки пригодился мне зачетный доклад по Древнему Египту на экзамене по мировой художественной культуре. Так, если я не ошибаюсь, то впереди должна быть более просторная комната. Ага, значит, это все-таки гробница кого-то из вампиров. Интересно, если я найду хозяина, он покажет мне выход? Но пока во всех комнатах было пусто. Наконец впереди затрепетал огонек. Я пошла на него и через пару комнат оказалась в хорошо освещенном зале.
В самом центре помещения сидели трое мужчин и азартно резались в карты, попивая вино. Один из них выигрывал, а двое других очень даже эмоционально проигрывали. Вначале мое появление никто не заметил. Но вот ближайший ко мне потянулся за вином, залить печаль, и обнаружил, что сосуд опустел. В поисках новой бутылки он поднял голову и увидел меня.
— О! Девушка! — заворожено произнес он, разглядывая меня своими миндалевидными, причудливо скошенными глазами.
Я в свою очередь с интересом смотрела на первого в моей жизни вампира с темно-синими глазами. В его черные косички по всей длине были вплетены синие ленты различных оттенков, что еще больше подчеркивало цвет глаз, которые у вампиров обычно черные или темно-коричневые. Кожа данного индивида тоже отличалась от общепринятых стандартов и вместо бронзового оттенка была мраморно-белой, что ему очень шло.
— Брось, Касандр! — фыркнул второй вампир, сгребая к себе выигрыш. — У нас нет времени выслушивать твои фантазии!
Третий вампир повернул ко мне голову и тоже удивленно замер. А я в свою очередь лицезрела второго в своей жизни необычного вампира. Его кожа, как и у Касандра, отливала серебром, но глаза были темно-бордовыми, и такие же ленты вились в переплетениях волос, отчего возникал эффект мелирования.
— Нет, Ивар, он не грезит, — растерянно пробормотал Бордовый.
— Ивар-сан-Мар? — удивилась я. Кажется, этот везучий вампир кандидат в нашу пятерку.
— Вы меня знаете? — растерянно отозвался третий нелюдь, бросая карточный выигрыш и выходя из-за стола. Он с интересом окинул меня взглядом, подходя ближе, а моя челюсть снова отпала.
Последний индивид оказался самым необычным представителем своей расы из всех, что мне когда-либо доводилось видеть. Даже по сравнению с двумя предыдущими. Находясь от него на довольно-таки большом расстоянии, я сначала заметила только густые черные волосы, в которые по всей длине были вплетены золотые бусины. При его приближении я заметила, что расположение украшений имеет определенный порядок, и они складываются в замысловатый узор, будто кто-то небрежно накинул на его голову золотую сетку, образующую на макушке рисунок солнышка, лучи которого расходились по всей длине волос и заканчивались крупными каплевидными подвесками.
Но прическа была лишь слабой попыткой подчеркнуть расплавленное золото его глаз! Они действительно были золотыми! Не желтыми, не янтарными, не светло-карими, а цвета расплавленного золота. Кожа его тоже обладала приятным золотистым оттенком и, казалось, светилась изнутри. Такою солнечного чуда среди народа ночи я еще не встречала!
— Девушка! — пришел в себя Синий, подходя ближе ко мне. — Вы все-таки не сон!
— Мы вас сейчас очень рады видеть! — улыбнулся во все тридцать три Бордовый, обнажая довольно длинные клыки. — Мы такие бедные, одинокие вампиры!
И только Ивар-сан-Мар молча смотрел на меня, пытаясь прочесть мои мысли. Я физически ощущала его тревогу.
— Так откуда вы меня знаете? — повторил он.
— Да какая разница? — прошипел Касандр, обнимая меня за талию. — К нам в гробницу заглянула такая симпатичная девушка!
Я мягко вывернулась из объятий опьяневшего Синего и решила на всякий случай предупредить:
— Уважаемый, не будите во мне зверя.
— А кто он у вас? — сразу же заинтересовался Бордовый. — Летучая мышка? Кошечка?
— Хомячок! — прыснул в кулак Синий. — Но мы его не боимся!
— А если мой хомячок весит три тонны, летает и плюется огнем? Не страшно? — полюбопытствовала я.
С тех пор как Нох-рам-Лукуш официально признал наше родство, на вампирской территории дракону объявлена всеобщая амнистия, а нарушение указа о моей защите и неприкосновенности карается смертью. Надеюсь, эти гаврики о новом законе слышали.
— Не-а, — активно замотал головой Синий, отвечая то ли на мой вопрос, то ли на мои мысли.
Похоже, винные пары добрались-таки до юного здорового организма, и с каждой минутой парень пьянел все сильнее и сильнее.
— Нет, — повторил Синий. — По твоему описанию это не хомячок, а дракон получается! А это невозможно! — И пьяненько так захихикал.
— Это почему же?! — возмутилась я.
— Потому, что единственный дракон женского пола сейчас возится с моей женой. А рядом с тобой я ее не наблюдаю!
Так это что, мужья Ладиины?! Или только один из них?
— Леди, кто вы? — твердо повторил Ивар, пытливо глядя на меня.
— Считайте меня хозяйкой, которая пришла взять с вас квартплату, — улыбнулась я. — Эта гробница расположена на моей территории!
— Так ты и в самом деле дракон?! — поразился Касандр.
— А вы первый муж Ладушки?
— Нет, — быстро протрезвел бедняга. — Я второй! Касандр-рам-Дар, тот несчастный, что не успел вовремя закопаться и исполнил супружеские обязанности.
— И что в этом плохого? — не поняла я.
— За тридцать часов общения она достала меня до печенок, — вздохнул тот. — Даже во время любовных утех литр крови выпила!
— Что говорить обо мне? Я общаюсь с ней гораздо дольше!
— А я первый муж достопочтенной леди Ладиины, если не считать вас, — протянул мне руку Бордовый. — Фарт. Точнее, Фарт-рам-Ром.
— Светлана Александровна Балаур. — Я пожала его руку. — Княжна Драко.
— Ивар-сан-Мар, — с улыбкой поклонился Золотой.
— Третий Ладушкин супруг? — спросила я.
— Нет, — раздался спокойный голос за моей спиной. — Третий муж — это я. Лорд Дарт-сан-Мар к вашим услугам.
— Map? — Мозг зацепился за последнюю часть имени.
Насколько я знаю, у вампиров оно строится в соответствии с определенными законами. На первом месте само имя, далее приставка «рам» и следующее за ним название клана. — Вы родственники?
— Двоюродные братья, — улыбнулся Ивар.
Что ж, кузен Золотого тоже оказался уникальной личностью! Если один был солнцем, то второго можно смело назвать луной. Загар Дарта был холодного бронзового оттенка с каким-то жемчужным мерцанием, а глаза — серебристо-серыми! В черных волосах почти такой же, как у Ивара, рисунок, только из серебряных бусин. Да! Нох-рам-Лукуш хорошо позаботился о своей дочери! Такой гарем ей составил! Я так залюбовалась мужчинами, что не сразу обратила внимание на необычную приставку «сан» перед названием клана. Раньше я такой не встречала.
— Это значит, что мы — полукровки, — прочитал мои мысли Ивар.
— А какая вторая часть? — Во мне внезапно проснулся дух исследователя.
— Эльфийская, — улыбнулись братья.
Вот только клыки у них были очень даже вампирские.
— Я так понимаю, эти доблестные мужи скрываются от своей благоверной. Но вы что тут делаете? — обернулась я к Ивару. — Моральная поддержка?
— Я кандидат в ее четвертые мужья, — понурил голову юноша.
— Как? — опешила я. Насколько знаю, Нох-рам-Лукуш не искал для Лады новую жертву.
— О! — усмехнулся Ивар. — Если б ваш род был бы не столь чистокровным, а отец таким же амбициозным, как мой, вы бы не задавали таких наивных вопросов.
— А мой родитель задолжал правителю крупную сумму, вот только расплачиваюсь за это я, — вступил в диалог Фарт. — А вот что вас вынудило так себе жизнь испортить? Непонятно!
— Моя женитьба — маленькое недоразумение, — вздохнула я.
— Э нет! — возмутился Касандр. — Недоразумение — это когда я сказал батюшке, что лучше сдохну, чем женюсь, а мне дали по ушам и женили.
— Ну, тогда неудачное стечение обстоятельств.
— Неудачное стечение обстоятельств — это по глупости оставить своего папашу на пятнадцать минут с правителем, — горько отозвался кузен Ивара. — Этого оказалось достаточно, чтобы они обо всем договорились!
— В любом случае я пострадавшая сторона! — рыкнула я. — Вот что бывает, когда вовремя не появишься в собственном мире, а подданные не знают твоей половой принадлежности!
— А! — понимающе протянули мужчины. — Сочувствуем, брат, то есть сестра. Слушай, а если ты не по этим делам, то как же вы с ней ладите?
— А никак! — вздохнула я. — Она меня все пилит и пилит!
— Вдвойне сочувствуем! — выдохнул Касандр. — Мы с нее хоть супружеский долг стребовать можем, а ты вообще ни за что страдаешь!
— Слушайте, братцы, а вылезайте вы из этой гробницы дней через пятнадцать, отвлеките ее хоть на пару дней. Как коллег по несчастью прошу.
— Не! — испуганно замахала руками сильная половина зубастого народа. — Столько не продержимся.
— Слушай, а ты, кажется, с суккубами в родстве? — встрепенулся Касандр. — Может, их припашешь?
— Угу! — хмыкнул Ивар. — Ты мне покажи того психа, который согласится взять в жены вампиршу! Это только мы отечественный продукт поддерживаем.
— И то в последнее время на иностранных красавиц заглядываемся, — заметил Дарт.
— А если осужденных заключенных заставить жениться на вампиршах? — встрепенулся Фарт.
— Преступность у суккубов и так практически отсутствует, а с таким законом вообще исчезнет! — отрезал Ивар.
— Я и к ним обращусь, и к вам! Ну, пожалуйста, ну очень надо!
— Так, может, поделим обязанности? — встрепенулся Фарт. — Ивар женится на Ладе, каждый из нас с ней по дню проводит, а вы забираете ее на выходные.
— Слушайте, Фарт, а у вас случайно сарков в роду не водилось? — прищурилась я.
— Бабушка была, — сознался вампир. — А как вы догадались?
— Ну, если учесть, что в неделе семь дней и три из них вы выделили на наше с Ладой общение, то считайте это женской интуицией. А по поводу вашего предложения — ничего не выйдет!
— Конечно, не выйдет! — возмутился Ивар. — Я не хочу жениться! Мне еще жить и жить!
— И не женись. Пусть эти трое хитрецов с Ладушкой по два дня побудут. А я, как самая слабая и беззащитная, так уж и быть, испорчу себе воскресенья.
— А в вашем роду сарков не наблюдалось? — подозрительно покосился на меня Фарт.
— Она же чистокровный дракон! — просветил друга Дарт. — От ее брата даже сарки плачут!
— Так, может, согласитесь на мои условия, а? А то Вика натравлю!
— Не надо! — дружно встрепенулись мужчины.
— Смилуйся над нами, кровопийца! — взмолился Касандр. — Она же невыносима!
— От такого же и слышу! — парировала я. Теперь я очень понимаю мужчин, которым не повезло с женой.
— А может, ты ей еще одного мужа найдешь? — с надеждой посмотрел на меня Дарт.
— А лучше еще двух! — поднял вверх палец Фарт. — Тогда мы сможем мучиться с ней по одному дню, а в воскресенье коллективно прятаться в пирамиде. Вино, девочки… А для вас, княжна, мы бассейн, сауну, массаж организуем. Согласны?
«Свет? — внезапно раздался в голове голос Вика. — Ты там еще жива?»
«А как ты думаешь?»
«Раз язвишь — значит, пока в норме, — спокойно отозвался брат. — К тебе тут Оох-рам-Лукуш лезет».
«Погодите, не торопитесь».
«Так ты все-таки нашла хозяина? Он тебя на поверхность доставит?»
«Сейчас спрошу».
— Ребята, а вы меня из гробницы выведете?
— Да, конечно, — кивнул Касандр. — Только Ладе не говорите, где мы. Хорошо?
— У вас пятнадцать дней, — жестко напомнила я. — А потом я вас сдам как стеклотару.
— Души у вас нет! — всхлипнул Фарт. — А еще, говорят, женщины гуманны!
— Я не женщина, я — дракон! — отмахнулась я.
«Свет, — вновь связался со мной Вик. — У нас тут плохие новости. Этого загадочного Ивара наш прапрадедушка нигде найти не может! Как сквозь землю провалился!»
«Знаю».
«Откуда?!»
«Я его нашла. Под землей».
«Он еще жив?»
— Нет, я умер! — тряхнул головой Ивар, вклиниваясь в наш разговор. — Я лучше повешусь, чем на ней женюсь!
— Вас для меня искали, — призналась я.
Вампир удивленно уставился на меня.
— Для вас?! Так, значит, я погорячился, спрятавшись здесь? Но, право же, я не понимаю, зачем вам какой-то полукровка, когда самые чистокровные лорды мира готовы услужить?
На миг я задумалась. А что ему ответить? Что экзотики захотелось? Не поверит. Я уже почти год в рейтинге самых нестандартных драконов Геи. Что замуж хочу?
От последней мысли мой внутренний зверь аж поперхнулся и закашлялся. «Да-а, — протянуло левое полушарие, — тут, натурально, соврать не получится!»
А даже если и получится быть убедительной, то вряд ли кто поверит. Ни для кого не секрет, что за год пребывания на Гее меня интересовало все, кроме последней темы. Битва, экономика, оружие, магия, география мира, политика, этикет. Наверное, драконы какие-то неправильные, но белое неудобное платье и замордованный ушастый принц у алтаря в моих планах не значились. Смею предположить, Витька с Норри о подобной перспективе также не задумывались.
Что касается моего слишком примерного для дракона поведения, то тут, видно, сказывается преобладание генов правильного дракона Света. Мы с Виком — близнецы-антиподы. Если раньше в потомках Сумрака гены Света и Тьмы в основном находились в равновесии, то у нас с братом они резко разделились по полюсам. Что-то у нас общее, но чаще то, чего нет у меня, с лихвой преобладает в Вике. И наоборот. И если кузену любовные похождения нужны, чтобы набирать энергию, и любовь при этом необязательна, то мне, увы, нужна последняя. Иначе не интересно. Удовольствие не то.
Да и общение с Мишей, признаюсь, не прошло бесследно. И вроде полгода прошло после расставания, вроде успокоилось сердце, но все равно что-то мешает. Наверное, потому, что чувства не проходят моментально, по крайней мере, у меня. Иногда жалею, что во мне преобладают гены Света. Тьма проще относится к чувствам и легче воспринимает мир. Вот только хорошо ли это?
Ну да ладно, оставим философию. Что Ивару ответить? Сказать, что братиков ищу для воссоединения семейства? Что хочу предоставить им законные равные права?
«На мучительную смерть! — хрюкнуло левое полушарие. — Князем быть, конечно, хорошо, но не Драко. Это факт!»
Ага, а если он слышал про проклятие, то я его отсюда ни за какие коврижки не выманю. Что же сказать?
— Мне говорили, в вас есть капелька драконьей крови. Вот и интересно было на вас посмотреть.
— Очень многие в этом мире имеют толику драконьей крови, — спокойно заметил Ивар.
— Но в вас, мне сказали, ее половина, как и в Норри. Хотелось бы собрать всех родственников в кучу.
— Чтобы пойти громить Ведущих магов мира? — хмыкнул вампир. — Увы и ах, но во мне нет драконьей крови. При всей моей непонятной симпатии к приключениям я ничем не могу помочь.
— И все-таки я хочу лишний раз проверить! — Эх, жалко, нет у меня с собой амулетов изучить это солнышко на профпригодность! — Вдруг вы струсили и сейчас мне вдохновенно врете?
— Я никогда не лгу! — возмутилось золотое чудо. — Даже если мне это выгодно!
— Не верю!
— Хорошо, — хмыкнул он. — Я вижу, вам необходима медицинская помощь.
— Да, — призналась я, в открытую потирая виски. — Ваша вентиляционная шахта очень некстати вырыта посреди дороги!
— Чего?! — возмутился Касандр. — Какая дорога?! Там же болота и непролазные кустарники кругом!
— Ну, думаю, теперь там после наших с лопарями пробежек очень даже ровная вытоптанная дорожка.
— Психи! — возмутился Фарт.
— О! Кстати, только что со мной связался Вик и требует штраф за размещение шахты в общественном месте!
— Какое общественное место?! — возмущенно подпрыгнул Фарт. Похоже, гены сарков все еще оставались сильными. — Когда мы строили, то даже в кошмарах предположить не могли, что по тому бурелому и топям кому-то вздумается гулять!
— Похоже, дракон — средство повышенной проходимости, — мрачно резюмировал Дарт.
— Ладно, — отмахнулся Ивар, — со штрафами и санкциями позже разберемся. — И снова повернулся ко мне. — Вы знаете, как действуют целительские способности вампиров?
«Они основаны на магии крови, — вдруг раздался в голове голос Оох-рам-Лукуша. — Я слышал весь ваш диалог. Позволь этому юноше тебя исцелить. В процессе он раскроется — и ты все узнаешь!»
— Так вы разрешаете мне вам помочь?
— Да.
Тонкие холодные пальцы легли на лоб. Боль, головокружение и тошнота тут же отступили. По всему телу разлилась приятная истома, несущая за собой легкость и тепло. Жить сразу стало легче. Хм, как я еще так долго в таком состоянии продержалась? Наверное, это свойство драконов акцентироваться на первостепенных задачах, потому как, стоило встретить вампиров и столкнуться с проблемой, собственное самочувствие отошло на второй план. Главное было — найти решение.
Вот только никакого родства с Иваром я не почувствовала. Как это определить?!
— А я уже определил, — спокойно отозвался Ивар. — У нас с вами нет общей крови.
— Что, совсем-совсем? — огорчилась я.
— Ни малейшей, — покачал головой вампир. — А теперь позвольте мне проводить вас к выходу. — И, галантно предложив свою руку, повел меня прочь.
Шагая по коридорам гробницы, я внимательно всматривалась в его лицо. Как жаль, что врожденное чувство правды решило в этот раз уснуть. Я не знала, доверять ему или нет.
— У меня нет причин вам врать, — спокойно ответил на мои терзания проводник. — Скорее всего отец уже подписал с Нох-рам-Лукушем брачный контракт, и, став четвертым мужем, я автоматически попаду под вашу власть.
— Что?
— Ваш брак с Ладииной — односторонний. Ее приемный отец барон Каракурт, заключая союз, ничуть не заботился о благополучии дочери, и потому вы являетесь ее полноправным властелином и хозяином всего ее имущества, в том числе и нас. Вы можете распоряжаться нами по своему усмотрению.
— То есть? — не поняла я.
— Можете делать с нами все, что захотите, — спокойно пояснил Ивар. — Мы ваша собственность. Отбирая нас для леди Лады, ваш прапрадедушка очень старался учесть и ваши вкусы. Иногда мне даже казалось, что он больше пекся о ваших интересах, чем о Ладушкиных.
— Офигеть! — сползла по стеночке я. Они что, намекают мне, что у меня не только жена есть, но и целый ее гарем? — Значит, я могла приказать вам выйти из пирамиды — и вы бы вышли?
— Конечно, — кивнул Ивар. — Но забавно было с вами поторговаться, раз вы не знали своих прав.
Возьму на заметку. У вампиров, если ты не знаешь своих возможностей, никто тебе не подскажет. Какая милая раса!
— Я тебя сейчас задушу! — рыкнула я.
— Пожалуйста, — кивнул Ивар и встал передо мной на колени. Для моего удобства он даже волосы от шеи откинул. От чего я окончательно обалдела. — Я только об одном вас попрошу: не разводитесь с Ладииной.
— Что?!
В какой дурдом я попала?! Что это за парад психов?!
— Как я уже сказал, вы в браке с Ладииной главная. И, если она будет нас обижать, вы единственная сможете встать на нашу защиту. Ну а мы в первую очередь обязаны подчиняться вам, а уж потом Ладе.
— Нет! Гарем вы мне не навяжете!
— Пожалуйста! — взмолился юноша, хватаясь за полы моей накидки. — Если вы разведетесь, она нам всю душу вытрясет.
— Но почему ваш брак неравный?
— Равные браки — большая редкость. Они чаще всего у простолюдинов встречаются. Односторонние браки очень выгодны для того, кто в нем главный. А Нох-рам-Лукуш никогда не упустит своей выгоды. А здесь еще он о вас с собственной дочерью заботился. Мало ли для чего мы вам пригодимся? А мы будем очень хорошими подчиненными, даю слово!
Ну, прапрадедушка! Ну, аферист! Это он так позаботился о том, чтобы я в этот гадючник не влезла! Втихаря втравил!
«Он же правитель! — заступилось за предка левое полушарие. — А вековые инстинкты так просто не исчезают!»
«Да и мальчики ничего! — благосклонно заметила правая половинка. — С таким гаремом мы быстро пойдем на эмоциональную поправку!»
— То есть теперь мне никак не выдать Ладу за кого-то равного по власти и богатству и не сбагрить ее на веки вечные? — огорчилась я. — Кто же согласится, если все ее мужья ко мне в подчинение попадают?
— Ну почему же, — пожал плечами Ивар. — Если вам все-таки повезет найти такого добровольца, то вы можете выдать замуж нашу Ладу. Но мы тогда официально перейдем к вам. Там в брачном контракте пунктик такой есть. Я пока с собратьями по несчастью сидел, его вдоль и поперек изучил.
— И где, блин, выгода? Избавлюсь от одной — получу сразу четверых!
— Зато мы спокойные и покладистые! — встал на свою защиту Ивар. — Мы не будем беспокоить вас по мелочам. И уж тем более не будем пилить! Что мы, идиоты, обретенный рай собственными руками гробить?
— Ладно, — вздохнула я. — Вставай с колен, пошли на выход.
Потом с этим дурдомом разберусь. Сейчас главное из ближайших неприятностей выбраться и выжить. А из гарема, может, группу шпионов организую или еще чего придумаю.
«Ага! Откроешь ресторан и заставишь их там стриптиз танцевать!» — хмыкнула правая половинка мозга.
«А что! — оживилась левая. — Дешевая рабская сила, доход получится приличным. Вик одобрит».
Кажется, в последнее время повадки и качества драконов просыпаются слишком часто. Ивар на возникшую прагматичность ничего не сказал, лишь нервно передернул плечами. Через двадцать минут мы оказались у выхода из гробницы.
— Дальше идите сами, — вздохнул вампир, отворяя передо мной массивную железную дверь. — Я не выйду, там Лада. Всего вам хорошего.
— И тебе, — улыбнулась я нелюдю и шагнула в темноту ночи.
Пока я ползала по шахтам, падала, слонялась по гробнице и болтала с Ладушкиными мужьями, небо стало светлеть. Скоро рассвет. Надо быстрее расправляться с лопарями, а то еще одна ночь на болотах — и я квакать начну! Или озверею.
«Вик, Норри, Лука, вы где?»
«А ты где?»
Я быстро описала местность, надеюсь, братья найдут. Ночной воздух дышал сыростью и прохладой, поэтому стоять на месте, ожидая родных, было зябко и тоскливо. Где-то ухала сова, что-то басовито квакало со стороны болота (и смею предположить, это что-то было крупным), внезапно этот звук оборвался, и на его место пришло сочное чавканье. Знать, что в нескольких метрах от тебя нечто крупное лопает кого-то более мелкого, — волнующее ощущение. Если не тревожное. Интересно, этот неизвестный хищник сочтет меня съедобной или все-таки поостережется?
Только я так подумала, как на поляну вынырнула огромная тварь, напоминающая доисторического крокодила. Мама родная! А я и не знала, что на моих болотах водятся такие редкие виды! Конечно, подкармливать ценный реликт собой лично я не собиралась, твердо решив, что оная гадина мною подавится. И одним вымирающим животным на планете станет меньше.
Зверь неторопливо подошел ко мне. Все хищники на Гее, даже если сытые, всегда нападают на убегающую добычу (наверное, срабатывают инстинкты), поэтому я осталась неподвижной, втайне надеясь, что он меня не заметит. Как бы не так! Чудовище приблизилось ко мне вплотную так, что его обнюхивающая вытянутая морда оказалась в сантиметре от моего носа. «Главное: не бояться! Главное: не бояться!» — мысленно повторяла я самой себе, вот только менее страшно мне от этого не становилось.
Однако гад (в какой-то момент я непонятным образом отчетливо поняла, что передо мной самец) не торопился на меня нападать. Высунув длинный тонкий язык, он внезапно нежно лизнул меня в щеку. «Своя, — внезапно пронеслись в моей голове его мысли. — Хорошенькая!»
Ну, здрасьте! Мне еще тут озабоченных крокодилов-переростков не хватало! Я решительно отступила назад, мягко, но твердо отстранив его морду. Чудик удивленно посмотрел на меня. В желтых глазах с вертикальными зрачками смешались изумление, легкая обида и разочарование. Наконец он отвернулся и грустно потопал в сторону леса.
«Понятно, — снова донеслись до меня его мысли. — У самки дни повышенной раздражительности. Лучше не связываться».
Я обалдело глянула ему вслед и махнула рукой. Артур мне, конечно, сообщил, что в какой-то момент поголовно все хладнокровные твари, имеющие хоть какое-то отдаленное родство с драконом, сочтут меня своей, но я, видимо, все равно не была к этому готова. Минут через двадцать появились запыхавшиеся Вик, Норри и Оох-рам-Лукуш. Увидев меня, вампир просиял и, кинувшись навстречу, сжал в объятиях.
— А я уже боялся, что никогда не огребу от тебя по ушам мокрым полотенцем! — прошептал он, уткнувшись носом в волосы. — С кем я шалить буду, если с тобой что случится?
— И думать о таком не смей! — строго пресек Вик, решительно отдирая меня от вампира и прижимая к груди. — Никогда больше не пугай меня так, сестренка!
— Меня тоже! — сказал Норри, обнимая с другой стороны.
В двойных объятиях братьев было тепло и уютно, но пора возвращаться в пугающую реальность.
— А где остальные? — спросила я, не без сожаления покидая родные руки.
— Метаморфы бегают по лесу, пытаясь собрать лопарей в кучу, чтобы мы могли нанести им сокрушительный удар, — ответил Вик, не торопясь меня отпускать, словно боялся, что я опять во что-нибудь вляпаюсь. — Кейси куда-то пропал.
— Мортифор вместе с вампирскими лучниками пытаются истребить эту заразу, пока не рассвело, — продолжил отчет Норри. — Если мы опоздаем, у всех начнутся большие проблемы. Эта гадость очень быстро размножается, и буквально к следующей ночи их будет в три раза больше первоначального количества.
— Везет же нам на всякую заразу! — в сердцах сплюнула я.
— Кстати о заразе, — встрепенулся Оох-рам-Лукущ, — Лада закатила истерику, и трое лучников отца пытаются ее успокоить.
— А сколько дедушка выделил?
— Две боевые двадцатки.
— Но в лесу они сильно разбрелись, поэтому вряд ли успеют до утра истребить всех лопарей, — озабоченно заметил Вик. — Нам надо какой-то более действенный метод.
— Может, догберов отозвать?
— Они все не успеют, — отрицательно мотнул головой Норри, — да и задание у них очень важное, чтобы пренебрегать им.
— А если загнать лопарей в тупик и взорвать? — предложил Вик. — Свет, ты можешь это устроить?
Я задумалась. Пиротехник в первую очередь должен уметь правильно оценить возможность протекания реакции горения и взрыва в той или иной химической реакции. Это позволяет не только правильно и рационально подобрать компоненты смеси проектируемого пиротехнического изделия, но, главное, остаться в живых и не утянуть в лучший мир не готовых к этому посторонних людей. Оплошность порой дорого обходится. Так в 1921 году в Оппау и в 1947 году в Техас-Сити прогремели грандиозные взрывы нитрата аммония. Оба случая произошли при попытках взрывным способом раздробить слежавшиеся запасы нитрата аммония, используемого в качестве сельскохозяйственного удобрения.
— Извините, братишки, но наспех взрывать мы никого не будем. Это очень непредсказуемо и опасно, особенно если вспомнить, как вы в прошлый наш крестовый поход заминировали туалет, который только по удивительно счастливой случайности оказался любимым порталом Михея.
— А если ты в дракона превратишься и поплюешь огнем? — предложил Оох-рам-Лукуш. — Сверху многих испепелишь.
— Ситуация та же, что и с взрывом. Вокруг нас сплошные болота. В таких местах часто встречаются залежи торфа, а так как болота очень старые, то, полагаю, торфяники обширные. Если я случайно попаду огнем на один из них, то возникнет торфяной пожар. Мало того, что такую пакость просто так не потушишь, так неизвестно, какое количество территории провалится под землю, когда ископаемое выгорит. А горит оно быстро, и из такого дымящего котлована даже тренированные пожарные не всегда выбираются. Тогда не только лопари, но и мы с вами окажемся в ловушке.
— Света дело говорит, — вступился Вик. — У меня так друг-спасатель на Полесье едва не погиб. Сверху дерн остается, а ступишь — и провал.[25]
— Можно еще кимор привлечь, но не уверена, что они всех слопают.
— Попытка не пытка! — радостно улыбнулся Вик. — Зовем метаморфов и не будем терять времени. А то лопари разбегутся по болоту, как тараканы.
— Эх, жалко, мой арбалет остался в поклаже у Злыдня, — вздохнула я.
— Сейчас будет у тебя цацка, — ухмыльнулся Вик, кивая в сторону поляны.
С той стороны выскочили две обнаженные грудастые красавицы, в которых мне с натяжкой удалось опознать своих метаморфов. Надо сказать, их предприимчивость пришлась как нельзя, кстати, потому как за питомцами гналось двенадцать лопарей исключительно мужского пола. Судя по их возбужденному курлыканью, они не могли решить, что лучше сделать с ускользающей добычей — съесть или развлечься.
Недолго думая Оох-рам-Лукуш вскинул лук и выстрелил. Стрела попала в самого последнего, и при соприкосновении с ней лопарь вспыхнул и рассыпался кучкой пепла.
— Старая добрая осина! — клыкасто ухмыльнулся вампир и выпустил еще две стрелы.
— А теперь будет старый добрый пульсар, — хищно осклабился эльфенок и выпустил сразу пять.
Каждый из огненных шаров попал в цель, и на поляне появилось пять новых кучек пепла. Лопари испуганно заметались.
— Спокойно, господа! — довольно прошипел эльф, обновляя заклинание пульсаров. — Трупы в крематорий поступают в порядке живой очереди!
Подскочившая к нам Чернуля кинула хозяину арбалет. Витька поймал оружие и сделал пару выстрелов. За последние полгода он неплохо натренировался в стрельбе, но промахи еще случались. Наверное, когда взросление лорда Венатора завершится, их не будет. А пока кузен помпезно пристрелил находящийся на краю поляны кустарник. Правда, оттуда что-то ойкнуло и взвыло, но лопарям от этого было ни холодно, ни жарко. Они уже заметили нас и, оценив ситуацию, кинулись наутек.
— Ну, нет! — рыкнул Вик, опознав в одном из них корчмаря. — Этот гад с меня пять золотых содрал! Не уйдет, скотина!
И кинулся следом за супостатом. Похоже, нет нечего опаснее дракона, у которого отобрали деньги, поэтому бывший корчмарь испугался не на шутку и со всех ног припустил в сторону густого колючего кустарника.
Мы вскочили на обернувшихся варанами метаморфов и помчались следом. Я отцепила от луки седла мой облегченный арбалет и прицелилась в ближайшего лопаря. От моего болта нечисть также осыпалась кучкой пепла. Стрелять по бегущей мишени понравилось, и я тут же выстрелила во второго. Хорошо! Кажется, начинаю понимать отцов с их любовью к охоте.
— Толстого не тронь! — предупредил Вик, прицеливаясь. — Он мой!
Трактирщик испуганно пискнул, обернулся и, увидев грозного Вика, сиганул в кусты.
— Зараза! — выругался брат и направился за ним.
— Там болото! — выкрикнул Оох-рам-Лукуш.
Блин! Я пришпорила Злыдня и кинулась за братом. Метаморф понял мою тревогу и не обиделся на столь грубое обращение. Наоборот, он в срочном порядке отрастил крылья и сделал огромный прыжок. Я оказалась на краю трясины почти одновременно с Виком, который в пылу погони мчался за лопарем прямо в топь.
— Норкар! — испуганно закричала я. — Норкар! Мой брат на твоей территории! Помни о соглашении!
И тут свершилось чудо! Лопарь с визгом ушел под грязную воду, в то время как Чернуля легко бежала по глади. Под ее ногами при каждом шаге возникали темно-зеленые кочки. В том месте, где провалился корчмарь, кипела и бурлила вода. Витька сделал круг и вернулся на берег.
— Ребята! — крикнул он расходящимся в стороны кругам. — Этот гад у меня деньги стащил. Пять золотых! Помогите бедному дракону! Совершите справедливость!
— Держи, пройдоха! — Из воды вынырнула темно-зеленая красавица с перепачканным кровью ртом и кинула увесистый кошель. — Там твои деньги и проценты за вкусный ужин!
— Приятно иметь дело с умными партнерами! — ухмыльнулся Вик, взвешивая в руке кошель.
— Вить, я придумала, как нам разобраться с лопарями.
— Как? — заинтересовались спутники.
— Наша маленькая охота навела меня на мысль. Вызови Призрачных Гончих и натрави на лопарей. Пусть твои рыцари с ними разбираются, а то только ржавеют без дела.
— Они не могут заржаветь! — педантично заметил Норри. — Они же призраки!
— Зато прибить могут очень даже материально. И по болотам легко поскачут.
— Хорошо, — кивнул Вик. — Я постараюсь, только не отвечаю за результат.
Отъехав от нас на некоторое расстояние, лорд Венатор закрыл глаза и, полагаю, сосредоточился. Свою охоту он вызывал нечасто. С моими догберами и то больше общался.
Минут пятнадцать ничего не происходило. Я обеспокоено взглянула на небо. На востоке уже начинало зеленеть. Если верить Норри, лопари через пару минут начнут активно искать убежища. Конечно, киморы их теперь достанут из-под любых кочек и коряг, вот только болотный народец далеко не отходит от своих мест обитания и может кого-нибудь пропустить.
Вдруг земля вздрогнула, и прямо перед нами выстроился свиным клином отряд внушительных черных рыцарей. Вороные кони нетерпеливо гарцевали и кусали удила, выпуская из ноздрей языки пламени. Оказавшись в родном мире, рыцари больше не маскировались и выглядели внушительнее, чем в первую нашу встречу.
Вперед выехал печально знакомый мне магистр. После того как мы взорвали Михея в туалете, рыцари вновь вернулись к законному хозяину и предложили Витьке быстренько меня зарубить. И, несмотря на то, что брат категорически запретил причинять мне вред, приказав, наоборот, служить верой и правдой, отношения с Призрачными Гончими у меня не совсем ладились. Особенно они были натянутыми с их магистром, которому в свое время от меня досталось больше всего. Видно, при жизни он был мстительным человеком.
Вот и сейчас рыцарь прожег меня фиолетовым взглядом и обернулся к Витьке.
— Чего изволите, хозяин?
Вик кратко изложил суть проблемы и приказал немедленно выполнять. Рыцари синхронно кивнули и пришпорили коней. Огромные жеребцы дико взвизгнули и перешли в галоп. В какой-то момент они оторвались от земли и понеслись по воздуху. Я удивленно посмотрела на кузена. Не помню, чтобы Гончие летали! Иначе в свое время нам очень худо пришлось бы.
— Это их новое свойство, — пояснил Витька. — Проявилось совсем недавно. Артур сказал, это связано с моим взрослением. Вроде как по мере того, как набираюсь могущества я, возрастают способности и силы моих слуг.
— Ну что, домой? — предложил юный Лукуш. — Думаю, теперь справятся и без нас. А вам, ребята, переночевать надо.
— В замок не поедем, — предупредила я. — Нам время экономить надо. Мы лучше потом нагрянем погостить.
Вампир согласился и повел нас к вампирской границе. Мы шли не торопясь, периодически останавливаясь и добивая прячущихся лопарей. На небе споро занималась заря. Где-то у самой границы нас встретил Кейси.
— Княжна! — обрадовано кинулся он навстречу. — Как я за вас волновался!
Злыдень тут же мысленно поведал, что Кейси очень ловко освободил их из конюшни, загрызя трех конюхов-лопарей. Без его чуткого руководства метаморфы не выжили бы, но в мою душу по отношению к Кейси все равно закралось подозрение и недоверие. Не люблю, когда мне лгут. А такие скользкие личности чаще всего оказываются с двойным дном. Вот только на чьей он стороне?
— Миледи, — вновь заговорил Кейсариус, — я дико извиняюсь, что уничтожил всего лишь пятерых врагов, но мне пришлось всю ночь прятаться от рыскавшего по лесу Мортифора.
— Он был занят более насущными проблемами, — заметила я. — И вряд ли стал бы тратить время на ваше убийство.
— Я не мог так рисковать, — тихо произнес волк.
— Что же вы не поделили? — фыркнул Вик. — Из-за чего такой помпезный сыр-бор?
— Мортифор мстит мне за один проступок.
— Какой? — удивился Норри. Если наш эльф в легком недоумении, то Морти, получается, не такой злопамятный, как я думаю.
— Я не могу этого сказать, — покачал мордой наш лохматый лорд. — Я обещал хранить тайну.
— Ладно, пойдемте есть! — зевнул Оох-рам-Лукуш. — Когда я нервничаю, у меня просыпается аппетит, а сегодня мне прилично выпало стрессов!
Постоялый двор, он же по совместительству корчма, оказался уютным чистым строением в два этажа. Улыбчивый хозяин тут же предложил нам лучшие комнаты и велел слугам наполнить для каждого из нас ванну. Все еще истерящую Ладу разместили отдельно от меня и на максимальном расстоянии. Доставившие ее в корчму лучники попросили литр самогона для лечения душевных ран, нанесенных нашей Красавицей. Метаморфов сытно накормили и почистили.
Обед нам подали в тенистую, увитую розами и живой изгородью беседку во дворе. Плотно поев, мы, разморенные и усталые, отправились наверх для долгожданного сна. Глаза отчаянно слипались. Я из последних сил вскинула голову, чтобы оценить количество ступенек впереди, и обомлела. Навстречу спускался лорд Каутинус собственной персоной! Старый заклятый враг. По обе стороны от него шагали молодые высокие воины.
Вик, заметив опасность, тоже застыл на середине лестницы. Я обернулась — и настроение окончательно опустилось ниже плинтуса. У основания лестницы тоже стояли оборотни.
Вот блин! Как не вовремя мы, сытые и сильно уставшие, оказались в окружении! А Мортифор, наверное, еще очень злится за непочтительное поведение со своей невестой и выставленный счет. Пусть он и помог нам разобраться с лопарями, но ведь там опасность грозила всем. А в случае опасности даже хищники с травоядными бегут бок о бок в мире и согласии! Видно, не зря Кейси отказался покидать снятую комнату. Вот только почему нас не предупредил, гад?!
Видя наше отчаянное положение, Каутинус не смог сдержать плотоядной улыбки.
— Попалась, бестия! — довольно прошипел он, заступая нам путь. — Из-за тебя меня наказали за проваленное задание и послали ловить преступника на вампирской территории! Меня! Потомственного дипломата! Правую руку правителя! Но теперь-то и ты у него не в фаворе!
— Милорд, — осторожно произнес его напарник. Тот, что был при встрече с леди Морой. Атус, кажется. — Милорд, у нее на пальце КОЛЬЦО!
Тощий старец присмотрелся к моим рукам и витиевато выругался.
— Ничего не понимаю! — прошипел он и, обернувшись к подчиненным, коротко буркнул: — Уходим! — Затем посмотрел на меня и, поклонившись, учтиво произнес: — Извините за беспокойство, миледи!
Бедный, бедный враг! Вот уже второй раз за три дня он ведет себя по отношению ко мне безукоризненно вежливо. Наверное, никогда не предполагал, что такое когда-либо произойдет. Воины-оборотни грозно придвинулись к моим братьям. Те рефлекторно схватились за оружие.
— Их тоже не трогайте! — строго предупредил старик. — Вдруг она бросится защищать родичей? Еще поранится, объясняй потом, что нечаянно ее поцарапали!
Вервольфы отступили и, построившись, хмуро промаршировали мимо. Стоящие у подножия лестницы оборотни оглянулись, осмотрев нас напоследок, и присоединились к своим собратьям. Каутинус подошел к корчмарю и расплатился. И лишь когда хлопнула входная дверь, я смогла прийти в себя.
— Народ, что это было?
— Не знаю, — пожал плечами Норри. — Пошли в номер, я спать хочу.
— Может, они побоялись связываться с Нох-рам-Лукушем? — предположил Вик. — Здесь-то мы под его защитой.
— Нет, — мотнул головой наследник вампирского престола. — Они не папы испугались. Их какое-то кольцо на Светиной руке остановило.
— Какое? — вздохнула я, разглядывая свой набор. У меня скоро, как у Терминатора, пальцы железными станут от обилия украшений! Знать бы еще, какое из них помогло!
— Пошли в номер, разберемся. — Вик обнял меня за плечи. — Полежим, подумаем. Может, Кейси объяснит причину. А то он в последнее время только нахлебничает по-тихому!
Все еще пребывая в шоке, мы поднялись по лестнице. В комнате нас встретил настороженный волк.
— Они уже ушли? — жалобно вопросил он, вылезая из-под кровати.
— Так оборотни за тобой охотились?
— Вполне возможно, — кивнул лорд Каптулус. — По крайней мере, я не верю в то, что здесь мог оказаться еще какой-нибудь преступник. А если учесть, что Мортифор лично участвует в охоте, то смею предположить, что их цель я.
— Кейси, что ты скрываешь? Почему король оборотней лично хочет накрутить тебе хвост на палку? Почему он носится за тобой по ночному болоту, вместо того чтобы сидеть у себя в замке, тихо править и дожидаться невесту?
— Леди, — вздохнул Кейсариус, — я не могу назвать вам причину, так как дал слово молчать. Могу сказать лишь, что я не всегда был белым и пушистым и в свое время смертельно обидел Мортифора. О чем теперь и жалею.
— Ты что, у него девушку увел? — хмыкнул Витька.
— Оборотни однолюбы, — заметил Норри. — Это как минимум должна была быть невеста.
— Думаю, это не столь важно, — перебил измышления братьев вервольф. — Что вас так поразило там, за дверью? Свету вон до сих пор трясет.
— Нас оборотни почему-то не тронули, — сдала всех Лада. — Вроде и напасть собирались, но в последний момент заметили на ее пальце кольцо и мирно отступили. Даже извинились! Представляешь?
— Да-а, — протянул наш лохматый попутчик. — Ну и дела. А что вы, Светлана, думаете по этому поводу?
— Не знаю, — честно призналась я. Что-то скрывать уже не было смысла. Лада снова нас всех предала и, похоже, даже не заметила сего прискорбного факта. Но на всякий случай я решила повторить нашу первоначальную версию. — Может, оборотни испугались кольца правителя вампиров? В конце концов, мы на его территории и члены его семьи. Мог бы быть дипломатический скандал.
— С вами рядом стоял наследник вампирского престола, — спокойно заметил Кейси. — Думаю, если бы они боялись только Нох-рам-Лукуша, то вполне удовлетворились бы видом принца и не упоминали бы о каком-то кольце. Каутинуса не так легко испугать. Вы позволите взглянуть на ваши пальцы, миледи?
Я молча протянула свои руки волку. Поздно уже таиться. Все равно он ночью может легко рассмотреть все украшения, а так ему и ответить придется, во что новое я вляпалась. Чего же везет-то так, а? Кто бы ответил?
Лорд Кейсариус взглянул на кольца и тихонько присвистнул:
— Офигеть!
Он во все глаза таращился на мой серебряный перстень с лунным камнем. Тот самый, что я с братьями недавно приобрела на выставке камней. Ну и кто мне расскажет, что не так с моей покупкой?
— Где вы взяли этот перстень? — Волк, наконец, пришел в себя.
— Купила на ярмарке в своем мире.
— Быть того не может! — возмутился волк. — Неужели вы думаете, что фамильное кольцо правящей королевской семьи оборотней можно вот так легко приобрести на рынке?!
— Не понял, — тряхнул головой Вик. — Чье это кольцо?
— Глазам своим не верю! — прошептал Кейси. — Но это родовое кольцо Мортифора!
— Оно не может быть им! — рыкнула я. — Оборотни терпеть не могут серебра, а оправа здесь именно такая. Я дракон! Я чувствую! Или скажете, что Дирусы мазохисты и любят носить прожигающие кожу штучки?
— Оправа древнего перстня из мельхиора, — задумчиво протянул наш лохматый эксперт по вервольфам. — Но я до сих пор поверить не могу, что это всего лишь точная копия! Кому понадобилось изготовить дубликат?
— Может, это просто совпадение? — предположил Вик. — Ведь бывает же порой, что совершенно одинаковые идеи приходят абсолютно разным творческим людям.
— Что бы это ни было, но, похоже, у нас появились новые проблемы, — мрачно изрек Норри. — Фамильное кольцо на чужом пальце обычно означает помолвку между хозяином и тем лицом. А это значит, что Мортифору станет очень интересно, когда это он успел обручиться с княжной без собственного согласия. А Каутинус ему обязательно доложит о своем путешествии. И тогда, боюсь, мы его окончательно достанем: вервольфы не любят шутить на такие темы.
— Но ведь это всего лишь недоразумение! — возмутилась я. Не понимаю, чего здесь злиться?
— А я не могу взять в толк, почему они поверили, — задумчиво отозвался Норри. — Ведь, по идее, перстень должен находиться у законного владельца, пока не будет принято окончательное решение.
— В таком случае нет проблемы, — бодренько отрапортовала я. — Когда оборотни поймут, что лопухнулись, нас здесь уже не будет.
— А если у Мортифора нет кольца? — внезапно подал голос Кейси.
— Нет! — всхлипнул Вик. — Нам не может так сильно не везти!
— Честно говоря, я не верю, что мое кольцо настолько похоже на фамильный перстень Мортифора, — попыталась я успокоить брата. — Оправу еще можно подделать, но нигде в природе не встретятся два абсолютно идентичных камня. Это невозможно.
— Ну, посуди сама, — фыркнул Кейси и кивнул на мою испепеляющую врагов книгу. — Спроси о фамильном адуляре Дирусов.
Я последовала данному совету. Какая полезная в плане информации у меня книга! Загляденье просто! Всегда любила энциклопедии. Магический фолиант послушно показал мне фамильный перстень вервольфов. С минуту я изумленно таращилась на лунный камень, точную копию того, что был у меня на пальце. А потом внутри все похолодело при виде надписи: «ПРОПАЛ».
— Вить, Норри, — хрипло позвала я братьев, — кажется, у нас проблемы.
— Ой-ё! — озвучил свое мнение лорд Венатор, заглядывая через мое плечо в книгу.
— Однозначно, — хмуро подтвердил Норри. — Теперь, полагаю, в краже обвинят нас.
— Но это же нелогично! — возмутилась я и рефлекторно попыталась снять кольцо. Куда там! Вредный перстень вцепился в палец, словно клещ. — Зачем мне носить у всех на виду ворованную вещь?
— Об этом подумают после того, как нас убьют, — мрачно заметил Вик.
— Это вообще не тот перстень!
— Это опять же заметят после того, как нас убьют, — холодно добавил кузен.
— Свет, — печально и как-то обреченно вздохнул Норри, — ты мне одно скажи: проклятие Ведущих магов мира, отсутствие пятого кандидата, твоя личная войнушка с невестой Мортифора, умроки, лопари, какая-то непонятная магическая хрень… нам что, проблем мало?
— Ты забыл про разбитый бумер, — похоронным тоном напомнил Вик.
— Ну да, и это, — нервно шевельнул острыми ушами сводный брат. — Сестренка, тебе не кажется, что у нас уже достаточно проблем? Зачем еще кольцо на нашу голову?
— Ты так говоришь, как будто я это специально устроила! А, между прочим, на выставке мы его все вместе приглядели! Это вы мне такой подарок сделали!
— Но кто просил тебя выбрать именно этот перстень?! Там была куча золота! Нет! Нам захотелось серебра и адуляра!
— Камень меня выбрал! Он мне тогда еще подмигнул!
— Ага! Может, он тебе еще и ручкой помахал?! — хором рявкнули братья.
— Не издевайтесь! Вы же драконы! Вы же знаете, что такое, когда вас выбирает драгоценность.
— Меня золото постоянно выбирает, но не приносит таких проблем! А на твою пятую точку они как магнитом притягиваются!
— Так, может, потому и липнут? — философски заметил Норри. — К такой красивой части тела я бы и сам с удовольствием прилип!
— По ушам получишь, кровосмеситель ушастый! — рыкнул Витька. — Запомни: сестра — это святое!
— Помню, — послушно кивнул эльф. — Но от этого ее аппетитный зад менее красивым не станет.
— И это тоже прибавит нам приключений! — обреченно подвел итог Вик, возведя очи к небу.
Хм, кажется, я начинаю догадываться, какой Ведущий маг мира чисто теоретически должен мне покровительствовать.