Его величество смотрел только на меня, словно и не замечая зрителей. Я уже видела его дракона, но в прошлый раз всё было иначе – критическая ситуация, не располагавшая ни к романтике, ни к любованию. Сейчас же по-другому – пламя пляшет по моим венам, будоража фантазию.
Вихри огня взметнулись вверх, полностью закрывая фигуру дракона, а когда схлынули, то под восторженные оханья толпы на поляне остался стоять золотой дракон.
Невероятно красивый, сильный, отважный. Я успела убедиться в его мощи, в остроте гребней и их смертоносности, но сейчас… сейчас я видела в этих огромных зелёных глазах с вертикальными зрачками отражение своего возлюбленного.
Эльфы продолжали восхищённо шептаться, а я прошла вперёд, впервые так близко встретившись с самым красивым драконом на свете.
«Будто ты других видела », – раздался насмешливый голос в моей голове, от которого я отмахнулась.
Осторожно положив руку на тёплый, слегка влажный нос, я шумно выдохнула от захвативших меня эмоций. Меня словно прошибло водоворотом чужого сознания… нет, не совсем сознания, а именно эмоционального потока – искренняя, почти детская радость, озорство и что-то ещё… этакое гномье, когда они стремятся присвоить себе самое желанное сокровище на свете.
От последнего я хохотнула и прижалась к вытянутой морде ближе. Непривычно… он ведь такой огромный, и сейчас я видела всё те же глаза, но теперь они были иного размера, хотя в них отражалась та же любовь, только с примесью охотничьих инстинктов. Я была желанной добычей.
«Тонкое замечание», – вновь насмешливый голос в моей голове.
«Как ты ощущаешь его? Это ты или у него есть отдельное имя?»
«Это я… почти, – насмешливо отозвался Макс, – наподобие тёмной стороны личности, которую я всё время сдерживаю. Но в данный момент… она главенствует».
«Это чем-то грозит мне?»
«Ты даже не представляешь, в какой опасности находишься» , – от рокочущего голоса в голове с интимными нотками по коже побежали предвкушающие мурашки, а затем дракон повёл мордой, подталкивая меня к наклонённому крылу.
На нас смотрели эльфы, тихо шушукаясь, а светлячки выстраивались фейерверком, опадая и вновь устремляясь к небу. Я осторожно забралась по крылу и села между гребнями, тут же ощутив, как меня аккуратно обволакивает магия Макса, стабилизируя и защищая от холода, который возможен в вышине.
Рывок – такой резкий, что у меня сердце замерло – и мы уже летим. Выше, выше и выше, набирая скорость и высоту, а сердце продолжает стучать, готовое пробить грудную клетку. Душа ликует. И страшно, и завораживающе. Но я чувствовала волны магии Владыки, поэтому даже не думала бояться.
Мы поднялись над облаками и полетели дальше, к песчаному берегу и тёмной линии моря с белой дорожкой луны на поверхности. Макс закладывал виражи, и я взвизгивала и смеялась, прижимаясь к хребту дракона и прикрывая от счастья глаза. Всё это казалось чем-то нереальным – ещё полгода назад я понятия не имела о существовании драконов, а сейчас я лечу на одном из них, обручена с ним и вскоре планирую выйти замуж.
Услышав знакомый клёкот, я обернулась и увидела Синеглазку. Зимокрыл закладывал ещё более крутые виражи, буквально ввинчиваясь в воздух, и у меня от этого захватило дух. Синеглазка словно бросала вызов дракону и тот, рыкнув, ускорился.
Линия берега приближалась. Мы обгоняли зимокрыла, пока внезапно Макс не приостановился, давая возможность птице опередить нас, и уже потом, не приземляясь, пролетел над водой, обдав нас брызгами.
«Подстрахуешь?» – спросила мысленно.
Магия обхватила меня за талию, дракон наклонился так, что одно его крыло разрезало гребень волны, а я, перегнувшись, дотронулась ладонью до тёплой, прогретой за день под палящим солнцем воды и вся задрожала от детской наивной радости…
Мы вернулись к поляне спустя полтора часа. Эльфы всё ещё праздновали, танцевали со светлячками и веселились. Я нашла Крепыша, уже охмелевшего от медового эля, и забрала с собой. Мы с Максом шли молча, периодически бросая друг на друга взгляды, и тут же отводя взор. Каждый был погружён в свои мысли, зато Крепыш не скупился на разговоры:
– Я больше всех танцевал! Лучше всех! Вы бы видели, как я умею танцевать на крышечке от бутыля с элем… больше никто не мог, только я!
– Ты не думал, что дело в размерах? – уточнила я.
Фейри фыркнул.
– Всё равно бы они не смогли! Потому что я – лучший!
Этот лучший, икнув, улёгся на моих ладонях и уснул. Я вздохнула. Мы прибилизились к территории дворца, и пока не разошлись в разные комнаты, я решилась на серьёзный разговор.
– Макс, пообещай кое-что, – тихо попросила я и вздохнула. – Я хочу обучиться магии. Ты ведь тоже окончил академию за год, сдав все экзамены? Я хочу обучаться во дворце, чтобы по окончании получить диплом. Для меня это важно.
Я боялась, что он откажет. Образование для леди в нашем мире вовсе не обязательно, к тому же изначально я думала о бытовом факультете, а сейчас, год проучившись на боевом и пережив тот случай с манкорами, я однозначно хотела выучиться и суметь себя защитить в критической ситуации.
– Я позабочусь о преподавателях и, думаю, многие из РАМа согласятся преподавать… все, кроме Эверуса, – Макс прищурился. – Для зоомагии хватит королевского заповедника и Лестри.
Вспомнилось, как оборотень намекнул мне о своих чувствах, я тут же кивнула. Слишком быстро, чтобы Макс что-то не заподозрил. Но несмотря на это, распрашивать он не стал.
Мы вошли в домик и здесь…
– Бабуля? – удивилась я, увидев леди Энштепс, восседающую за столом и мирно попивающую чай.
Макс спрятал улыбку в уголках губ. Её вдовствующее величество поднялась, прочистила горло и сказала:
– В выделенном мне жилье сломался водопровод. Какой-то вандал буквально вырвал трубы.
Какой-то? Я почти уверена, что имя этого вандала начинается на «Эн» и заканчивается на «штепс».
– Только трубы? – уточнил Макс весело. – Маловат для вас масштаб.
– Не только, – горделиво заявила бабуля. – Ещё крыша протекает – дыра размером с мой кулак, а если дождь пойдёт? Я намокну, учитывая, что протечка прямо над кроватью.
– Я так понимаю, предлагать помощь в перестановке мебели не стоит? – продолжал забавляться король.
– Не смею беспокоить ваше величество, – отозвалась бабуля. – К тому же там ведь и у кровати ножка подпилена была, я как села – всё сразу сломалось. Такое уже и не передвинешь.
– Бабушка, там вообще домик остался стоять после твоего нашествия? – уточнила я, и леди Энштепс широко улыбнулась.
– Результат скажу после того, насколько быстро эльфы устранят нынешние поломки, хотя уверена, до моего сна не управятся… А я уже спать хочу. Решила разделить сегодня кровать с тобой. Как в детстве.
– Бабушка, я не ребёнок, – напомнила я.
– Если бы ты была ребёнком, я бы не стала ломать ничего в домике, – хмыкнула леди и многозначительно взглянула на короля.
Макс отчего-то улыбался. Ему весело! У нас тут в личную жизнь вмешиваются, а ему весело.
– Вы же понимаете, что через три недели она будет безраздельно моя? – уточнил Владыка.
– То через три недели, – фыркнула леди Энштепс, – а то сейчас, ваше величество.
Макс вздохнул и подошёл ко мне, наклонился ниже и… поцеловал! Прямо на глазах у леди Энштепс. Легко, невесомо, но так сладко, что я зажмурилась на мгновение.
– Спокойной ночи, Купава. – И уже бабушке: – И вам, ваше величество.
Макс ушёл в свою комнату, а бабушка почти восхищённо глядела ему вслед. Наконец пробормотала:
– Нет, ну он просто потрясающий! Где ты такого взяла? Столько наглости не было даже у твоего деда!
Я захихикала и аккуратно покачала Крепыша в ладони.
Мой Максимилиан… самый потрясающий, невероятный и любимый дракон на свете.
Глава 16
– Куда мы идём? – спросила у принцессы.
Мы проснулись ближе к обеду, позавтракали, а затем нас пригласили на прогулку с его величеством Ноэлем. Слуги проводили к нему в сад, и теперь мы направлялись куда-то на территории дворца.
– Терпение, ваше высочество, терпение, – откликнулся вместо дочери Ноэль.
Мы подошли к ротонде. Король эльфов приложил два пальца ко лбу, и мы последовали его примеру. Затем король прошёл к ротонде, и колючая лоза оцарапала кожу его рук. Кровь быстро впиталась, а на каждом из шести столбов вспыхнули неизвестные символы на древне-эльфийском. Сейчас все разговаривали на общенародном, который объединил Райвим ещё несколько тысяч лет назад.
Плитка на полу начала причудливо переставляться, открывая винтовую лестницу, а вокруг ротонды возникло защитное свечение.
– Вы хотели увидеть артефакт… я покажу его вам, – откликнулся король и зажёг магический светильник, первым начав спуск.
Макс пропустил Ириэль, а затем спустился сам, подав мне руку. Достаточно крутая лестница закончилась лишь минут через десять. Мы оказались в подземной комнате, стены, пол и потолок были выложены плиткой. Пахло плесенью и было неуютно из-за пустоты окружающего пространства, ведь единственное, что здесь привлекало внимание, – каменный алтарь, над которым завис артефакт в форме пятиконечной звезды.
Его насквозь пронзал луч света, а на пяти концах концентрировалась энергия, казалось сотканная из тумана – я чувствовала, насколько она мощная и непримиримая, и она…
Я осеклась. Странно.
– Магия не должна концентрироваться в таком количестве, – первым озвучил мысль Макс. – Этот артефакт должен преобразовывать энергию и тут же отдавать её в защитный купол, но в нём сосредоточено столько энергии… и она частично уходит в землю, словно питая её. Постоянная циркуляция. Это невозможно даже по закону сохранения – откуда-то должна возникнуть сила. Чтобы скопить столько, нужно сотням сильнейших магов ежедневно опустошать свой резерв или…
– В окружающем пространстве должно быть слишком много магии, – заключил король. – Вы ведь знаете, кто помогал ставить купол?