Не будите спящего дракона! Сага о Драконах. Трилогия — страница 83 из 89

ПЯТЫЙ ДРАКОН

1

Замечательный напиток текила: выпил — почувствовал себя кактусом, причем наутро иголки обычно растут внутрь!

NN

— Что с Драконом?

— Ведущие маги мира совершили на нее покушение.

— И?

— Ее брат пытался сыграть с ритуалом несвоевременной смерти.

— И?

— У рыцарей Ведущих магов был амулет Квипрокво, и первая стрела отклонилась от намеченной траектории, попав ей в сердце, но, к сожалению, он выпустил вторую стрелу.

— Это что-то меняет?

— Вторая стрела перерезала веревку.

— Но она уже была мертва?

— Да. Однако непонятно, как это событие может сработать на Гее. Это мирок со своими законами.

— Насколько мне известно, со стрелой в сердце не живут даже драконы.

— А вдруг Великий Эквилибриум сочтет ритуал выполненным?

— Где тело?

— Лорд Венатор и принц эльфов ее куда-то утащили.

— И вы не можете отследить маленькую княжну?!

— Нет. От нее не исходит признаков жизни, а наши аналитики задумчиво разводят руками и говорят, что она под землей.

— В таком случае не стоит переживать. Люди и им подобные расы на Гее обычно прячут своих усопших под землей.

— Знаете, милорд, я бы не стал так расслабляться. От дракона всего можно ожидать.

— Даже возвращение с того света? Не преувеличивай, Орту! К тому же нам просто не может так не везти!

Очнулась я с удивительным ощущением уюта и защищенности под мерный, приглушенный стук какого-то тяжелого железного предмета обо что-то массивное железное же и шуршание сухих листьев. Вокруг витали ароматы лекарственных трав, среди которых лидировал запах мяты, шалфея и еще чего-то непонятного, но очень приятного. Я не торопилась открывать глаза, наслаждаясь теплом и комфортом. Хотелось понежиться и заурчать.

«Хозяйка, — осторожно откашлялось левое полушарие. — А тебя не смущает, что мы лежим на чем-то мягком и просторном?»

«Это кроватью называется», — ехидно заметила правая половина мозга.

«Да хоть тахтой назови! — рыкнула левая. — Важно, что она не наша!»

«Ой, не к добру это!» — всхлипнул спинной мозг.

«Чего паникуете?» — изумилось правое полушарие.

«Потому что лежим голышом на чьих-то шелковых простынях!» — мрачно резюмировала аналитическая половина мозга.

«Руки-ноги не связаны!» — парировала правая.

«Это поправимо, — успокоили с левой стороны. — Да и в нынешнем состоянии Свете много не надо!»

А в каком я состоянии?

«В раненом!» — хором рявкнули в голове.

«Ох, не к добру это!» — завел привычную волынку спинной мозг.

Хлебом не корми, дай на беду покаркать!

Тут же вспомнились предыдущие события. Стрела в сердце, Мортифор, круг какой-то. Тьма. Я попыталась пошевелиться.

Ни фига! Тело словно приковали к кровати. Удивительная слабость, но боли или прочих неприятных ощущений нет. Либо мне уже лучше, либо я под каким-то наркозом. Мозг вроде не затуманен. Что за хрень мне вкачали?

Ладно, откроем глаза и посмотрим мрачной действительности в лицо. Как ни странно, моя мрачная действительность стояла ко мне спиной в одних черных шелковых шароварах и растирала что-то в железной ступке. Рядом на небольшой портативной плитке кипел и булькал ароматный отвар. Кстати, именно он порождал этот самый приятный запах. Мортифор периодически его помешивал, добавляя новые ингредиенты и попутно растирая травы в ступке.

С минуту я любовалась привычными, но удивительно ловкими манипуляциями. Потом переключилась на обнаженную загорелую спину, на которой при каждом движении оборотня перекатывались внушительные мускулы. От спины мой взгляд плавно перетек на тонкую талию, а затем и на упругие, подтянутые ягодицы, выгодно подчеркнутые черным шелком штанов. Аппетитный зад!

Интересно, значит ли это, что я проголодалась?

В этот момент оборотень обернулся и лучезарно улыбнулся.

— Доброе утро, княжна! Спасать вас уже становится моей дурной привычкой!

— Должна же от врагов быть хоть какая-то польза!.. — простонала я.

— Как вы себя чувствуете?

В моей голове пронеслись воспоминания о произошедших событиях. Я попыталась приподняться на руках, но безуспешно. Мортифор отложил снадобья, подошел ко мне и помог сесть.

— Закон подлости какой-то! — пожаловалась я. — Огонь противника всегда попадает в цель! И существует только одна вещь точнее огня супостата — это когда по вам стреляют свои!

М-да, печальный вывод из жизненного опыта!

— Ну, извините, — хмыкнул Мортифор. — Стрелы не осведомлены, что старший по званию имеет привилегии! Хотя, должен признать, вы все равно отлично выглядите.

— В мужских комплиментах таится попытка соблазна, — привычно поддела его я.

— Чем сильнее желание, тем изысканнее комплименты, — ничуть не смущаясь, кивнул Мортифор.

Я улыбнулась. Каким бы реалистом я ни была, его слова подняли мне настроение, пусть и были сказаны для моего утешения.

— Сколько я пролежала?

— Не слишком долго, — уклончиво ответил оборотень. — Кстати, я не знал, что у вас на копчике татуировка в виде дракона, точь-в-точь как на ваших фамильных гербах.

— Угу, — хмыкнула я, стараясь не покраснеть. — Это долгая история.

Столь экстравагантным тату я обязана Витьке. Это была его своеобразная месть за новогодний подарок, где я посоветовала использовать тест на беременность. Оказывается, Вик, взрослея вместе с будущим химиком, тоже времени зря не терял. И в один прекрасный день (на Рождество), опоив меня снотворным, велел другу нарисовать временное тату. Теоретически оно должно было смыться через неделю, а вот практически картинку не взял ни один растворитель, и ношу я ее по сей день.

Запахи мяты и шалфея усилились. Мортифор встал и подошел к своему рабочему столу, а я принялась осматривать комнату. С нового ракурса обзор оказался лучше.

Покои были оформлены в теплых, но темных тонах. Собственно, даже простыни были черными. У стен стояли высоченные стеллажи с книгами на любой вкус Древние фолианты постепенно сменялись более новыми, с не истертыми корешками. Под самым потолком я заметила полочку современных земных томов, среди которых основное место занимала Большая Энциклопедия. Очевидно, наши книги на Гее не столь актуальны. Особнячком выделялись магические книги. Теперь, по мере взросления, я видела их остаточный фон и даже могла почувствовать содержание.

У стены, где хозяйничал Мортифор, находились современные лабораторные столы. Темное покрытие на удивление органично вписалось в средневековую роскошную комнату. Слева от меня около кровати находилась маленькая тумбочка, а чуть дальше — огромный письменный стол. Справа размещался старинный платяной шкаф. Окон в покоях не было. То ли оборотень помнил прошлый опыт и боялся, что я сбегу, то ли комната была ниже уровня земли или в какой-то изолированной части замка. Хотя выглядела очень уютной и обжитой.

— Что это за место?

— Моя комната, — не оборачиваясь, ответил Мортифор, высыпая в кипящее снадобье растертые травы.

— Я думала, у тебя другие покои, — тихо призналась я.

— У меня их две, — бросил через плечо оборотень. — Эта подземная комната моя самая первая и любимая. Здесь прошли мои детство и юность. Шикарные апартаменты на третьем этаже я получил, став королем. Но ни там, ни тут я не принимаю гостей женского пола. Ты первая.

— Что, совсем-совсем первая? — поразилась я. — А куда же мы тогда вломились при нашем первом знакомстве?

Мортифор захохотал и, вытирая выступившие слезы, кивнул.

— То была гостевая комната одной придворной дамы. А в свои личные покои я никого не вожу, это моя территория. Так что ты самая первая гостья. — Он обвел помещение рукой. — Ну, как? Нравится моя берлога?

— Мило. — Я снова огляделась по сторонам.

— Ты еще книг не видела! — подмигнул оборотень.

О! Книги я обожаю! Люблю узнавать новое. Тут Мортифор тонко подметил мою слабость!

— Я их уже отсюда чувствую, — кивнула я.

Улыбка слетела с лица мужчины, сменившись серьезным выражением. Под его внимательным, изучающим взглядом я слегка поежилась.

— Не бойся, — тут же среагировал на мою настороженность оборотень. — Я свою библиотеку люблю, но за нее не четвертую. По крайней мере, пока ты моя гостья.

— А с чего такая честь? — поинтересовалась я.

— Уж больно в тяжелом ты была состоянии, — признался Мортифор. — Пришлось дежурить около тебя сутками, согревать, поддерживать жизненную энергию. Мы даже спали вместе. — Он озорно подмигнул. — Вот только боюсь, вопроса со столбиками это не решит.

Значит, Мортифор все это время был рядом? Интересно, а где шастали мои братья? Почему-то стало обидно, что они оставили меня одну. Их поддержка очень пригодилась бы, когда я была по ту сторону сна. Драконы в присутствии друг друга даже выздоравливают быстрее. Неужели они меня бросили? Хотя нет, быть этого не может! Нам весьма сложно долго быть в разлуке.

— Норри с Виком очень хотели быть рядом, — словно прочитав мои мысли, произнес Мортифор, — но больше одного дракона в своей святая святых я не потерплю! Так что извини меня, княжна, но пришлось вышвырнуть их пинком под зад. Надо признать, без боя они тебя не отдали. Хотя они только помешали бы лечению. Молчу уж о том, что наше целительство имеет свои секреты и не рассчитано на широкую аудиторию.

Я кивнула. Раз ноу-хау, значит, ноу-хау.

— А где теперь братья?

— В гостевых покоях.

— Не камера, надеюсь?

Зная характер братьев и их отношения с Мортифором да приплюсовав вышесказанное, дорогие шалопаи могли очутиться в местах и похуже. Оборотни не любят войн, но если дерутся или злятся — берегись!

— Нет, — ухмыльнулся Мортифор. — Но меня уже посещали мысли их переселить. Уж больно настойчиво они хотят тебя проведать, особенно лорд Виктор. Обещал, что, если с твоей головы хоть волосинка упадет или руки распущу, у меня «здравоохранение будет в десяти местах».

Узнаю своего братика! Думаю, сейчас он сидит и прикидывает, как бы спустить с лестницы превосходящего в массе противника.

— Могу я их увидеть?

— Пока нет, — жестко обрезал оборотень. — Тебе нужен полный покой. И так еле откачал. Норри хоть и разгильдяй, но правильно сообразил, что тебя ко мне надо.

— Почему? — заинтересовалась я.

— Видишь ли, — король вервольфов вновь вернулся к своему вареву, — у каждой расы есть свои специфические магические способности. Мы можем использовать любое заклинание, но некоторые нам будут удаваться особенно легко и мощно. Например, у суккубов и инкубов великолепно получаются привороты, отвороты и все, что связано с любовью. Вампиры специализируются на магии крови. Они прекрасно лечат все болезни, связанные с кровью, останавливают артериальные и венозные кровотечения любой сложности, устанавливают отцовство.

Я сразу же вспомнила Нох-рам-Лукуша и возникшие у него затруднения.

— Кровь дракона не в счет! — прочитал мои мысли Мортифор. — А в остальном вампиры — асы, они даже родовые проклятия способны снимать.

— Как и власть над существом получить, — заметила я. — Ведь подчинение самой главной физиологической жидкости дает ключ ко всему организму. Тут и убить его можно, приказав, например, крови не идти к сердцу, или заставить существо истечь кровью из малейшего пореза.

— Можно, — спокойно кивнул Мортифор. — Но вампиры в основном свою силу используют во благо. Они прекрасные целители.

— А друиды? — тут же вспомнила я общепринятые представления, так часто упоминаемые в книгах.

— Они большую свою часть занимаются деревьями и растениями, — поморщился Лупус Карнификус. — Они в первую очередь поддерживают здоровье природы, в частности, растений и животных, люди их мало интересуют. Да и не умеют они лечить разумные расы. А если для лекарства надо будет сорвать целебные травы, то друиды встанут на сторону последних. По ним, пусть лучше умрет больной ребенок, чем драгоценная однолетняя былинка.

— А эльфы чем занимаются, если друиды за флорой и фауной смотрят?

— Тут между этими двумя расами часто возникают столкновения.

Хм, и я даже знаю почему!

— И не только на почве конопли! — снова прочитал мои мысли Мортифор. — Нечего так улыбаться, княжна!

Эльфы с друидами жили как кошки с собаками. Одним из камней преткновения были поля конопли. За урожай урки и орки выкладывали огромные деньги. В основном потому, что материальные ценности и предметы искусства мало интересовали воинственных кочевников. Их главными целями было: хорошо пожрать, выпить, покурить и завалиться на шкуры с какой-нибудь рабыней.

Своего скота или ремесла у урков и орков нет, если не считать грабеж, разбой да наемничество в армии. Из имущества: конь, оружие да меховое одеяло, реже палатка. Все остальное считалось лишним барахлом, которое они радостно сбагривали купцам и перекупщикам. А потому за коноплю платили очень щедро, снимая с себя все, вплоть до портков. Естественно, эльфы и друиды боролись за такого покупателя. И вечно конкурировали в качестве выращиваемого продукта. Мои последние нововведения значительно отяготили казну Лерри ванн Дерта, еще больше натянув отношения с Мелистеем.

— Друиды еще не любят эльфов потому, — прервал мои размышления Мортифор, — что у них есть небольшой перехлест магических способностей. Эльфы тоже способны лечить растения и животных, но их возможности гораздо шире. Лесной народ может вызывать рост растений, создавать новые виды, чудесно владеет ремеслами, особенно теми, что связаны с искусством или стрельбой.

— А гномы кузнецы?

— Да. Они прирожденные геологи, кузнецы, литейщики. Великолепно делают оружие, различные машины, механизмы.

— А люди? — вдруг заинтересовалась я.

— А люди преуспели в уничтожении, — мрачно вздохнул Мортифор. — Им прекрасно удается изобретать оружие массового поражения. Вечно беспокойные, они стремятся вперед, зачастую не задумываясь о последствиях, нарушают равновесие и плюют на это. Никому не верят и сами лгут.

— А вы? — решила я слегка сменить тему. — В фолианте говорилось, что вы владеете магией жизни и смерти. В чем это проявляется?

— Мы тоже способны убивать, — хмыкнул Мортифор. — Жестоко и цинично, в огромных количествах. Но мы можем также вытянуть душу, находящуюся за гранью, способны вернуть ее в мир живых. Мы легко можем создать новую жизнь, необычный вид, а также нам прекрасно удается магия превращений. Так что Норри правильно поступил, что принес тебя ко мне. Нох-рам-Лукуш не смог бы помочь.

Зелье запахло еще сильнее, скорее всего, приготовилось. Оборотень снял его с подогрева и перелил в пиалу, с которой подошел ко мне.

— Пей, — приказал он.

— Что это? — Я осторожно принюхалась к приятному аромату.

— Зелье приворотное, — ухмыльнулся Мортифор.

Я машинально задумалась, перебирая в уме все, что знаю по данному вопросу. К сожалению, тут мои познания оказались скудными. Крайне негативно относясь ко всяким приворотам и иже с ними, я мало уделяла внимания данному вопросу. И опознать даже самое простейшее зелье не могла.

Вот не понимаю, как можно навеки привязать к себе кого-то, игнорируя его желания? А если его потом разлюбишь? Или как жить и знать, что твой избранник любит тебя только из-за колдовства?

— Да ты пей, не бойся, — хмыкнул Мортифор. — Во-первых, тебе пора уже знать, что приворотные зелья ни на оборотней, ни на драконов не действуют. А во-вторых, я лучше проиграю, чем всю жизнь буду помнить, что добился благосклонности не своими силами.

— А что это? — на всякий случай решила уточнить я.

— Лекарство, — в тон мне отозвался визави.

— А шалфей и мята там зачем? — продолжала упорствовать я. Насколько знаю, эти травы больше при простуде помогают. В моем случае я не знаю, как их применять.

— Для драматического эффекта! — начал раздражаться оборотень. — Пей давай! В бессознательном состоянии с тобой было проще!

— Ну, извини, — пожала плечами я и потянулась к чаше.

Мортифор мягко отстранил мою руку и, придерживая мне затылок, поднес пиалу к моим губам.

Зелье оказалось приятным на вкус, слегка терпким и теплом разливалось по животу. На сердце сразу стало хорошо.

— А теперь извини, — отставил Мортифор чашу в сторону. — Мне надо осмотреть твою рану.

С этими словами он сдернул с меня одеяло и принялся спокойно разматывать бинт на груди. Исчезли из глаз игривые огоньки, он больше не флиртовал, теперь передо мной был серьезный, сосредоточенный на работе целитель. Как любил говаривать один мой знакомый лейтенант: «Врач половой принадлежности не имеет».

С одной стороны, мне было очень приятно, что Мортифор относится ко мне с таким суховатым профессионализмом, отсекая в данный момент все частное и личное. А с другой стороны — смотреть в его спокойные, сосредоточенные глаза было даже обидно. М-да. Кто нас, женщин, поймет?

Когда соскользнул последний бинт, показалась идеально чистая белая кожа с небольшим розоватым пятнышком в том месте, куда попала стрела. Ни шрама, ни рубца.

— Невероятно! — выдохнул Мортифор, осторожно касаясь пальцами нежной кожицы. — Еще вчера я прикидывал, когда снимать швы, а сегодня все исчезло! Даже нитки рассосались! Или, точнее сказать, твой организм их тоже переварил.

«Естественно! — хмыкнула я про себя. — Не пропадать же добру и дополнительным микроэлементам!»

— Ничего себе регенерация! — тем временем восторгался Морти, все еще гладя зажившее место, но в этих поглаживаниях не было никакого сексуального подтекста, чисто профессиональный интерес.

— А почему зашивал? Разве не проще было бы воспользоваться заклинаниями? — поинтересовалась я.

— Да потому, — улыбнулся Мортифор, — что магия на взрослого дракона не действует, даже целительская! Думаешь, тебе Создатель на всякий случай такую регенерацию продумал?

— Погоди! Я еще несовершеннолетний дракон!

— Теперь уже нет, — покачал головой оборотень. — По закону подлости твое взросление завершилось именно в тот момент, когда ты получила стрелу, плюс-минус пятнадцать минут погрешности. Поэтому выхаживать тебя пришлось по старинке. Кстати, а что видят драконы, когда умирают?

— Космос, — не задумываясь ответила я. — Мы летим среди тьмы, звезд, планет. Удивительное чувство покоя и безмятежности. А что чувствуют оборотни, когда умирают?

— А мы бежим среди леса, — тихо ответил визави. — Вокруг колышется высокая трава, ветер свистит в ушах и играет с шерстью. На душе мир и удовлетворение. Эйфория. Возвращаться не хочется.

— Когда успел? — поразилась я, только сейчас поняв, что Морти говорит со знанием дела, словно на собственной шкуре испытал!

— Давно, — сморгнул оборотень. — Отец вытащил.

Я вспомнила свой сон про Мортифора и его сводных братьев-драконов и решила проверить информацию:

— Детская шалость?

— Можно и так сказать, — хмыкнул оборотень. — Не всякий поверит, что твои собственные братья захотят тебя убить.

— Сочувствую.

— Не стоит, — устало вздохнул Мортифор. — Это было давно.

— А что с ними стало?

— Тебе не захочется этого знать, — предупредил оборотень.

— Я взрослая девочка.

— Я знаю, — улыбнулся визави. — Скажем так, это был метод око за око. Драконы совсем не мирные и добрые существа, княжна. Перестань равнять всех по себе. Обрати внимание даже на лорда Венатора.

— Вик благороден! — вступилась я за брата.

— Не сомневаюсь, — согласился собеседник. — Но, также как ты унаследовала способности дракона Света, он получил частичку Тьмы. Это не значит, что твой брат кинется на всех с оголенным мечом или решит захватить мир, однако, если обидят его близких, он пустит в ход все свое изощренное воображение и не поскупится для врагов навыками Тьмы. А ты сама пощадишь человека, убившего Вика или Норри?

Я задумалась. Раньше ответ был бы категоричным — «нет», а теперь даже не знаю. Какая-то часть души, наверное, та, что отвечала за дракона, требовала крови и мести с лихвой. Я поежилась от собственных ощущений. До сих пор я старалась жить мирно и спокойно, относясь к людям с теплотой и пониманием. Да, случалось, предавали, подводили, плевали в душу, но я давала сдачи только при экстренной необходимости, все остальное время предпочитая игнорировать обидчиков и не мстить. Быть выше этого. Теперь же внутренний зверь требовал крови.

Мортифор молча кивнул, понимая ход моих мыслей.

В дверь постучали. Вошедший мальчик попросил владыку явиться в тронный зал. Лорд Лупус Карнификус извинился и вышел.

Я снова огляделась. Невольно мой взгляд задержался на тумбочке с гематитовыми четками. Однако Мортифор неординарная личность! Как подсказывало мне драконье чутье, гематит, и в частности эти камни, был далеко не прост. Извечно на Гее его считали спутником магов-заклинателей, которые с помощью гематита вызывали духов и чертили пентаграммы.

В данных четках заключалась большая энергия, которая помогала воздействовать на людей и нелюдей, поэтому владелец никогда никому не должен желать зла — камень и сам устранит врагов. И в то же время гематит требует сильной воли и стойкости от хозяина. Если тот не будет растрачивать отданную камнем энергию или окажется недостаточно сильным духом, — камень сломает психику владельца. Поэтому стоит десять раз подумать, прежде чем связаться с гематитом. Мортифор же, судя по потертости четок, пользовался ими часто и уже давно. Смелый мужчина! Я, лежа на кровати, ощущала покалывание исходящей от них силы.

Вдруг дверь резко распахнулась, и на пороге появились братья.

— Наконец-то! — Они бросились ко мне и тут же засыпали вопросами: — С тобой все хорошо? Как ты себя чувствуешь? Есть хочешь? Мортифор тебя не обижал?

— Я рада, что он вас ко мне пустил.

— Он ничего не знает, — Вик опасливо оглянулся на дверь. — Мы сюда пробрались по собственной инициативе. Если у тебя все в порядке, надо поскорее сматываться. Во-первых, до истечения срока осталось четыре дня, а во-вторых, мне не нравится его задумчивость и те взгляды, что он на нас бросает. Он что-то замышляет.

— Мортифор жизнью рисковал, спасая сестру, — вдруг встал на защиту оборотня Норри. — Не думаю, что он намерен причинить ей зло. Мне удалось подслушать его разговор с дядей. Мортифор, выручая Свету, сам чуть не погиб. Карнификус в бешенстве, но на нас пока распространяется неприкосновенность.

— Не знаю, — поежился Вик. — Мне все равно не нравится его взгляд. И эта задумчивость.

Вдруг дверь резко распахнулась, ударившись о косяк, и на пороге появился взлохмаченный, запыхавшийся отец Мортифора. В одной руке он без видимого напряжения держал все наши пожитки.

— Видит Эквилибриум, княжна, — прошипел он, — я тебя ненавижу, но то, что задумал с вами сделать Мортифор, мне не по душе. Поэтому бегите, Драконы, бегите отсюда, пока не стало слишком поздно! — С этими словами он бросил наши пожитки на кровать и прикрыл дверь. Быстро подошел к шкафу, извлек оттуда мою одежду вместе с оружием и кинул мне. — Одевайся, княжна, я вас провожу до замковой стены. Там вас ждут ваши метаморфы, исцеленные и накормленные. И эта бешеная блондинка, как ее там.

— А с чего такая доброта? — насторожился Витька. Он никогда не доверял оборотням.

— Уж лучше я вас в бою убью, чем проверну то, что задумал Мортифор, — повторил отец короля. — Да, я вас ненавижу, но даже для меня кое-что бывает слишком.

Странно, но мое чувство правды говорило, что Карнификус не лжет. Он искренне верит в произносимое. Что же такое задумал Мортифор? Витька повторил вслух мой мысленный вопрос.

— Вы уверены, что хотите испытать это на собственной шкуре? — язвительно ухмыльнулся отец короля. — Поверьте, Морти далеко не мягкий и пушистый. Я не зря назвал его «смертоносным» и искренне этим горжусь. А теперь слушайте, я не буду больше оправдываться и объяснять, что да как. Я отвлек сына на пятнадцать минут. Либо вы воспользуетесь предоставленным шансом, либо нет. Вам решать. Мне еще перед Мортифором за ваше бегство ответ держать.

— И все-таки с чего такое благородство? — повторил вопрос Витька.

— Да или нет? — напряженно выдохнул Карнификус, опасливо оглядываясь на дверь.

— Почему? — твердо стоял на своем Витька.

— А ты, княжна, веришь мне? — тревожно обернулся ко мне Карнификус. — Ты же чувствуешь, как дракон, что я говорю правду. Ведь так?

— Да, — кивнула я, но на душе почему-то было очень горько. Предательство всегда оставляет осадок. Зачем Мортифор спас меня, если собрался убить? Но Карнификус говорил правду, это я знала точно.

— Слушай, княжна, я вас, конечно, ненавижу, но иметь таких врагов, как вы, себе дороже. Давайте я помогу вам сбежать, а вы пересмотрите условия нашей вражды. И, может, замнем ее по-тихому?

— Посмотрим, — встрял Вик. Теперь, выяснив основной мотив оборотня, брат успокоился. — Одевайся, — бросил он мне.

Я попыталась встать. После нескольких дней постельного режима тело слушалось с трудом. Как ни странно, боли в груди не последовало. Я действительно выздоровела, вот только почему-то клонило в сон. Стряхнув с себя оцепенение, я принялась поспешно одеваться под пытливым взором трех пар мужских глаз. Вот только мне было не до них. Когда возникает угроза жизни, как-то не до стеснительности.

Наконец я прицепила орты и приготовилась к бегству. Глаза отчаянно слипались. Неужели Мортифор подмешал мне снотворное? Мир покачнулся. Сильные мужские руки подхватили меня и не дали упасть. В глазах стремительно темнело.

— Свет, что с тобой? — раздался встревоженный голос Вика.

— Кажется, сынок ей «Забвение дракона» подмешал, — словно издалека донесся голос Карнификуса. — Это единственное снотворное, которое действует на драконов. Хватайте ее на руки и пошли. Нельзя терять времени.

В ушах нарастал звон и шум собственной крови, пульсирующей в висках, а в следующий миг мир погрузился в глухую темноту…

2

Мы все закипаем при разных температурах.

Ралф Эмерсон

Очнулась я на чем-то мягком и теплом. Пахло свежесрубленной сосной, ванилином и блинами. Где-то сбоку тихо переговаривались голоса.

— Ну и что теперь будем делать? — прошептал Вик. — Осталось четыре дня. Куда податься — неизвестно. Где искать этого самого пятого Дракона — опять неизвестно! Не знаю, как ты, а я хочу жить!

— Мы можем к дяде обратиться, — тоже шепотом ответил Норри. — Можно схитрить. По проклятию дракон должен быть членом семьи. Это не обязательно родные брат или сестра Светы. Можно заключить с Лерри брак, и тогда он станет пятым Драконом.

— Ага, — хмыкнул Вик. — А как заставить Лерри удовлетворять остальным условиям проклятия? Ты уверен, что твой дядя — недостающее звено? Я вон даже не знаю, кто из нас кто. Это раз. А во-вторых, что станет с твоим народом, если Лерри погибнет? Много у вас наследников?

— Угаснет род, — грустно произнес юноша.

— Браво! Давай лучше что-нибудь иное придумаем. Гвин сказала, что он сам нас найдет.

— Да вот прямо сейчас! — рыкнул Норри.

— Тише!.. — простонала я. От снотворного голова словно налилась свинцом, вдобавок ко всему гудела и болезненно реагировала на громкие звуки. — Имейте совесть, пожалейте бедного раненого дракона!

— Ты уже почти здорова, — заметил с улыбкой Витька, подавая мне стакан воды. О! То, что доктор прописал. Я с жадностью припала к сосуду. — Есть хочешь?

— Очень!

— Мы заказали плотный ужин на четверых, — вставил Норри. — Лада сейчас принесет.

— А где мы?

Я огляделась. Помещение напоминало стандартный номер таверны. Вот только было чистенькое, свежее и обито совершенно новыми сосновыми досками. Кроме моей кровати в комнате было еще три узкие койки, большой сундук, стол и два крепко сбитых стула.

— В таверне, — озвучил мою догадку Вик. — Как нам и советовала Гвиневера, мы решили податься на человеческие земли. Соотнесли число маячков на карте с прогнозами. В общем, теперь мы в Арлетте. Летели по воздуху и как можно дальше. Надеюсь, здесь мы в безопасности. Карнификус обещал запутать следы.

— А что Мортифор хотел с нами сделать, не узнали?

— Нет, — покачали головой братья.

Тут вошла Ладиина с нагруженным подносом в руках. Если бы не вампирская сила, девушке пришлось бы очень туго.

— Садитесь к столу, — произнесла она. — Я сделала все так, как вы и приказали, просто взяла еду и отнесла вам.

— Отлично! — улыбнулся Вик, подхватывая у нее поднос.

— Когда уже мы к моему жениху поедем? — уперла руки в бока Ладиина. — Почему мы кружим по материку без какой-то цели?

— Мы уже едем к твоему суженому. Скоро. Четыре дня уже осталось, — успокоил ее Вик.

— Ладно, — вздохнула Лада и, взяв яблоко, села на кровать около окна. — Он хоть богат?

— Очень.

— Красив?

— Импозантен, — уклончиво ответил Вик.

— Ну ладно, — успокоилась Ладушка.

Я взяла свою порцию рагу и принялась за еду. С окончанием взросления мой аппетит нормализовался, зато братья продолжали есть как лоси. За окном начинало смеркаться, небо заволакивали тучи, словно в предвестье грозы. Если разразится ненастье, это в принципе будет нам на руку. Вот только непонятно, чего Мортифор на нас так вызверился? Или моя смерть давно уже числилась в его планах?

— Норри, а до тебя не доходили никакие слухи насчет оборотней?

Эльфенок задумался.

— О том, что Мортифор замыслил в отношении тебя какую-то пакость, я впервые услышал от Карнификуса.

— Тот еще интриган, — поморщился Витька. — Такие типы скользкие как бильярдные шары.

— Но он говорил правду! — возразил Норри.

— Я тоже это заметил. Вот только что-то у меня в голове не состыковывается, — озабоченно отозвался лорд Венатор.

— У меня тоже, — призналась я.

— И я ничего не понимаю, — кивнул юный ванн Дерт. — Что мы упустили из виду?

В следующий миг дверь чуть не сорвало с петель. Мы испуганно обернулись и застали на пороге злющего Мортифора. Вид его был необычным. Черты лица по-звериному заострились, став жесткими и суровыми. Черные волосы разметались по широким плечам и, казалось, немного взъерошились, как у оскалившегося зверя. Когда-то темные, словно спелые вишни, глаза горели холодным голубым огнем.

Таким мы его еще не видели. Этот Мортифор был гораздо старше и опаснее того, которого мы знали. Сейчас перед нами был разозленный до чертиков, смертельно опасный хищник. И хоть он не балансировал на грани трансформации, а пребывал в человеческой ипостаси, что-то глубоко в душе подсказывало: ничего человеческого в нем не осталось. Неужели он так вызверился на нас? Из-за чего? Из-за того, что мы ушли не попрощавшись?

— Зачем ты задумала убийство, княжна?! Я верил тебе! А ты все это время плела козни!

— Что? — опешила я.

— Не лги! — зарычал оборотень. — Имей смелость признаться в лицо!

— Да зачем мне это нужно? — разозлилась и я. — Ты же мне жизнь спас! Что я, скотина неблагодарная?!

— Ты дракон, и этим все сказано!

— Да неужели? — Я чуть не взлетела от злости и возмущения.

За кого он меня принимает?! Да я физически не могу сделать подлость сотворившему мне добро! Норри стоял бледный как полотно. За Мортифором в комнату медленно входили прочие воины. И сразу стало тесно. За окном раздался рокот приближающегося грома.

— Все вы, драконы, одинаковы! Хитрые, расчетливые дряни, живущие подлостью и коварством!

— ЛОЖЬ!!!

— Имей смелость признать свои корни!

— Да при чем здесь корни?! С чего ты так взбеленился?!

— Я тебя от смерти спас, а ты украла наш родовой артефакт! И поспешно смылась из замка!

— Да я даже не знаю, что это такое! И с чем его едят!

— Да неужели?!

— Ужели! Ну, обыщи нас, если хочешь! Вперед! — Я указала на вещи. — Ну же, чего ты стоишь? Боишься узнать, что тебе попался честный дракон? Или, хочешь, я сама тебе наши пожитки выверну. Вот, смотри!

Я кинулась к своему рюкзаку и одним махом вывалила все его содержимое на кровать. В комнате раздался изумленный вздох, и я потрясенно уставилась на золотую статуэтку бегущего волка, которая оказалась как раз посередине кучи вещей. Этого у меня не было!

— Честный дракон, говоришь? — презрительно хмыкнул вервольф, и его слова ножом полоснули по сердцу.

— Это не мое! Слово даю!

— Конечно, не твое! Это МОЕ!

— Я не брала! Четное слово!

— Ага, она сама к тебе в сумку влезла! Покататься решила!

— Да зачем мне эта бандура?! Подумай сам! Золота у меня и так хватает.

— Ты собралась уничтожить наш род.

— На фига мне это нужно?! — вскричала я. — Мортифор, брось свои параноидальные идеи! Я геноцидом не страдаю!

— А как же предсказание древних? Ни один из наших кланов не угомонится, пока будет жива хоть капля крови другого!

— Что? — удивилась я. Произнесенная фраза звучала как старинное заклинание или цитата.

— Только не делай вид, что не знаешь этого! Перелопатив столько книг о нас, ты не могла его не найти! У тебя же одна из самых полных и обширных библиотек! На худой конец, ваш ушлый управляющий мог просветить! Знаешь, княжна, я думал, ты другая, но вижу, что вы, драконы, все одинаковы!

— Да бред все это! Я не желала тебе зла! А библиотеку мою слегка разграбили. Я ничего не знаю! Да и как бы я вас уничтожила с помощью этой статуэтки? Как? Лупила бы по головам до полного изнеможения?

— Не притворяйся, княжна!

— Да что мне притворяться?! Я и так ничего не знаю!!!

— Ах, так? В таком случае отдай мое кольцо! — И он указал на злосчастный перстень с адуляром.

Ну, сейчас! Сразу вспомнился наказ Аргелла никому ни при каких обстоятельствах не отдавать кольцо. Да и любой мужчина знает, что отнять у женщины драгоценности практически нереально, стребовать имущество у дракона — еще сложнее. А если женщина одновременно еще и дракон, то это самый быстрый способ самоубийства!

— Ну, что замерла? Отдавай!

— Мортифор, это не твое, это мое кольцо!

— Да неужели?

— Да! Я его в своем мире на выставке купила!

— А мне неважно, где ты его взяла. Я ощущаю в нем фамильный камень!

— Но здесь серебряная оправа, и я это чувствую так же явно, как ты камень. Это не может быть твоим кольцом! У вас оправа из мельхиора была. Оно не может быть твоим!

— Нет! Оно мое!

— Да нет же! Я слово могу дать!

— Поклянись лучше, что никогда не причинишь мне и моему народу вред!

Я замерла. Стребовать у дракона клятву или честное слово практически нереально. Не из-за нашей вредности, а потому, что это очень сильно связывает и ограничивает нас. Нарушить данное слово мы не можем, даже если тот, кому мы его дали, кинется на нас с ножом. И это тоже следует учитывать прежде, чем разбрасывать опрометчивые обещания. Привычка сдерживать язык закрепилась у нас чуть ли не на генетическом уровне, поэтому практически невозможно переступить через себя и дать слово. Из-за редкости и обязательности исполнения наша клятва ценится очень высоко.

А теперь если я дам слово, то стану полностью беззащитной перед оборотнями. А где гарантия, что они не пожелают мне зла, не кинутся на меня с намерением убить, не нападут на страну?

— Ну, чего молчишь, Драко? Не можешь дать такой клятвы?

Что ему еще ответить?

— Прости, Мортифор, но я не знаю намерений оборотней на мой счет, поэтому не могу дать таких обещаний.

— Видит Эквилибриум, княжна, я все хотел мирно решить, но, если ты не хочешь по-хорошему, будет по-плохому. Я все равно возьму с тебя эту клятву. Ты не просто больше никогда не пожелаешь зла нам, но даже защищать нас будешь ценой собственной жизни. А кольцо уже сможешь оставить себе навсегда! — Мортифор щелкнул пальцами, и над его ладонью возникла светящаяся сфера, в которой бился маленький золотой дракончик. — Не зря в обмен на свои услуги мы требуем чью-то жизнь. Выбирай, княжна: либо мы празднуем заключение полного союза с объединением армии, казны и прочих аспектов, либо справляем поминки по твоему брату.

Рука короля оборотней преобразовалась в когтистую лапу, и он слегка царапнул когтем сферу. Дракончик дернулся и затрепетал, а Вик охнул и побледнел. Мортифор сжал кулак чуть сильнее, сфера подернулась рябью, а дракончик отчаянно забился. Витька, схватившись за сердце, осел на пол.

— Ну? — усмехнулся оборотень. — Что ты решила?

— Что такое полный союз?

— Он включает в себя брак, — тихо пояснил Норри. — Две страны становятся одним целым.

Ладиина отошла в угол и усиленно пыталась притвориться мебелью.

— Так что, княжна, ты согласна?

— Не слушай собаку!.. — простонал Вик. — Дав клятву, ты свяжешь себя обязательствами, и вряд ли тебя так просто отпустят. Ты готова сломать собственную жизнь? Подумай!

— Действительно, княжна, подумай! — сверкнул глазами оборотень и сжал руку в кулак.

Сфера с хрустальным звоном лопнула, и дракончик, издав истошный писк, оказался зажатым в руке. Вик пронзительно закричал и скорчился на полу в позе зародыша.

— Нет! Не смей его мучить! — заорала я. — Прекрати!

— Твое решение, княжна! — жестко отрезал Мортифор, сверкая холодными голубыми глазами. — Одно движение пальцев, и я сверну шею его зверю, а без него лорд Венатор не сможет существовать.

Вик на полу сжался еще сильнее и, по-моему, даже стонать от боли не мог. Лицо его стремительно бледнело и заострялось, теряя жизнь. Тело его истощалось и умирало буквально на глазах.

— Не трогай его, пожалуйста!

— Решение! — непреклонно напомнили мне.

— Я согласна, согласна, только отпусти его! Верни ему жизнь!

— Позже, княжна, если ты выполнишь условия обряда.

— Выполню, только ты хоть хватку ослабь! Не мучай его!

— Ты лучше время не тяни, — рыкнул Мортифор. — Повторяй за мной. Я, княжна Сангиус Ангуис Торта Орис-Бел-лигеро Омаг-морт Драко, правящая династия дома Драконов, беру лорда Мортифора Канис Дирус Лупус Карнификуса, повелителя оборотней, Скользящего между жизнью и смертью, в законные мужья и повелители.

При первых же словах клятвы за окном грянул гром, словно в протест совершающемуся обряду. Холодный, колючий ветер, хлопнув ставнями, ворвался в комнату, обдав всех морозом до костей. Плащ Мортифора взлетел чуть ли не до потолка огромными кожаными крыльями.

— Не останавливайся, продолжай, — одернул меня оборотень.

Я оглянулась на скорчившегося на полу Вика и послушно продолжила. На слове «повелитель» мой внутренний зверь взбунтовался, и язык временно прилип к нёбу. Я наступила себе на горло и закончила-таки клятву.

— А теперь возьми кинжал и вскрой им себе вену на кисти правой руки. Разрез нужно сделать вдоль, чтобы кровь не свернулась.

— Знаю, — буркнула я.

Рука с кинжалом немного дрожала. Когда я вскрывала вену для Норри, была критическая ситуация и мозг действовал четко, спокойно, как привык работать при чрезвычайных происшествиях. Вскрыть же вену в мирное время непонятно для каких целей, да еще на правой, рабочей руке было дико.

Я взглянула на страдающего Вика и, стиснув зубы, решительно полоснула по руке. Мортифор взял мою руку и принялся пить из пореза, аккуратно слизывая кровь. Вик по-прежнему лежал тихим страдающим комочком. Ладиина подавила рвотный рефлекс и отвернулась к стеночке, зажав рот ладонью. Норри побледнел еще сильнее. Не поняла. Разве это не входит в обычный обряд?

Оборотни за спиной короля ухмылялись. Кто-то, учуяв запах моей крови, облизывался. Мортифор оторвался от моей раны, вытер тыльной стороной ладони губы и прорычал:

— Я, Мортифор Канис Дирус Лупус Карнификус, повелитель оборотней, Скользящий между жизнью и смертью, беру княжну Светлану Сангиус Ангуис Торта Орис-Беллигеро Омаг-морт Драко, правящая династия, в законные жены и повелительницы. Договор заключается на равных правах и скрепляется кровью. — Он вскрыл кинжалом свою вену, и я испугалась, что он прикажет мне пить.

Но нет. Мортифор взял мою руку и расположил ее так, чтобы моя кровь капала в его рану. Так же как и с Норри, края пореза, исцеляясь моей кровью, стали срастаться. В самый последний момент оборотень прижал свою руку к моей.

«Наша кровь смешалась, — тихо констатировало левое полушарие. — Надеюсь, наш вервольф здоровый, потому как теперь по твоим жилам потекла капля и его крови».

Я взглянула в по-прежнему голубые, холодные глаза мужчины. Теперь в его жилах течет моя кровь. Норри как-то говорил мне о власти, которой обладает исцеляемый над исцеляющим. Есть ли она теперь у Мортифора? И что мне даст его кровь?

«Процесс регенерации завершен», — отчитался организм. Мортифор разъединил наши исцелившиеся руки.

За окном сверкнула молния, озарив комнату ярким светом. От ее вспышки кольцо Нох-рам-Лукуша подмигнуло алым глазом. С некоторым запозданием грянул такой громовой раскат, что деревянные стены таверны содрогнулись. С черных туч на землю обрушились тонны воды, словно плотину прорвало. Повеяло прохладой и сыростью. Витька резко вздохнул и обмяк. Затем медленно разогнулся и сел на полу. У меня на душе полегчало.

— А теперь закрепим наш брак соответствующими символами! — прорычал Мортифор и, подавив холодную улыбку, слегка поклонился. — Пожалуй, начнем с дамы. Где твои фамильные кольца, княжна?

— Не знаю, — злорадно улыбнулась я.

Так как мужики-драконы обычно не спешат жениться, то закинули их куда подальше. В семейных архивах сказано копаться на чердаке среди гор хлама и рухляди, а это равнозначно поиску иголки в стоге сена. Предки не зря так старались, прятали, ибо браком хорошее дело не зовут!

А даже если Морти их и найдет, то мало ему не покажется! Фамильные обручальные перстни серебряные! В зависимости от настроения носящего трансформируются то в шипы, то в кастет, то еще во что-нибудь колючее или режущее. Вот такие добрые драконы в семейной жизни! Так что предвкушай, милорд, бурную семейную жизнь! Я постараюсь, чтобы она была недолгой! Плевать, что на оборотней яды не действуют! Я что-нибудь придумаю!

Король оборотней если и заметил вредные огоньки в моих глазах, то никак не отреагировал. Его глаза по-прежнему продолжали светиться холодным голубым огнем.

— Так призови свои кольца! — хрипло произнес он.

— Я не знаю как! — по-прежнему радостно отрапортовала я.

— Просто позови! — рыкнул оборотень и дернул магическую нить, которой связывал Вика.

Брат конвульсивно сжался и застонал. Норри наблюдал за всем происходящим расширившимися от ужаса глазами.

— Фамильные кольца, ау, — без тени выражения буркнула я, демонстративно выставив ладонь. В ту же секунду, к моему удивлению, в нее упали два массивных перстня из черненого серебра.

— Умница! — ухмыльнулся Мортифор, глядя на мое вытянувшееся лицо.

И это фамильные обручальные кольца Драконов?! Да они при угрозе свадьбы должны от хозяев убегать, а не в ладони прыгать! Предатели! Ну, ничего! Мортифору их носить тоже несладко будет! Насколько помню, серебро жжет вервольфам кожу не хуже каленого железа! Я выбрала больший перстень и надела на протянутый палец. Но каково же было мое изумление, когда НИЧЕГО НЕ СЛУЧИЛОСЬ!

— Сюрприз! — ехидно осклабился Мортифор и, спокойно взяв оставшееся кольцо, надел на мой безымянный палец. — Я полукровка, милая, серебро на меня не действует!

Последней радости лишил, засранец!

— А теперь, — еще язвительнее продолжил оборотень, — моя очередь!

И извлек из воздуха ОШЕЙНИК! Огромный, массивный, кожаный ошейник с длинными (около десяти сантиметров) шипами.

— Это еще что за причиндалы?! — Я невольно попятилась.

— Узы Гименея! — не в силах сдержать смешка, прокомментировал Мортифор. — Наши. Традиционные. Ну, чего убегаешь, дорогая? Иди сюда!

— Не-е-ет!

— Да-а! — отозвался оборотень. — Иди сюда, милая, я еще не отпустил твоего брата.

Вздохнув, я послушно сделала шаг вперед. Мортифор надел мне на шею эту пытку Гименея.

ЧТО?! КУДА?! ЗАЧЕМ?! Я попыталась сорвать новоприобретенное украшение, но ничего не получилось. Не удалось даже нащупать замок. Вот повезло так повезло! Все люди как люди! Одна я отличилась! Кому-то колье с бриллиантами дарят! А мне… Ёптр турен имбарр! По-другому не скажешь!

Мортифор тем временем извлек второй ошейник и, склонившись в три погибели, попросил меня надеть ЭТО на него. О! С каким удовольствием я напялила бы на ненаглядного супруга стальной ошейник-удавку для волкодава! И шипами внутрь, чтобы при каждом удобном случае кожу кололи! Да на длинную металлическую цепь мерзавца!

— А теперь последняя часть ритуала! — произнес Мортифор и, наклонившись, поцеловал меня.

От бессилия и досады внутри проснулось что-то настолько злобное и вредное, что я, не задумываясь его укусила. А кусаюсь я знатно! Наверное, вампирья наследственность сказывается.

Оборотень мои гены, похоже, тоже оценил по достоинству, потому как от боли даже подпрыгнул, но поцелуя не прервал. На губах почувствовался металлический привкус железа. Значит, до крови муженька прихватила. Хорошо!

В ту же секунду мою нижнюю губу цапнули так, что из глаз посыпались искры, а спину, словно кипятком окатили, и рот стал заполняться уже моей кровью. Рефлекторно я дернулась назад. Сильные руки, охватывающие меня, отпустили. Мортифор медленно выпрямился и демонстративно облизнулся. Однако из левого уголка его рта вновь побежала алая струйка.

— Запомни! — тихо прорычал он, сверкая холодной голубизной глаз. — Как ты со мной, так и я с тобой!

Затем, взметнув полы плаща, подхватил статуэтку Золотого волка и вышел прочь, хлопнув дверью так, что бревна в стенах содрогнулись. Оборотни вздрогнули и робко попятились к двери. Первый приоткрыл ее и опасливо выглянул наружу. В щелочку протиснулся золотистый дракончик и, издав радостный писк, кинулся к Вику. В следующую секунду он нырнул в тело брата и растворился. А вервольфы крадучись покинули нашу комнату.

Норри осел на кровать и облегченно вздохнул:

— Слава Эквилибриуму! Обошлось!

— ОБОШЛОСЬ?! — взвился пришедший в себя Вик. — Ты посмотри, что он со Светой сделал!

По моему подбородку все еще текла кровь. Губа болела так, что хотелось выть. Кажется, вот так люди и превращаются в волков! Кстати, а «поцелуй» Мортифора случайно не заразен? Может, и я теперь в спешном порядке обрасту шерстью? М-да, плохая была идея впиться зубами в злющего, кусачего оборотня!

— Все могло быть гораздо хуже! — хрипло прошептал эльф, читая мои мысли. — Мне только однажды на уроке дипломатии о таком рассказывали! Глаза у оборотней становятся ярко-голубыми в случае крайней ярости. Это их предел, когда все человеческое отступает и на первый план выходит жажда смерти. В такие моменты не выживает никто.

— Тогда откуда известны такие подробности? — ехидно хмыкнул лорд Венатор.

— Посмертно, — спокойно ответил Норри. — Один маг решил изучить проблему появления вырезанных под корень деревень и городов. И когда он нашел более-менее уцелевший труп и допросил его, то еще долго пребывал в шоке. Оборотни с рождения имеют дело со смертью и идут по грани. Их магия построена на жизни и смерти. Наверное, это как-то связано с перевоплощениями. Так вот, находясь в сильнейшей ярости, оборотни уже не думают, а просто убивают. Один вервольф способен вырезать под корень большой город в несколько тысяч человек, прежде чем насытится смертью и остановится. Я уж молчу об отпрыске элитного рода. И то, что мы сегодня выжили, можно причислить к большому, очень большому везению! Более того, думаю, следует отметить самообладание Мортифора. Ведь вместо того, чтобы убить Свету, он на ней женился! Причем на равных правах!

— Да уж! Умеет он найти подход к женщине! — язвительно проворчал Витька, подходя ко мне и стирая платочком кровь с подбородка.

Хоть Вик и подразумевал обратное, но, как ни странно, оказался прав! Преподнесенный Мортифором урок капитально протрезвил голову. Желание кусаться, беситься, злиться, закатывать истерики и всячески доводить новоиспеченного мужа исчезло напрочь! Более того! Что-то мне подсказывает, что в ближайшее время я буду очень тихой и послушной супругой!

«М-да, — вздохнуло левое полушарие. — Может, нашему оборотню в дрессировщики драконов податься? Я смотрю, такой талант пропадает!»

Правая половинка не ответила, все еще пребывая в шоке от случившегося.

— Надо за льдом сбегать, — Витька встряхнул платок.

— Не стоит! — поднял руку Норри. — Укусы оборотней быстро заживают, в основном благодаря их целебной слюне. К сожалению, не могу сказать того же самого про укусы дракона, поэтому молитесь, миледи, чтобы к брачной ночи Мортифор остыл.

— Еще чего! — фыркнул Вик. — Так я ему и отдам сестренку! По хвосту получит!

— Не советую, — Норри предостерегающе поднял вверх палец. — Я тоже Свету очень люблю, но, когда оборотень в такой ярости, остановить его мы не сможем, а вот разозлить еще больше — запросто!

— Да куда уж сильнее? — фыркнула я.

Норри растерянно пожал плечами.

«Хозяйка, — вздохнуло левое полушарие. — Если никто из жертв не пережил степень „голубых глаз“, это еще не значит, что это предел оборотней!»

«Не к добру это!» — прошипел спинной мозг.

Ссориться с Мортифором расхотелось напрочь. Теперь я понимала, почему в книгах настоятельно рекомендовали не действовать оборотням на нервы и вообще держаться от них подальше!

Норри соскочил с кровати, подошел ко мне, приложил холодную руку к губе, прошептал пару мелодичных слов и подул. В ту же секунду засохшая кровь разлетелась во все стороны пурпурными бабочками. Ранка исчезла, но губа все равно продолжала болеть. Скорее уже по привычке.

Новый Мортифор меня поразил. Я хоть и предполагала подобное, но, если честно, не была к этому готова. Теперь, когда шок стал спадать, постепенно включалась голова. И что-то здесь было нечисто. Это раз. Импульсивно бежать отстаивать свободу не хотелось. Это два. Прежде чем что-то делать, надо во всем спокойно разобраться.

— Норри, а что ты говорил о браке на равных условиях? — Я непроизвольно дотронулась до ошейника.

Еще одно расстройство! Вот повезло так повезло! У всех рас то кольца обручальные, то серьги, то браслеты, то пояса, то татуировки, и только у оборотней — ошейники! Массивные, кожаные, с огромными шипами! Что я, металлистка какая, такое украшение носить? И снять эту пакость невозможно! Я будущий работник умственного груда! Как мне с ним в серьезные организации и научные учреждения на собеседования являться?! Да меня же на порог не пустят!

— Честно говоря, не понимаю, как Мортифор, будучи в такой ярости, потребовал от тебя брак на равных условиях! — вздохнул эльф. — Браки, где партнеры равноправные личности, у нас не распространены. Чаще встречаются односторонние браки, где муж — полноправный хозяин и властелин жены. Супруга в данном случае занимает промежуточное положение между рабыней и вольным человеком. Теоретически она свободна, но в то же время во многом зависит от благоверного. Она не имеет права ему перечить, ослушаться и даже отдохнуть от домашних дел не может без ведома мужа. Мужчина в это время живет полноценной жизнью. Собственно, если бы Мортифор хотел тебя унизить или наказать, то он вынудил бы заключить этот вид брака. Но он дал тебе равные права. Все, что может он, — можешь и ты. Мортифор не имеет права тебе приказывать, только просить, а ты в свою очередь можешь либо выполнить его просьбу, либо нет.

— А побить он ее может? — внезапно ожила Ладушка.

Все бракосочетание она простояла в углу, элегантно притворяясь мебелью или подавляя рвотные позывы, а вот теперь активировалась. Странно, почему она этих прав не знает, ведь уже три раза замужем побывала!

Этот вопрос ей задал Вик.

— Я не обратила никакого внимания на брачный контракт, — пожала плечами красавица. — Мужья так быстро закопались, что, вероятно, тоже не успели его прочитать. Да и честно, мне все равно, односторонний это брак или равноправный, я буду делать что хочу.

— Угу, — хмыкнул Вик. — Пока не наткнешься на такого вот Мортифора!

— Сплюнь три раза! — осенила себя священным знаком Ладиина. — Подумать только! А я когда-то о нем мечтала! Слава Эквилибриуму, что не сбылось! Этот не то что меня, он сотню драконов построит! Уж лучше за орка или урка выйти, чем за такого!

Кажется, Ладушка только что сделала сенсационное для себя открытие: определила тип мужчины, с которым ни за что не захотела бы связать свою жизнь!

— Ладно, — вздохнула леди Каракурт. — Не уводи от темы! Так может он ее побить или нет?

— Может, — кивнул эльф, — но, исходя из равенства, Света имеет право защищаться.

— Ну, спасибо! Успокоили! Очень обнадеживающая перспектива! Порой мне кажется, что против Мортифора и танк не выдержит. Куда уж мне, хилой да слабой?

— Но не переживай ты так! — неверно истолковал мою кислую мину Норри. — Ведь ты тоже можешь, в случае чего, его побить!

— Тогда какое же это равноправие? — вздохнула я. — Ведь Морти тоже может защищаться!

Кажется, у меня только что появился еще один веский аргумент не доводить благоверного. Хотя Мортифор и не производит впечатления мужчины, способного поднять руку на женщину, я больше никаких прогнозов в отношении его делать не буду.

«Не дрейфь! — успокоило меня левое полушарие. — Прогнозы сделаю я, и Мортифор все же не из тех мужчин, кто поднимает руку на женщину!»

«У него найдутся иные методы!» — сердечно успокоила правая половинка.

— Зато ты осталась полноправной княжной! — решил утешить меня Норри. — А ведь могла потерять положение и титул. В одностороннем браке муж забирает все имущество и титулы жены. Наверное, когда Мортифор требовал равноправного брака, то в большей степени думал о ваших детях, так как в данном случае они будут наследниками одновременно двух престолов. Только изменять Мортифору я бы не советовал. Оборотни — единственная раса, которая умудрилась контролировать данный вопрос.

— Уж не с помощью ли этой штуки? — Я указала на ошейник. — Он что, меня в процессе задушит?

— Ага! — радостно кивнул Норри. — Но не волнуйся, Мортифора он тоже при неверности задушит!

— Вот тут я его как мужчина не понимаю! — вздохнул Вик. — Это ж надо подписаться на такое добровольно!

Брат возмущался, а я теребила ошейник и думала о будущей жизни. Значит, шаг вправо, шаг влево — задушит? Теперь понятно, почему оборотни — самая верная раса! Вот так и разрушаются мифы о моногамности!

Решить вопрос по поводу внезапной вспышки агрессии Мортифора нужно было как можно скорее. А он все еще злился. Это нам доложили служанки, для которых источником информации стали притихшие у двери господина оборотни. У меня губа уже не болела, а вот у Морти, похоже, не зажила. Насколько помню из фамильных хроник, укус дракона не только болезненный, но и способствует развитию всевозможных инфекций, а в некоторых случаях вообще ядовитый.

Все эти примочки, как нетрудно догадаться, созданы лишь для успешной охоты. Укусил жертву и жди себе, когда бактерии в твоей слюне сделают свое дело и зверюга обессилеет или сдохнет. А если все провернуть с ядовитой слюной, то вообще загляденье — обед готов за считанные секунды.

Хотя мои предприимчивые предки приспособились эти свойства использовать в жизни, а именно — для устранения неугодных супругов. Чуть что — невинно хлопаешь ресницами, делаешь большие глаза и ссылаешься на несчастный случай.

Мортифору очень повезло, что на него яды не действуют, а в собственной слюне содержатся антисептики. Так бы через полчаса можно было бы идти лопать благоверного. В этом плане он мой антипод.

«Да вы просто созданы друг для друга! — ехидно хмыкнуло левое полушарие. — Грызи эту тварь сколько хочешь — все равно выживет!»

Да, нашла коса на камень. Однако пора идти к Мортифору. Вопреки простым законам жизни вервольф с течением времени не отходил, а только еще больше закипал. Если сейчас со всем не разобраться, то к вечеру мы получим очень большого и очень злого оборотня.

Естественно, входить в клетку с тигром, то есть в номер к благоверному, без четко продуманного плана не хотелось, но как можно предугадать поступки разъяренного оборотня? Эта раса вопреки общественному мнению отличается завидной уравновешенностью. Конечно, не вампирские мужчины, но тоже на уровне. Поэтому, как нам удалось его раздразнить, ума не приложу.

Первое, что я сделала перед разговором, это послала мужу в номер плотный обед. Надеюсь, через полчаса еда осядет в желудке и придаст Морти более благодушное настроение.

3

Брак — это мирное сосуществование двух нервных систем.

Народная мудрость

Казалось, минуты текли целую вечность. С одной стороны, я хотела, чтобы час икс поскорее настал, с другой — чтобы никогда не наставал и не пришлось во всем разбираться. Норри с Виком предложили разработать план разговора, но вскоре бросили дурное дело, потому как угадать, в каком русле потечет наш разговор, практически нереально. В результате эльфенок вручил мне законсервированное сонное заклятие, которое в случае опасности нужно лишь активировать и перекинуть на объект.

Когда ожидание стало невмоготу, я вздохнула и вышла за дверь. Хм, давненько я так не рвалась навстречу неприятностям. Бывает. Оборотни по-прежнему сиротливо жались под господской дверью. Неужели ужин не подействовал?

— У себя? — спросила я.

— Угу, — хмыкнули они неслаженным хором, продолжая опасливо коситься на дверь, словно та могла на них кинуться и покусать.

— И часто у него такие приступы бешенства?

— Первый раз, — ответил молодой юноша, и ему тут же отвесили тяжелый подзатыльник.

— Чего надо? — хмуро выдохнул солидный зрелый воин, инициатор оплеух.

— Поговорить с ним, — призналась я.

— Ну, иди, — лукаво усмехнулся ближайший к двери вервольф и поклонился, сделав приглашающий жест.

Я тут же воспользовалась ситуацией, уже краем уха услышав, как на того оборотня накинулись остальные.

— Ты что натворил?! — возмущались они.

— А что? — хмыкнул тот. — Если наш король выйдет из себя, то у нас одной чешуйчатой королевой станет меньше.

— А если она трансформируется и будет защищаться, то у нас одним правителем станет меньше! — взревел все тот же солидный вервольф.

— Ну что? Посмотрим — кто кого?

Номер Мортифора оказался гораздо просторнее нашего, можно даже сказать, королевский люкс, состоящий из нескольких покоев. Самого оборотня в гостиной не обнаружилось. Судя по тишине, он немного успокоился. Это радует.

Дверь смежной комнаты была приоткрыта, и оттуда раздавались приглушенные голоса. Я на цыпочках направилась туда. Подслушивать, конечно, нехорошо. Но вдруг от узнанной информации зависит жизнь близких мне людей?

«Ага-ага, оправдывай свои пороки!» — хмыкнуло правое полушарие.

«Заткнись! — отрезало левое. — Кто владеет информацией — владеет всем миром!»

— Прости, Лерри, — шептал Мортифор. — Ты же знаешь, что я ни за что не предал бы нашу дружбу, сделав пару нечестных ходов. Да и силой завоевывать любовь — не мои методы, ты же знаешь. Но мне кто-то подмешал в вино «Ярость дракона». Я никогда еще так не злился.

— Кто бы это ни сделал, он тебе вряд ли друг, — тихо ответил правитель эльфов.

— Или княжне, — заметил Мортифор. — Возможно, он надеялся, что я в ярости прикончу княжну.

— Либо она, защищаясь, прикончит тебя.

— Ты как всегда прав. Я еще не знаю ее намерений относительно меня. Раньше мне казалось, что она неспособна ударить в спину, но у нее мой родовой талисман и моя кровь в жилах, чтобы активировать артефакт.

— Артефакт ей могли подбросить, а исцеление твоей кровью оказаться чистым совпадением.

— Возможно, но если бы ты или я были такими доверчивыми, то вместо нас давно правил бы кто-нибудь другой. Я не верю в случайности.

— И потому ты хочешь держать Свету на коротком поводке?

— Став моей супругой, она уже не сможет причинить мне вред без вреда для себя. Это как собственную руку отрезать.

— Да, но ты в той же ловушке.

— Я не планировал враждовать с ней, Лерри, ты же знаешь. И вообще, я планирую, когда более-менее наведу порядок в собственной стране, отпустить княжну, чтобы у нас с тобой были равные шансы.

— Думаю, тебе не стоит торопиться, — вдруг тихо произнес Лерри. — Она видит во мне в первую очередь родственника, а те для нее неприкосновенны. Это очень обидно, конечно, но говорит о том, что мне придется здорово постараться. И вряд ли повезет. У тебя в этом плане больше шансов. Не в моих правилах сдаваться или уступать, но тебе, мне кажется, она нужнее, чем мне.

— Лерри, ты мне ее уступаешь?

— Скорее даю тебе значительную фору.

— Что случилось?

— Скажем так, я посмотрел на вещи с другой стороны. И мне теперь нужно время, чтобы разобраться в себе.

— Это как-то связано с твоей первой любовью?

— Да, с первой зрелой. А теперь, извини, мне нужно идти.

— Спасибо, ушастый, — вдруг с чувством произнес Мортифор.

— На здоровье, лохматый, — благосклонно фыркнул правитель эльфов.

Я поспешила отойти подальше от двери, но было поздно. Она резко распахнулась, едва не врезав мне по носу, и на пороге возник Мортифор. Единственное, что я успела, это занести руку, якобы собираясь постучать.

— Ну, как? — улыбнулся он, подходя ко мне. — Много полезной информации почерпнула?

— Да не очень, — призналась я.

— Видно, поздновато пришла подслушивать, — посетовал оборотень.

— Что поделаешь? — пожала плечами я. — Ты очень злился. Кстати, как ты? Полегчало?

— Ага, валерьянка творит чудеса, — подмигнул мне Мортифор.

— Серьезно?! — изумилась я.

— Нет, — хмыкнул оборотень. — Другой отвар.

— Дашь рецептик?

— Обязательно, — кивнул он, — ты же теперь моя законная супруга, должна знать, как успокоить благоверного.

— Или упокоить, — буркнула под нос я и схлопотала внимательный взгляд мужа. М-да. — Я пошутила. Честно.

— Придется поверить, — вздохнул Мортифор и жестом пригласил к столу. — Выпьешь вина?

— Почему вы все хотите меня споить?! — возмутилась я.

— Все — это кто? — заинтересованно склонил голову набок мужчина.

— Ну, самым последним был Лерри, — сдала я оборотню его лучшего друга. — Кстати, а где он? Вы же с ним только что разговаривали.

— Через зеркало. — Мортифор махнул рукой в сторону смежной комнаты. — Самый простой и удобный способ. Не просто говоришь, но еще и видишь. Земные ученые уже активно и довольно успешно разрабатывают технологии, несущие подобную идею. Ну да ладно. Расскажи про ушастого. Ему удалось тебя опоить?

— Да не очень, — призналась я. — Мой внутренний зверь возмутился и чуть не вырвался на свободу.

— Интересно! — В уже темных глазах Мортифора загорелись исследовательские огоньки. — А на меня твой зверь не реагирует?

Я прислушалась к внутренним ощущениям. Нет, внутренний дракон спал. Почему-то сейчас при беседе с Мортифором в душе царили комфорт и чувство защищенности.

— А теперь? — спросил Мортифор и навис надо мной, ограничивая внутреннее пространство. Наши губы оказались в какой-то паре сантиметров друг от друга. Я буквально кожей чувствовала силу его ауры, но дракон по-прежнему СПАЛ! Причем в процессе абсолютно бессовестно похрапывал.

— Нет реакции.

— В смысле от зверя? — несколько нерешительно уточнил оборотень. Неужели ему так важно быть в моих глазах привлекательным?

— Да, дракон по-прежнему где-то на дне.

— Это хорошо, — расслабился Мортифор. — Твой зверь признал нас супругами.

— Это значит, что я теперь не смогу на тебя напасть?

— Типа того, — согласился он, садясь в кресло напротив. — Но больше это значит, что если один из нас впадет в бешенство или ярость, то второй всегда сможет достучаться до здравого смысла половины. — И тихо добавил: — Полагаю, нам стоит разобраться в наших отношениях.

— Думаю, ты прав, — согласилась я. Пусть тема и не совсем приятная, но расставить точки над «i» стоит.

— Не волнуйся, — хмыкнул супруг. — Я не собираюсь принуждать тебя к физической близости. Насилие — не мой конек. Я долго думал и хотел предложить тебе брак как наиболее удачное решение для нас обоих. Но только я собрался это сделать, как ты сбежала. Потому, извини, пришлось немного форсировать и подправить твое решение. Относись к нашему браку как к очень хорошему надежному союзу, где каждая из сторон выкладывается за общее благо по полной. Плюс можешь спокойно подходить ко мне, даже когда я в звериной ипостаси и диком бешенстве. Наши узы не позволят мне причинить вред своей жене и наоборот. Нам обоим соглашение на руку. Смотри, если тебе понадобится помощь, то выступит вся армия оборотней. А они у меня хорошо обученные, тренированные солдаты, ничем не уступающие твоим войскам.

Я вспомнила, сколько усилий уходит на обучение и содержание моей армии. Молчу уже о затратах, о которых хлопочет Вик и строго контролирует данный вопрос. Да, мне-то поддержка оборотней выгодна. А что Мортифору с этого?

Мой вопрос его немного смутил. Мортифор прикусил губу, затем вздохнул и произнес:

— Уговаривая тебя, я бы, вероятно, промолчал кое о чем, но раз уж мы заключили союз, то, думаю, стоит признаться. Дело в том, что у меня сейчас несколько сложная ситуация, и очень кстати пришлась бы поддержка могущественного союзника.

Так, приплыли! А в этот раз я во что вляпалась? Причем заметьте — лежала раненая и никого не трогала! Неприятности сами меня нашли! Что я, медом намазана? Или какая-то любимая жертва?

— Полагаю, стоит поведать тебе об оборотнях поподробнее. Что ты знаешь о структуре власти у вервольфов? Хотя нет. Что ты вообще о нас знаешь?

— Мало чего, — призналась я. — Тебе одновременно с предложением руки и сердца следовало также предоставить мне справочник по содержанию и разведению оборотней в бытовых условиях.

— Это будет, — кивнул Мортифор. — Надеюсь, ты знаешь, что власть у нас не наследуется, а завоевывается? — И, увидев мой кивок, продолжил: — Отсюда, как ты уже догадалась, текучесть королей у нас огромная. А чтобы предыдущий монарх не переизбрался на второй срок, основной претендент его убивает.

— А как же тогда Карнификус выжил? — попыталась я казаться несведущей. Незачем Мортифору знать, что я в курсе некоторых событий.

— Я победил отца в битве, а потом сохранил ему жизнь. И теперь, когда отлучаюсь в иные измерения, оставляю его на троне заместителем. Очень удобно, знаешь ли. Я, честно говоря, не хотел быть королем. Это папа настоял. Родившись третьим сыном правителя, я надеялся провести обычную жизнь, заботиться о семье, воспитывать детей. Может, был бы купцом или парфюмером. Или заводчиком редких видов, Я обожаю путешествовать, люблю исследовать, узнавать и создавать что-то новое. Света, если бы ты знала, сколько в мире интересных параллельных измерений! Есть миры, построенные совершенно противоположным образом. Словно антимиры. Там не действуют общепринятые законы.

— Об этом мы с тобой еще поговорим, — улыбнулась я. — Не увиливай от неприятной для тебя темы. Что там с твоим политическим положением?

— Оборотни бывают нескольких видов. Это тебе уже рассказали, полагаю. Я вообще смею предположить, что вся известная Норри информация уже давно и благополучно перекочевала в твою прекрасную головку, а потому не хлопай так невинно ресницами и не делай большие глаза. На будущее: наша связь позволяет мне улавливать малейшую фальшь. Равно как и ты мою ложь легко распознаешь.

— Беспредел! — возмутилась я.

— И не говори, — согласился Мортифор. — А вкупе с ошейником верности — это вообще концлагерь «Земляничка» получается. Я прав?

— Мысли тоже читать можешь? — хмуро осведомилась я.

— Ага. Скоро, когда связь с тобой наладится.

Блин, с такими темпами ничего личного в душе не останется! И так уже братья шастают в моей голове, когда им вздумается, теперь еще и Мортифор на эту волну подстроился! Так что там у него за разногласия со своими?!

— Не совсем разногласия. Просто подозреваю, что Руфусы хотят меня свергнуть и поставить своего ставленника. Ты же знаешь, что это очень хитрый и изворотливый клан. Они прекрасные купцы и бизнесмены, а потому у них всегда водятся внушительные запасы золота. Теперь их численность увеличилась, и они борются за влияние. Моя основная армия состоит из Гуар и Альбусов. Но они постепенно вымирают. Особенно Альбусы. Им трудно привыкнуть к нашему климату.

— А разве все оборотни не ютятся на твоей территории?

— Нет. Мы, также как и прочие расы, живем не только на Клыкастом материке, но и по всей Гее, в небольших количествах на каждом континенте. Пока люди этого не знают, мы можем спать спокойно. Альбусы испокон веков обитали в суровом, холодном климате. Это северные народы нашей расы. Так как никто из жителей Геи не претендует на обитание в ледниках и окраинных землях, эту тайну почти никто не знает. А проживающие там человеческие расы, очень замкнутые и недалекие народы, либо никогда не выходят в свет, либо уже давно сотрудничают с нашими и не выдают секрет. В последнее время наблюдались особенно суровые заморозки, и большое число моих родичей погибло. Все реже и реже Альбусы покидают свой дом и идут ко мне на службу в более теплые широты. В результате численность моей армии приблизительно сравнялась с численностью тайной армии Руфусов. В любой момент в стране может разразиться гражданская война. Если меня убьют, отец не сможет удержать престол — и в архивах моего народа возникнет новая правящая династия.

— Очаровательно. А почему тебе не может помочь Лерри?

— Лерри — эльф, и для моего народа он в первую очередь представитель другой расы. Мой народ отрицательно воспримет вмешательство чужаков в личную политику. Так война разразится еще раньше, и я потеряю своих союзников.

— А я чем в этом плане лучше? Я вообще дракон, ваш извечный лютый враг.

— Ты, как моя жена, автоматически причисляешься к внутреннему кругу. Пусть ты и представитель иной расы, но для оборотней ты — будущая мать моих детей, их потенциальных правителей, а следовательно, уже «своя». Плюс ты, так же как и мы, можешь превращаться в другое создание, а это тебя и так делает гораздо ближе к нам, чем все остальные гуманоидные расы.

— В общем, если бы Лерри был женщиной, ты бы женился на нем, а так приходится довольствоваться мною? — ухмыльнулась я.

— Довольствоваться — это слабо сказано! — Мортифор поднял вверх палец, пряча в уголках рта лукавую улыбку. — У тебя армия укрепилась и с каждым днем становится все сильнее и сильнее, а это делает тебя как супругу еще привлекательней!

— Очаровательно, — вздохнула я.

— Вот и я о том же! — кивнул супруг, стараясь не рассмеяться. — Ты уж извини меня за произошедшее. Хотелось договориться по-хорошему, но, когда возникла угроза жизни, я должен был себя застраховать.

— Как? Браком?

— Да, клятва спасает.

— Но ведь я даже не знаю, что за статуэтку подложили мне в рюкзак.

— Ну, я-то этого не знал. А артефакт слишком могущественный и способен уничтожить род оборотней на корню.

— Сама понимаешь, в такой ситуации я не могу просто верить на слово. От этого не только моя жизнь зависит.

— Ты уверен, что нужно рассказывать это мне? — перебила я собеседника.

— Ну, ты же не знаешь, — спокойно возразил он.

— Ну, так, может, лучше и не знать? — в тон ему предложила я.

— Нет, теперь тебе стоит знать. Этот артефакт может активировать только тот, кто несет в себе кровь правящей династии.

— Намекаешь, что я оборотень? — усмехнулась я.

— Нет, — качнул головой вервольф. — В твоих жилах течет моя кровь. Оборотни неспроста держат способ исцеления в секрете и требуют у поручителя жизнь. Мы возвращаем души с грани с помощью собственной крови и жизни. И те, кому мы дали свою кровь, обретают над нами огромную власть.

— Прямо как драконы! — изумилась я.

— Да, в этом плане мы очень похожи, — согласился Мортифор. — Мы тоже не сможем убить исцеленного, не сможем причинить ему вреда, в то время как тот способен всадить нож нам в сердце. Когда ты сбежала с Золотым волком, я сначала подумал, что ты все подстроила, чтобы уничтожить наш род.

— И суд, и собственную смерть? — ехидно хмыкнула я.

— Это все можно легко просчитать, — спокойно парировал собеседник. — Норри в отчаянии несет тебя к оборотням как единственным компетентным целителям, я берусь за это дело и открываю путь к своей спальне, где хранится артефакт, вдобавок ко всему делюсь собственной кровью, кольцо у тебя уже есть, а остальное — дело техники. Изящно и естественно. Никаких подозрений, просто случайность.

— Но для чего мне ваша смерть, ты не подумал?! — опять возмутилась я. — На свете множество предсказаний, с чего мне слепо верить в это?!

— У «Ярости дракона» есть плохое свойство затуманивать мозг. Я просто не мог логически мыслить. И тогда мне казалось вполне реальным то, что ты хотела избавиться от извечных врагов или, на худой конец, просто отвязаться от столбиков.

— Кстати о них, — встрепенулась я. — Что теперь делать будем?

— А ничего, — обворожительно улыбнулся Мортифор. — Видишь ли, брак подразумевает наличие детей, и потому если оборотень женится на той, что пометила его территорию, то таким способом он дает ей пожизненное обещание и гарантию исполнения проклятия. Вследствие чего временные рамки перестают действовать. Это самый надежный способ отсрочки. Я не предлагал тебе его раньше, так как вряд ли бы ты согласилась. Если ты кого-нибудь любишь, — вдруг тихо произнес оборотень, — то, когда моя ситуация более-менее наладится и я перестану бояться кинжала в спину, я тебя отпущу. Обещаю.

— А не жалко терять такую выгоду?

— Буду жалеть не о выгоде, а о расставании с тобой, — грустно улыбнулся оборотень. — Ты мне все-таки нравишься, поэтому не думай, что я не воспользуюсь подвернувшимся мне шансом.

— Ну да, где еще удастся заполучить такую армию, — проворчала я.

— У меня, как ученого, есть еще мечта посмотреть на результат скрещивания оборотня и дракона в несколько ином сочетании, когда дракон женская особь, а оборотень — мужская, — спокойно заметил Мортифор. — И не просто посмотреть, я бы с удовольствием его воспитал.

— И не одного, — в тон ему решила ответить я.

— Естественно! — фыркнул Мортифор. — Как минимум штук пять для начала.

Вот это да! А я-то думала, что вся наглость этого мира досталась пополам нам с Виком, а оказалось, мы всего лишь в очереди за этим нахалом стояли! Ну да, вскрытие покажет.

Мортифор, ничуточки не смутившись моего взгляда, спокойно повернулся к окну и пригубил вино из бокала.

— Может, спустимся в зал и поедим? — спокойно предложил он.

Мой желудок радостно взвыл, полностью одобряя новоиспеченного мужа. В принципе, перекусить — хорошая идея. Мортифор как раз ворвался к нам посреди трапезы, и с едой как-то не заладилось. А возвращаться за едой в свой номер не имеет смысла, потому как братья, полагаю, на нервной почве уже давно все прикончили.

Я кивнула и молча приняла протянутую руку.

Открывшаяся дверь едва не прибила скучковавшихся под ней любопытных оборотней. Даже солидный зрелый воин, раздававший до этого всем оплеухи, устроился третьим слоем.

Наше появление они восприняли довольно настороженно и удивленно. Все-таки мы друг друга не убили, что уже само по себе странно.

В обеденном зале было людно. Туда-сюда сновали верткие официантки, разнося подносы с едой. Шумно отмечали какой-то праздник гномы. Тихонько пили в другом уголке купцы и начальники караванов, заедая вино жареными свиными ребрышками с картофелем. Скромненько ели в противоположном конце зала худенькие благородные барышни, их честь и сохранность блюли суровые плечистые телохранители, в роду у которых, подозреваю, не обошлось без оборотней. Но даже на их фоне свита Мортифора казалась динозаврами. При их приближении люди непроизвольно вжимали голову в плечи и старались слиться с окружающей средой. Мы с Морти шли чуть поодаль и, как мне казалось, не слишком выделялись из толпы. Супруг со своим двухметровым ростом еще мог сойти за человека, я же вообще не представляла никакой опасности.

— Ошибаешься! — шепнул мне на ухо спутник, снова прочитав мои мысли. — Если ты заметила, на тебя даже головорезы вон в том темном углу стараются не пялиться. Интуитивно они сочли тебя куда более опасным противником, чем всех нас.

— Бред. Это только потому, что ты со мной.

— Ну-ну, лиса тоже красивая да пушистая, вот только куры не обольщаются, — тихо заметил супруг.

Мы сели за освободившийся столик у стены и заказали еду. Охрана расположилась поодаль. Витьки с Норри поблизости не наблюдалось. Странно. Неужели они сыты?

Откинувшись на спинку стула, я закрыла глаза и попыталась расслабиться, сосредоточившись на звуках таверны: характерном стуке ложек о деревянные миски, грохоте дубовых чарок о столешницу, скрипе мебели, скрежете отодвигаемых стульев, переругивании сотрапезников, повизгивании официанток, которых щипали за выступающие части. Все это сливалось в единый коллективный гам, перекрывающий шум грозы на улице.

Вдруг входная дверь громко хлопнула, ударившись о стену. Я резко распахнула глаза и увидела сгорбленного промокшего путника в темно-сером плаще, по которому ручьями стекала вода. Позади нежданного пришельца в открытом проеме сверкала молния, и грохотал гром. Все окружающие примолкли и с удивлением посмотрели на вошедшего. Тот сразу сориентировался, закрыл дверь и откинул капюшон.

— Фу, — выдохнул он. — Ну и погодка! Давно не бывало такого ненастья. Видно, Драконы свадьбу играют! А, Кузька?

— И не говори! — подтвердил один из коренастых бородатых мужиков за соседним столом, приглашая вошедшего присоединиться. — Со времен последней свадьбы такого ненастья не бывало.

Промокший пришелец шустро обогнул зал, оставляя позади себя небольшие лужицы, и плюхнулся на стул.

— О чем они? — удивилась я, глядя на Мортифора.

— Понимаешь, — улыбнулся оборотень, — испокон веков клятвы, заключаемые между сильными мира сего, сопровождаются колоссальным выбросом энергии и, как следствие, сильным ненастьем. Чем сильнее магические способности вступающих в брак, тем хуже погода. Так как Драко обладают наибольшим потенциалом и редко кому дают клятву, кроме брачной, то в народе есть примета: если на дворе гроза или ураган, то это Драконы свадьбу играют.

— Самое смешное, что они правы, — вздохнула я.

— Так не на пустом же месте примета возникла, — улыбнулся супруг. — Если не возражаешь, после ужина я бы хотел еще кое-что обсудить с тобой.

— Не проблема, — кивнула я и принялась за только что принесенное блюдо.

Ужин протекал на удивление спокойно. Мортифор поглощал еду, и по мере его насыщения я просто физически чувствовала, как уходит из оборотня остаточная агрессия. Видно, плотная еда способствует более быстрому преодолению действия различных эликсиров. Учту на будущее.

— Морти, а можно вопрос? — прервала я кажущуюся безмятежность и, внимательно взглянув на оборотня, добавила: — А точнее, два.

— Давай, — благосклонно кивнул муж, аккуратно поедая жареные ребрышки.

— Куда делся твой ошейник? — Я указала на его шею.

— Вот он, — улыбнулся супруг, слегка опуская ворот рубашки и указывая на цельный серебряный шнурок.

— Но как? — просто обалдела я.

— Это второй вопрос или внезапная реакция? — хитро прищурился визави. Затем улыбнулся и дотронулся до моего ошейника.

В ту же секунду я почувствовала, как тот сжимается и уменьшается, приобретая металлический холод. Я пощупала трансформировавшиеся узы Гименея. Ощущения подсказывали, что это такая же, как у Мортифора, цепочка.

Оборотень улыбнулся:

— Я забыл вначале наложить на ошейник видоизменяющее заклятие, но теперь не волнуйся. С этого момента он будет автоматически подстраиваться под твой наряд и соответствующе выглядеть. Правда, когда ты обратишься к драконьей ипостаси, он снова станет собой.

— И на том спасибо, — вздохнула я. Ходить с кожаным украшением на шее не в моем стиле. Особенно в свете предстоящего собеседования в серьезных научных учреждениях и организациях. Там такое неприемлемо.

— Так какой ваш второй вопрос, драгоценная моя? — размешивая в кружке какой-то травяной чай, спросил Мортифор.

— Почему ты потребовал Витькину жизнь, а не Норри, как тот изначально тебе предлагал?

— Для подстраховки, — пожал плечами он. — В случае опасности от тех, кого мы излечили, мы забираем жизнь близких им людей либо шантажируем обидчиков. Когда даешь кому-то свою кровь, чтобы выжить, нужно связать того кровью. А угрожая, будь готов исполнить обещание. Смерть племянника очень огорчила бы моего лучшего друга. У правителей, конечно, дружба не принята, но и я не идеален, как видишь. Виктор же Лерри не нужен, да и ты друга детства знаешь гораздо дольше, чем Норри. В этом плане лорд Венатор — идеальный короткий поводок для тебя. У тебя вообще слишком много близких людей, а это лишние рычаги управления тобой.

— И что ты предлагаешь? Убить их? — разозлилась я.

— Нет, — мотнул головой Мортифор. — Я просто прошу тебя учитывать этот фактор в будущем. Правителю следует страховать и защищать свои уязвимые места. Думаю, Вик уже сделал правильные выводы и поостережется. А вот, кстати, и он!

Я оглянулась, проследив за взглядом оборотня. По лестнице спускались Норри и Витькой, что-то воодушевленно обсуждая. Увидев меня с Мортифором, Вик нахмурился и помрачнел, бросив в сторону оборотня злобный взгляд. Улыбка Норри тоже увяла. Братья молча подошли к нам и остановились около столика.

— Здравствуйте, — вежливо улыбнулся супруг, жестом приглашая присесть. — Есть будете?

— Будем, собака! — кивнул Вик.

— Витька, без оскорблений! — возмутилась я. Чего таить, Мортифор мне нравился, и обижать его не хотелось.

— Что ты, милая, — обворожительно осклабился кузен, явно прикидывая, с какой бы стороны лучше снять с зятя шкуру. — Я его не оскорбляю, а просто классифицирую нашего нового члена семьи с биологической точки зрения.

— Гад! — рыкнул Мортифор и, перехватив мой взгляд, невинно хлопнул ресницами. — Но я тоже классифицировал вашего брата!

Да, кажется, это у них взаимное. Норри молчал, однако по его виду можно было предположить, что он прикидывает, где взять действующий на оборотней яд и какое количество понадобится израсходовать на одного известного нам индивида.

— Если ты ее обидишь, хотя бы настроение испортишь, я с тебя шкуру спущу! — пригрозил Вик.

— Ну, надо же, какие мы заботливые! — вскипел оборотень. — А где ты был, когда ее вешали? Или когда стрелял ей в сердце?

Вик дернулся, словно от пощечины, и в следующую секунду с низким рыком кинулся на Мортифора через стол. Брат до сих пор болезненно переживал тот выстрел. Я его уже тысячу раз простила, а его все чувство вины гложет.

— Стоп! — рявкнула я, хлопнув по столу ладонью. Мне еще их междоусобиц не хватало!

Мужчины сморгнули и мгновенно остановились. Рядом замерли подоспевшие телохранители короля. Норри сидел напряженный, как струна, в любой момент готовый прийти мне на помощь. Вик взглянул на меня глазами затравленной собаки. Он очень сожалел о собственном промахе и о случившемся союзе.

— Мортифор, не смейте оскорблять моего брата, — отчеканила я. Когда злюсь, всегда перехожу на вежливый тон. — Я сама потребовала от него оставить меня и бежать, а в моей смерти он также не виновен. Это были происки Ведущих магов мира. И если вы когда еще наступите ему на эту мозоль, я на вас очень обижусь.

— Извини. — Мортифор покаянно склонил голову.

Краем глаза я заметила, как ухмыляющийся Вик продемонстрировал зятю оттопыренный средний палец. М-да, а не так-то легко будет наладить спокойную обстановку в семье.

— Перекусите? — предложил Мортифор, стараясь придерживаться нейтрального тона.

Витька с Норри тут же оживились, видно решив, что война войной, а ужин должен быть строго по расписанию. Я почувствовала, как они прикидывают в уме, что бы потом сделать с моим лохматым супругом. Сошлись, кажется, на несчастном случае и теперь мысленно спорили, как это устроить. При этом старательно пытались зашифровать свои намерения от меня. Эх, добрые мои! Интересно, а Мортифор может читать их мысли через меня?

— Наивные, — улыбнулся оборотень, давая ответ на мой невысказанный вопрос.

М-дя. Весело, однако! С такими темпами у меня семейка в ядерный реактор превратится!

— Что ты сказал? — встрепенулся Вик.

— Ничего, — улыбнулся Мортифор. — Это так, мысли вслух. Ты ешь, ешь, не отвлекайся.

Норри замер и подозрительно взглянул на вервольфа.

— Вы что, яда туда подсыпали? — спросил эльфенок.

— Как можно?! — возмутился Мортифор. Хотя нутром чую, что над этой идеей он задумался. — Просто вам сейчас нужно максимально сбалансировано и плотно питаться.

— С чего бы? — насторожился Виктор.

— А ты не догадываешься? — ехидно улыбнулся король оборотней. — Когда дракон начинает постоянно и плотно есть, а его рацион напоминает меню беременной женщины? Да и характер становится капризным.

— То есть намекаешь, что скоро я, как и Света, превращусь в огнедышащую гадину? — осторожно спросил кузен.

— Ты и так гад, — хмыкнул Мортифор. — Для полноты картины тебе осталось только чешуей обрасти.

— Я же просила!

— Но я не обзываюсь! — невинно хлопнул ресницами Мортифор. Только сейчас заметила, какие они у него длинные и подкрученные. — Я просто констатирую факт, что взросление вашего брата тоже почти завершилось и от трансформации его отделяют буквально считанные дни или часы! То же самое касается Норри.

— Если я превращусь в дракона, ты первый об этом узнаешь! — сердечно пообещал Вик и хищно вгрызся в свиные ребрышки.

— Так зачем вы пришли? — попыталась я отвлечь внимание братьев от их будущей жертвы, которая в данный момент молча заигрывала со мной. М-дя.

— Мы тут проштудировали твой испепеляющий врагов фолиант и нашли очень интересную информацию, — оторвался от еды Вик.

— Мы искали пятого Дракона, — добавил Норри. — Ну и уже давно подозреваем Кейси.

— И представляешь, что мы нарыли, — снова взял слово Витька. — Единственный, кто носил имя Каптулус, была женщина!

— Хочешь сказать, что наш Кейси леди? — хмыкнула я.

— Посмотри ему под хвост, и ты убедишься, что он очень даже мальчик! — буркнул Вик, явно вспомнив, как мы опознавали врага по ягодицам.

— Дело не в этом, — хитро ухмыльнулся Норри. — А то, что рода Каптулус у оборотней не существует.

— Зато есть человеческий род магов, — довольно улыбнулся Вик. — Чей представитель, женившись, дал свое имя леди Каре Лупус Альбус Цициди.

— Одной из бывших жен лорда Карнификуса? — встрепенулась я.

Следящий за нашим разговором Мортифор вздрогнул.

— Именно! — радостно подпрыгнул на стуле Норри. — Наконец-то мне открылась тайна, куда она бесследно пропала. Оказывается, ее обвинили в измене, что, по законам лохматых, одно из серьезнейших преступлений, караемых смертью или изгнанием. Эта красавица избрала второй путь и вышла среди людей замуж, родив очаровательную дочурку Лилиен. Что самое интересное, Кейси родился гораздо раньше, чем был заключен второй брак, и звался он до этого…

— Арвэст, — припечатал Вик. — Сводный брат нашего новоиспеченного зятя.

— Но погодите! Он же тогда и мой сводный брат!

— Или Виктора, — поправил Норри. — С кем застукали леди Каптулус, в книге не написано, но он наш родственник однозначно!

— Он и дракон, и оборотень одновременно! — улыбнулся Вик. — Да и сам Каптулус имел толику волчьей крови. Может, потому он с Карой так и сдружился.

Я взглянула на Мортифора. А ведь он теперь тоже член моей семьи. Ну вот! То ни одного кандидата, то сразу два! Что ж мне так не прет?! Однако теперь понятно, почему Мортифор воюет с Кейси. Его сводные братья пытались его убить. Только вот куда делся наш лохматый принц и почему сразу не признался? Ведь проклятие и по нему шарахнет?

Странно, в душе было ощущение, что я что-то упустила. Но что? Я снова взглянула на наблюдающего за нами заинтересованного Мортифора. И тут меня осенило!

Почему Мортифор в разговоре со мной ни разу не упомянул о Кейси? Ведь изгнанный, обиженный на жизнь оборотень — прекрасный, достоверный источник информации. Но король оборотней почему-то сбросил его со счетов. И, когда я проверяла Кейси артефактами, он не числился моим родственником! А что, если?..

— Кейси ведь мертв? Я права? — спросила я, глядя в темные глаза супруга. — Ты ведь должен говорить мне правду, так?

Мортифор не на шутку встревожился и даже немного смутился. Мне показалось или в его глазах промелькнула растерянность? Видя необычную реакцию моего супруга, братья хищно подались вперед. Я просто физически ощущала, как оборотень напрягся и занервничал.

— Да, — наконец кивнул Мортифор.

— Что? — опешил Вик. — Ты нашего пятого кандидата убил?!

— Уже давно, — нехотя признался оборотень.

— Насколько давно? — насторожился Норри. — Значит, я был прав, когда при нашем первом знакомстве заявил, что Кейсариус мертв?

Тут Мортифор окончательно подобрался и приготовился к самозащите, словно мы с братьями в любую минуту могли напасть. Да чего ему опасаться?

Вдруг голову посетила жуткая догадка. А что, если?..

— Только не говори мне, что ты был КЕЙСИ!

— В таком случае я промолчу, — пожал плечами визави.

От шока я просто онемела. Нет, ну каков паразит! Все это время он был рядом, изучая нас, слушая, наблюдая, как мы попадали в различные неприятности, и внутренне посмеивался. А о столбиках я вообще молчу! Он был рядом, но ничего не сказал! Убью!

Кажется, последние мои мысли отразились у меня в глазах, потому что Мортифор резко подорвался со стула, телохранители напряженно подались вперед, но замерли, видя, что мы пока не нападаем.

— Куда спешишь, зятек? — Братья скрестили руки на груди. Вопреки моему мнению, нападать на Мортифора они не собирались. Только глаза у родичей загорелись черным, что означает скорую месть. — Садись на место, мы с удовольствием послушаем!

Мортифор оценивающе взглянул на братьев и спокойно вернулся на место.

— Что ж, я убил лорда Каптулуса, то есть Арвэста, и Ориса тоже десять лет назад, когда они сначала попытались убить меня, а потом покусились на честь сводной сестры Кейсариуса. На самом деле лорд Кейсариус Каптулус, принц Длатский был той еще мразью. Я не планировал разыгрывать перед вами представление, просто хотел догнать и убить. Но в гневе не заметил капкан в своем же лесу. Когда я уже приготовился к глупой и бессмысленной смерти, то услышал ваши голоса и, чтобы вы меня не узнали и выпустили, в срочном порядке надел личину самого ненавистного и самого хорошо изученного врага. А потом подвернулся случай узнать вас поближе, и я продолжил свой маленький обман. Правда, характер Кейси создал совершенно иным, сделал его благородным, где-то ранимым, где-то трусоватым. Извините, конечно, за ложь, но мне понравилось с вами путешествовать.

— А как тебе другие поверили! Сарки, например?

— В конце концов, мы с Кейси выросли вместе, — грустно улыбнулся Мортифор — Я изучил его очень хорошо. Перед чужими я показывал осторожность Кейсариуса. Как видите, иногда я могу быть очень убедительным.

Убедительным? Да по этому притворщику МХАТ плачет! Вот что политика делает с людьми и нелюдьми! Значит, пятый Дракон у нас все-таки один. Это радует.

Я взглянула на кольцо Нох-рам-Лукуша и только сейчас заметила, что оно светится алым светом. Значит, тогда были совсем не блики молнии в рубине, а знак, что мы нашли подходящую по природе магии кандидатуру! И все остальные требования теперь сходятся, член семьи и маг двенадцатой степени. Ну, хоть какая-то радость к концу дня!

Вот бы еще разобраться, кто из нас кто, и двинуть на поединок с сильными мира сего. М-да, попал Мортифор! О чем я ему не преминула сообщить:

— Может, столбики ты и отодвинул на будущее, зато в остальном вляпался конкретно. Раз ты всегда был с нами, то о проклятии уже знаешь. И вводить тебя в курс дела не нужно.

Собеседник хмуро кивнул и осторожно уточнил:

— А у вас точно нет ни малейших идей, кто из вас кто?

— Не-а! — радостно отозвались братья, довольные, что хоть как-то удалось испортить настроение зятю.

— М-да, — вздохнул Мортифор. — Так, может, сейчас над этой задачкой подумаем?

— Ну, давай подумаем, — осклабились шурины.

Оборотень еще раз вздохнул и накрыл всех пологом безмолвия. Теперь нас никто не подслушает. Около часа мы пытались решить, кто из нас кто. Братья не скупились на ядовитые замечания и комментарии. Мортифор тоже оказался той еще язвой. Когда к компании присоединилась Ладушка, наше общение вообще стало походить на пикировку в серпентарии. Вино к тому же оказалось неразбавленным и молодым. В результате ничего, кроме потраченных нервов и возросшей агрессии, наш диалог нам не дал. Плюнув на все, мы еще раз выпили с горя и связались с Нох-рам-Лукушем.

Довольно потрепанный и взъерошенный вампир (интересно, чем он там занимался в таком виде?) явился минут через пятнадцать. Тихо рыкнув, прапрадедушка растормошил уже порядком захмелевшую компанию, отвесил Витьке с Норри по воспитательному подзатыльнику, шлепнул меня под зад и одарил муженька «нежным» взглядом, явно прикидывая размер гроба для нового члена семьи. Помнится, он обещал загрызть того, кто насильно склонит меня к браку. Ну-ну. Затем, как самый старший и ответственный, прочитал лекцию о пользе решения задач на трезвую голову.

На что я возмутилась, заявив, что древние скифы вообще принимали решения в застольях, предварительно напившись до зеленых чертиков. И, что удивительно, это вело их к победам! Правда, я умолчала, что принятые решения скифы выполняли только тогда, когда поутру на трезвую голову не приходили от них в ужас. На это Нох-рам-Лукуш еще раз шлепнул меня по пятой точке и приказал «этому столику больше не наливать». Затем тяжко вздохнул и провел анализ крови зятя.

Однако тут со способностями опять получилась неразбериха. У Мортифора одновременно обнаружились задатки и Воина, и Тихони, и даже Либ-им-и-до (чуть в меньшей степени, но все же). Это здорово всех расстроило. Братья с горя даже перекусили. Опять. Нох-рам-Лукуш сказал, что посоветуется еще с Акр’ментр’морком, и, наслав на нас отрезвляющее заклинание, исчез в портале.

Гроза постепенно стала стихать, и приезжие начали медленно расходиться по комнатам. Местные жители, заглянувшие в таверну, тоже стали разбредаться по домам. В пустеющем зале наша разношерстная компания выглядела особенно пикантно.

— Может, и мы, наконец, отдохнем? — сдался Вик, откидываясь на спинку стула.

— Все равно дальше спорить бессмысленно, — поддержал кузена Норри. — Для более удачного решения нам надо лучше друг к другу присмотреться.

— Или сильнее напиться, — поддел его Мортифор, хитро косясь на меня.

— Знать бы еще, кто нас подставил со статуэткой, — поделилась я наболевшим. Как любой полноценный дракон, я просто не могла оставить такое оскорбление без должного внимания. Инстинкт требовал вычислить и отомстить! — Может, это Ведущие маги мира? Они уже пытались избавиться от нас втихую.

— Не думаю, — отрицательно мотнул головой Мортифор. — Пусть они сейчас и пытаются нас убрать, это на них немного не похоже.

— А откуда тебе знать, что для них характерно, а что нет? — нахохлился Вик.

— Скажем так, у нас с ними уже были небольшие разногласия, — уклончиво отозвался Мортифор. — И здесь они бы действовали гораздо решительнее. Есть у меня несколько иные подозрения.

Мы все превратились в слух, но оборотень своими догадками не поделился, сославшись на то, что для начала хочет их проверить.

— А пока я начну магический поиск координат замков Ведущих магов мира, — произнес он. — Затем мы введем их в параметры группового портала и попробуем решить нашу проблему.

— Помощь нужна? — ни с того ни с сего предложил Норри.

— Нет, спасибо. У меня хорошая команда магов. Они поддержат заклинание и просчитают все вероятности. Нам лучше в это время отдохнуть.

— А разве место жительства Ведущих магов мира не известная информация? — удивился Виктор, даже забыв про вражду с Мортифором.

— Нет, — спокойно ответил тот. — Маги тоже люди, и им необходимо уединение. Вот они и скрывают свои дома, чтобы отгородиться от вечных просителей и простых зевак. Ах, да — держите. — Он положил перед Виком связку ключей.

— Что это? — удивился кузен, глядя на брелок со значком «БМВ».

— Это свадебный подарок моим дорогим шуринам, — улыбнулся Мортифор. — Я в личине Кейси слышал про ваши проблемы с машиной князя Олега. Купить новую, да еще полностью удовлетворяющую всем требованиям, вы не успеете, а моя бэшка, думаю, вполне подойдет. Только поменяйте номера, обработайте салон аэрозолем на основе петрушки, чтобы перебить мой запах, и в конце подстрахуйтесь духами. Но учтите, что это лишь временная замена. Впрочем, если хотите, я предоставлю вам своего механика, который сделает из моей машины точную копию машины князя Олега, и никакие техосмотры не придерутся.

— Подлизываешься, лохматый? — прищурился Вик. — Думаешь, я обменяю сестру на машину? — Но ключи все-таки взял.

— Я не подлизываюсь, — покачал головой Мортифор. — Я просто пытаюсь наладить с вами сносные отношения.

— Не дождешься! — фыркнули те, но смотреть на зятя стали куда благосклоннее.

— Знакомые у меня есть, но ты лучше зови своего механика, — решил Вик. — Если что-то делать, то качественно.

— Хорошо. Я его предупрежу.

— Но откуда уверенность, что твоя машина подойдет? — изумилась я.

— В отличие от ваших отцов я живу на Гее, но очень часто бываю на Земле. Как правитель, я никогда не должен забывать о том, что враги могут достать меня в любой точке мира и реальности, поэтому должен подбирать себе соответствующую машину. Вряд ли за такой короткий срок вы сможете найти подходящую, поэтому берите, пока дают. А у меня, что удивительно, с вашими отцами вкус вплоть до цвета сошелся. Они такие же перестраховщики, как и я. Вот адрес стоянки, номер машины и доверенность. А это на всякий случай моя записка сторожу, что я позволяю вам ее забрать.

Братья все еще продолжали пребывать в ступоре, когда довольный Мортифор обернулся ко мне:

— А теперь не соблаговолите ли, миледи, подняться в мой номер, чтобы я мог вручить вам ваш свадебный подарок?

— Теперь это так называется? — презрительно хмыкнул Вик, оправившись от потрясения. — Неужели ты полагаешь, что, получив машину, пусть и редкую, я так просто отпущу сестру?

Хм, вообще-то поздновато быть моей нянькой. Я уже взрослая девочка. Хотя забавно посмотреть на их перепалку.

Мортифор не стал возмущаться и спокойно ответил:

— Я действительно отдам ей подарок и отпущу. Ну, возможно, мы еще немного поговорим.

— Знаю я эти разговоры! — проворчал лорд Венатор. — Сам с девушками почти каждый вечер разговариваю, а если повезет, то и пару раз в день. Пятнадцать минут вам на все.

— Час, — решительно мотнул головой Мортифор.

— Двадцать минут, — отрезал Вик.

Норри кивнул, соглашаясь. Так, похоже, братишки решили строго блюсти мою честь. Угу, наивные. Если захочу, все равно не упасут. Убегала же я раньше из-под Витькиной опеки. Не зря они с Мишкой, бывшим моим женихом, как кошка с собакой жили. Были причины. Правда, вечный надзор выработал у меня плохую привычку постоянно шифроваться и даже в мыслях не выдавать своих желаний. По крайней мере, в Витькином присутствии. Я и раньше подозревала, что он их подслушивает. А теперь точно знаю! Так вот, незачем братику знать о моих намерениях.

— Пятьдесят минут! — продолжал торговаться Мортифор. — К подарку прилагаются инструкции, мне нужно время, чтобы их озвучить.

— Ой! Как интересно! — картинно всплеснул руками Вик. — А я тоже хочу послушать!

Я из-за спины Мортифора показала Витьке кулак, что означало: «Прекращай комедию и не порти мне малину, а то пожалеешь!» Их торг начинал меня уже здорово раздражать. Пора его сворачивать. Оборотень словно почувствовал, что я на его стороне, и вкрадчиво произнес:

— Если Света захочет, то потом тебе все расскажет. — И, повернувшись ко мне, протянул правую руку. — Идем?

На секунду мне показалось, что Морти украдкой показал Витьке оттопыренный средний палец левой руки. Судя по тому, как скрипнули зубами братишки, наверное, все-таки это было реальностью. Вот паразиты! Когда же они угомонятся? Витька забарабанил пальцами по столешнице. Видно, зять его все-таки достал. Я представила, как кузен в драконьей ипостаси будет разозлено постукивать хвостом. Приятно осознавать свою похожесть. Уже подходя к лестнице, я услышала, как Вик прошипел Норри:

— Еще ни один из ее кавалеров не бесил меня так, как этот!

Что ж, Витька, имеешь все основания психовать. В сравнении с моими бывшими избранниками Мортифор мне нравится все больше и больше. Вот только почему брат ревнует?

Неужели еще не отказался от своих матримониальных планов? Нет, это вряд ли. Тут что-то другое. Может, он через ментальную связь чувствует мое хорошее отношение к оборотню и злится, что они с Норри больше не единственные любимчики?

У двери Мортифора дежурили двое оборотней-телохранителей. Похоже, они стоят здесь по очереди, потому что еще час назад я видела их в таверне за столом. Что ж, хорошая система. Так понемногу и всем достается. Супруг открыл дверь и пригласил меня внутрь. Миновав гостиную, он направился прямо в спальню. Интересно, что за артефакты он там держит?

Я вошла и как раз застала Мортифора за извлечением из дорожной сумки элегантной прямоугольной коробочки. Аккуратно положив ее на кровать, он сел на постель и жестом пригласил меня присоединиться.

Что же в той коробочке? Во мне взыграло нешуточное любопытство. Драконье чутье встрепенулось и заволновалось. Хм, так оно реагирует только на что-нибудь драгоценное. Золото, платину или бриллианты чистой воды. Хотя изумруды, рубины и сапфиры тоже нас вполне устроят.

Когда я села с другой стороны коробочки, драконья сущность просто заурчала от восторга. Да что же там такое?! Видя мое непроизвольное волнение, Мортифор лукаво улыбнулся и приподнял крышку. На бархатной подушечке лежала древняя корона. Простой золотой с вкраплениями платины обруч, инкрустированный рубинами, изумрудами и бриллиантами различной расцветки. Что это корона, можно было определить лишь по маленьким, еле заметным зубчикам спереди. Я застыла от восторга. Эту корону я бы узнала из тысячи.

— Это?.. — прошептала я, едва совладав с охватившим меня волнением.

— Да, — мягко кивнул оборотень. — Это утерянная реликвия дома Драконов. Ваша корона. Я давно уже хотел тебе ее вернуть, но не подворачивалось удобного случая, а вот теперь, в свете нынешних событий, думаю, она тебе очень понадобится. Ну, чего сидишь? Надень.

Я сняла с головы муляж и взяла в руки оригинал. Корона прямо засветилась в моих руках и потеплела. От нее коже стали передаваться легкие покалывания, будто реликвия ластилась ко мне, ее настоящей хозяйке.

Подойдя к зеркалу, я надела украшение на себя. И в ту же секунду лоб словно опалило огнем от боли. Мортифор мгновенно среагировал на мой вскрик и, подскочив, попытался снять корону, но та словно вросла в голову.

— Прости, — прошептал он. — Я не знал, что твой же фамильный артефакт может причинить тебе вред.

Словно в ответ на его слова боль мгновенно ушла. Теперь корона не обижала меня и лишь приятно давила на голову. Я с удивлением взглянула, как еле заметные зубчики обруча вытягиваются в острые зубцы. Мортифор встревожено кусал губы.

— Все нормально, — успокоила его я. — Мне уже не больно. Хотя такое чувство, будто корона вросла в череп.

— Знаешь, судя по тому, что мне не удалось ее с тебя снять, твои ощущения не лишены смысла, — обеспокоено пробормотал он. — А ты сама ее снять можешь?

Я попробовала. Корона словно нехотя отпустила мою голову. Правда, без нее мне было уже как-то тоскливо. Странное ощущение. Впервые сталкиваюсь с таким сильным, мгновенным привыканием. Надеюсь, зависимости у меня от нее не будет. Я вернула корону на место. Теперь золотой обруч наделся безболезненно и даже стал легонько массировать кожу. Ага, намек понят. Нам не нравится, когда нас снимают. Что ж, учтем.

— А теперь больно? — осторожно спросил оборотень.

— Нет. А ты можешь ее снять?

Мортифор снова попробовал и вновь безрезультатно. Более того, в какой-то момент он вскрикнул и отскочил, потирая руку.

— Она меня током ударила, — пояснил он, видя мой удивленный взгляд. — Значит, это правда, что корону Драко без согласия князей с их головы не снимешь, только с трупа.

— А если я тебе сейчас разрешу это сделать? Рискнешь? — Во мне проснулся исследовательский интерес.

— Ну, давай попробуем, — нехотя согласился муж.

На мою озвученную вслух просьбу поправить корону реликвия отреагировала весьма благосклонно и позволила Мортифору снять себя с моей головы. Угу. Значит, то, что сказал Мортифор, правда.

— А как она оказалась у тебя?

— Ты уверена, что хочешь это знать? — робко осведомился собеседник.

Впервые вижу у Мортифора такую неуверенность. Неужели он боится, что сказанные слова сработают против него? Заставят меня мстить, например?

— Да ладно уж, выкладывай. Я приму правду, какой бы горькой она ни была.

— А можно, я все-таки не буду тебе это рассказывать?

— Почему?

— Это не очень красивая история. Я не хочу, чтобы она подпортила наше отношение друг к другу.

— Ты в ней участвовал?

— Нет. Но в ней принимал участие мой дед.

— Говори, не бойся. Я не обижусь на тебя за чужие проступки.

— Ну что ж, — вздохнул Мортифор. — Эта корона попала ко мне от деда. Он участвовал в коллективном нападении на Дорвану. Именно он отрубил ей голову и забрал себе корону по общей договоренности. Не думай, он взял вашу реликвию не в качестве трофея. Если ты заметила, с внутренней стороны твоей короны выгравирована надпись: «Да будет носящий ее всегда одет». Драконы всегда умели трансформироваться не переодеваясь. И дедушка думал, что с помощью вашей реликвии найдет такой же путь и для нас. Видишь ли, очень неудобно каждый раз раздеваться перед превращением. А если мы этого не сделаем, то в человеческой ипостаси будем уже без одежды. Ладно еще, если войско в поле обнаженным окажется. А если, например, на девушку в городе маньяк нападет и она от страха обернется? Что, ей потом по городу голой идти? В таком виде на нее же еще больше неприятностей свалится. А в волчьей ипостаси мигом пристрелят.

Действительно, неудобно выходит. Хотя после такой девочки в городе однозначно количество криминальных элементов снизится.

— Но я и без короны оставалась в одежде после трансформации, — вспомнила я свое первое превращение и все последующие.

— Но как же так? — растерялся Мортифор. — А что же тогда означает данная фраза?

«Да будет носящий ее всегда одет». Меня посетила странная догадка. Я подошла к зеркалу и представила, что собираюсь на бал. В мельчайших подробностях продумала свой наряд — и в ту же секунду моя походная одежда стала точно такой, как в мыслях, а корона превратилась в тонкую ажурную диадему. Я подумала о спортивном стиле — и вот на мне родное трико, а на голове простой обруч. Так вот что означает данная фраза! Я вернулась к исходной одежде. Как я буду выглядеть, если на мне останется только корона, я решила узнать позже. Думаю, удивленно наблюдавшему за моими переодеваниями Мортифору и так хватило представления.

— Спасибо за корону.

— Не за что, — улыбнулся он. — Надеюсь, она принесет тебе счастье.

4

«СУПРУЖЕСКИЙ ДОЛГ. Исполняется впервые».

NN

Вдруг Мортифор насторожился. Даже в человеческой ипостаси его уши резко заострились, словно у зверя, почуявшего неладное.

— Что? — осторожно спросила я, подходя к нему ближе.

Супруг приложил палец к губам, призывая к молчанию.

Внезапно дверь комнаты с треском обвалилась. В следующую секунду сильные руки Мортифора схватили меня за талию и кинули на кровать, устраняя с линии атаки.

— Беги!

В комнату ворвалось омерзительное существо. Худощавое человекообразное тело, черная, складчатая, как у шарпея, чешуйчатая кожа. Огромные орлиные крылья за спиной. Голова напоминала череп, обтянутый кожей, в глубоких глазницах сверкали маленькие красные глазки, вместо ноздрей красовались провалы. Довершала картину пасть, полная острых иглообразных зубов.

— Что это такое?

— Гарпия, — коротко ответил Мортифор, медленно отступая к столу, где лежал его меч.

Тварь гортанно рявкнула и прыгнула на моего супруга. Тот отозвался предостерегающим рыком и уклонился от нападения в сторону, метнув в противника неизвестно откуда взявшийся кинжал. Хм, учту, что он никогда не ходит безоружным.

Клинок попал гарпии в плечо, однако та лишь мотнула головой и кинулась уже на меня. Мои инстинкты сработали раньше, чем мозг. Тело само ушло с линии атаки, метнув в нападающую орт.

Серебряное лезвие застряло в коже где-то ближе к груди, и это не понравилось твари гораздо больше. Она взвыла и уже целенаправленно кинулась на меня. Я метнула второй орт, целясь в глазницу. Увы, наученная горьким опытом гадость увернулась и прыгнула снова.

В ту же секунду неведомая сила повалила меня на пол. Мы с Мортифором откатились с линии атаки и скоренько заползли под кровать. Тварь обиженно взвыла и попыталась выковырять нас оттуда лапой. Но постель была огромных размеров, а конечность чудовища слишком короткой. Залезть же за нами ей мешали крылья. Мортифор толкнул меня под зад, намекая отползти в левую сторону. И как в воду глядел: гарпия попыталась атаковать с правой стороны.

— Я же сказал: беги! — раздраженно выдохнул он, пристально наблюдая за потугами чудовища.

Мы в это время отползли на середину.

— А ты? — Бросать друзей или знакомых в беде не мое хобби.

— А я исполню свой супружеский долг.

— Это с ней, что ли?! — почему-то возмутилась я, намекая на гарпию.

— Ревнуешь? — В голосе Мортифора послышались насмешливые нотки.

— Знаешь, конкурировать с такой «красавицей» как-то стыдно, — проворчала я.

— Самый первый и главный долг мужа — защищать свою жену. А то, о чем ты подумала, только на третьем месте в списке семейных обязанностей.

Что у оборотней на втором месте, не было времени выяснять, ибо в этот момент гарпия запрыгнула на постель. Матрас прогнулся под ее немалым весом, и нам пришлось спешно отползти от середины, чтобы не быть раздавленными.

— Морти, извини, что отвлекаю тебя, но, может, с этой тварью удастся договориться?

— После того как ты чуть не прикончила ее кинжалом? Сомневаюсь. Да и вообще, это основные слуги-убийцы Ведущих магов мира, и они не успокаиваются, пока не исполнят приказ. Маги обычно посылают гарпий одного с жертвой пола, чтобы ничто не могло помешать убийству.

— А что, кто-то может совратить это чудо?

— Жить захочешь — и крокодила совратишь! — фыркнул Мортифор, прислушиваясь к замершей наверху охотнице.

— А кто к нам пришел?

— Девочка. И ты ее, как женщина женщину, сейчас очень сильно раздражаешь.

— Ну, это чувство у нас взаимно!

— Милый, извини, что опять отвлекаю, но как эту тварь убить?

— Изрубить на кусочки и сжечь.

— Ага. Понятно. Так и поступим.

В этот момент охотница подпрыгнула на кровати и грузно приземлилась, матрас прогнулся практически до пола, мебель треснула. Мы с Мортифором отпрянули в разные стороны и быстренько выбрались из-под кровати. Находящаяся посреди постели гарпия победно рявкнула. Морти кинулся к лежащему на столе мечу.

— Свет, отвлеки ее как-нибудь!

Да нет проблем, милый! Эта склочная женщина как раз решила, что я без ортов самое слабое звено. Напрасно, крошка, мы и сами с зубами! Я попыталась призвать ушедший в молоко орт, но он почему-то не пришел. Тогда я метнула один из спрятанных на рукаве кинжалов. Тот попал ей в шею. Чудовище обиженно взвыло и хлестнуло шипастым хвостом схватившегося за гарду меча Мортифора. Хвост ударил супруга как раз по руке, и тот выронил вожделенное оружие.

— Не так агрессивно отвлекай! — крикнул Мортифор, ныряя за клинком под стол.

Помягче так помягче. Я схватила оказавшуюся под рукой вазу с цветами и кинула в голову охотнице. Меткость всегда была моим коньком. Гарпия взвыла и снова обернулась ко мне. В ее глазах мелькнуло тихое бешенство. Видно, мокрой головы и висящих на ушах цветочков она мне, как женщина женщине, ну никак простить не могла. Я извлекла второй клинок. При виде метательного ножа пыл гарпии слегка умерился и она притормозила.

В этот момент в дверь вежливо постучали.

— Милорд, что это за звуки? С вами все в порядке?

Блин! А другого момента они выбрать не могли?! Например, раньше прийти! Гарпия дернулась и обернулась к подкравшемуся сзади Мортифору. Тот, видя, что эффект неожиданности упущен, рубанул сплеча. Но охотница уже уклонялась с линии атаки, и меч вместо шеи прошелся скользящим движением ей по боку, слегка ранив крыло.

Тварь озверела и резко крутнулась, вновь собираясь ударить обидчика своим опасным хвостом. Я не успела отскочить, и ее жесткое крыло, больно хлестнув, отбросило меня на кровать. Оскалившаяся гарпия прыгнула за мной. Мортифор с мечом наперевес кинулся к нам, пытаясь вклиниться между мной и охотницей.

Если вес взрослого маленького дракона и тяжелой гарпии старое и порядком потрепанное ложе еще выдержало, предательски скрипнув, то под тяжестью обрушившегося следом четырехсоткилограммового оборотня его ножки подломились, и оно рухнуло на пол. Полу, как ни странно, подобные фортели оказались не по зубам, и мы прямо на кровати с грохотом обвалились на первый этаж, взметнув облако трухи и пыли. Не поняла, они что, набили свежие доски поверх старой, прогнившей основы? Это в человеческом понимании модернизация?

И без того притихшая таверна окончательно смолкла. Десятки растерянных глаз обратились в нашу сторону, среди них были и мои братья, пересевшие за столик к оставшейся части оборотней-телохранителей Мортифора.

— Да-а, — протянул Вик, наблюдая наши застывшие скульптуры на изломанной кровати. — Я знал, что у вас будет бурная семейная жизнь, но не до такой же степени! Это у тебя такие понятия о разговоре, Морти?

— А я одного понять не могу, — притворно вздохнул Норри, ссаживая с колен очаровательную служанку. — Зачем вы еще гарпию с собой позвали? Вам что, друг друга не хватает?

Приторможенная от полета гарпия сморгнула, переварила информацию и, кажется, смутилась. В следующую секунду она взревела и кинулась на нас. Мортифор по-хозяйски сгреб меня за шкирку и кинулся к телохранителям. Те вскочили из-за стола и обнажили мечи. Норри быстро сообразил, что к чему, и, схватив со стола кувшин с пивом, кинул гарпии в лицо. Витька тоже понял, что нам нужна помощь, и запустил в охотницу обгрызенным мослом.

Душ из спиртного и удар костью охотнице еще больше не понравился, и она, пригнувшись, низко зарычала. Братья тоже извлекли оружие и приготовились драться.

— Милорд, с вами все в порядке? — Из дырки в потолке просунулись две головы стороживших нас телохранителей.

Так вы решились все-таки войти в комнату лорда? Молодцы!

— Не дайте ей уйти! — приказал Мортифор, кивая на гарпию. Меня же толкнул в сторону телохранителей, приказав: — Берегите королеву!

Сам перекинул меч в правую руку и встал в боевую стойку чуть впереди своих подданных.

Телохранители вздохнули и разделились. Четверо остались со мной, окружив меня с четырех сторон, а остальные направились на помощь сюзерену. Гарпия оторопело посмотрела на десяток вооруженных амбалов во главе с Мортифором и, кажется, немного растерялась. Я послала ей из-за могучих широких спин воздушный поцелуй. Чудовище оскалилось и попыталось обойти оборотней стороной в попытке добраться до меня. Как же! Нашла дуру! Без ортов в ближнем бою я геройствовать не собираюсь!

А вот мужа ее поползновения в мою сторону очень разозлили, и он коротко рыкнул:

— В атаку! — первым кидаясь на врага.

Гарпии, естественно, такой расклад сил сильно не понравился, и она бросилась к двери.

— Не уйдешь, зараза! — ухмыльнулся Норри и послал в ее сторону какое-то заклинание.

Чудовище взвыло и замедлилось в десятки раз. К ней тут же подоспели оборотни и, взяв в кольцо, принялись рубить. В какой-то момент я видела только их широкие спины в кожаных доспехах да мечи. Когда они расступились, на месте охотницы Ведущих магов мира был фарш. Очень непрезентабельное зрелище, поверьте. Раньше меня могло бы вырвать, но теперь драконьей сущности даже понравилось. Звериную половинку моей души очаровывал запах крови и мяса. От этих новых ощущений меня охватил страх. Кто я? Что я? Что со мной стало?

— Норри, поджигай, — скомандовал Мортифор, и брат послушно запустил в кровавую кучу пульсар.

Бывшая гарпия загорелась холодным бледно-зеленым огнем.

— Милорды! — подоспел к нам хозяин постоялого двора. — Милорды! — растерянно повторил он. — Что же это делается? — Он указал на изломанную кровать, пробитый потолок и прочую разруху.

Остальные посетители сидели бледные и протрезвевшие. Кого-то благополучно вырвало. Сам же хозяин был белее мела и нервно дрожал. Я чувствовала, как в нем боролись страх и жадность. С одной стороны, после гарпии ему было боязно делать нам замечание, с другой — экономическая жилка требовала возместить ущерб.

— Не переживай, — великодушно отозвался Мортифор. — Мы за все заплатим. Приготовь к утру список. Только без обмана, пожалуйста, мы очень расстраиваемся, когда нам лгут. А когда мы расстраиваемся…

— Я понял, — коротко поклонился хозяин таверны, облизывая языком пересохшие губы. — Все будет в наилучшем виде. Честно и без обмана. — И он поспешил исчезнуть с наших глаз.

— А что это было за заклинание? — повернулся Мортифор к Норри. — Я еще не встречал ничего, что могло бы так легко справиться с гарпией. Отличная работа, малыш.

Польщенный Норри покраснел:

— Спасибо, милорд. Это я в библиотеке как-то нашел.

— Поделишься?

— Как скажете, милорд, — поклонился Норри. После похвалы грубить или спорить ему не хотелось. — А кто наслал на вас гарпию?

— Ведущие маги мира. И теперь, скажу я вам, они попали! Норкар!

— Да, мой лорд! — выступил вперед пожилой смуглый оборотень.

— Что там с поисковым заклинанием? Вы выследили координаты замков Ведущих магов мира?

— Вы дали нам схему, и мы еще работаем, господин. У них там стоит плавающий манок, и координаты все время меняются. Обработка завершится к вечеру четвертого дня.

— Но у нас осталось всего три дня, — встряла я. — Ваши сроки слишком долгие!

— Но мы никак не можем ускориться, ваше величество, если только вы не поделитесь с нами своей кровью. Кровь дракона поможет нам вычислить истинные координаты к завтрашнему утру.

Мортифор вопросительно посмотрел на меня. Отдавать свою кровь было ой как неприятно. Но если это поможет делу, то так и быть.

— Сколько вам нужно?

— Немного, миллилитров тридцать.

— Вы еще литр попросите! — возмутился Вик.

— Литр не нужен, только тридцать миллилитров, — упрямо мотнул головой оборотень.

— У вас есть во что сцедить?

Оборотень взял со стола металлическую чарку, вылил спиртное и произнес:

— Да, есть.

Чудесно! Я взяла протянутый мне кинжал и сделала разрез вдоль вены. Оттуда нехотя показалась кровь. Взяв кубок, я принялась в него сцеживать.

Мортифор тем временем подошел к кучке пепла, что была когда-то гарпией, выудил из золы свой кинжал, мои орт с кинжалом, обтер их и протянул мне. Второй орт остался в комнате на полу, позже заберу.

— Что делать будем? — поинтересовался Норри.

— Мои маги будут работать с заклинанием поиска, а нам предлагаю поспать, так как завтра выдастся очень напряженный день. И не только из-за Ведущих магов мира. Мои слуги уже разослали всем извещение о браке. Поздравления могут здорово нас затормозить.

— Так, может, удобнее перебраться в какое-нибудь менее людное место? — вступил в разговор Вик.

— В этом есть смысл, — кивнул муж, — но лучше завтра. Во-первых, за ночь никто не успеет нас найти, Ведущие маги ждут свою гарпию и не будут пока вмешиваться, а во-вторых, мы уже заплатили за ночь, так чего пропадать добру?

Вик одобрительно хмыкнул и молча кивнул. Он любил экономически рациональных людей, однако говорить Мортифору комплимент не спешил.

Внезапно кровь перестала идти, и рана резко заросла.

— Что случилось? — изумился Вик.

— Наверное, тридцать миллилитров уже накапало, — произнес пожилой оборотень, Норкар, кажется. Он взял чарку и вежливо мне поклонился. — Спасибо, госпожа.

Остаток вечера был спокойным. Мы разошлись по комнатам и легли спать.

5

Брак — единственная азартная игра, благословленная церковью.

Народная мудрость

Наутро пришло письмо от свекра. На сообщение Мортифора Карнификус ответил скупо: «Поздравляю!» И прислал свадебный подарок — «Набор по уходу за драконом»: эликсир забвения, огромный намордник, дубина и магический поводок. Что ж, похоже, у нас со свекром сходные взгляды на супружескую жизнь!

А через несколько часов прибыл и он сам. Мы как раз только-только позавтракали, и я бежала по лестнице на кухню расплатиться с хозяином (Витька решил, что, увидев мои большие грустные глаза, хозяин забудет про пролитое вино, которое почему-то стало стоить как дорогой гномий самогон). В один из своих грандиозных прыжков через четыре ступеньки я и налетела на злобно сверкающего глазами свекра.

— Здравствуйте! — лучезарно улыбнулась я, приседая в приветственном реверансе.

Карнификус зыркнул на меня так, словно хотел живьем пригвоздить к полу или, на худой конец, испепелить.

— Вот что, доченька, — прошипел он, нависая надо мной, — будь добра, не попадайся мне сегодня на глаза! Для твоего же блага прошу! А теперь скажи: где мой сын?

— Там. — Я указала на дверь номера Мортифора.

Оборотень кивнул и мрачно прошествовал мимо. Следом за ним промаршировали его телохранители.

— Псс! — Норри с вершины лестницы махнул мне рукой, приглашая подняться. — В соседнем номере есть картина с дырочками для подсматривания и подслушивания, — заговорщически прошептал он.

Скучающие у двери Мортифора оборотни-телохранители, услышав это, прямо подпрыгнули от возмущения.

— Только попробуйте нас заложить! — цыкнула я на них и пригрозила кулаком. Затем благодарственно кивнула Норри и скрылась за указанной дверью.

В номере у стены с отверстиями уже примостился Вик.

— Подглядывать нехорошо! — наставительно фыркнул он, увлеченно наблюдая за комнатой Мортифора.

— Заткнись и лучше помоги неслышно приставить стул! — огрызнулась я.

Брат оторвался от своего занятия и скоренько помог мне в этом нехитром деле.

— Много я пропустила?

— Да нет. Они только-только поздоровались.

Я аккуратно приоткрыла свою щель, стараясь, чтобы сквозь отверстие не попал свет и не выдал нас с Витькой. В гостиную набились телохранители Карнификуса, и оттого просторная комната казалась маленькой. Мортифор стоял у окна, а за его спиной бесновался отец.

— Ты хоть понимаешь, что натворил?! — кипел Карнификус, меряя шагами комнату из угла в угол.

Хм, так и дырку в ковре протоптать недолго!

— Вполне, — холодно кивнул Мортифор.

— Ты осознаешь, что своим поступком поставил под угрозу весь клан? Руфусы в ярости, их численность теперь почти сравнялась с численностью Альбусов и Гуар, если, не приведи Квипрокво, начнется гражданская война, то мы друг друга вырежем на корню!

— Даже если бы я женился на Море, это не решило бы проблему, — отозвался Мортифор. — Я давно наблюдал за Канис Руфусами, они хотят власти. Не ее части, не приближения к трону, а полноценного, единоличного господства! Брак со мной не унял бы амбиций этого рода, но сильнее приблизил бы их ко мне на расстояние удара, а даже Ведущим магам мира и Создателям иногда нужно спать.

— И ты решил, что лучше знакомый дракон под боком, чем неизвестный оборотень в мешке? — хмыкнул Карнификус.

— Именно, — отозвался мой новоиспеченный муж. — Насколько мне удалось узнать свою бывшую невесту, она, как и папаша, крайне властолюбива, очень сложно было бы с ней уживаться, даже если бы я устранил всех ее родственников.

— А ты не думал, что Драко тоже может претендовать на твой трон? Ведь она еще лучше Моры знает, что такое власть.

— Света — полновластная княжна, у нее уже есть власть и собственное государство. Мое королевство ей не нужно. Зачем ей лишний геморрой? Во-вторых, мы связаны кровью, и она не может причинить мне вред. Если она меня убьет, то погибнет и сама.

— А если она воспользуется чужими руками? — заинтересованно обернулся Карнификус.

— Никаким способом, где присутствовал бы злой умысел, — улыбнулся оборотень.

— Драконы — не те существа, которых можно держать на поводке, — покачал головой Карнификус.

— А я и не держу ее.

— Но Света и не сокол! — заметил свекор. — Нельзя приучить дракона прилетать тебе на руку по первому же свисту! Ты же сам знаешь, эти твари не приручаются.

— Но они знают, что такое уважение, и им не чужды благородные чувства.

— И это говоришь мне ты?! У тебя было два брата, чтобы сполна осознать, что такое настоящий дракон!

— Думаю, все зависит еще и от воспитания, — задумчиво произнес Мортифор. — Я давно наблюдаю за Светой и ее семейкой. Они другие. Они знают, что такое благородство. Они друг друга любят. Да и Норри — хороший пример достойного воспитания.

— Юноша, совершивший кругосветное путешествие по борделям?

— Любой молодой человек в его возрасте немного любвеобилен, — парировал Мортифор. — Но при этом он любит своего дядю и страну.

— Ага, — хмыкнул Карнификус, — Кейсариус тоже любил свою сестричку, так что чуть не взял ее силой!

— Для Вика родственные связи — священны, — покачал головой Мортифор.

— Угу, настолько, что он смотрит на тебя настоящим волком! Ты не заметил? Он тебя размазать по стенке хочет. С чего бы? Не задумывался?

— Лорд Венатор ревнует, — спокойно ответил Мортифор. — Я в курсе. Но тут иное. Всю жизнь они были друг с другом неразлучны, и тут появляюсь я со своими клятвами. Я встал между ними, и это выводит Виктора из себя. Его любимая дорогая сестра больше до конца ему не принадлежит. И мы будем кусаться, препираться и всячески портить друг другу жизнь, пока не придем однажды к консенсусу.

— А не боишься, что Виктор сделает тебе подлость исподтишка? — прищурился Карнификус.

— Этот если и будет делать мне гадости, то в открытую, чтобы я знал, — улыбнулся Мортифор. — На подлость лорд Виктор не пойдет. У него тоже есть принципы. Как видишь, куда ни кинь — всюду выгода. Мы служим друг другу поддержкой и гарантом безопасности. Никто не захочет связываться с могущественным родом, у которого союз с таким же могущественным кланом.

— Когда-то мы были самым могущественной расой на Гее. А теперь только вторые.

— Но нынче не те времена, — возразил Мортифор. — И после моего брака мы больше не вторые, мы уже часть великого. Мы с драконами отныне равны. К тому же мне нравится княжна Света, мне искренне симпатична, и я ее уважаю. Лучшего развития событий я и предложить не могу.

— Не можешь? А о чем ты думал, когда, породнившись с ней, ввязался в семейное проклятие? Куда ты смотрел?!

— Сразиться с Ведущими магами мира — это тебе не в песочнице подраться! Что будет с нами, если ты погибнешь?!

— А о чем ты думал, когда проклинал семью Драко?! — вскричал Мортифор, оборачиваясь к отцу.

Карнификус осекся и, кажется, растерялся. С минуту он молчал, по-видимому не зная, что сказать. А потом понурил голову и тихо произнес:

— Я чувствовал, что тебе чем-то запала в душу эта девчонка. Я же не слепой. Я так и знал, что она могла повредить нашему союзу с Руфусами. Я столько сил отдал, чтобы уговорить их на союз. Я хотел прекратить гражданскую войну, сын, пойми.

— И потому, когда я спас Свету и хотел ей предложить военный союз, ты ее напугал и подбросил в ее вещи наш фамильный артефакт, а меня опоил «Яростью дракона»?

— Я же не знал, что все так получится! Она просто катастрофа какая-то! Мне и в страшном бреду не могло пригрезиться, что вы с ней сойдетесь! Я хотел всего лишь твоего союз, а с Руфусами. Уж лучше с ними союз, чем с драконами.

— И ты надеялся, что я в ярости убью Свету? А не думал, что она могла убить меня, папочка?

— Она только-только с того света и была еще очень слаба. Лорд Венатор из-за клятвы жизни не мог бы поднять на тебя руку, а Норри, как наследник дружественной державы, вынужден был бы смириться.

— Но отношения с эльфами у меня подпортились бы! Папа! Ты своим поступком чуть не разрушил единственный надежный союз! Сколько раз я тебя просил не принимать без моего ведома никаких глобальных решений! Просто поддерживай в мое отсутствие то, что есть. Ты уже свое откомандовал, теперь доверься мне. Два капитана потопят корабль, сколько уже об этом говорить?!

— Я стараюсь для твоего же блага!

— Папа, для моего же блага не предпринимай теперь ничего против Светы и ее семейства!

— Я вышлю тебе своих аналитиков, они помогут вам вычислить координаты Ведущих магов мира.

— Спасибо за это, папа, но не увиливай от темы. Обещай, что ничего не предпримешь против Светы и ее семейства.

Карнификус вздохнул и скривился, словно дать такую клятву ему было невыносимо. Наконец он что-то решил и, понурившись, мрачно произнес:

— Обещаю. Но будь осторожен, — вздохнул он. — Самые сильные раны наносят те, кому ты доверяешь. Они вырывают твое сердце живьем и разрывают его на кусочки! — Карнификус вышел, громко хлопнув дверью.

— Спасибо, отец, я учту, — тихо вздохнул Мортифор и прислонился лбом к оконному стеклу.

Я аккуратно закрыла щель и тихонько слезла с табурета. Так, теперь мы знаем, кто виновен в нашем проклятии. Жаль только, сразу отомстить нельзя, но ничего, драконы живут долго. Мы можем и подождать. Судя по мыслям Витьки, он мою тактику разделял. Приятно, когда в семье царит мир да согласие.

Обождав немного, мы осторожно приоткрыли дверь. Все еще стоящие в коридоре телохранители Мортифора прожигали нас возмущенными взглядами. Напрасно старались. Совесть у нас не проснется. Она у нас, как и у всех драконов, любит впадать в длительную, беспробудную спячку.

— Карнификус ушел? — нагло спросил Вик.

Телохранители не ответили, но, так как самый молодой непроизвольно кивнул, мы решили, что уже можно выходить. В этот самый момент дверь соседней комнаты открылась, и в коридоре появился Мортифор. Взглянув на нас, он ухмыльнулся и произнес:

— Прошу только сразу не мстить. Теперь мы все в одной лодке.

— В какой лодке? — послышались сзади любопытные голоса.

Мы обернулись и замерли. Ну, кто бы сомневался! За нами, перемигиваясь и перешептываясь, стояла троица сарков вместе со стажером. Если учесть тот промежуток времени, который образовался между известием о нашем союзе и их появлением, то сарки не трогали нас достаточно долго.

И, правда, они благополучно переждали брачную ночь, заявившись даже и не рано утром, а ближе к середине дня, что поистине можно рассматривать как акт великой щедрости и уважения. А может, это следствие хорошо развитого инстинкта самосохранения, потому как оборотней лишний раз не рекомендуют нервировать. А если он в дополнение ко всему еще и с драконом… Вы бы рискнули потревожить такую пару? Я лично нет.

— Значит, слухи о вашем браке правда? — встрепенулся Артамин Извергулович.

— И каково это, спать с драконом? — загорелся стажер, теребя Мортифора за шелковый рукав.

— Извините мальчика, милорд, — побледнел их главарь, видя, как изменился в лице Мортифор. — Он еще зеленый и не знает, что оборотням не принято задавать такие вопросы.

— Достопочтенный Мортифор, как вы можете охарактеризовать свой скоропостижный брак? — поспешно сменил тему носатый, доставая свой неизменный блокнотик и карандаш.

Может, диктофон ему подарить? Сарки окружили нас, как хищники добычу.

— Стоп! — вскинул руки Вик. — Никаких интервью, пока не будет составлен и подписан контракт!

— И как тебя, такого вредного, еще в лесочке где-нибудь не прикопали? — проворчал пузатенький и извлек из воздуха кипу пергаментных листков приблизительно формата А4.— Держи, троглодит!

Вик принял бумажки и быстро пробежал глазами написанное.

— Не пойдет, — через некоторое время вынес он вердикт.

— Как не пойдет?! — возмутился пухлячок. — Это же стандартная версия договора!

— А потому и не прокатит, что мы не стандартные клиенты! — огрызнулся Вик. — Вы что думаете, я такой лох, позволю вам на нас бешеные бабки срубить, а нам самим получить только десять процентов от вашей прибыли?! Значит, так: восемьдесят нам, двадцать вам.

— Это грабеж! — подпрыгнул Астормах.

— Не нервничай, пузатик, с твоим весом это чревато инфарктом.

— Да ты сам ходячий инфаркт! Ворюга!

— Я — бизнесмен, — осклабился Вик. — Кому не нравится, пусть уходит!

— Ты не бизнесмен, ты мой кошмар! — отозвался пухленький. — Семьдесят нам, тридцать вам.

— Шестьдесят пять нам, тридцать пять вам, и я забываю адресок твоей дочки.

— Что за драконовские методы?!

— А я и есть дракон! — огрызнулся Витька.

— Значит, так, — встрял самый высокий. — Пятьдесят процентов нам, пятьдесят вам, и ты помнишь адресок его дочери.

— Заметано! — ухмыльнулся Вик.

— Убью заразу! — раненым зверем взвыл Астормах и кинулся с кулаками на Витьку.

Сарки его подхватили под ручки и оттерли назад.

— Как ты мог рассчитаться моей дочерью?! — прошипел пухленький главарю.

— А нечего было ему контракт на всеобщем давать, — огрызнулся тот. — Такие деньги из-за твоей глупости потеряли!

— Да я ему на нашем дал! — обиженно засопела потерпевшая сторона. — И, между прочим, на старинном редком труднопереводимом диалекте! Чтоб наверняка.

— Тогда как же он понял?!

— Вы что думали, я финансовых документов на чужом языке не пойму? — ухмыльнулся Вик. — Я — дракон, и, если дело касается денег, я вам и на китайском заговорю!

— Ну, ты и хапуга! — присвистнул носатый.

— От таких же и слышу! — парировал Вик.

Сарки тут же расцвели и скромно потупили глазки. И тут меня осенило.

— Вик… — Я осторожно тронула брата за рукав. — Вить, не злись, они тебе только что самый величайший комплимент сделали. Ты забыл, кому они поклоняются и кого считают своим папочкой? Для них же сравнить кого-то с Хапугой равносильно присуждению самой престижной и дорогой премии мира!

— Мне лучше комплименты делать в фунтах стерлингов и в швейцарском банке, — буркнул друг.

— Вот и я о том же! А самое смешное, что ты действительно Хапуга!

— Что? — опешил Вик, возмущенно глядя на меня.

— Не Задира, не Тихоня, не Квипрокво, не Либ-им-и-до, а именно он. Ни у кого из нас не выражены так сильно экономические способности!

Гнев и обида на лице брата тут же улеглись, уступив место скрытой гордости.

— Ну, хоть с кем-то определились, — хмыкнул польщенный Вик и обернулся к саркам. — Ладно, господа, вы подправили контракт?

— Вот, — улыбнулся пухлячок и протянул листки.

— Не понял, — злобно ухмыльнулся Вик после скорого просматривания. — А почему все те же десять процентов и язык другой?

Сарки застыли соляными столбами. Похоже, разозлить нас они все-таки боялись больше, чем потерять лишнюю прибыль.

— Упс, — сглотнул, опомнившись, Астормах. — Извините, поспешил, контракты перепутал! — И мгновенно извлек из воздуха нужный.

Теперь я уже и сама была на сто процентов уверена, что контракт именно тот, который нам нужен. А классный специалист мой братишка! Надо будет почаще с ним консультироваться.

Когда все формальности были улажены, сарки взбодрились и вновь обернулись к Мортифору.

— Итак, — взял на себя командование Артамин Извергулович. — Уважаемый Мортифор, как вы можете охарактеризовать свой скоропостижный брак?

— Ну почему же скоропостижный?! — возмутился Вик. — Это было долгожданное и бурное соединение двух безумно любящих друг друга сердец! Они тогда от счастья друг друга чуть не убили. Не правда ли, дорогой зять?

— Истинная, — оборотень как-то недобро улыбнулся. — Это действительно был тщательно обдуманный и продуманный союз. И мой бесценный новообретенный родственник абсолютно бескорыстно и самоотверженно мне в этом помог! Никогда не видел у шуринов такого радушия и открытости по отношению к зятьям, как у них ко мне!

— Значит, у вас хорошие взаимоотношения с братьями супруги? — уточнил Лихтеншант Хобса, недоверчиво щурясь.

— О, они меня обожают, — улыбнулся Мортифор и потрепал обоих парней по голове. — Не правда ли, ребятки?

— Да, — скрипнул зубами Вик. — Мы в тебе просто души не чаем!

— Так бы и задушили от нежности! — добавил Норри.

— А как же чувствует себя дорогая новобрачная? — обернулся ко мне носатый.

— Она просто в восторге, — ответил за меня Мортифор.

— Да, — хмыкнул Вик, косясь на мое фамильное обручальное кольцо, которое, почувствовав мое настроение, трансформировалось в данный момент в кастет. — Продемонстрируй, милая, степень своей радости!

— Ой! А это случайно не те самые кольца, которые в зависимости от настроения супругов превращаются в оружие? — встрепенулся стажер.

— Те самые, — подтвердил Мортифор, наблюдая, как фамильное кольцо Драко на его руке перетекает в небольшой щит для защиты от кастета. Ага, видно, кольца сами определяют, кто здесь главный, и решили мне подыграть. С другой стороны, им, похоже, очень симпатичен Мортифор. С чего бы?

Сарки нашу наглядную демонстрацию нежных чувств стоически проигнорировали. Или, по крайней мере, сделали такой вид.

— Ах вы, шалунья! — всплеснул руками Артамин Извергулович, улыбаясь чуть ли не во все зубы. — Это же надо было так правдоподобно разыгрывать шапочное знакомство! И как долго вы хранили в секрете вашу помолвку?

— Почти с самой первой встречи, — мстительно припечатала я.

— О да… — томно протянул Мортифор. — Это была любовь с первого взгляда! Как только я ее впервые увидел…

— Со взведенным арбалетом и болтом, нацеленным промеж глаз, — внесла я свою лепту в рассказ.

— …то понял, — невозмутимо продолжил Мортифор, — что никогда прежде по отношению к женщине не испытывал таких сильных и бурных чувств. Я смотрел на нее, так неожиданно и стремительно ворвавшуюся в мою жизнь…

— Ну, это очень мягко сказано!

— …и понимал, что готов пойти за ней хоть на край света…

— Полагаю, чтобы открутить мне башку.

— …Все, что было в моей жизни до нее, — мелочи и суета…

— Охотно верю, мы и не такое можем! Мы просто чемпионы пакостей!

— …В общем, в тот момент я понял, что крепко и безоговорочно влюбился, и немедленно сделал княжне предложение…

— Весьма оригинальным способом, — вмешался Вик, прекрасно помнивший, как ставился вопрос. Высокие чувства там и рядом не стояли!

— Княжна думала почти сутки, — охотно давал интервью Мортифор. — И вскоре согласилась также не менее оригинальным способом, пометив мои столбики.

— Значит, примета, что тот, к кому Драко влезет в окно, станет их половинкой, работает?

— Несомненно, — кивнул Мортифор.

— Ваш брак на равных правах. А чья это была идея?

— Моя, — признал авторство оборотень. — Вы только взгляните на нее! Ну, как можно обидеть такое хрупкое, нежное, ранимое существо?!

— И правда, — кивнул Астормах, — кто рискнет здоровьем?

— Исходя из равенства заключенного союза, каждый из вас вправе гульнуть налево. А посему всех очень интересует вопрос: как вы, княжна, относитесь к факту измены?

— Ну, этот вопрос относителен, — вступил в разговор Вик. — Если измена со стороны Мортифора, то в силу сложившихся обстоятельств мы простим. Света же заводить левые романы не намерена.

— Хм, интересная позиция! Значит, вы не собираетесь наставлять мужу рога?

— Я скорее удавлюсь. — Озвучила я печальную истину. Экспериментировать с ошейником не хотелось.

— Ух, ты! — подпрыгнули сарки. Видно, я только что сказала нечто сенсационное. — Мортифор, как вы можете объяснить такую удивительную позицию вашей жены?

— Думаю, всему причиной ее высокие моральные идеалы и трепетное отношение к священным узам брака, — хитро улыбнулся тот, ласковым жестом теребя цепочку у меня на шее. Он тоже понял мои мысли про ошейник.

— Кстати о браке, — встрепенулся высокий. — Ваша семейная ячейка крайне необычна. У правящего Драко одновременно есть и муж, и супруга. Что вы можете сказать по этому поводу?

— Ну, на протяжении веков мои предки были весьма колоритны и оригинальны. Надо же и мне как-то отличиться, — пожала плечами я.

— О! Об этом не беспокойтесь! — успокоили меня сарки. — Вы уже вошли в исторические хроники Геи! И, поверьте, вас еще долго не забудут!

— Благодарю. А можно сделать краткое заявление?

— О да, конечно! — закивали головами сарки.

— Я хочу передать привет трем мужьям моей драгоценной супруги и сообщить, что, если они через пять дней не заберут ее у меня, я их из-под земли достану!

— Я также присоединяюсь к просьбе моей ненаглядной супруги, — улыбнулся, обнажив внушительные клыки, Мортифор, — и хочу добавить, что, если все-таки они по истечении отведенного срока не явятся и тем самым испортят мне медовый месяц, я их в эту же самую землю на веки вечные закопаю!

— Вот на этой оптимистичной ноте мы и заканчиваем свой репортаж о торжестве любви и справедливости, — встрепенулись сарки, очевидно осознав, что также вторглись в сроки медового месяца оборотня и дракона. — С вами был Лихтеншант Хобса с самыми правдивыми и достоверными сведениями!

— Интересно, они сами хоть понимают, что наплели? — хмыкнул стажер, ступая в открытый портал.

— Зато они были очень убедительны! — фыркнул носатый, подталкивая студента.

Когда последний сарк скрылся в портале, Мортифор обернулся к нам и объявил:

— Предлагаю через двадцать минут собраться и еще раз обдумать, кто из нас кто. Через двадцать пять минут будут координаты, и мы выезжаем за город, чтобы местный магический фон не помешал нам строить портал.

— Хорошо, — кивнула я и направилась по лестнице вниз.

— Ты куда?! — возмутился Вик. — Сказали же, что скоро уходим!

Я транслировала брату характерную картинку птичьего домика с вырезанным сердечком на двери. Вик все понял и молча уступил дорогу. Жаль, что такие нужные строения обычно находятся на заднем дворе таверны. Постояльцы тоже люди, и добежать им, увы, не всегда хватает времени. Вот и сейчас один из купцов пристроился у стены.

Чего я не ожидала, так это того, что за скрипучей дверцей меня ждал портал…

6

Огромное преимущество экзаменатора состоит в том, что он сидит по лучшую сторону стола.

Эдуар Эррио

Выкинуло меня прямо на лестничном пролете перед дверью до боли родной аудитории. Блин! Здесь же время идет медленнее, чем на Гее! Я же в сроки уложиться не успею! Так, срочно в туалет, нырять обратно!

— Балаур! — раздался позади меня радостный мужской окрик. — Вот вы где! Ну, наконец-то! Заходите в кабинет.

Слава богу, одежда успела вовремя перестроиться в первоначальную. А то был бы прикол, заявись я на экзамен в походном костюме с ортами наперевес. Кстати, само оружие оказалось спрятанным под свитером, который получился из волшебной накидки, так что ничего не торчало и не привлекало внимания. Главное теперь вместо шпоры кинжал не вытащить. ОЙ! А где же шпоры?! Неужели я их на Гее вытрясла?!

— Константин Георгиевич, я еще неважно себя чувствую, — пролепетала я председателю комиссии. И плохо мне было по-настоящему, потому что в данный момент я вспомнила, что оставила шпоры вместе с настоящей одеждой в фамильном замке.

— Ничего, там вытянешь билет, отойдешь. — Дружески похлопав по плечу, он буквально втолкнул меня в аудиторию.

Угу! Обнадежил! За столами уже сидели все наши преподаватели. Судя по их взволнованным лицам, они переживали еще больше нас. Помнится, мой научный руководитель говорил: «Вы думаете, это вам экзамен? Нет! Это нам экзамен!»

Блин! Вот попала так попала! Как же смыться отсюда? Ведь если мы не явимся в срок, то умрем. Вот будет для преподавателей стресс, если я посреди экзамена окочурюсь.

— Сумочку на заднюю парту. В руках лист бумаги и карандаш. Садитесь вот сюда. — Мне указали на свободный стол.

Сзади огорченно выдохнули однокурсники. Все-таки, когда мы пишем работу и сидим, тесно прижавшись друг к другу, нам пишется успешнее и спокойнее. Да и спросить, если что, можно. Я с тоской оглянулась на Алесю и Андрея. Они хмуро помахали мне из дальнего конца аудитории. М-дя. Хотя, что я расстраиваюсь? Студенты физтеха вообще советуют приходить на экзамены со свежей головой, так как во многом придется разбираться впервые. А голова свежее, чем у меня, вряд ли найдется.

— Тяните билеты.

К столам рванулась настоящая лавина. Думаю, не одним поколением учащихся замечено, что если вытягиваешь билеты «стадом», то есть большой шанс вытянуть удачный. На самом деле эта примета основана на том, что некоторым в такой толкотне удается незаметно перетянуть билет.

Как же быстрее отсюда сбежать? Так, один час здесь — два часа на Гее. Вот только каких два часа? Временной петли или обычного времени? Кто бы мне ответил? Хотя если и два обычных часа, то время еще есть, я надеюсь. Ведь петля была построена так, чтобы я к экзамену успела. Или нет? Блин! Я во всем этом запуталась! Что ж я это у Артура не уточнила?! Сейчас бы меньше нервничала. Хотя, может, и больше.

— О чем задумались? — вежливо осведомился секретарь комиссии. — Тяните билет.

Я чисто машинально взяла ближайший листок. Душа кричала и рвалась обратно. Интуиция вопила: «Караул!» А я не могла понять причин: это у меня на экзамен такой стресс или все-таки на Гею нужно срочно вернуться?

— Номер тринадцать, — заглянула секретарь в мой билет. — Поздравляю!

Преподаватели энтузиазма секретаря не разделили и взглянули на меня сочувствующе. Как ни странно, этот номер вот уже несколько лет подряд гарантированно приносил несчастье выпускникам. Что ж там за темы такие?

Сев за стол, я взглянула на напечатанные строки и внутренне содрогнулась: последний вопрос был про жидкие кристаллы, и принимал его Котик. Вернее, Котов Владимир Павлович, в миру именуемый Котиком или просто Павловичем. И в том же миру «Павлович» давно трансформировалось в «Падлыч». (И вполне заслуженно, между прочим!)

Вот и настал мой апокалипсис! С этим молодым, но чрезвычайно требовательным и строгим преподавателем нас связывали прочные, неизменные узы холодной войны. Точнее, юный профессор, еще недавно сам сидевший за партой и вкушавший прелести студенческой жизни, воевал со всей нашей братией. В силу возраста ему еще не надоело играть в «злого дяденьку», и от Котика страдал не один поток студентов. Прочие преподаватели утверждали, что это пройдет. Но нам, увы, выпало счастливое бремя быть теми, на ком пока еще «отводят душу».

Особенно чем-то полюбилась Котику я. При первом же знакомстве он, просматривая ведомость, заявил:

— Я вижу тут много хороших оценок. И даже несколько высших баллов! И у кого? У женщин! Так вот, зарубите себе на носу: этот сложный предмет женщина на «превосходно» сдать не сможет, а женщина с фамилией Балагур тем более.

— Балаур, — поправила его я. — Это в румынской мифологии означает существо, похожее на дракона. А драконы очень умные и мудрые. Довольно распространенная в Молдавии фамилия.

— Значит, вашими предками были цыгане? — Он посмотрел на меня поверх очков.

— А может, драконы? — улыбнулась я.

— Ну-ну, надейтесь! — фыркнул он.

И с той поры понеслось. На всех письменных работах Владимир Павлович, надеясь поймать меня за списыванием, постоянно кружил у моей парты. Угу, наивный, чутье дракона его бесшумная походка не обманет. Каждый семинар начинался с моей экзекуции у доски. Я уже сама выходила к ней, едва за Котиком закрывалась дверь. Выработалось как рефлекс.

Одногруппники сначала подкалывали, а потом втихую стали делать ставки: отвечу — не отвечу на каверзные вопросы, касающиеся углубленного знания программы. Я сначала учила, читала рекомендованные книги и отвечала из принципа, а потом попросилась к букмекерам в долю — и мои старания стали оплачиваться. Хоть какая-то компенсация за то, что Котик мне снился в кошмарах. Впрочем, при виде меня юный преподаватель тоже вздрагивал, видно, и я его достала. Целый год я упрямо выучивала его предмет, после меня Владимир Павлович перестал задавать вопросы на высший балл, потому как я из вредности на них отвечала. Не всегда, конечно, но и этой малости хватало, чтобы молодой профессор тихо поскрипывал зубами. Экзамен я тогда тоже сдала хорошо.

И вот теперь настал час расплаты. Впереди меня ждет Котик, а в моей голове свежо как никогда. М-дя. Наспех набросав ответы на остальные вопросы, я пошла отвечать. Сейчас отстреляюсь и отпрошусь в туалет.

Так быстро я еще никогда не отвечала, по скорости слов в минуту я, наверное, переплюнула автомат. Лица принимающих экзамен преподавателей чередовались как картинки в калейдоскопе. И вот он, последний роковой вопрос: жидкие кристаллы. Котик расплылся в улыбке, как Чеширский кот.

Жидкие кристаллы — вещества, обладающие одновременно свойствами жидкостей (текучесть) и кристаллов (анизотропия). По структуре они представляют собой жидкости, похожие на желе, состоящие из молекул вытянутой формы, определенным образом упорядоченных во всем объеме вещества. Наиболее характерным их свойством является способность изменять ориентацию молекул под воздействием электрических полей, что открывает широкие возможности для применения последних в промышленности.

Открыл это чудо в 1888 г. австрийский ботаник Ф. Рейнитцер. Он случайно заметил, что у кристаллов холестерил-бензоата и холестерилацетата было две точки плавления и соответственно два разных жидких состояния — мутное и прозрачное. Однако другие ученые не обратили особого внимания на необычные свойства этих жидкостей. Долгое время физики и химики в принципе не признавали жидких кристаллов, потому что их существование разрушало теорию о трех состояниях вещества: твердом, жидком и газообразном. Ученые относили жидкие кристаллы то к коллоидным растворам, то к эмульсиям.

В результате мы их изучали и в коллоидной химии, и в физической химии, и в химии твердого вещества, и в химии высокомолекулярных соединений, и в курсе строения вещества. Однако всюду они шли отдельной, относительно неразвитой темой, так как каждый преподаватель ссылался на лекцию своего коллеги. В итоге студентам курса пришлось объединить свой разум и кое-как наскрести коллективными усилиями сносный текст по теме «Жидкие кристаллы». Но наше резюме по этой теме оказалось обобщенным, а вот спрашивал Котик глубоко. Значит, буду молиться, чтобы обошлось.

Преподаватель слушал с непроницаемым выражением лица, а потом вдруг резко перебил:

— Сейчас в повседневной практике среди мелких сувениров можно найти так называемые «кольца настроения». — Коварно улыбаясь, он протянул мне мельхиоровое колечко, лицевая сторона которого была покрыта темно-фиолетовой полоской. — Продавцы утверждают, что оно меняет цвет в зависимости от настроения. Как вы считаете, можно ли так утверждать?

Да, помню, мы с друзьями, найдя такое чудо на выставке, тоже задались подобным вопросом. Всей группой лапали кольца, и они действительно меняли цвет, но чаще всего останавливались на фиолетовом, который означал счастье. Может быть, эти кольца кто и калибровал, потому как, успешно ускользнув с лекций, мы на самом деле пребывали в приподнятом настроении. А может, это было простым совпадением. Никого грустного рядом не было, чтобы опровергнуть теорию.

Я взглянула, как Владимир Павлович вращает в руках ставшее фиолетовым кольцо. И что делает вас таким счастливым, господин Котик? Неужели общение со мной или предвкушение скорой расправы?

«Ни фига! — встрепенулось правое полушарие. — Что я, зря столько твой факультет терпела? Давай, левая, вперед! Пришел твой звездный час!»

— Я не совсем верю в озвученную теорию, — отозвалась я, вращая предложенное кольцо. В моих руках оно стало желто-зеленым, что говорило о крайней удрученности. — Скорее всего, здесь используется свойство жидких кристаллов изменять цвет под воздействием температуры. Я допускаю, что эмоции могут стимулировать различные биохимические процессы, в результате которых температура организма может измениться, но следует учитывать, что каждый человек индивидуален, и его температурная реакция может быть далека от среднестатистической. Например, нормальная температура моего тела — тридцать пять и пять. Возможно еще, что часто встречаемая фиолетовая расцветка соответствует нормальной температуре человеческого тела. А продавцы, чтобы привлечь больше покупателей, истолковали этот окрас как счастье. Правда, Джеймс Фергюсон использовал жидкие кристаллы для обнаружения не видимых простым глазом тепловых полей, которые возникают при протекании в теле человека какого-нибудь воспалительного процесса.

— Хорошо, — кивнул преподаватель. — А у вас и, правда, такая низкая температура?

— Да.

— Интересно! А не скажете ли мне, какой тип жидких кристаллов используется в ЖК-мониторах?

Блин! У меня там где-то княжество в опасности, мы на встречу с Ведущими магами мира опаздываем, братья меня, наверное, обыскались уже, а мне надо предположить, какие кристаллы используются в жидких мониторах. Так, что мы имеем? Смектики, нематики и холестерики. Последние чаще всего встречаются в человеческом организме и преимущественно представляют собой соединение холестерина и других стероидов. Значит, остаются смектики и нематики. Одни имеют слоистую структуру, другие нет. Что же?

Вдруг в дверь постучали, и в приоткрытую щелочку просунулась взъерошенная голова Мортифора.

— Здравствуйте, — вежливо улыбнулся он. Я почувствовала, как оборотень сбросил на комиссию какое-то заклинание, призванное смягчить и расположить к себе. И оно подействовало, иначе бы его выгнали взашей немедленно, а так все преподаватели и даже однокурсники благосклонно посмотрели на прервавшего экзамен нечеловека. — Извините, что вас всех прерываю, но у меня очень срочное и важное дело. Я уезжаю в командировку и через час должен быть в аэропорту, а ключи забыл дома. Могу я забрать запасные у жены?

Девушки со смесью интереса, зависти и недоумения переглядывались между собой. Каждой было интересно, чье же это такое импозантное чудо.

— Хорошо, — благосклонно кивнул председатель комиссии. — Кто ваша благоверная?

— Вот! — улыбнулся Морти, указывая на меня.

Женская половина зыркнула на меня с такой ненавистью, что я чуть со стула не упала. Друзья удивленно ахнули, но Мортифор злобно взглянул не на них, а на моих кавалеров, что пытались ухаживать за мной последние полгода. Как он их так безошибочно вычислил? Что, над ними таблички какие или прочие знаки причастности?

— Это точно ваша жена? — недоверчиво покосился на оборотня Котик.

Мортифор ухмыльнулся и поднял руку, демонстрируя кольцо, а затем полуобернулся и незаметно для комиссии показал моим поклонникам сжатый кулак. Не поняла! Это что за хулиганство?! Но, похоже, никто, кроме меня и чертыхающихся пострадавших, его манипуляции не заметил!

— Когда успела, госпожа? — хмыкнул Людвиг Вильгельминович, наш любимый защитник. — Еще на консультации была без кольца!

— А она шустрая, — улыбнулся Мортифор. — И не обижайте мою жену, она у меня в щекотливом положении.

Хм, и насколько щекотливое мое положение? Что такое успело стрястись, пока я тут отвечала?! На нас пошли войной? Ведущие маги послали вторую гарпию? Братья во что-то влипли? Блин! У меня на Гее критическая ситуация, а мне тут надо вспомнить, а точнее, угадать вид кристаллов в ЖК-мониторах!

Комиссия истолковала слова благоверного иначе, удивленно ахнула и осторожно покосилась на меня. Словно я стала бомбой замедленного действия. (С некоторых пор на факультете боялись принимать экзамены у девушек в интересном положении.) Я с разрешения преподавателей подошла к сумочке и достала ключи от дома.

— Все так плохо? — прошептала я.

— Ужасно! — припечатал Мортифор. — Ведущие маги мира выслали еще одну гарпию и вмешались во временную петлю. Теперь время поджимает, а без тебя мы не можем вернуться обратно. Быстрее!

Я вновь села перед экзаменатором. Чудесно! Просто великолепно! Что же мне делать?!

— Ну, так что? — напомнил Котик, и в глазах у него зажегся предвкушающий огонек.

— ЖК-монитор состоит из электроники, обрабатывающей входной видеосигнал, — начала я тянуть время. — ЖК-матрицы, модуля подсветки, блока питания и корпуса. Совокупность этих составляющих определяет свойства монитора в целом.

— Может, вы и чертеж представите? — ехидно уточнил Котик.

И представлю, и сконструирую тут на месте, и даже новый изобрету, только отпустите! У меня там княжество бесхозное и Ведущие маги мира буянят! Я вам даже историю создания мониторов расскажу! Итак, twisted Nematic film!

«Скрученная нематическая хрень», — перевела правая половина мозга.

«Дура! — рыкнуло левое полушарие. — „Film“ значит пленка, покрытие!»

Неважно! Все, что надо, я уже поняла! Вид кристаллов заложен в самом названии!

— Нематики, — озвучила я свое озарение. — В ЖК-мониторы входят нематики.

— Эй, парень! — одернул Котика Людвиг Вильгельминович. — Хватит уже мучить девочку! Отпусти, а? И мы ее отпустим, если она в таком положении.

Да! Да! Я в жутком положении! Мне срочно на Гею нужно! Свою жизнь отвоевывать!

— Последний вопрос! — покачал головой Котик и обернулся ко мне. — Назовите мне способы, как можно структурировать кристаллы.

Я с облегчением вздохнула и скоренько их перечислила.

— А еще? — вопросительно взглянул Котик.

Я задумалась и притянула за уши температуру, как еще один вариант.

— А еще?

А что еще? Большее здравый смысл и предположить не мог. Экзаменатор смотрел на меня с хищным предвкушением. А-а-а! Люди, караул, помогите! Хорошего балла лишают!

«И незачем так орать, — раздался в голове спокойный голос Мортифора. — Я и так все слышу!»

«Где Норри с Виком?»

«Твои конспекты листают».

Как они их достали, мне было неинтересно. Главное, чтобы это помогло.

«Ну, у тебя и почерк, сестричка! — выдохнул Норри. — Такое чувство, что ты хвостом писала!»

«Да, — согласился Вик. — В тебе, Светка, погиб великий врач!»

«Помогите лучше с вопросом! — огрызнулась я. — Способы структурирования кристаллов. Все, кроме тех, что я уже назвала».

«Пальцем, — ответил Мортифор. — Ты забыла про палец».

«Издеваешься?»

«Нет, я серьезно!»

— Что с вами, Светлана? У вас такое лицо, будто вы с кем-то спорите!

— Я думаю.

— Очень эмоционально!

— А я в лицах думаю! — огрызнулась я и посмотрела в глаза своей проблеме.

Мой раздражающий фактор поежился, но промолчал.

«Так кто-нибудь поможет мне с этим последним вопросом?»

«Пожми плечами, улыбнись ему и скажи, что структурировать кристаллы можно и пальцем».

«Думаешь, прокатит?»

«Абсолютно!»

«А ты уверен?»

«Тебя зовут княжна Драко?»

«Да».

«Уверена?»

«Паразит!»

«Не угадала, я — млекопитающее!»

«Хищное!»

«Ну не без этого».

— Знаете, у меня такое чувство, что вы с кем-то спорите.

— Так и есть, — нашлась я. — Мой здравый смысл воюет с научной интуицией.

— И кто побеждает? — участливо поинтересовался Котик.

— Пока ничья, — горестно вздохнула я. Не признаваться же, что моя «интуиция», он же моя большая портативная шпора стоит сейчас в коридоре и теребит за уши Норри. А, ладно! Была, не была! — Еще можно пальцем структурировать, поэтому если ткнуть в ЖК-монитор пальцем, то вокруг появляется радужное пятно.

— Правильно, — вдруг искренне улыбнулся Котик и черкнул что-то в своем листке. — А теперь скажите правду: вы когда-нибудь пользовались на моих письменных работах шпорами?

Так! С преподавателями нужно быть осторожным, так как все, сказанное тобой, может быть использовано и против тебя. Особенно пока в зачетке не стоит оценка.

— Я не умею списывать, — уклончиво произнесла я, так как из-за обострившейся драконьей сущности соврать не могла, а отрицательный ответ был бы не совсем правдой.

Котик вздохнул, еле заметно улыбнулся, кивнул каким-то своим мыслям и вдруг уважительно произнес:

— С вами приятно было иметь дело. Желаю вам дальнейших успехов.

— Спасибо, — опешила я.

Чего-чего, а похвалы от Котика не ожидала. Думала, я его раздражаю. А оказывается, он меня даже уважает!

Я облегченно вздохнула, встала, сказалась больной и вновь отпросилась в туалет. Алесю на всякий случай подрядила забрать мою зачетку. Что-то мне подсказывало, что, попроси я об этом Лешу или Андрея, Мортифор их сначала с лестницы спустит, а потом протянет руку и скажет: «Приятно познакомиться!»

В коридоре меня уже ждали изнервничавшиеся братья во главе с оборотнем. На лавочке под дверью тихо сидела Ладиина и теребила оборки длинного белого платья. Проходящие мимо студенты и студентки с интересом косились на такую странную композицию из трех импозантных мужчин и девушки-царевны. Что с ней сделали братья, неизвестно, но вела она себя очень-очень примерно.

— Чего ты так долго?! — набросился на меня Витька.

— Не все в жизни зависит от нас. Давайте быстрее портал строить!

— А он не работает, — спокойно произнес Мортифор. — Ведущие маги мира сначала закинули тебя сюда, а потом заблокировали, чтобы ты не могла вернуться. Мы проскользнули чудом. Придется пользоваться вашим стандартным телепортом, встроенным в медальон Драко. Где здесь поблизости открытый источник воды?

— Нет!!! Только не это! — простонал Норри, осознав, что снова придется иметь дело с унитазом.

Вика тоже перекосило. И только Морти пока пребывал в блаженном неведении. Что ж, его счастье.

Я и сама не в восторге, но, увы, ничего лучшего предложить все равно не могу. Все претензии предъявлять Ведущим магам мира. Одного понять не могу: неужели тот мужчина у стены активировал портал на Землю? Или был одним из них?! Ведь строить там ловушку без какого-либо активатора глупо. А вдруг кто посторонний попадет? Ладно, позже разберусь.

— Идемте! — Я повела отряд в дальний конец коридора.

Студенты с удивлением смотрели на бегущий по коридору отряд, состоящий из хрупкой девушки, трех широкоплечих мужчин и матроны в белом средневековом платье. Когда мы все на одном скаку заскочили в женский туалет, позади раздался дружный вздох. Видно, такого дурдома родной университет давно не видел.

Уборная, если не считать одной закрытой кабинки, оказалась пуста. Однако сюда в любой момент может кто-нибудь зайти, а активировать портал у всех на виду опасно. Все-таки официально магии на Земле не существует. Да и я, честно говоря, не хочу, чтобы однокурсники засекли меня в процессе ныряния в унитаз. Нет уж!

— Сюда! — Я запрыгнула в крайнюю кабинку.

Так как за мной шли Мортифор, Виктор, Норри и Лада, то пришлось продвинуться дальше. Только бы мы все влезли! Все-таки на такое количество народу она не рассчитана.

— Мы все сюда не поместимся! — попытался возразить Норри.

В этот момент скрипнула дверь соседней кабинки, и на нас уставилась изумленная студентка. Ну да! Не каждый день увидишь, как в узкую кабинку пытаются втиснуться две девушки и трое парней. Вот блин! Это точно войдет в легенды универа!

— Давай, студент! — рыкнула я на брата. — Залезай, если стипендия тебе дорога! Книгу я только одну спрятала. Нам и так на всех может не хватить!

Норри от удивления даже притормозил. «Что это за бред?!» — говорили его глаза. Зато Мортифор понял мою идею мгновенно и раздраженно фыркнул, подыгрывая:

— Да что ты с ним нянчишься? Ребята, закрывайте кабинку. Время поджимает, а мне еще тему искать! — И он буквально втащил к нам непривычно молчаливую Ладиину. — Где твои конспекты?

Витька молодец, тоже сообразил, что к чему, и отвернулся к стене, изображая чтение спрятанной на руке шпоры. Норри все еще ничего не понял, но сделал шаг в нашу сторону. Студентка успокоилась. Открывшаяся ей картина стала ясной и понятной: пятеро студентов спрятали в туалете учебник и теперь он им одновременно нужен. Вполне обычная ситуация. Девушка улыбнулась и, подняв вверх кулак, пожелала удачи:

— Ни пуха, ни пера!

— Спасибо, — растерянно отозвался Норри.

Мортифор тут же закрыл дверь и вытянул руку, требуя медальон:

— Так где, блин, книга?!

— Вот, — отозвался Витька, протягивая медальон.

— Хорошо, — кивнул оборотень и бросил артефакт в воду.

— Что это?! — истерично выдохнула молчавшая до этого Ладиина, указывая на загоревшийся фиолетовым светом унитаз.

— Не переживай, это не смертельно, — заверили ее братья и толкнули первой…

Последней моей мыслью было: «Только бы никто не вошел!»

7

Счастье — это когда у тебя есть большая, дружная, заботливая, любящая семья в другом городе.

Джордж Берне

Вынырнули мы в деревянном колодце. Прелестно! Просто чудесно! Здесь нас и похоронят. Вода ледяная, при всем желании продержимся в ней максимум полчаса. Стены скользкие, и тесно так, что не пошевелиться. В общем, тяжелый случай. Покричать, что ли?

Но, как ни странно, таких радикальных решений не понадобилось. Буквально через пару секунд сверху послышался встревоженный мужской голос:

— Милорд, это вы?

Мы задрали головы и увидели Норкара, перегнувшегося через край колодца.

— Спусти нам ведро с веревкой! — приказал Мортифор.

— Одну минуту! — отозвался тот и исчез.

В туже секунду раздался скрип быстро раскручивающегося ворота — и на нас полетело стальное ведро с веревкой.

— Ныряй! — скомандовал Норри, уклоняясь от сброшенного сверху «снаряда».

Мы все попытались уйти под воду, но теснота помешала, и я схлопотала жестянкой по плечу. Везет, блин!

— Свет, давай, — подтолкнул меня снизу Мортифор. — Становись ногой в ведро и хватайся за веревку. Будешь первой.

— А меня там твои подданные не прибьют? — насторожилась я, выполняя его инструкции.

— Ты же их королева, — фыркнул, отплевываясь, оборотень и крикнул: — Поднимай!

В проеме показались сразу две лохматые головы, а затем вновь раздался скрип ворота, веревка дернулась и стала медленно подниматься вверх. Держаться было очень неудобно, руки соскальзывали, намокшая одежда тянула вниз. Однако страх сорваться и сломать себе шею, падая, помогал держаться за спасительную соломинку.

Казалось, прошла целая вечность, прежде чем моя голова достигла края колодца. Ворот прокрутили еще немного, и меня подхватили чьи-то руки, не без усилия отрывая от веревки. Как хорошо снова оказаться на земле! Один из оборотней вручил мне огромное пушистое полотенце. Спасибо. После холодной воды тело колотило. Вытершись и закутавшись в плед, я наблюдала, как оборотни вытащили следом Ладиину, потом Норри, Виктора и, наконец, Мортифора.

Норкар воодушевленно хлопотал вокруг своего господина, то и дело норовя укутать его дополнительным пледом. Прочие оборотни смотрели на своего лорда с видимым облегчением. Похоже, они очень ценили Черного короля.

— Милорд, у вас осталось совсем мало времени! Пока вы отсутствовали, Ведущие маги мира вмешались во временную петлю, и теперь до истечения срока остались считанные часы!

— Сколько? — коротко уточнил Мортифор.

— Пять часов.

— Надо срочно выезжать за город и строить портал!

— Твои маги смогут это сделать? — спросил Норри у Мортифора.

— Запросто! — хмыкнул супруг. — Предлагаю срочно собраться и выезжать. А по дороге решим, кто из нас кто.

Норри наспех сотворил заклинание сушки одежды. Ладиина тихо стенала в сторонке. Бунтовать вслух она опасалась. Надо будет потом спросить у братьев, что они с ней сделали. Какая-то она нынче потерянная.

Оборотни принялись слаженно собираться. Они у Мортифора удивительно выдрессированы. Ни одного лишнего движения. Ни одной потерянной минуты. Все четко и по существу. А двигаются просто синхронно, как одно целое.

Я побежала в сторону таверны, Витька последовал за мной. Видно, после всех событий он побоялся отпускать меня одну. Надо признать, слуги Мортифора здорово позаботились о наших вещах, и все осталось в целости и сохранности.

Через пять минут мы спустились во двор. Рослый оборотень подвел ко мне под уздцы Злыдня. Чувствуя торжественность случая, метаморф превратился в высоченного черного жеребца с змеиными желтыми глазами и торчащими из пасти клыками. Чисто из вредности он то и дело норовил наступить услужливому оборотню на ногу, но парень демонстрировал чудеса проворства. При мне Злыдень слегка успокоился, и юный вервольф вежливо подсадил меня в седло, затем вскочил на своего скакуна и поехал чуть поодаль. Похоже, у лохматого негласный приказ меня защищать.

Витька устроился на Чернуле, Норри кликнул своего пегаса, а Ладушку посадил себе за спину один из оборотней. Я ожидала, что вот сейчас наша красавица воспользуется ситуацией. Но оборотни действовали на нее угнетающе, и она, робко обхватив мужчину за талию, тихо сжалась у него за спиной. Непонятный случай!

Хозяин таверны лично вышел на крыльцо и помахал ручкой вслед выезжающей кавалькаде. С чего нам такая честь? К братьям пристроилось по оборотню. Справа со мной поравнялся еще один воин с пышной гривой волос. Наверное, это Гуара. Гуара скользнул по мне взглядом и, заметив мой интерес к его персоне, коротко кивнул головой, обозначив поклон. Хм, мелочь, а приятно! Мортифор притормозил своего золотистого жеребца и поравнялся со мной.

— В сорока километрах отсюда в лесу есть небольшая полянка. Там мы построим групповой портал. А пока предлагаю нам всем пятерым настроиться на мыслесвязь. — Он протянул мне изящный хрустальный кулон. — Так нам будет проще обойти ловушки в замках магов. Одно дело, когда ломаешь голову над проблемой один, и совсем другое, когда тебе могут помочь еще четверо.

Я приняла артефакт и повесила на шею. Мортифор тем временем подъехал к Витьке с Норри. Лада приняла украшение молча и без возражений, что опять же странно. Остальное время мы учились пользоваться артефактами и настраивали связь.

«Свет! — повернулась ко мне Лада. — Вы что, всерьез решили сразиться с Ведущими магами мира?!»

Настроенная линия оказалась слишком громкой. Я поморщилась и пожала плечами:

«У нас нет иного выхода».

«Я не хочу в этом участвовать!»

«Тогда ты умрешь!»

«Что?!»

«Лада, только не надо делать вид, что ты не догадалась, что здесь происходит!»

«Я замуж хочу, а не драться!»

«Я тоже много чего хочу, но это ничего не меняет! Если ты откажешься драться, то умрешь».

«Но я не хотела такой судьбы!»

«Я, что ли, хотела?!»

«Я требую развода!»

«Учти, Свет, — встрял в наш разговор Виктор. — Жену, как и гранату, надо бросать подальше от себя!»

«Лада, я не дам тебе развод. Вот явимся к магам, победим их — и тогда делай что хочешь. Кстати, никто не запрещает тебе жениться, то есть выйти замуж за поверженного врага. А у него уж и земли, и богатство!»

«Но как я его заставлю?!»

«Ну, у тебя есть время что-нибудь придумать», — улыбнулся Вик.

Лада надулась и отвернулась. Да, сложная ее ждет задачка. Впрочем, и нам тоже нелегко придется.

Через час из-за деревьев показалась небольшая полянка. Часть отряда выехала вперед, спешилась и рассредоточилась по разным сторонам света. Обследовав поляну, они скрылись в лесу. Через пять минут разведчики вернулись, сообщив, что все чисто. И к делу приступили маги Мортифора. Невольно я залюбовалась их четкими и согласованными движениями. Словно в танце, они вырыли на поляне пятиконечную звезду, посыпали канавки какой-то пылью. Пятеро оборотней заняли по лучику и синхронно стали чертить в них идеально одинаковые символы. М-да, современные хореографы за такую труппу полжизни отдали бы!

Я так задумалась, что даже не заметила, как к Злыдню подошел Мортифор и протянул в мою сторону руки, помогая спуститься. Витька, Норри и Ладушка уже сидели в сторонке на пожитках. Братья жевали по огромному бутерброду. Госпожа Каракурт мрачно постукивала хлыстиком по ноге.

Что ж, самое время нам разобраться, кто из нас кто. Я села рядом с братьями и извлекла из рюкзака блокнотик. Решая задачки, полезно записывать данные. Итак, чертим таблицу с пятью колонками и пятью строками. По горизонтали в шапке располагаем наши имена, по вертикали — имена Ведущих магов мира. Мортифор с наслаждением вытянулся на траве по правую руку от меня и с интересом наблюдал за моими действиями.

— У кого какие предположения? — хмыкнул он, срывая травинку и надкусывая конец.

— Ну, с Виком мы, хвала Высшим силам, определились! — Я сделала пометку в блокнотике. — Он — Хапуга. Больше ни у кого из нас такой талант не выражен так ярко. Воин присутствует у большинства из нас, поэтому давайте отложим его напоследок. А вот Западло в большей степени распределен между мной и Ладой.

— Предлагаю присвоить эту номинацию ей, — улыбнулся Вик. — Столько раз, сколько она нас сдавала, не осилит никто! По ней орден Почетного предателя плачет!

— Но ведь Квипрокво отвечает не столько за предательство, сколько за недоразумения, — возразила я. — А вот такого количества казусов, сколько произошло со мной, не было ни у одного из нас.

— Да, — согласился кузен. — Влипаешь ты, сестренка, качественно. Как еще жива до сих пор?

— Так давайте ее и пошлем! — обрадовалась оживившаяся Ладиина.

— Посмотрим, — буркнул Норри, награждая красавицу мрачным взглядом.

Благодаря нашей родственной связи я чувствовала, что эльфенок побаивался Квипрокво, считая его самым опасным противником, и посылать меня к этому магу не хотел. Видя реакцию Норри, леди Каракурт снова сдулась и насупилась. Мортифор молча наблюдал за нами, философски грызя травинку.

— Если допустить, что Света — Недоразумение, — вдруг подал голос оборотень, — то Лада должна занять место Либ-им-и-до, потому что Воин, как выяснилось, у нее развит в меньшей степени. Тогда остаются Воин и Тихоня. Оба свойства, к сожалению, у нас с Норри развиты в одинаковой мере. И нам придется гадать на кофейной гуще.

— У нас кофе нет, — скорбно отозвалась моя супруга.

— Я образно выразился, — холодно улыбнулся Мортифор. — Суть остается в том, что вероятность ошибки пятьдесят процентов.

— Хорошо, Морти, но если к Квипрокво отправить Ладиину, то Очарованием у нас будет Норри, и мы с тобой опять же упираемся в одну стену! У нас с тобой Воин и Тихоня тоже развиты в равной степени!

— Муж и жена — одна сатана, — буркнул Вик.

— А что тебе мешает стать Воином, а мне Тихоней? — улыбнулся Черный король.

— Мортифор, ты, конечно, крыса лабораторная, — обернулся к нему Вик, — но если вспомнить, что у Тихони девиз «Семь раз отрави, один — припугни», то Света в данном деле более поднаторела.

— А ты вдобавок ко всему окончил величайшую школу воинов, — вставила я свои пять копеек. — Ты прирожденный воин. Кому как не тебе попытать счастья с Айрессеном Задиром?

— Ладно, — согласился пятый Дракон. — Допустим, вы правы, но тогда Очарование — Норри?

— Я бы отправила его к Тихоне, а Ладиину к Либ-им-и-до, — принялась настаивать я.

— А вам не кажется, что Ладиина и покровительница любви — понятия немного несовместимые? — тихо подал голос Норри.

— Ага, — поддержал его Вик. — Как селедка с молоком!

— Норри, то, что ты пользуешься успехом у женщин, еще не факт, что ты являешься Очарованием. Вик вон практически от тебя не отстает, но ведь он не Либ-им-и-до, а Хапуга. Давайте посмотрим на Тихоню немного с иной стороны. Он — маг с искусными, ловкими, умелыми руками. Кому могут пригодиться такие умения? Взломщику, вору, фокуснику, волшебнику. Большинство заклинаний сопровождается пассами рук. И у Норри такие заклятия получаются на высоте. Это его конек. Я считаю, что колдовство — самая сильная сторона Норри. Малыш, ты этого даже не замечаешь, но твое волшебство — как дыхание, свободное и непринужденное. Ты феноменально впитываешь и осваиваешь новые заклятия. И гарпия как раз яркий тому пример. А Квипрокво все-таки не предатель, а ходячие проблемы.

— По-моему, это второй синоним Ладушки, — не согласился эльфенок.

— Знаешь, Света, а в твоих рассуждениях что-то есть! — задумчиво произнес Мортифор, водя ладонью по траве.

— Твое мнение не считается, — встрепенулся Вик. — Ты субъективен по отношению к Свете.

— Но я заинтересован в том, чтобы она осталась жива, — возразил оборотень. — Я хочу выпутаться из переделки живым и с живой женой, а потому не буду принимать ее сторону только ради того, чтобы заслужить благосклонность. Я тут выслушал ваши аргументы, подумал и понял, что Недоразумение у Лады развито ограниченно, в то время как Света на казусах едет и ими же погоняет!

— Действительно, — вдруг согласился Норри. — Квипрокво поклоняются, когда хотят кому-то насолить. Ведущего мага мира просят просто навестить того человека, а не убить. И предатели стараются ему не молиться, потому что боятся, что их делишки могут выплыть наружу. Из-за Лады у нас было много неприятностей, но все они подстроены ею. Это не случайность. Так, может. Света права? И Лада не Недоразумение, а Либ-им-и-до?

— К тому же, — вмешалась я, — обратите внимание, что я, глава дома Драконов, ни одной проблемы не решила огнем и мечом. Я влипала в неприятности, но мне дико везло. А теперь вспомните поговорку: «Только гладко все пошло — появилось Квипрокво». Михей почти завоевал мир, как на его пути появилась я. И грандиозные планы провалились.

— Но он задел тебя за живое, — заметил Вик. — Он вступил на твои территории и покушался на твой трон. Тут в любом случае ты должна была ему помешать.

— Хорошо, — скрепя сердце согласилась я. — А Мортифор? Когда мы в первый раз встретились, он ничем мне не мешал и не угрожал. Отдыхал с прекрасной дамой, а мы ему испортили свидание. Потом Лерри. У эльфов уродилась чудесная конопля — и тут появились мы. У Каракурта мы отняли ожерелье Прозрения, Казиларг почти нас захватил — и мы его обломали. Кентавры могли меня убить, но я свела их с мавками. Умроки почти созрели и готовы были для большого жора, но я опять же столкнула их с естественными хищниками, лопари чудесно питались караванами, пока той же дорогой не погнало нас. Уркам почти удалось собрать урожай — и снова объявились мы. А картошка вообще вне конкуренции! Я хотела сделать добро, а получилось биологическое оружие. Очень часто я просто стояла в стороне, такое чувство, что вокруг меня появлялось магическое возмущение, которое сводило вместе взаимоисключения.

— Да, — задумчиво согласился Вик. — В этом есть доля истины.

— Вот именно, Вик! У меня были неприятности, но у моих врагов их было гораздо больше!

— Может, жребий потянем? — предложил Норри. Брата все еще грызли небольшие сомнения, и он решил их проверить таким простым и незамысловатым способом.

— А давайте! — согласилась я, подбирая две палочки. — Вот длинная и короткая палочки. Сейчас каждый из нас по очереди будет тянуть одну из них. Если в большинстве случаев вытянется короткая, победит моя версия, длинная — прав Мортифор. Приступим?

— Нет! — спохватилась команда. — ТОЛЬКО НЕ ИЗ ТВОИХ РУК!!!

— И, правда, малая, — ухмыльнулся Вик, забирая у меня палочки. — Хоть твоя «вина» еще и не доказана, пусть лучше это буду я.

— А где гарантия, что полученное гадание не будет недоразумением? — встрепенулся Мортифор. — Ведь его предложила Света.

— А что же тогда делать? — растерялась я.

Мортифор на минуту задумался, а потом произнес:

— Если в тебе преобладает талант Квипрокво, то ты запросто можешь провоцировать недоразумения. Давай проверим вас с Ладой несколько иначе. Вот две палочки: короткая и длинная. Вы с Ладой по очереди будете их тянуть. Если выпадет длинная палочка, то Вику надо будет поцеловать взасос Ладиину, а если короткая, то Норри.

— Что?! — взревели братья.

— Ну, Квипрокво в основном насылает неприятности или недоразумения на других, а не на себя, — невозмутимо пожал плечами Мортифор. — Я считаю, это лучше всего отобразит суть нашей маленькой проверки.

— Но почему Вик должен целовать меня?! — возмутился Норри.

— Вик — мужчина нормальной ориентации. Выбор короткой палочки в данном случае будет и недоразумением, и неприятностью.

— Выбор длинной меня тоже не обрадует! — сообщил кузен.

— Жалко подарить девушке поцелуй? — возмутился Мортифор.

— Этот поцелуй может вылиться в скоропостижную женитьбу! А это уже большие неприятности.

— Хорошо, — отрезал Мортифор, — тогда давайте в случае длинной я буду целовать Свету.

— А в случае короткой — Виктора! — прошипел Норри.

— Что?! — возмущенно подскочили Вик с Мортифором.

— А что? — невинно взмахнул ресницами эльфенок. — Вы друг друга терпеть не можете. Самое то для Квипрокво! А чтоб никаких искажений не было — дайте слово, что обязательно поцелуетесь. Тогда результаты гадания будут верными.

— Я на эту гомосятину не подпишусь! — прорычал лорд Венатор.

— Меня, думаешь, радует такая перспектива?! — буркнул Мортифор.

— А кто тебя знает? — огрызнулся Виктор. — Нормальному мужику такая порнография в голову бы не пришла!

— Но идея на удивление изящна! — встала я на защиту Мортифора. — Это действительно тест на Недоразумение в чистом виде!

— Так, может, сразу примем твою точку зрения и все? — жалобно взмолился Виктор.

— Нет, надо проверить! — возмутился Норри. — А вдруг мы все-таки ошибаемся?

— Тогда почему, блин, я? Вот ты тоже Мортифора не любишь!

— А ты его терпеть не можешь! — отозвался Норри. — Это будет лучше для гадания. А меня с детства учили выживать. И твердили, что ради спасения и гарпию поцеловать можно, не то, что мужчину.

— Вот и целуй его сам! — огрызнулся лорд Венатор.

— Мы еще тест не провели, а вы уже скандалите! — возмутилась я. — А вдруг пронесет?

— Из твоих уст, Света, это звучит устрашающе! — фыркнул Вик.

— Вить, пожалуйста, согласись ты на это глупое испытание.

— Свет, ты не знаешь, о чем просишь!

— Вик, от этого теста зависит наша жизнь! — прорычал Мортифор. — Поверь, я тоже не в восторге от перспективы тебя целовать. Но это как раз-таки не смертельно! Переживем.

— Давайте придумаем другой тест!

— Нет времени! — рыкнули мы хором.

Витька закрыл глаза и задумался. На лице его отразилась такая мука, что мне даже стало его жалко.

— Хорошо, — вдруг вздохнул он. — Даю слово, что поцелую этого пса. Тяните скорее ваши гребаные палочки, пока меня не стошнило!

Норри скоренько взял палочки и отвернулся. Через полминуты он повернулся к Ладиине и протянул ей два кулака с торчащими на одинаковую высоту палочками. Наступила гнетущая тишина. Наша красавица потянулась сначала к левому кулаку, потом отдернула руку и потянулась к правому, затем вновь передумала и вообще опустила руки, тупо глядя на палочки. Виктор молча кусал губы в сторонке. Поторапливать Ладушку он боялся. Мортифор спокойно грыз травинку. Или у него хорошее самообладание, или с ним что-то не то. Наконец Ладиина остановилась на первоначальном варианте — левом кулаке — и вытянула длинную палочку. Мы все вздохнули с облегчением.

— Ну что ж, Светина теория верна, — встрепенулся Виктор. — Поехали.

— Куда? — остановил его Норри. — А проверить? Вдруг Света не Квипрокво?

— Действительно, вдруг я тоже вытяну длинную палочку?

— У меня от ваших «вдруг» сердце екает! — огрызнулся Вик.

— Так хочется получить мой поцелуй? — поддел его Мортифор.

— Иди в задницу, извращенец!

— Я не по этим делам, милый. Но для тебя могу поискать среди слуг, — издевательски протянул оборотень. Похоже, Мортифору безумно нравилось доводить Вика.

Норри тем временем перемешал палочки и обернулся ко мне. Витька с Мортифором мгновенно прекратили перепалку и затаили дыхание. Я в отличие от Ладиины быстро приняла решение и уверенно вытянула короткую.

— НЕТ! — заорал Вик. — Света, я тебя убью!

— Иди ко мне, шалун! — расхохотался Мортифор, распахивая объятия. — Цыпа-цыпа-цыпа!

— Отвали от меня, извращенец! — отпрыгнул от оборотня Вик. — И не смотри на меня так! Меня сейчас вырвет!

— А теперь без шуток, — вдруг серьезно произнес король вервольфов. — Я дал слово, что поцелую лорда Венатора. Я предлагаю выкупить это желание.

— Так можно! — ошарашено произнес Норри. — Так вот почему вы были таким спокойным!

Мортифор ухмыльнулся и кивнул.

— Пятьдесят золотых, — назвал вервольф цену.

— Ты так низко меня ценишь?! — возмутился Вик, в котором тут же проснулась коммерческая жилка. — Пятьсот!

— Милый, мне дешевле тебя поцеловать! — Мортифор сделал шаг в сторону Витьки.

— Стоп! — выставил кузен перед собой руку. — Пятьдесят так пятьдесят! Договорились!

Я с изумлением смотрела, как Вик впервые в жизни проиграл торги. Но кузен пострадавшей стороной себя не чувствовал. Наоборот, он очень даже был рад, что так легко отделался. Мортифор также не грустил по поводу случившегося.

— Ну что ж, — обрадовано вскочила Ладиина, — поехали?

— Не терпится к Либ-им-и-до? — буркнул Вик.

— У меня же все мужья закопались, — пожала плечами Лада. — А Света устройством моей личной жизни не занимается. Вот и приходится все делать самой!

— Ох, и не повезло же магу, — тихо прошептал Норри. — Кто бы он ни был, я ему искренне соболезную!

В этот момент к нам подошел Норкар.

— Милорд, — опасливо косясь на нас, произнес он, — все готово. Изволите идти?

— Да, — кивнул Мортифор и повернулся к нам. — Сейчас каждый из нас встанет на соответствующий его магу луч пентаграммы и по моей команде на счет «три» мы все дружно подпрыгнем, активировав портал. Исходя из координат, мы должны будем попасть в коридор замка, ведущий в тронный зал. Увы, там повсюду полно ловушек, поэтому смотрите в оба. Радует лишь то, что, пойди мы от ворот замка, разнообразных капканов было бы гораздо больше.

— Было бы еще лучше, если бы мы сразу в зал переместились! — заметил Вик.

— К сожалению, это максимально близкая, доступная для портала точка, — развел руками оборотень. — Лада, я был в замке Либ-им-и-до, в коридоре тебе надо ступать только на черные плиты. Хотя, возможно, все уже изменилось, поэтому проверь вначале камушками. Норри, а тебе вообще лучше левитировать по коридору. Правда, Тихоня любит держать гарпий. Так что будь начеку. У Хапуги, я слышал, охранная система похожа на земную, где по всему коридору натянуты лазерные лучи.

— Прелестно! — выдохнул Вик, забыв о вражде. — Что-нибудь еще?

— Не знаю, — пожал плечами Мортифор. — Я к нему не совался. У Квипрокво я тоже не был. С ним мы друг другу на расстоянии вредили.

— Ну что, пойдем? — вздохнул Норри, подбирая с земли свои вещи и расчехляя боевую трость.

— Одну минутку! — произнес Мортифор и обернулся ко мне. — Я давал слово, что поцелую Свету.

С этими словами он сгреб меня в охапку, поставил на ствол поваленного дерева и жадно прильнул к губам. Уходить сразу расхотелось. В этом поцелуе было все: и нежность, и вызов судьбе, и прощание, и надежда. Но только я стала отвечать, как оборотень мягко отстранился и, опустив меня на землю, прошептал:

— Пусть между нами хоть что-то останется неоконченным, недосказанным, чтобы был повод вернуться. Ты только вернись, княжна! Просто постарайся выжить. — И, резко отстранившись, отошел к пентаграмме.

Мы хмуро последовали за ним. Проникать в чужой замок и сражаться с магами очень не хотелось. Нам с Витькой никогда не нравилась война, мир да покой предпочтительнее. Ну почему все, кому не лень, стремятся обидеть или спровоцировать честных, маленьких, безобидных дракончиков?

Трудившиеся над пентаграммой оборотни помогли нам занять нужные места. Нас осыпали какой-то пылью. Кто-то из оборотней осенил нас священным знаком и пожелал удачи.

— Все готовы? — спросил Мортифор.

Мы еще раз проверили, все ли взяли, собрались с мыслями, приготовились если не к бою, то к длительным физическим упражнениям и сообщили об этом Мортифору.

— В таком случае… — хмыкнул он. — Раз, два, три!

И мы дружно подпрыгнули…

8

Если атака проходит действительно хорошо, то это значит, что вас ждет засада.

Старая военная мудрость

Портал с хлопком замкнулся за моей спиной, и я с ужасом осознала, что стою нос к носу с удивленной гарпией. Блин! Вот везет так везет! Гарпия задрала верхнюю губу и угрожающе зарычала. Ни дать, ни взять сторожевая псина, застукавшая вора с поличным.

«Свет, что у тебя там происходит? — раздался в голове встревоженный голос Норри. — Почему я чувствую твои страх и тревогу?»

«Тут гарпия прямо на пути. Точнее, это я у нее на пути».

«Мальчик или девочка?»

«Знаешь, абсолютно нет разницы, кто оторвет мне голову! Мальчик это будет или девочка!»

«Я бы передал тебе заклинание, да, боюсь, ты его не освоишь! Попробуй с ней договориться».

Гарпия тем временем зарычала еще громче и сделала шаг ко мне. Ой, блин! Договориться, значит? Да нет проблем! Вот сейчас она, то есть он, мною закусит, а потом мой призрак будет договариваться уже с кем угодно!

Я огляделась. Увы, впереди был серый и длинный коридор без всяких развилок. Голые каменные стены сужались у потолка, где горели магические факелы. К сожалению, никаких ниш, никаких ям. Некуда бежать. А назад отступать тоже нет смысла. Во-первых, только больше заблужусь, во-вторых, гарпия гораздо шустрее и проворнее меня в человеческом обличье. А если я сейчас превращусь в дракона, то разнесу весь замок и не успею сесть на трон. Орты в борьбе с чудовищем тоже не принесут пользы. В памяти еще свежи воспоминания, когда отряд оборотней в поте лица рубил одну несчастную гарпию мечами, а та еще длительное время оставалась жива. Попробовать повторить их подвиг с ортами то же самое, что убить и разрезать бритвой слона.

Гарпия (или правильнее гарпий?) нападать тем временем не торопилась. А что, если воспользоваться старым проверенным методом? Стараясь, чтобы мой голос звучал как можно увереннее, я ударила себя кулаком в грудь и произнесла:

— Свои!

Чудовище склонило голову набок и моргнуло, внимательно изучая меня, затем подалось вперед, принюхиваясь. Я отпрянула. Гарпий недовольно заворчал.

— Нечего меня нюхать! Я своя! Просто заблудилась!

Визави снова наклонил голову, но уже в другую сторону, будто раздумывая, каким боком я могу быть «своей» и стоит ли вообще со мной связываться. Однако его неуверенность придала мне сил. Значит, я действительно каким-то макаром могу сойти за свою. Что ж, поднажмем.

— Ты что, не узнал меня, жмурик?! Немедленно проводи меня в тронный зал!

Под моим напором гарпий слегка попятился и втянул голову в плечи. Теперь он не выглядел так грозно, как вначале, а смахивал на пристыженного пса, который не признал свою хозяйку. Он принюхался, но я, уже окончательно обнаглев, отвела рукой его обтянутый кожей череп и дала легкий подзатыльник.

— И нечего меня обнюхивать! Я мылась! А если у кого-то насморк или кто-то не смог запомнить мой запах, то это его проблемы! Веди меня, жмурик! Немедленно!

Чудовище жалобно хмыкнуло и, опустив крылья, поплелось по коридору. Я последовала за ним.

«Эй, Свет? Ты там еще жива? — раздался в голове встревоженный голос Норри. — Как дела?»

«Порядок. Мы с ним договорились. А ты как?»

«Пока живу, надеюсь».

«Продолжай в том же духе, на ужин мама шкварки обещала. Да с картошечкой!»

«Тогда я обязательно вернусь!» — оживился Норри. Несмотря на эльфийское происхождение, вкусы у него самые, что ни есть славянские.

«Вик, как ты там?»

«Нормально, — раздался в голове голос Витьки. — Я их знаменитую лазерную систему отключил и сейчас топаю в сторону тронного зала. Прикинь, там такая простая система была! У входа в коридор у всех на виду набор различных кнопочек с надписью на русском: „Кнопки для лохов. Рычаг отключения системы находится у основания пола“. В общем, я сделал, как велели — и все получилось!»

«Рада за тебя, но помни — бесплатный сыр только в мышеловке».

«Да ладно, малая. Я осторожен».

«Удачи».

«И тебе того же!»

«Морти, а ты как?»

«Лучше не бывает! — отозвался супруг. — Сейчас выколю глазик одному агрессивному циклопу, и станет еще лучше. Вы там главное не торопитесь. У меня тут еще десять каких-то мух-переростков. И плотоядный цикламен листики тянет».

«Ну, ты там тогда того, держись! — опешила я. Меня пока встречали не так бурно. — Постарайся, чтобы тебя не съели».

«Не боись, — хмыкнул Мортифор. — Подавятся!»

Интересно, а как там Лада? Что ей встретилось на пути? Бешеные суккубы?

«Ничего! — огорченно отозвалась она, услышав мои мысли — Всюду пусто! Куда этот маг запропастился? Хожу только юбкой полы подметаю!»

«Может, пока стратегию обдумай?»

«И без тебя знаю, что делать!» — огрызнулась леди Каракурт.

Я хотела, было, ей ответить, но слова застряли в горле. Прямо передо мной оказался величественный тронный зал из чистого хрусталя. Огромные прозрачные, переливающиеся на солнце колонны устремлялись ввысь. Прямо по центру под красным балдахином находилось пышное красное кресло, вероятно выполняющее функции трона. Слева от него у стены журчал фонтан из белого мрамора, украшенный золотыми скульптурами. По всему периметру красовались вазоны с экзотическими цветами и пальмами. Открывшаяся картина потрясала и завораживала. Вот уж не думала, что такая архитектура и обстановка может быть в замке у Квипрокво. Эстет он, однако! Мне нравится!

Я расчехлила орты и последовала за гарпием. Жаль, что мы пришли сюда с войной. Вот классно было бы посидеть с магом в мирное время у фонтана, поболтать о жизни. Ступая как можно тише, я перешагнула порог. В зале никого не было. Сердце стучало и рвалось из груди. Стараясь совладать со страхом, я стала искать в окружающей обстановке знакомые черты. Если встречаешь что-то родное, то положительные чувства вытесняют негативные и это помогает собраться. Мне, по крайней мере. О! Вон, ближайшее растение напоминало нашу комнатную драцену, которую мама полгода назад отвезла на работу. Хм, даже горшочек похож.

Я спряталась за какой-то разлапистый куст в большой глиняной бадье. Здесь можно подождать, когда остальные члены команды доберутся до тронного зала, и на глаза магу не попасться. Гарпий удивленно затормозил рядом мной, растерянно моргая.

— Так-так-так! — внезапно раздалось за моей спиной. — Кого ты мне привел, Жмурик?

— Жмурик? — машинально переспросила я, не сразу сообразив, что этот деловой женский голос до боли знаком.

— Да, это его имя, — ответили мне, и тут до кого-то что-то, кажется, дошло!

— Доча? — ошарашено выдохнула собеседница. — Что ты здесь делаешь?

— Мам, это твой замок? — не менее удивленно отозвалась я и опешила.

Вот это да! Моя мама — КВИПРОКВО! Офигеть! Так вот от кого у меня такие способности! Бедный папа, два мага, специализирующихся на неприятностях, слишком много даже для такой большой и дружной семьи, как наша.

Мама с минуту напряженно смотрела на меня, а потом быстро залепетала:

— О том, как ты случайно нашла портал ко мне в замок, поговорим позже. А сейчас уходи отсюда немедленно. Жмурик проводит тебя обратно. Жмурик!

Гарпий услужливо рявкнул и шагнул вперед.

— Проводи мою дочь ко мне домой в мир Земли.

— Мама! Стой!

— Нет времени! — отрезала родительница и затараторила: — Сейчас сюда с минуты на минуту явится для битвы один из рода Драко. Эта поганая семейка — самые настоящие драконы! Крайне мерзкие и назойливые создания, должна сказать! Особенно этот их последний наследник, точнее наследница. Слухи все-таки подтвердились. Я сама ее не видела, но если все, что о ней говорят, правда, то она, то еще отродье! Вот ведь поганые гены! Наверное, ее мамаша та еще мегера!

«Ей виднее», — ехидно заметило левое полушарие.

Мама взглянула на часы и растерянно пробормотала:

— Не понимаю, почему Драко задерживается? Уж как эти драконы мне за последние пятнадцать дней надоели! Особенно их самый главный дракон. Так бы и задушила собственными руками! Это ж надо! Весь мир с ног на голову перевернули, паразиты чешуйчатые! Нас валерьянку пить заставили. Сколько крови попортили, сволочи! Ненавижу драконов!

— Что, совсем-совсем? — растерялась я. Надо прощупать почву.

— Совсем-совсем! — подтвердила мама. — Я их с детства ненавижу, просто на дух не переношу! Как подумаю о Драко, меня просто трясти начинает! Наглые, ехидные, любвеобильные, самовлюбленные твари! В какой мир ни пошли — всех баб перепортят! А сколько они нашему роду неприятностей доставили! Слава Эквилибриуму, я предыдущего главного дракона, этого Александра, никогда не встречала! Но он и издалека мне доставляет много хлопот. Хотя чего это я тебе жалуюсь? Ты же все равно не в курсе дел! Тебе, доченька, пора убираться с линии огня.

— Я не могу, мам.

— Это еще почему? — изумилась она.

Блин! Как же ей сказать? А, ладно! Была, не была!

— Потому, что дракон, которого ты ждешь, это я.

Мама икнула и посмотрела на меня внимательнее.

— И давно ты знакома с этим миром?

— Год, — призналась я.

— Только не говори, что вышла замуж за Драко и теперь, как член семейства, находишься здесь! — в ужасе прошептала мама.

— Нет, мам, — покачала головой я. Мама облегченно вздохнула. А напрасно, милая! — Я урожденная Драко. Причем правящая глава дома Драконов. Та самая наделавшая шума наследница.

Родительница побледнела, шумно втянула ноздрями воздух и расхохоталась.

— Хорошая шутка, зайчонок. Это ж надо иметь смелость выдать себя за дракона! Только больше так не шути. Драко юмора не понимают, еще заинтересуются тобой. А им на глаза лучше не попадаться!

— Мам, я серьезно!

— Дочь, — снисходительно улыбнулась мама, — тут ты заигралась. Ну, подумай, как у меня, не дракона, может быть дочь-дракон?

И тут до нее дошло, КАК такое возможно.

— Балаур! — взревела обманутая маман. — Только не говори, что мой дорогой любимый муж является чешуйчатым любвеобильным гадом!

— В таком случае молчу, мам.

— Ну, Александр Леонидович Балаур! Ну, погоди! Ты у меня еще попляшешь! — В глазах у мамы загорелись недобрые огоньки.

Упс! Кажется, у батюшки намечаются нехилые проблемы! Надо маму как-то отвлечь от него, пока не поздно. Все-таки родителей я предпочитаю иметь в полном комплекте и в добром здравии желательно.

— Мама, а на месте Хапуги тогда кто?

Заданный вопрос выбил госпожу Балаур из колеи праведного гнева. Она вздохнула и спокойно произнесла:

— Там правит твоя тетя Ира. А что такое?

— К ней Вик пошел.

— Ну, тогда за него можешь не волноваться, — растерянно отозвалась мама и снова закипела: — Нет! Ну, какие подлецы! Еще и Иркин хахаль дракон! А мы, дуры, радовались, что заарканили лучших друзей! Мы все это время спали с драконами и не знали! А они, наверное, долго смеялись, что так ловко облапошили двух могущественных дур! Но это им так легко с рук не сойдет.

«А вот теперь папины проблемы из нехилых стали огромными!» — резюмировало левое полушарие мозга.

— И хорошо, конечно, что Вику ничто не грозит. Но как там Норри? Интересно, если два Ведущих мага мира нам знакомы, то остальных мы тоже знаем? Или это просто случайность? Кто восседает на месте Тихони? Дядя Боря?

— Нет, — ответила мама. Видно, я размышляла вслух. — На месте Тихони — моя сестра. Твоя тетя Марина. Помнишь?

О да! Тетю Марину не забудешь! С виду тихая, спокойная, но в душе ураган. А с ее дочкой Владленой мы лучшие подруги. Сколько шалостей сделали! Эх, давно в Минске не была, надо будет навестить сестричку.

— Ой! — осенило меня. — Мама! Норри и тетя Марина незнакомы!

Ай-ай-ай! Что сейчас будет! Тетя Марина хоть и очень добрая, но строгая леди. Врагам она спуску не дает. Это я давно уже уяснила. А рука у нее тяжелая. Бедный, бедный Норри!

— А кто такой Норри? Племянник и наследник эльфийского правителя? Что тебя с ним связывает?

— Это Коленька, мам.

— Что?!

— Он мой сводный брат. Но ты только не злись! Лерри говорил, что это до свадьбы произошло. А временные потоки…

— Да знаю я про временные потоки! — перебила меня мама. — Почему он мне сразу все не сказал?!

— Мам! Там Норри один на один с тетей Мариной!

— Один момент, — успокаивающе подняла руку мама. — Сейчас разберемся. — Она извлекла из мантии сотовый телефон и быстро набрала номер. — Алло? Риш, привет, это я. Сейчас к тебе в тронный зал наведается такое ушастое, вечно голодное недоразумение. Да-да, большие голубые глаза, золотистые волосы, очаровательная мордашка и коварная улыбка. Так он уже у тебя? Что ты с ним делаешь? Связываешь? Ой! Не трогай ребенка, пожалуйста. Это, оказывается, мое чудо. Приемный сынок. Что, не брать такого лукавого юношу? Хлебну еще с ним? Ну, Риш, ты же знаешь, как я всю жизнь хотела мальчика. Да и Светке сводный брат нужен. Пожалей, а? Преемником твоим станет. Твоему тигру морду начистил? Хвост подпалил? Милая, ты меня извини, но твоему зверю давно пора показать, где раки зимуют. Эта твоя скотина вконец оборзела. Даже мне в тапочки нагадил. Хорошо, дай парню трубочку. Алло, Коленька? — вдруг нежно защебетала мама. — Коленька, сынок, извинись перед твоей тетей Мариной за то, что обидел ее котика, сделай все, что она скажет, и дуй домой. Я пирожки с вишней испеку. Да-да, про сало помню, пожарю. И картошечки отварю. Послушаешь меня? Вот чудесный мальчик! Целую! — Мама отключила трубку и обернулась ко мне с видом победительницы. — Ну вот и все!

— Нет, — испуганно помотала я головой. А как же там Морти? — А кто заседает вместо Задиры? Дядя Боря?

— Да не беспокойся ты за дядю Борю, — отмахнулась мама. — Задира на самом деле наш сосед снизу, милый тихий пьяница дядя Вася.

— Что? — опешила я.

Вот никогда бы не заподозрила, что тихий пьяница с нижнего этажа является Ведущим магом мира и, более того, специализируется на войне! Всю жизнь дядя Вася являлся примером скромного, кроткого мужчины, который тихонько пьет в уголке и там же отсыпается. Пару раз, конечно, он напивался до стадии боевой готовности и грозился прижучить весь этот мир. Но такие случаи скорее исключение, чем правило. Я представила великую встречу Мортифора и дяди Васи, и мне немного стало не по себе. Это кто ж кого ровным слоем раскатает? С одной стороны, я болела за оборотня, с другой — мне почему-то было очень жаль дядю Васю.

— Не боись, — словно прочитала мои мысли мама. — Дядя Вася — мужик умный. На рожон никогда не полезет. Скорее всего, они сейчас тихо-спокойно обо всем договорятся, и сосед наш останется жив. Кстати, а кто к нему пошел?

— Мортифор Лупус Карнификус.

— ЧТО?! — взревела мамаша. — Какое отношение имеет к тебе эта лохматая скотина, второй после Драко в рейтинге моих врагов? Только не говори, что это еще один твой брат!

— Нет, мам.

— Слава Эквилибриуму! Раз Драко нынче для меня неприкосновенны, война с Мортифором Лупусом Карнификусом — единственное, что осталось.

— Мам, он мой муж.

— ЧЕГО?! Этот несносный оборотень покусился на мою дочурку?!

«Так, а теперь и у Мортифора назрели крупные проблемы», — философски заметило левое полушарие.

Мама тем временем окончательно «села на коня». Предыдущие новости вкупе с нынешними сработали не хуже детонатора для бомбы. Бедный Мортифор! Теперь драка с Айрессеном Задиром покажется ему детским лепетом по сравнению со встречей с моими родителями. Это ж надо! Тесть — дракон, а теща — Квипрокво. Вляпался конкретно лохматый.

— Мам, ты его только не трогай!

— Это еще почему?!

— Он мне живым нужен!

— Зачем?

— Потом объясню! — Я не придумала ничего лучше, как тупо отсрочить разбирательство. — Скажи лучше, как ситуацию разрешать будем.

— Это как раз таки легко, — раздраженно отмахнулась мама. — Мы же здесь все свои. Зачем нам вас убивать? Назначим наследниками и отпустим по домам. Не возражаешь?

— Нет, конечно! А можно?

— Конечно! Мы же свои люди — сочтемся.

Как прекрасно, когда везде свои! Стоп! А если все свои, то к кому мы отправили Ладушку, нашу бомбу с часовым механизмом?! К дяде Боре?!

— Да нет же! — фыркнула родительница, видя мой искренний испуг. — Дядя Боря наш любимый друг семьи. А Либ-им-и-до крайне мрачный и несговорчивый тип. Столько крови выпивает в процессе общения. И истерики его вечные, придирки. Совсем невозможно вести с ним дела. Вот бы прибил его кто. Слушай, а кого вы к нему послали?

— Ладиину.

— Ее не знаю, — озадаченно пробормотала мама. — Это твоя или Витькина сестра?

— Нет. Это моя супруга.

— ЧТО?!

— Мам, ну ты же помнишь тот скандал про мой пол? Так вот, я до сих пор с ней раскрутиться не могу. Отсылаю ее, а она все равно возвращается как бумеранг.

— Теперь понятно, почему ее имя кажется подозрительно знакомым. Стоп! Слушай, а не его ли повторяет Коленька, когда ему жуткие кошмары снятся?

— Его, — подтвердила я.

— О! — радостно потерла руки мамаша. — Значит, магу не повезет?

— Ну, если он могущественный маг…

— Да какое! — фыркнула мама. — Тщедушное тельце, трусоват, и скудные магические способности. Только и может, что строчить привороты да строить гадости.

— Боюсь, Ладиина все равно ему не конкурент! — встревожилась я.

— Что? — фыркнула мама. — Сейчас исправим. Жмурик, лети к замку Либ-им-и-до и свяжи Ведущего мага мира. Что-нибудь добавишь?

— Одну минуту.

Прежде чем командовать, надо переговорить с Ладииной.

«Лада, как там у тебя дела?»

«Нет тут никого!»

«А тронный зал нашла?»

«Да, пустое кресло и никого».

Я сообщила это маме.

— Все ясно, — поморщилась та. — Этот лох прячется где-нибудь в уголке, надеясь, что мы убьем одного из вас. Пусть идет к трону. Я все равно подстрахую ее гарпией.

«Лада, сейчас к тебе прилетит гарпия по имени Жмурик. Ты ее не бойся. Она поможет тебе сражаться с Либ-им-и-до, если что. Когда гарпия прилетит, вели ей сесть на трон — вдруг маг устроил с ним какую-нибудь ловушку. Если все будет хорошо, иди к трону и жди нашего сигнала. По счету „три“ мы все одновременно сядем на престол. Хорошо?»

«Присылай давай», — буркнула госпожа Каракурт.

Мы передали Жмурику инструкции, и мама открыла для него портал прямо в тронный зал. Надеюсь, у Ладиины все будет хорошо. Теперь нам надо всем одновременно сесть на трон. М-да, задача!

— Мам, а синхронность обязательна?

— Плюс-минус пять минут, — отозвалась она. — Мы подправляли все вместе и исправлять должны так же. А Либ-им-и-до я не хочу ввязывать. Пусть лишится своего места.

— Ты не знаешь, о чем говоришь! Ладиина в роли Ведущего мага мира — настоящая катастрофа! А если не она, то кто будет править?

— М-да, это серьезный вопрос, — озадачилась мама. — С другой стороны, пусть она сначала на трон сядет, а уж потом мы все решим. Дело в том, что если мы все признаем вас своими преемниками, то Либ-им-и-до тоже придется признать Ладу преемницей или жениться на ней.

— Это еще почему?

— Не задавай пока левых вопросов, — перебила меня мама. — Мне сейчас с остальными переговорить надо.

И мама ушла в астрал. Я взглянула на ее сосредоточенное лицо, по которому пробегали эмоции. Видно, она мысленно общается с остальными магами так же, как мы с помощью кулонов общаемся друг с другом. Не понимаю только, почему тете Марине мама звонила, а не связалась мысленно. Вот уж воистину, женская душа — загадка!

Наконец мама открыла глаза и облегченно улыбнулась.

— Все хорошо! Я договорилась с остальными магами мира, и мы решили сделать вас своими преемниками. Иди к трону. По счету «три» сядешь на него.

— А Ладиина?

— Либ-им-и-до так хочет жить, что согласен на ней жениться. Контракт они с Нох-рам-Лукушем обсудят позже.

— А мы не сделаем этот мир хуже? — испугалась я. — Ведь ты говоришь, характер у этого мага отвратительный, где гарантия, что после женитьбы на Ладушке его нрав окончательно не испортится?

— Посмотрим, — философски пожала плечами мама. — Будет хуже, мы что-нибудь придумаем. А теперь иди к трону.

Я послушно пошла в сторону красного кресла и поднялась по мраморным ступенькам. Вот и сбылась моя мечта. Я в этом замке не враг, а желанная гостья. Буду еще сидеть у фонтана и разговаривать с мамой. А может, золотых рыбок еще разведу.

— Готова? — спросила мама. Я кивнула. — Раз, два, три!

И вот эпохальный момент настал. Я села на трон, и ничего не произошло. Ни гром не грянул, ни молния не блеснула. Ничего.

— Все? — настороженно спросила я маму.

— А что ты хотела? — насмешливо уточнила она. — Отныне вы наши преемники. А теперь дуй домой, поспи, отдохни от пережитого. С твоим оборотнем я позже разберусь. Сначала твоему папаше голову откручу!

— Но, мама!

— Все, Свет, спать! — отрезала родительница. — Я не позволю тебе помешать нашей с твоим отцом разборке!

И она подула мне в лицо какой-то пыльцой…

9

Нет в жизни звука более захватывающего, чем стук в дверь.

Чарлз Лэм

В темном зале опять собрались почти все достойные представители великой расы эргов. С такими темпами я скоро их всех в лицо, точнее в капюшон, знать буду!

— Я слушаю, — произнес старший из них.

— Великий магистр… — испуганно пролепетал уже другой нижайший слуга.

Несчастный очень переживал. Успели казнить уже троих его предшественников, умудрившихся опозориться и испортить проект завоевания Геи. Приносить дурные вести ему не хотелось, ибо чуяло нутро, что добром сие не кончится. Шея уже начинала ныть.

— Итак, чего ты молчишь?

— Мой господин, — дрожащим голосом пролепетал никчемнейший из никчемных, опасаясь разогнуть спину: — Мне велели передать, что два самых могущественных рода Геи объединились.

— ЧТО?! — взревел правитель эргов.

— Оборотни и Драконы объединились, — пролепетал гонец.

— Как?! Их вражда длится сотни веков, и их неприязнь заложена в самом подсознании!

— Вам виднее, господин, но они все равно вместе. И стадия взросления маленького дракона завершилась. Теперь она взрослая боеспособная особь.

— Р-р-р!

— И это еще не все! Драко оказались в родстве с Ведущими магами мира.

— Да что они там все, охренели?! — взревел правитель.

— Не знаю, мой господин, — пролепетал слуга. — Но наша задача всерьез осложняется.

— А перстень-артефакт?

— Все еще у нее. — Слуга вжал голову в плечи. — И мы никак не можем на нее воздействовать. По крайней мере, пока она на Гее.

— Ну, все! — рыкнул правитель эргов. — Меня эта маленькая дрянь достала! Позвать ко мне лучшего охотника на драконов!

— Но у вас нет лицензии на убийство драконов! — выступил вперед Орту.

— А где она?

— Все еще на подписи в небесной канцелярии.

— Все равно! Позовите лучшего охотника на драконов!

— Лучший не возьмется за это дело, мой лорд, — тихо заметил Орту. — У них общий прадедушка, а охотники чтят и более дальние узы и не будут убивать свою родственницу.

— И ЗДЕСЬ ДРАКОНЫ ОТМЕТИЛИСЬ?!

— Увы, мой господин. Вот такие они пробивные. У них везде свои.

— Тогда привлеките второго в списке!

— Будет сделано, мой господин!

Очнулась я в просторной светлой комнате. Первое, что попалось на глаза, — бордовый бархатный балдахин собственной кровати. Все-таки я в замке Драко. Чудесно.

На тумбочке слева стояла большая кружка молока и маленькая записка.

«Здравствуй, дочь, — гласила она, — сегодня ты умудрилась нечаянно подложить мне самую большую в мире свинью, поэтому сие послание я пишу в огромной спешке. Надеюсь, успею вовремя скрыться от твоей мамы. В следующий раз, когда замыслишь пакость, помни: твоему отцу уже не двадцать. Пожалей бедного родителя.

P.S. Надеюсь, мои внуки отомстят за меня.

P.P.S. Прав был Питер Устинов, когда говорил, что родители — это кость, на которой дети точат свои зубы».

Да, допрыгались предки! Вот что случается, когда каждый старается вести двойную жизнь втайне от половинки. Блин! Да как это у них получилось?! Папа все эти годы успешно скрывал от мамы, что дракон, а та не упомянула, что Ведущий маг мира на Гее. Обалдеть! Либо любовь слепа, либо мне пора к ним на мастер-класс по запудриванию мозгов.

В дверь постучали. Я рефлекторно заглянула под одеяло. Вместо любимой спортивной майки размера XXXL на мне была надета какая-то сорочка чуть ли не викторианского стиля. Значит, меня укладывала спать мама. Все пытается навязать мне свои вкусы, наивная!

Дверь приоткрылась, и Мортифор тихо уточнил:

— Можно войти?

— Заходи, — пригласила я и, подтянувшись выше, оперлась на подушки.

— Я пришел с тобой поговорить, — тихо начал он, присаживаясь на краешек постели. — С проклятием мы уже разделались, поэтому, полагаю, нужно разобраться со всем остальным. Я знаю твое самое заветное желание: обрести свободу. Я отпущу тебя.

При этих словах внутри что-то оборвалось. Да, я терпеть не могу, когда мне что-нибудь навязывают, но при мысли, что наша с Мортифором связь разорвется, на душе стало пусто и неуютно. Наверное, он будет рад от меня избавиться.

— Я отпущу тебя, — продолжал тем временем удивительно серьезный Мортифор, — но не потому, что хочу этого. Нет. Просто я знаю, что силой и принуждением от Дракона ничего не добьешься. Вы не терпите диктата и подчинения. Я отпущу тебя, но не сейчас. Видишь ли, моя политическая ситуация все еще не стабилизировалась, а союз с Драко здорово укрепляет политические позиции. А впрочем, я ведь не это хочу тебе сказать, — Мортифор запнулся, словно нервничал. Он волнуется? Неужели? Мужчина сделал небольшой вдох и, глядя мне в глаза, произнес: — Я бы хотел… Я прошу тебя остаться, потому что люблю. Понимаю, звучит неожиданно и дико. И вроде совсем необоснованно. Но я влюбился в тебя. Не сразу, нет. Путешествуя под личиной Кейси, я узнавал вас больше и постепенно подпадал под твое обаяние, пока в какой-то момент не осознал, что влип. Ты проникла в мое сердце тихо, незаметно, ненавязчиво. Я даже не понял сначала, что со мной происходит. Почему мне хотелось доверять тебе, помогать тебе…

А я слушала его и не понимала, почему же так сильно колотится сердце, а в душе, словно солнце выглянуло из-за облаков. Почему я уже с минуту боюсь дышать, опасаясь прервать его? Почему хочется засмеяться от радости и расцеловать целый мир? Почему внутри так легко, что кажется, взлетишь? И почему никогда раньше, когда слушала признания в любви, мне не было так хорошо? А Мортифор взял мою ладонь в свою и продолжил:

— Свет, я прошу тебя дать мне шанс. Я не буду ничего требовать и ни на чем настаивать, просто будь рядом. Я много раз повторял и еще повторю: отнесись к нашему браку как к военному союзу, получая от него все выгоды. Мой род второй после твоего по могуществу. Вместе мы сила, с которой не всякий решит связываться. И, может быть, когда-нибудь ты меня полюбишь. Но если твое сердце завоюет кто-нибудь другой, я тебя отпущу, даю слово. Ты подумаешь?

Сначала мне хотелось сразу ответить. Но нет. Не быть мне драконом, если я вот так, с налету признаюсь в ответной симпатии. Но и ответить нужно грамотно, тактично. Чтобы он сам до всего дошел. Да и пусть поухаживает, помучается. Чем сложнее нам что-то достается, тем сильнее мы это ценим. Но что же сейчас сказать? Тут некстати вспомнился ошейник от блох, который мне с таким энтузиазмом демонстрировал Кейси, а точнее, Мортифор в его личине.

«Интересно, а у оборотней есть блохи?»

«Вот умеешь же ты испоганить романтику!» — прошипело правое полушарие.

«Ну, мне же интересно!» — капризно захныкало левое.

— Свет? — настороженно окликнул меня Мортифор. — О чем задумалась?

Я взглянула на стремительно мрачнеющего оборотня и мотнула головой:

— Не обращай внимания. Так, о мелочи.

Действительно мелочь! Подумаешь, блохи! Если они и есть — шампунь куплю. Должны же быть у милого хоть какие-то недостатки. Я дотронулась до его плеча.

— А насчет шанса помни: все в твоих руках. — Сорвавшиеся с губ слова получились какими-то тихими и интимными.

Мортифор внимательно взглянул мне в глаза и просветлел.

— Вот как? — хитро улыбнулся он. — И насколько же все в моих руках?

— Не знаю, — прошептала я.

— Так, может, проверим? — предположил он и осторожно прикоснулся к моим губам.

Я не отстранилась, наоборот, встала на колени и обвила руками его шею. Мортифор замер, словно не веря в происходящее, а потом нежно и в то же время по-хозяйски привлек меня к себе. В какой-то момент все окружающее пространство словно перестало существовать, а мир съежился до одного-единственного существа и элементарных, примитивных вещей…

Вдруг дверь резко распахнулась, и на пороге появился Вик.

— Собирайтесь! — резко произнес он. — На северо-востоке Артур зафиксировал всплеск чужеродной магической энергии. К нам вторглись враждебные гости.

— Ёптр турен имбарр! — тихо прошипел Мортифор, уткнувшись носом в мою ключицу. — Ну чего им стоило подождать пару часов?!

Полностью солидарна. Я с тоской посмотрела на непонятно как оказавшуюся на полу сорочку. (Есть у неглиже такое противное свойство не очутиться на теле хозяйки в самый неподходящий момент.) Оборотень проследил мой взгляд, тонко улыбнулся и закутал меня в простыню. Витька тоже со знанием дела оценил сложившуюся ситуацию и гневно прищурился.

— А ты выметайся отсюда, и в темпе вальса! — рыкнул он на Мортифора. Терпеть не могу его игры в строгого папашу! — С тобой срочно хочет увидеться Светин отец. И между нами, мальчиками, он заряжает охотничье ружье! Так что скажи мне спасибо, что я помешал тебе усугубить свою вину!

— Поверь мне, шурин, я отплачу тебе такой же услугой! — сверкнул глазами Мортифор, поправил одежду и, поцеловав меня в лоб, вышел из комнаты.

Вик вздохнул, поднял с пола сорочку и аккуратно повесил на стул. Затем достал из шкафа мою походную одежду и положил на постель.

— Не переживай, Свет, — успокаивающим тоном произнес он, гладя меня по голове. — Хоть твой отец и меткий стрелок, но этот кобель очень верткая да шустрая зараза. Переживет, А вот тебе срочно надо быть совсем в другом месте.

Я встала с кровати и поспешно оделась.

Ну, все, дорогие мои враги, я зла! Кто бы вы ни были, сегодня вам очень не повезло! Вы у меня узнаете, как нападать на маленький, беззащитный мирок и отвлекать тем самым больших зубастых драконов от важных дел! Я вам покажу кузькину мать! Я Квипрокво, и я женского пола, а потому вам еще больше не повезло!

КНИГА 3. ПОЛТОРА ВОИНСТВЕННЫХ МЕТРА, ИЛИ БЕРЕГИТЕСЬ ЗЛОБНОГО ДРАКОНА!