Интересно, что бы подумал Максимилиан, увидев меня такой? Серьезной и даже немного роковой.
Вздохнув, я направилась на выход. За мной зашел его светлость Фамир Церг, чтобы сопроводить на первое знакомство с семьей Элая. Видят всевышние, я бы с большим удовольствием провела время в библиотеке!
– Не забывайте добавлять «светлое» в ваши обращения к королевским особам, моя принцесса, – наставлял Фамир Церг. – Местная знать весьма щепетильна в этом вопросе, что мне совершенно не нравится, но таковы правила игры.
– Я изучила особенности аверосского этикета перед поездкой, ваша светлость, но благодарю за напоминание. Рассчитываю и впредь на вашу полную и безоговорочную поддержку.
– Разумеется, ваше светлое высочество.
Малика ждала нас в антикамере, откуда и начинаются оглашения высокородных господ. Девушка низко склонилась передо мной и не смела поднимать взгляда – её нарочитая послушность настораживала, и я и не думала сближаться с дочерью посла. Да и к самому послу относилась настороженно. Я не понимала, почему отец ему так доверял. Хотя, возможно, он был отчасти заложником ситуации: будучи герцогом, Церг владел обширными землями в Бриоле и весьма значительными богатствами. Политика во всей её красе.
– Её светлое высочество принцесса Бриоля Купава Даорг! – известил церемониймейстер и трижды стукнул посохом по полу.
На третий раз шторы передо мной распахнулись, и я величественно выплыла на яркий свет. Тронный зал был под стать всему интерьеру дворца: такой же вычурный, в позолоте и с невероятно блестящими люстрами под потолком, блики от которых падали на всех гостей. Должно быть, именно для этого им нужны были эти странные веера из цветного стекла, через которые они так любили смотреть, кокетливо приподнимая их к лицу.
– Нужно будет выйти в город и прикупить такие же, – шепотом сказала я Малике, и девушка, будучи все-таки не совсем пустоголовой, серьезно кивнула.
Я медленно прошествовала по красной дорожке к тронному возвышению, на котором было пять кресел: одно самое массивное, что занимал почти старец. Его голову с седыми волосами плотно обхватывал золотой венец, инкрустированный бриллиантами, а блеклые глаза смотрели цепко и немного зло, будто он везде видел врагов и источаемую ими опасность. Его жена, насколько я помнила, давно ушла в мир иной – несчастный случай на охоте. Бедняжка упала с обрыва и, будучи слабой магиней, не смогла ни за что ухватиться или правильно слевитировать уже в полете. Телохранители из-за плохого угла обзора тоже оказались бесполезными.
По правую руку от короля восседал молодой мужчина – Ярат, старший брат Элая. Он был очень похож на него, но с более хищными чертами лица и лукавым взглядом, которым он пощерёдно одаривал всех присутствующих девушек, оставляя без внимания разве что свою жену – она занимала крайний трон и имела при этом скучающий и даже несчастный вид.
Элай и Элика, восседающие по левую руку своего отца, были единственными, кто мне улыбался. Элика миловидная златокудрая девушка на полтора года младше меня – полная противоположность своим братьям, видимо, походила на мать. Её голубые глаза лучились радушием и даже весельем.
Моё шествие завершилось и я присела в глубоком реверансе перед монархом и его семьей.
– Рад приветствовать ваше светлое высочество в своей скромной резиденции, – проскрипел Фауджи.
Эту резиденцию можно назвать какой угодно, но только не скромной…
– Я была счастлива принять приглашение его высочества Элая, с которым мы вместе проходим обучение в Раманской академии магии, – тут же не приминула обозначить наши с Элаем отношения. – Благодарю за теплый прием, ваше светлое величество. Дворец великолепен, как и пейзажи Авероса. Пока шла сюда, я любовалась восхитительными гобеленами, рисунком мрамора на лестнице и, разумеется, поразилась изяществу люстр.
Элай смотрел с одобрением, в то время как на лице Фауджи мелькнула тень улыбки. Принцессы оставались приветливыми, разве что Шиина выглядела немного отстраненной. А вот его высочесто Ярат даже подался вперед, склонив голову набок, слишком пристально меня изучая, будто я племенная кобыла. Даже если кто и имел бы право на это изучение, то лишь Элай, невестой которому я могу приходиться.
Могу, но не желаю.
– Как погода в Бриоле? – спросил Фауджи, прекрасно зная, что я прибыла из Рамании.
Потому что он спрашивал вовсе не о погоде, а о политической ситуации в моем родном королевстве. Элай напрягся, внимательно глядя на меня и словно умоляя не отвечать. Но я лишь улыбнулась.
– Папенька писал, что зима теплая, – прикинулась я дурочкой. – В этом сезоне женщины используют меньше мехов, а в моду вошли более легкие платья. Я часто спрашиваю его величество о проведенных балах и приемах, чтобы быть в курсе всех бриольских событий. Мне так жаль, что я не имею возможности бывать на многих мероприятиях, проводимых на родине.
Элай спрятал улыбку на ладонью. Будь у него сейчас в руках тот стеклянный веер, он бы воспользовался им, а так приходилось прибегать к дедовским методам. Впрочем, учитывая искаженность этого цветного стекла, возможно, оно бы лишь увеличило улыбку принца, позволив окружающим неоднозначно интерпретировать его реакцию.
Ярат откинулсся обратно на трон, словно потеряв ко мне интерес, и я смогла облегченно выдохнуть, ненадолго опустив глаза к полу.
– Это чудесные новости, – бесцветно откликнулся Фауджи, бросив взгляд на Фамира Церга, и поднялся. – Прошу разделить с нами трапезу, ваше светлое высочество. Ваши спутники также приглашены.
Король направился на выход. Процессия двинулась за ним, и здесь мы вновь смогли встать плечом к плечу с Элаем. По другую сторону от меня возникла Элика, и вот девушка мне улыбнулась.
– О да, эти знаменитые увлечения принцесс исключительно балами, – подмигнула она мне.
– К слову, бал будет и совсем скоро, – добавил Элай. – Уже через пять дней празднование Нового года, праздник обещает быть грандиозным. Ожидаются даже венценосные особы из других королевств. В этом году отец не поскупился на бюджет празднества.
– Я принимала участие в организации, помогая Шиине, – похвасталась Элика. – Так что за грандиозность ручаюсь.
Столы ломились от угощения. Меня посадили недалеко от Фауджи, и вновь между Элаем и Эликой, и судя по довольному лицу последней – именно она занималась рассадкой гостей, за что я ей была особенно благодарна. Леди сидели за столом с веерами, за которыми прятали время от времени свои лица, когда сплетничали с соседом или соседкой по застолью.
– Мне срочно нужны такие веера, – пробормотала я.
– Гласвиры, – проследив за моим взглядом, прокомментировала Элика. – Можем завтра выбраться в город. Ах нет… завтра у нас с Шииной репетиция Новогодней ночи. Может, послезавтра?
– Думаю, не будет ничего страшного, если мы с Маликой, – я бросила взгляд на герцогскую дочку, что сидела напротив вместе с отцом, – прогуляемся по городу.
– Я обязательно обеспечу вам сопровождение, – добавил её отец, и я благодарно кивнула.
Фауджи распорядился о подаче блюд. Во время трапезы он задавал мне множество вопросов, чаще всего касательно политики, но я все переводила в разговоры о бальных платьях и красивых экипажах, вскоре его величество потерял ко мне всякий интерес, но напоследок все же провокационно сказал:
– Мы все были крайне удивлены ваши отказом его светлому высочеству Элаю. И теперь мне вдвойне отраден ваш визит.
Я еле удержала маску беспечности на лице, настолько мне стало противно от того, что мой отказ пришелся настолько публичным для Элая. Официальной делегации не было, лишь официальное письмо от его отца моему. Я думала, это останется в кругу семьи. Свои мысли я не сдержала:
– Как и мне отрадно, что вы столько беспокоитесь о его светлом высочестве, лучшем студенте Раманской академии магии – лучшей во всем мире, где у него есть даже свой фанклуб. Благодарю, что не придали мой отказ огласке, столь неудобный для нас обоих.
Я упрямо посмотрела на Фауджи, запоздало поняв, что зря не промолчала. Но не заступиться за друга просто не могла. Фауджи прищурился, словно мысленно начал перебирать все мои предыдущие ответы, выискивая в них иронию, которой было с лихвой, а вот его высочество Ярат подался вперед и окинул меня куда более заинтересованным взглядом.
– Зря, – шепнул Элай.
– Его светлое величество умеет быть заботливым, – кивнула Элика, словно перетягивая на себя гнев отца.
Я была одновременно и благодарна ей, и огорчена, ведь не боялась гнева её отца, а вот ей явно влетит за лишнюю иронию. И прежде чем Фауджи взорвался, в разговор вступил старший принц, до этого хранивший молчание:
– Ваше светлое высочество, я даже жалею, что наша с вами разница составляет целых восемь лет, иначе я бы с удовольствием… обучался с вами вместе.
Мои щеки вспыхнули. Его фраза достаточно двусмысленная, особенно в присутствии его жены. Но Шиина словно даже не заметила этого, продолжая вкушать салат.
Выпад его высочества требовал ответа. Но я совершенно растеряла своё красноречие, наспуганная откровенностью старшего принца, именно поэтому меня спас Элай, почувствовав мою неуверенность:
– Это единственный в истории Авероса случай, когда младший брат действительно рад, что он младший.
Его шутка произвела хороший эффект. Все за столом рассмеялись, обстановка разрядилась, и мы смогли спокойно насладиться десертом, чтобы позже отправиться на прогулку.
Я была в компании Малики, Элики и Элая. Мы медленно прогуливались вдоль застеженной аллеи с ледяными скульптурами. Каменные дорожки были без корки льда – немного влажными от таявшего на них снега. По ним явно проложили тепловое заклинание. Ужасное расточительство, которое может позводить себе король во время праздников, когда весь дворец полон высокородных гостей.
Пока Элика отвлекала Малику и рассказывала ей об истории дворца, мы с Элаем остали на два шага.
– Что не так с твоим братом? – спросила тихо, незвначай оглядешивсь, чтобы убедиться в отсутствии слушателей.