Так, дожила подруга – напиваюсь одна посреди кучи врагов, да еще и без закуски! Видела бы сейчас меня моя мама…
— А мне хоть капельку оставила? – Тим по своему обыкновению подкрался незаметно, со спины. Обнял меня и потерся щекой о мою щеку… И где лазил, пока я тут скучала?
Повинуясь моему мысленному приказу, недопитое вино из бокала собралось в один компактный шарик, поднялось.… И с нарастающей скоростью устремилось в лицо этого пройдохи!
— Лови свою каплю!
Тим ловко поймал ее ртом.
— Спасибо! Неожиданно и весьма недурно! У тебя все-таки хорошие магические способности!
Ну вот! А я-то в глаз целилась! Но похвала меня приятно согрела, и злость отступила. К тому же обнимать меня Тим не перестал… Приятно-то как… Нет, не расслабляться, не расслабляться, а то я за себя не отвечаю!
К счастью, Варун застонал и заворочался. Инспектор с явной неохотой оторвался от горячей меня и склонился к магу.
— Оксан, ты не могла бы что-нибудь тонизирующее ему намагичить? А то времени тушканчик наплакал, а он все не просыпается.
Я сосредоточилась. Сила заструилась по моим рукам, и я положила слегка светящиеся ладони на виски мага.
— Варун, просыпайтесь! Вы нам очень нужны!
Маг со стоном открыл глаза.
— Вы еще здесь?! И почему я еще жив?
— За что вас убивать… Только за то, что вы потеряли себя из-за любви? Разве можно убивать человека за то, что он любил?— искренне не понимая спросила я.
Глаза мага встретились с моими, и, казалось, заглянули в самую душу.
— Ты поняла… Странно, женщина, а смогла понять… Вот уж не думал, что такие остались на свете.
— Остались! – горячо заверила я, – только недавно мы встретили девушку, которая любит вас больше жизни! Она продолжала вас любить даже таким, каким вы были – злым, коварным, одержимым идеей убить бога…
— Ты издеваешься надо мной? – наконец-то заклятие подействовало полностью, и маг вскочил на ноги.
— И не думала! Ее зовут…
— Вот что, голубки! – вмешался Тим, – любовь, конечно, дело очень важное. Но если мы сейчас не придумаем, как остановить нашествие Ордена, то скоро тут будет некому любить. И некого.
Варун было дернулся, но тут же успокоился, поняв правоту инспектора.
— Что с войском? С настоящим, людским? – спросил он, – уже все разбежались?
— Нет, люди все на месте и готовы сражаться не щадя своей жизни.
Маг удивленно поднял брови.
— Почему? С них же снят ментальный поводок? Почему они готовы умирать за меня?
— Не за тебя – за своих жен, детей, стариков. Ратники очень удачно изловили младшего послушника Ордена святого Мики, и сами услышали, что их ждет под властью святош.
— Войско – это хорошо, но не достаточно, — маг что-то лихорадочно прикидывал в уме, – моей силы в лучшем случае хватит нейтрализовать заклятья орденских колдунов, но обеспечить своим людям магическую поддержку я уже не смогу. А без нее они обречены, не выстоят против опытных наемников.
— Есть еще суккубы, — влезла я. Судя по взглядам Варуна и Тима, не очень вовремя влезла.
— Магия суккубов, конечно, сильна. Но стоит орденцам понять кто перед ними, от хаоситок только пыль с перьями полетит, заклинаний на такой случай достаточно, — пояснил маг.
А теперь задумался Инспектор.
— А если повысить твою силу?
Варун покачал головой.
— Не реально – новых адептов я просто не успею создать. Да и не хочу больше – мне и раньше это было противно делать, а уж теперь…
Он обреченно махнул рукой.
— Есть еще способ! — Тим продолжал внимательно смотреть на мага. По лицу Варуна пробежала судорога.
— Ты с ума сошел, Инспектор?
— Это единственный выход, Варун! Пора тебе разобраться с Морганом и со своими сердечными делами. Без поддержки бога смерти мы не выстоим.
— Хорошо, — помолчав, ответил маг. Он опустил голову, но я успела заметить, как сверкнули его глаза.
Похоже, я что-то не понимаю.
— Тим, что мы должны сделать?.. – жалобно спросила я.
— Всего лишь отправиться на свидание с богом смерти этого мира Морганом и договориться с ним о сотрудничестве. Хорошо, что я заранее озаботился тем, что взял точки привязки телепорта к входу в здешнюю преисподнюю. Ну что, ты с нами? Или с суккубами останешься?
Ишь, размечтался!
— Конечно же, я с вами!
Мы подошли к большому дому на берегу моря. Часть его была снаружи, а вторая уходила глубоко под скалу.
— Сволочь! Опять своих дружков-козлов понаприводил! А прибирать после вашей пьянки кто будет, скажи мне?! — донесся женский голос вместе с грохотом посуды.
— Дорогая, не ругайся, пожалуйста! Это не козлы, а мои сотрудники! — а это оправдывающийся мужской, — я сейчас сам все приберу — молящим голосом извинялся он.
— Негодяй! Выгнать тебе их жалко? А меня тебе не жалко? Нервы мои кто побережет?! Я трачу на тебя лучшие годы своей жизни, а ты неблагодарный! Как тебе не стыдно?
— Милая, ну я же дал тебе бессмертие, чего же ты еще от меня хочешь?
Мы удивленно переглянулись. А Варун даже задрожал – похоже, женский голос был ему знаком.
— Не знаю, кто это, но мужика надо спасать,— словно прочел мои мысли Тим.
— Это точно... — ответила я и постучала. Дверь открыл элегантно одетый мужчина весь в черном и с волосами цвета беззвездной ночи.
— Кто там еще приперся? — донеслось из комнаты.
— Дорогая, так нехорошо, ну мало ли кто пришел...
— Добрый день. Чем могу помочь? — спокойно спросил мужчина.
— Здравствуйте, — я улыбнулась настолько мило, насколько только могла, — вы Морган?
Незнакомец чопорно поклонился.
— Я имею честь быть его дворецким.
— Нам бы с многоуважаемым Богом смерти побеседовать.
— Погибших с того света не возвращаем, так что ступайте себе с миром, — произнес он заученный, стандартный ответ.
— Мы хотим поговорить о живущих на этом свете,— сказал Тим.
— А что о них говорить? Пусть живут себе...
— Доложите о нас, пожалуйста, вот увидите, он захочет нас принять,— сказала я, сделав щенячьи глазки.
— Скажите что прибыли двое Генеральных Инспекторов реальности с сопровождающим лицом. И жаждут разговора с ним, — не выдержал Тим.
— Одну минуточку, сейчас доложу, — и он скрылся за дверью…
Звук шагов, а потом грохот и снова крики:
— Пошел вон! Не видишь, мы заняты! – все та же мадама.
— Отвали, женщина, — все тем же спокойным голосом сказал дворецкий, — я тут пока зам, а не ты. Я помню тебя замарашкой, девочкой из детдома, просящей милостыню на городской площади. Думаешь, если залезла в постель к богу, стала равной ему? – я краем уха услышала презрительный «фырк» от нее,— Ваше сиятельство, прибыли инспектора реальности, и они желают с вами говорить.
Явно он о нас слышал…
— Дорогая, оставь нас, пожалуйста, — с мольбой в голосе попросил он.
— Нет, я буду тут, ну, так уж и быть, помолчу…
— Тогда сделай для гостей чаю, — с нажимом, но все же попросил он. И в ответ получил очередной фырк.
— Вы можете войти,— сказал вернувшиеся зам.
Все это время мирно стоявший за нами Варун, едва не сбив меня с ног, помчался вперед:
— Где ты сволочь? Я убью тебя! Убью голыми руками... — на грани истерики закричал он.
— Стой!— выкрикнула я. Но не тут-то было. Безумный маг мчался вперед. Влетев в комнату, он остановился. Мы вбежали следом за ним, на всякий случай Тим положил руку ему на плечо.
— Где ты, Морган? Пришел твой последний час!
— Я Морган, — спокойно ответил сидящий за обычным столом мужчина. Лет так за сорок, слегка сутул, в обычном костюме, с абсолютно уставшим лицом. На кого, на кого, а на Бога он походил меньше всего…
— Ты? Это ты и есть Бог смерти?
Мужчина кивнул.
Глаза мага расширились, и в них читалось разочарование. Он как-то враз сдулся.
— Я полжизни гонялся за тобой, мечтал убить! А ты такой?.. Такой жалкий?— Варун опять затрясся, его разбирал смех. Он увидел того, кого истово, до умопомрачения считал своим врагом.
— Здравствуйте,— сказала я.
— Добрый день, прошу, присаживайтесь, — вежливо предложил бог.
Варун фыркнул. Морган посмотрел на него все тем же усталым взглядом и сказал.
— Я знаю, что ты обижаешься на меня и считаешь меня виновным во всех своих бедах. Но пойми наконец-то, боги не вмешиваются в дела людей. А моя задача всего лишь провожать их в посмертный мир. Так что оставь свои обиды при себе, и продолжи наконец-то жить!
Некромант засопел, но отвечать не стал.
В комнату с гордо поднятой головой, всем своим видом демонстрируя, кто здесь хозяйка, вошла роскошная женщина. В руках ее был поднос, на котором расставлен изящный сервиз. Она мило улыбнулась, и поставила принесенное на стол, начала накрывать.
Когда чашка, предназначенная Тиму, коснулась столешницы, в него уперлась мягкая грудь. Он, как бы невзначай, отстранился. Извини, красотка, сердце занято. Мной. Инспектор как бы невзначай глянул на меня, я сделала вид, что не заметила посягательств на моё добро.
Расставив все для чаепития, мадама уселась напротив инспектора.
— Угощайтесь, — сладко зажурчал ее голос.
— Чем обязан визиту таких гостей? – решил перейти к делу Морган.
Лилит, как бы случайно, и так и этак она упорно пыталась привлечь внимание Тима. Мне все больше хотелось ее придушить. Бог, явно не дурак, обратил внимание на происходящее, на наши нахмуренные физиономии.
— Дорогая, у нас важный разговор, не могла бы ты...— он запнулся, явно эти слова он говорил нечасто, и давались они ему с трудом,— покинуть нас ненадолго?
— Почему? – невинно захлопала она на него ресницами.
— Потому что Господа представляют очень важную контору и деловые разговоры и предпочитают вести без посторонних лиц…
— Это я-то постороннее? – взбеленилась магичка, — тогда пусть и она уходит! — кивнула она на меня. Я даже челюсть не удержала. И хорошо, а то, как ответила бы! Но, разговор был действительно нужен и во имя общего дели, на фоне таких истерик я решила уступить.