Да, он принц. Принц самого могущественного королевства нашего мира! Вот как мне могло так повезти, а? Встретить в лесу наследника, сбежать от него, украсть кролика и солгать… впрочем, лгала я не по собственной воле, а из-за родителей.
— Ты когда-нибудь встречался с Данияром Раманским? — спросила тихо. — Какой он?
— Заносчивый, — моментально отозвался Трей и поморщился. — Не смотри на меня так изумлённо. Он идеален во всём, как считают люди. Только мало кто знает о его непримиримом характере, спеси и гномьем упрямстве, — фыркнул Трей. — О, забыл добавить — и о пресловутой правильности. Если что-то идёт не так, если кто-то преступил закон или — о боги! — солгал, то он тут же исключает этого человека из круга общения. Одним словом, он невыносим… и родители год за годом сравнивали меня с ним, надеясь, что когда-нибудь я стану как он. Но какое ужасное разочарование, — его губы растянулись в насмешливой улыбке. — Я — не такой. Не поступил в академию, смею наслаждаться жизнью вместо того, чтобы тратить время на невероятно важные семейные дела, — последнее было сказано с сарказмом.
Я почему-то представила Яра. Трей буквально описал моё первое впечатление о нём, а закончил тем, из-за чего мы с Яром и поругались — из-за лжи. Моей, его… нашей.
А если добавить к этому возможную ложь Эрелин… М-да, наши отношения — сплошная круговерть врак.
— Прости, я не хотела бередить раны, — заметила осторожно.
— Какие раны? Просто раздражение. Меня родители считают неблагодарным, потому что я не такой правильный по их мнению. Они хотели видеть кого-то вроде Данияра Раманского. Всё детство ставили мне его в пример. Какой он чудесный, какой замечательный. Три магических направления, невероятно одарён. А когда я познакомился с ним… боги, более скучного человека я в жизни не встречал!
Он говорил это с такой детской обидой, что я с трудом сдерживала смех. На самом деле всё, что он сказал, вполне умещается в мои собственные определения Яра. Это лишь подтверждает то, что это один и тот же человек.
Но вопреки такой характеристике от Трея, я ни капли не испытывала разочарования в маге. Наверное, потому что я изначально не очаровывалась? Я видела его таким, какой он есть. И принимала все стороны его характера.
Пожалуй, кроме последнего раза, когда обиделась на него из-за его так и не озвученных обвинений, читавшихся во взгляде.
— Вот ты смеёшься — а ведь, возможно, увидишь его в РАМе, если поступишь. Высокий, красноволосый и с таким выражением лица, будто предупреждает всех: «Я самый великолепный, ко мне не подходите».
Я не выдержала и всё-таки рассмеялась, запрокинув голову. Пожалуй, это действительно Яр.
— Просто поверь мне, когда столкнёшься с ним случайно — будешь плакать. Он разбил ещё больше девичьих сердец, чем я. А ты меня называешь грубияном.
Слышать о потенциальных девушках Яра было очень неприятно.
— Трей, — протянула я. — Кто ты? Знаком с принцем, причём тебя с ним сравнивали… уж не сам ли ты принц? Например, Авероса? По возрасту подходишь.
— Золушка, — наклонился он ко мне, — я ведь не задаю тебе лишних вопросов, например, с кем ты встречалась в том алькове, где упала в обморок, и почему сбежала. Почему красишь волосы — явно скрываешься. Я не узнаю твои тайны, ты — мои.
— Справедливо, — заметила я и кивнула. — Но я всё равно освежу в памяти генеалогическое древо королевской семьи Авероса.
— Не смею задерживать на пути к знаниям, — подмигнул парень и огляделся. — Наймём карету, нам немного в другую сторону, — сказал Трей и тихо добавил: — Стараюсь держаться подальше от того места…
Уточнять я не стала, так как последнее явно предназначалось не для моих ушей. Тем более меня отвлёк Стэгги — малыш ловко забрался по моей руке и остался на плече. Я улыбнулась воришке и погладила его под подбородком.
— И где ты был?
— Его не пустили в целительскую, — пояснил Трей. — Надо же, этот прохвост привязался к тебе.
Я улыбнулась. Вскоре к нам подкатил экипаж — достаточно комфортабельный, хотя для меня, видевшей кареты лишь издалека, любой бы показался комфортным.
Энибург удивлял своей красотой, а ещё — высотными зданиями. В Фаргосе была преимущественно малоэтажная застройка, а здесь здания по пять-шесть этажей с устремляющимися ввысь шпилями в готическом стиле. Дороги — ровные и ухоженные, ехать в карете было одним удовольствием. Я рассматривала с интересом столицу Рамании, людей и чувствовала, что свобода была ближе, чем мне казалось.
Когда мы подъехали, Трей вышел первым и подал мне руку. Я даже не посмотрела на него, полностью поглощённая созерцанием академии. Знания, скрытые на огромной территории, окружённой кованым забором, тянули меня настолько, что я с трудом сдерживалась, чтобы не сорваться на бег. Страх ещё жил внутри меня, и если бы у меня был другой вариант — я бы точно обошла эту академию, выбрала другую, более безопасную для сохранения моего инкогнито, но сейчас… сейчас это мой последний шанс.
Стэгги крепко держался за моё плечо.
— Уже семь, — раздался голос Трея рядом, — тебе нужно поторопиться. — Дальше сама. Я вынужден попрощаться.
— Ты не останешься ещё немного? Не захочешь узнать, поступила ли я?
Я вдруг почувствовала тоску. Удивительно, но я успела привязаться к нему. А ещё к мелкому воришке, которого вновь погладила пальцем.
— Ты поступишь, в этом нет сомнений, — улыбнулся парень и посмотрел на саламандрёнка. — Забери его. Он будет тебя охранять.
— По-моему, больше вероятность того, что создаст проблемы, — улыбнулась я и покачала головой. — Пока я недостаточно уверена в завтрашнем дне, чтобы брать на себя такую ответственность. Тем более моя стихия — вода, а не огонь, боюсь, что если он заболеет — я не смогу его вылечить.
— Для этого здесь есть заповедник. Зато со стихией воды ты вовремя сможешь его охладить.
Трей подмигнул, а я рассмеялась и вновь покачала головой. Сняла Стэгги с плеча и передала его Трею. Парень усадил саламандрёнка на своё плечо, и тот обиженно взглянул на меня. А вот его хозяин… Трей неожиданно привлёк меня к себе. Я охнула и лишь ладони успела вовремя выставить, чтобы наши губы не встретились. Сердце заколотилось быстрее, но не от близости парня, а от неожиданности, от напора, с которым он действовал.
— Что… что ты делаешь?
— Хочу рассмотреть тебя получше, чтобы запомнить, — произнёс он и очертил пальцами овал моего лица. — Что в тебе особенного, Джесселин, что так не хочется с тобой расставаться?
— Ты можешь не расставаться, а поступить вместе со мной в академию, — заметила между прочим и попыталась отстраниться, но парень не позволил.
Он словно не слышал меня, задумчиво продолжив:
— Мы встретились лишь вчера и то при весьма странных обстоятельствах. Ты выпала из дымохода, вся настолько перепачканная в саже, что я даже не увидел твоего лица…
— Вряд ли это тянет на любовь с первого взгляда! — рассмеялась я, пытаясь сбавить странный напор парня.
Мне совершенно не хотелось сейчас думать о чувствах. Сначала — моя жизнь, которую я планировала взять в свои руки. Больше не бояться будущего.
— Да, ты явно была не в той форме для влюблённости, — кивнул он, даже не пытаясь улыбаться. — Может, я имею весьма дурной вкус?
— Не исключаю. В любом случае мы слишком мало знакомы, Трей.
— Но мы обязательно познакомимся ближе, Джесселин. И когда это произойдёт… я украду твоё сердце.
Я открыла рот. Какая самоуверенность! В этом они с Яром точно похожи. Даже не знала, что сказать на подобное заявление, а Трей усмехнулся и… провёл губами по моей щеке, тут же отстранившись.
— Предупреждаю заранее, чтобы ты потом за пропажей по дымоходам не бегала.
Это он моё сердце, которое ещё на месте, уже называет «пропажей»? Нет, пожалуй, он даже Яру даст фору в самоуверенности! Интересно, есть вообще какие-нибудь соревнования по дерзости? Да я бы смогла сколотить состояние на ставках.
— Иди, — кивнул в сторону ворот парень, — поторопись. И помни — ты должна мне танец.
Просто кивнула и направилась к воротам, как мне и советовали. Но едва прошла внутрь, как почувствовала движение на своей руке. Скосила взгляд вниз и…
— Стэгги! — шикнула я. — А ну живо иди к хозяину!
Обернулась и… ни кареты, ни Трея уже не было. Не бежать же теперь за ним? Вздохнув, я поудобнее перехватила саламандру и посмотрела ей в глаза.
— Слушай, у меня есть два правила, и нарушение любого из них карается немедленным возвращением к хозяину. Ты меня понял? Чудесно! Первое — ничего не красть. Ни при каких обстоятельствах. Второе — слушаться меня беспрекословно.
Саламандрёнок кивнул. Всё-таки это чудо — разумные магические существа! Спрятав его под плащ, я отправилась навстречу судьбе.
Глава 10
Я стояла у дверей приёмной комиссии. Сердце колотилось быстро-быстро. В коридоре уже никого не было — видимо, кто хотел, уже подал документы и прошёл отбор.
— Стэгги, подожди здесь и… прошу, никуда не уходи, ничего не воруй и вообще сиди тихо, — попросила я и спустила малыша на подоконник.
Он смотрел на меня преданными, честными и умными глазами, словно всё-всё понимает. Я потянулась к круглой ручке, когда дверь резко распахнулась и оттуда пульсаром вылетела девушка. Мне пришлось отскочить в сторону на несколько шагов, чтобы пропустить её.
— Тоже поступать?! — спросила она почему-то с претензией, и я просто кивнула. — А вот не получится! Говорит, что красивым не место на факультете — в обмороки будут часто падать при родах у крольчих!
Я просто моргнула, а девушка, притопнув, направилась на выход с гордо поднятой головой. Я некоторое время смотрела ей вслед, а затем всё-таки решила постучать.
— Извините, можно?
— Можно, — раздался мужской голос.
Осторожно, словно каждым своим движением могла разозлить преподавателей за столом, я прошла вперёд, на ковёр. Комиссия состояла из двух человек. Должен быть третий, но от него осталась лишь табличка — Тион Цуэ, целитель. Тогда я пробежалась взглядом по оставшимся. Слева сидела женщина лет тридцати, симпатичная, со сверкающими сапфировыми глазами, в строгом тёмно-коричневом платье и собранными в низкий хвост каштановыми волосами. Весь её внешний вид говорил о независимости, что как будто сильно раздражало мужчину, сидящего посередине. Он не смотрел на неё, но казалось, что даже воздух вокруг них искрил от напряжения.