— Я не планировала тебя интриговать, — сказала искренне, надеясь, что он почувствует ложь.
Он ведь говорил, что чувствует её.
Монахиня обучала меня многому, в том числе светским манерам, а всё, чего она не знала, я черпала из учебников. Мне было восемь, я вдруг решила, что у меня действительно есть шанс, что меня когда-нибудь примут в семью.
Наивная и зелёная.
— Планируешь ты так себе, ведь у тебя получилось обратное, булочница, — заявил он и, наклонившись ещё ниже, добавил: — Я пришёл сюда ради тебя.
Яр посмотрел прямо и… повёл меня в танце. Я вдруг поняла, что совсем упустила момент, когда заиграла эта мелодия, а ведь это аверосский вальс! Его невозможно не узнать с первых нот! Достаточно откровенный, требующий от партнёров постоянно приближаться. Я читала о нём, но… никогда сама не танцевала. Я не умела. Ни музицировать, ни вышивать, ни… чем там ещё занимаются благородные леди?
Так что Яр заблуждался по поводу меня. Знания у меня были, манеры тоже, но вот всё остальное… я — не леди. Во всяком случае, по воспитанию.
— Сегодня днём я позволил тебе сбежать… знаешь, почему? Надеялся, что ты так спешила именно из-за того, чтобы успеть на бал, но… среди гостей тебя не нашёл. Успел расстроится. А потом вышел прогуляться… и знаешь, что я там увидел, Эрелин?
— Поведайте, мой лорд, — насмешливо ответила я, бросив взгляд за его спину.
На нас смотрели. И ладно бы просто люди… на нас смотрела герцогская чета! Родители буквально прожигали меня взглядами, а подле них застыл господин Бросмон, будто цербер, готовый сорваться по приказу хозяина. Я едва не застонала. Ну что за невезение?
— Фреску, — ответил Яр с ухмылкой, и я застыла. — Догадываешься, какую?
— Догадываюсь, — ответила без особого энтузиазма. — И, разумеется, тебе сказали, что на ней изображена любимая дочь герцога?
— Ты сегодня сама проницательность… в отличие от меня.
— Ну что ты, не будь к себе так строг, — я тоже ершилась. Отчего-то бусинка во лбу заболела, и я слегка поморщилась. Яр принял это на свой счёт, судя по лёгкому оскалу. — И тебе, разумеется, сказали, что леди Эрелин помолвлена с раманским принцем?
Яр как-то хищно ухмыльнулся, что… Я вдруг задумалась: а точно ли не он принц? Ведь даже имя похоже… Яр — Данияр. Но нет, он понятия не имеет, кто я. А его высочество Данияр сделал предложение моей сестре и подарил ей родовой перстень. И у четы Раманских нет другого сына, только дочь.
Но что, если Эрелин солгала? И словно пытаясь заштопать эту нестыковку, я произнесла:
— Должно быть, ты заметил на фреске и перстень — обручальное кольцо Раманских.
Лицо Яра стало каким-то… даже не удивлённым, а несколько растерянным?
— Не заметил. Значит, твой жених — раманский принц, да, Эрелин? — спросил Яр на самое ухо и резко отстранился, как того требовала фигура танца. Странно, но эта маска, скрывающая половину лица, придавала его образу некой таинственности, будоража мою фантазию не самыми невинными картинками, особенно когда этот маг так близко. Я сглотнула. — Ты ещё большая лгунья, чем я предполагал.
— А чем ты так оскорблён? — спросила недоумённо. — Тем, что я сразу не сказала о своей помолвке? Не привыкла выставлять на всеобщее обозрение свой статус.
— В этом мы с тобой похожи… Так где перстень, Эрелин? — спросил он и прикоснулся к моим пальцам. — Тот самый, что принадлежит королевской семье Рамании и передаётся из поколения в поколение наследнику, чтобы он преподнёс его своей единственной?
На Эрелин. Вот только я — не она. Как же я крупно влипла…
— Остался в покоях.
— В покоях или ты лжёшь? — с рычащими нотками спросил Яр.
Нет, он точно оборотень. Вон даже показалось, что на мгновение его зрачки вытянулись. Лишь на мгновение! И точно показалось. Потому что я не помню, чтобы оборотням подобное было свойственно…
— Лгу в чём?
Он усмехнулся, а затем болезненно сжал мою ладонь. Жемчужина во лбу начала пульсировать, добавляя неприятных ощущений. Краем глаза я вновь заметила герцога и герцогиню, не сводящих с меня пристальных взглядов. Они ждали окончания танца. Увы, маска могла защитить меня от других, но не от собственных родителей…
— Ты совсем не танцуешь… думаешь о чём-то? — спросил Яр вместо ответа, будто внутренне пытаясь унять свою злость, перевести разговор.
Не говорить же ему, что не знаю танца, поэтому просто подстраиваюсь под его движения? Боль в висках усилилась. Я попыталась оттолкнуться, но лишь поморщилась.
— Что? Я вдруг стал тебе противен? — неверно истолковал мою реакцию маг. — Тебе ведь нужен только… раманский принц?
— По-моему, ты на нём зациклен больше, чем я. Фанат?
— Почти, — хмыкнул он.
И притянул меня так резко, буквально впечатывая в своё тело, что вышиб у меня весь воздух из лёгких. И мне бы оскорбиться, попробовать ещё раз оттолкнуть, но… такой Яр мне даже нравился. Ведь я знала, что за этим не прячется жестокости — жестокий человек не стал бы гоняться за простой девчонкой по улицам Фаргоса, а потом в шутливой манере спасать её из-под венца.
— Ты слишком… властный.
— Как верно подмечено, — хмыкнул он. — Но я хотя бы честен, в отличие от некоторых.
Я промолчала. Оправдываться? Бессмысленно. Сказать правду? Не имею права.
Музыка оборвалась. Маг склонился, и я ощутила, как голова начинает кружиться — всё из-за близости Яра.
Я вывернулась из его почти объятий и попыталась отступить, но он придержал меня за запястье.
— Отпусти, Яр, — прошептала я, заметив, как родители приближаются.
Выражения их лиц не рассмотреть затуманенным взором. Боль в виске стала невыносимой. Каждая клеточка тела пульсировала, так больно мне ещё не было никогда.
— Извини, булочница, но я не отпущу тебя, пока кое-что не проверю.
— Что именно?
Он не ответил, лишь поджал губы. Голова начала кружиться. Теперь я уже сама вцепилась в руку Яра. Маг догадался о моём состоянии, сделал шаг ко мне и сжал в объятиях.
— Что с тобой?
— Забери меня отсюда, — попросила искренне и сама прижалась к нему.
Я была на грани раскрытия личности, на грани того, что все узнают о моей настоящей судьбе… и жемчужина пыталась это предотвратить, спасти меня, вот только она же и мешала мне сбежать. Она отнимала у меня последние силы. Поэтому не было ничего удивительного в том, что когда музыка стихла, а их светлости приблизились к нам, моё сознание начало уплывать
— Эрелин! — яростно прошипела герцогиня.
О, она-то точно знает, как меня зовут на самом деле! Я чувствую эту ненависть даже за пеленой, созданной жемчужиной.
Но ответить ей не успеваю — магия окончательно берёт своё, а я проваливаюсь в блаженный обморок.
Данияр Раманский
Она не знает, кто я.
Эта мысль пронзила стрелой. А ещё слова — забери меня отсюда…
Но почему любимая, лелеемая дочь герцога просит об этом? Я бросил взгляд на их светлостей, что устремились ко мне. Затем — на маленькую фигуру девушки в своих руках. Я глупец… Весь день бегал за ней по городу и вот — вновь потакаю её прихотям? Да что со мной не так?
Она ведь не может быть моей истинной?..
Мотнув головой, я вновь посмотрел на леди Ирису и лорда Роксвела. Я твёрдо решил, что останусь здесь и выясню всё. Если нужно — уберегу маленькую лгунью. А потом я вновь посмотрел на тело Эрелин и…
Открыл портал. Призвал магию и разрезал пространство на глазах у гостей. Не то чтобы моя магия оставалась секретом, о ней ходили слухи, но всё же… отец настоятельно просил как можно реже афишировать эту способность.
Шагнув в огненные всполохи, я вышел в своей городской квартире, а именно — в спальне. Здесь я проводил больше всего времени в последние годы — моя единственная возможность жить вне дворца. Уложил маленькую леди на кровать и наклонился, проверяя пульс — ровный, размеренный. Слегка потряс за плечо, но реакции никакой.
С ней точно всё в порядке. Я вижу по ауре… разве что вот это скопление в центре лба весьма странное. Похоже на шаманскую магию, причём весьма виртуозно выполненную. Спецов такого уровня немного.
— Нужно позвать целителя, — сказал себе под нос и, вновь разрезав пространство, перешагнул во дворец.
В целительском отделении было немноголюдно — сам придворный целитель занимался какими-то фолиантами и даже не сразу заметил меня. Ему было около шестидесяти и он всегда ходил в белой форме с отличительным знаком целительской гильдии на правом рукаве.
Наконец целитель поднял на меня светлые глаза.
— Ваше высочество, что-то случилось?
— Со мной всё в порядке, — тут же отчитался я, — но моя знакомая упала в обморок.
— Перечная соль не помогает? — спросил он достаточно скучающим тоном.
— Честно, не пробовал, но… лучше вам взглянуть.
Если мастер Айлок и хотел отказать и отправить со мной ученика, то, посмотрев мне в глаза, сдался.
— Да, конечно, идёмте, ваше высочество…
— Порталом, — добавил я, и тут мастер Айлок вскинул брови. — Она в моей квартире.
— Просто знакомая, — повторил целитель многозначительно. — Вы же понимаете, что я обязан буду доложить об этом его величеству?
— Понимаю, — покорно согласился я и открыл портал.
Мастер Айлок, предварительно оставив записку своему ученику, шагнул в портал, и мы оказались в гостиной. На самом деле квартира была маленькая, ведь она являлась моим убежищем от ответственности, которая обрушится на мои плечи, едва я окончу академию. Этот год — всё время, что я имею, перед тем как принять на себя часть общественной и политической работы.
Я проводил целителя в спальню — Эрелин по-прежнему была без сознания. Мастер Айлок безотлагательно начал осмотр, а после попросил меня выйти, чтобы раздеть девушку.
Пока я дожидался в гостиной, вновь и вновь прокручивал разговор с леди Ирисой…
— Ваше высочество, как мы рады вам! Эрелин столько о вас рассказывала.
Я помнил, что так зовут дочь герцога, а ещё Дейн Эверус, мой наставник, упоминал, что она учится в РАМе. Возможно, мы когда-то виделись? Или она наблюдала за мной со стороны.