— Для начала хотел бы поздороваться, — сказал он и обратился ко мне весело: — Добрый вечер, леди Эндервуд. Прошу прощения за некоторую своевольность моего сына. Возможность переходить порталами с самого детства лишила его возможности узнать об обычных методах передвижения.
— Папа, — многозначительно протянул Данияр.
— В любом случае, рад вас видеть, — никак не отреагировал на замечание сына монарх.
— Как и я, ваше величество, — сделала ещё один книксен, всё ещё дико смущённая внезапной встречей.
— Мы ожидаем ваших родителей к балу, Джесселин, — продолжил король. — Скажите, есть ли что-то, к чему я должен быть готовым при общении с ними?
Я облизала губы. Мне совсем не хотелось выставлять герцога и его супругу в дурном свете, но и недооценивать их казалось предательством королевской семьи Рамании.
— Я недостаточно хорошо их знаю, но их отношение ко мне… своеобразное. Я бы не рассчитывала на радушный приём, — сказала осторожно, и его величество Максимилиан после недолгой паузы кивнул.
— Интересно, — произнёс его величество и вновь посмотрел на нас, заложив руки за спину. — Что ж, судя по всему, я тут лишний. Разберёшься сам, Яр. Только бери свою… м-м, беглянку и приходите вместе на бал. Вас объявят.
Его величество скользнул по мне взглядом и направился к выходу. Я вновь попыталась присесть в реверансе, но меня удержал за плечи Яр. Интересно, а какое он слово хотел сказать вместо «беглянки»? Пауза была явной.
Подождите, но ведь он сказал кое-что ещё, очень важное!
— Бал? — спросила изумлённо и обернулась к Яру. — Ты говорил о встрече с родителями, а не о приёме!
— Неужели забыл упомянуть? — состроил задумчивое лицо Яр и пожал плечами. — Что ж, отказываться всё равно поздно. Тебя видел король и он недвусмысленно намекнул, что желает видеть нас обоих. Думаешь, перечить желанию монарха возможно?
Судя по их смешливому общению — да! Но судя по самоуверенности Яра, он уже принял решение и выстроил фигуры на шахматной доске. Только меня не покидало чувство какой-то грандиозной подставы.
— Яр, ты — хитрец!
Принц притянул меня к себе, положив руки на мою талию и наклонившись к губам. Всё тело закололо от желания быть к нему ещё ближе, вновь испробовать на вкус его поцелуй, но… во-первых, я опять почувствую боль, во-вторых, губы опухнут и все поймут, чем мы занимались с Яром. А у меня ещё с прошлого раза они не остыли.
— Ваше высочество, держите себя в руках! — весело протянула я, накрыв его руки своими. — Я — дочь герцога, мы не так далеки друг от друга по социальному статусу, так что будьте любезны, проявляйте уважение и соблюдайте хотя бы подобие этикета.
— Ты в личных покоях принца Рамании, — тихо произнёс он. — О соблюдении какого этикета ты говоришь? Доступ сюда имеет лишь моя семья, придворный целитель и камердинер. Ещё вопросы есть, Джесселин?
— Ты… невыносим! — воскликнула я изумлённо. — Ты сейчас намекаешь на то, что можешь сделать со мной всё, что угодно?
— Вот именно, Джесселин, — кивнул он, склонившись к моему лицу. — Ты представляешь? В моей власти практически всё… — Он произносил это, проводя носом вдоль моей щеки, щекоча кожу своим дыханием. — Но я держу под контролем свои желания, впрочем… иногда мне кажется, что рядом с тобой мой контроль слетает.
Сердце билось так сильно, что ещё немного — и от грудной клетки останутся только сломанные косточки. Боль в висках пульсировала, но я уже привыкла к ней. Тем более это была совершенно невысокая плата за близость Данияра.
— Вновь повторюсь — держите себя в руках.
Потому что я уже не уверена, что смогу себя держать.
— Тон такой, будто просишь об обратном, — насмешливо протянул принц.
Он меня вообще слышит? Мне кажется, мы движемся на чистых инстинктах. Решила первой нарушить эту игру. Отступила. Он — за мной. Я — снова от него. И так бы и бегала, пока не упёрлась в стену лопатками, а принц не навис сверху, поставив одну руку справа от моей головы. Наклонился так, что я почувствовала запах можжевельника, но в комнате пахло ещё и изысканным парфюмом — последний словно портил первый, куда более интимный аромат, который мне столь нравился.
— Джесселин, — внезапно серьёзно произнес принц и провёл костяшками пальцев по моей щеке. От этого простого действия всё внутри меня затрепетало. — Джесселин, что ты будешь делать, если окажется, что ты создана для меня? Тогда я не отступлюсь.
— Что ты имеешь в виду?
— Мы ещё слишком мало знакомы, чтобы я раскрыл все карты, Золушка, — хмыкнул Яр и отступил, взяв колокольчик с журнального столика и позвонив в него. — Продолжим после бала. Для начала нужно решить проблему с проклятием, а потом…
Данияр осёкся. Дверь открылась. Вошли камердинер и служанка с платьем в руках. Я окинула его беглым взглядом, оценив и его стоимость, и то, что, скорее всего, оно шилось на заказ и под меня. В этом мне ещё предстоит убедиться при примерке.
То есть Яр всё продумал заранее, а меня поставил перед фактом. Хитро!
— Переодевайся, — бросил его высочество и отвернулся, направившись к узкой двери — судя по всему, гардеробной. И всё? А как же проводить меня в гостевые покои? Камердинер вскоре тоже скрылся за принцем, оставив меня наедине с миловидной девушкой.
Горничная сделала книксен.
— Леди, меня зовут Хелина, позвольте помочь вам подготовиться к приёму.
Осознав, что никуда отводить меня не собираются, я на всякий случай уточнила:
— Здесь?
— Если будет угодно, мы можем пройти за ширму.
Нет слов, просто нет слов! Я прошла к гардеробной, куда ещё пару секунд назад зашёл его высочество, и постучала.
— Ваше высочество! Вам не кажется, что вы в состоянии выделить мне хотя бы отдельные покои? Я — молодая девушка! Если вы не желаете меня скомпром…
Договорить не успела — дверь резко открылась. Я вовремя отодвинулась от его высочества. Яр, даже не удосужившись застегнуть рубашку, спокойно вставлял в манжеты запонки, при этом насмешливо глядя на меня. На мгновение я застыла, сосредоточив взор на груди Яра. Крепкая, развитая мускулатура, в наличии которой у меня и раньше не было сомнений, а теперь я не просто убедилась в этом собственными глазами, но и смогла восхищённо выдохнуть.
Это даже лучше, чем на иллюстрациях Бажены! Врала её художница, определённо врала. Я нехотя отвела глаза, вспомнив, что я невинная девушка. Буквально заставила себя вспомнить!
Запонки принц всё-таки вставил, а вот застёгивать пуговички не спешил. Сделал шаг ко мне и наклонился.
— Договаривай… скомпром… что?
Набрав в грудь воздуха, я резко подняла голову, встретившись взглядом с Яром.
— Если вы не желаете меня скомпрометировать, то обязаны выделить мне отдельные покои, ваше высочество, — не стушевалась я, обращаясь исключительно официально, ведь помнила о наличии слуг.
А вот Яру на свидетелей было плевать.
— А если… желаю? — спросил он с насмешкой. — Что ты тогда будешь делать, Джесселин?
Такого поворота я не ожидала. Просто стояла и смотрела на него, не веря своим ушам. Он ведь не серьёзно? Даже если объявят о нашей помолвке, это будет фиктивно!
Или нет?..
Принц не дождался моего ответа, продолжив:
— Тогда ты точно сможешь щёлкнуть сестру по носу, разве не так? Она лгала о помолвке, а ты заключишь настоящую, м-м?
В горле пересохло. Воображение будоражили весьма завлекательные картинки: Яр стоял у алтаря и ждал меня, а я шла неспешно, и на моих губах играла счастливая улыбка. И мне обязательно должно быть больше двадцати! А сестра… в общем-то, я желала, чтобы она была счастлива и здравствовала, но где-нибудь подальше от меня.
Моргнула, сбрасывая наваждение.
— Если я выйду замуж, это будет брак по любви, — признание слетело с губ раньше, чем я успела осознать, перед кем обнажаю свою душу. — Да, в моём кругу приняты политические браки, но я слишком долго не знала, что такое настоящие чувства и искренность, чтобы строить свою жизнь и дальше из соображений выгоды.
— Брак по любви… звучит заманчиво.
— И серьёзно, — добавила, чувствуя, как щёки вспыхивают. — Поэтому ваши подначивания неуместны, ваше высочество. Прошу вас выделить мне отдельные покои, иначе… иначе я пойду к вашему отцу и потребую защиты.
Принц вскинул брови. Явно не ожидал от меня такого напора. Я продолжала обращаться к нему подчёркнуто-уважительно.
— Пообещай, что не сбежишь, — сказал отчётливо и взял меня за руку. — Я на твоей стороне, Золушка.
Он нежно коснулся губами кончиков пальцев. Весьма интимный жест, который не остался без внимания моего сердца. Я попыталась его успокоить, но тщетно. Бусинка тоже пыталась, посылая болевые импульсы, но и она была бессильна.
Мне бы сейчас поблагодарить его, но он ещё в библиотеке дал понять, что последнее, чего от меня ожидает, это благодарности. Поэтому вовремя прикусила язык.
— Ответь, зачем мне быть на приёме? Это совершенно лишнее. С родителями мы могли бы встретиться и за обычным ужином.
Яр усмехнулся.
— Его величество Максимилиан никогда не делает ничего просто так — мой отец не слишком сентиментален во всём, что не касается его семьи, и здесь он видит расчёт: понимаешь ли, сейчас в глазах всего общества я выкрал дочь герцога Эндербургского, поэтому стоит показать, что ты жива и здорова. И да, — он взглянул серьёзно, — я буду называть тебя Лин. Я не стану раскрывать твои секреты без твоего на то согласия.
На самом деле сейчас я испытала прилив нежности к принцу, но тут же постаралась его придушить… не принца, разумеется, а прилив. Так и представила себя, душащую принца в его же покоях, а следом — в кандалах или восходящей на эшафот. Вот был бы номер, если бы именно таким образом закончилось проклятие нашей семьи.
Мысленно улыбнулась.
— Спасибо, — поблагодарила тихо.
Яр неожиданно прикусил мой палец. Я охнула от изумления.
— Хватит. Меня. Благодарить. Я чувствую себя добрым дядюшкой, что заботится о пансионерке.