— Аверосский вальс сегодня открывающий, полагаю, что вы покажете нам, насколько виртуозно может его исполнять наследник.
— Благодарю, ваше величество, — Трей низко поклонился, словно извиняясь за своеволие.
Руки Яра сжались на моей талии. Он неотрывно смотрел на Янара, стремительно приближающегося к нам.
— Не ходи, — шепнул Яр. — Аверосский вальс — самый откровенный из всех. А ты к тому же не умеешь танцевать.
— Спасибо, что напомнил, но я не могу, — откликнулась я, закусывая губу и уже заранее зная свой ответ.
Дополнить не успела — принц уже был на расстоянии двух шагов и застыл напротив нас.
— Ваше высочество, — Трей учтиво склонил голову перед Данияром, — позвольте украсть вашу спутницу на этот танец.
Желваки заходили на лице наследника Рамании несмотря на то, что на губах сияла учтивая улыбка. Но глаза… глаза всё-таки выдавали гнев. Моя грудь высоко вздымалась от волнения, но я смогла сделать шаг вперёд и присела в реверансе.
— Почту за честь, ваше высочество.
Напоминать о том, что я совершенно не умею танцевать, не стала. Надеюсь, он не забыл. Впрочем, отдавленные мыски напомнят ему об этом в случае провалов в памяти.
Он сжал мои пальцы в своей ладони. Не смотрел больше ни на кого, только на меня — упрямо, уверенно. Я боялась оглядываться на Яра. Боялась показывать свою растерянность, ведь за нами наблюдали. Если я буду выглядеть жалко, люди могут подумать, что между принцами конфликт, а мне нельзя этого допустить. Всё должно выглядеть дружеским жестом. Не более.
Мы прошли в центр зала. Трей расположил ладонь на моей талии и притянул меня к себе слишком резко, что наверняка не укрылось от внимания зевак. Когда я положила ладони ему на плечи, слегка стукнула его, чтобы привести в чувство, но на губах сохранила нежную улыбку.
Зазвучали первые ноты — громкие и достаточно тревожные, что напомнили мне о словах Яра: аверосский вальс — откровенный…
— Трей, что ты творишь? — прошипела, надеясь, что улыбка не сошла с лица.
От напряжения я с трудом чувствовала мышцы.
— Краду танец чужой негласной невесты? — весело уточнил он.
— Чего ты добиваешься? — устало спросила я.
— Тебя, — заявил Трей самоуверенно и сделал первое движение, причём я последовала за ним без оглядки, догадавшись, что виной всему применение магии. Она подхватила меня чутко, бережно, подсказывая движения. — Я говорил тебе, что заставлю тебя влюбиться, значит, так и будет. Я весьма хорош.
— Я не сомневаюсь в твоём совершенстве, Трей, но если ты хочешь поиграть со мной — не надо. И если хочешь щёлкнуть по носу Яра — тоже не надо. Наши отношения строятся на взаимном интересе… — я сделала паузу и со вздохом добавила: — …к проклятию моих земель.
Трей посмотрел на меня изумлённо, а потом рассмеялся. Я осторожно улыбнулась. К сожалению, клетка для моей неуверенности осталась с Яром, и сейчас я чувствовала тревогу. Наверное, уйдёт немало времени, прежде чем я привыкну ко всеобщему любопытству. Затворническая жизнь даёт о себе знать.
— Ты не шутишь?
— Нет, — покачала головой, продолжая танцевать и стараясь не обращать внимания на зрителей. — Однако я не скажу, что Данияр…
— Боги, Данияр ещё более слеп, чем я думал! — не стал меня дослушивать Трей, широко улыбаясь. — Не видит такое сокровище у себя под носом, словно и не драк… кхм, — он осёкся и перевёл разговор: — Значит, всего лишь общий проект? Прекрасно! Мне это нравится. А то я слышал, что вы засиживаетесь в библиотеке по вечерам, и успел заревновать.
— Как ты?.. — изумилась я и покачала головой. — Даже не буду спрашивать имена твоих информаторов!
— Правильно, не надо. Список длинный, могу всех не вспомнить.
Я закатила глаза и застонала, а потом всё-таки нервно рассмеялась. С Треем было легко, но от его близости у меня не подскакивало сердце, не подкашивались колени и… не пульсировала бусинка. С ним было спокойно, как с братом, но не более того.
— Я рада, что ты не хочешь, чтобы Рамания объявила войну Аверосу, — наконец заключила я. — Но всё же веди себя в следующий раз более сдержанно и не лезь на рожон.
— Ты за меня волнуешься, Золушка? — промурлыкал Трей. — Я, конечно, безмозглый принц, но не настолько, Джесселин. Отец меня со свету сживёт, если я напрямую выступлю против королевской семьи Рамании. Ещё прошлый конфликт не утих, когда мой дядя выкрал будущую жену Максимилиана Раманского, а после сам погиб в горах от лап манкор.
Я стушевалась.
— Как это… выкрал? Никогда о таком не слышала.
— И не услышишь, — хмыкнул Трей и притянул меня к себе, как требовали того фигуры танца. — Вообще это семейная тайна, так что не распространяйся. Дракс, — Трей поморщился, — у меня огромные проблемы с языком в твоём присутствии, всё время хочется выболтать все тайны и… сделать кое-что ещё.
Что он именно собирается делать, уточнять не стала. В том, что Трей весьма раскованный молодой человек, я убедилась ещё при первом знакомстве.
— Тайну своего происхождения ты в прошлый раз не выболтал, — заметила между делом.
— Да, в этом я был хорош, — подмигнул он.
Я вновь рассмеялась и поймала недовольный взгляд раманского принца. Разве я виновата, что Трей действительно умел шутить? А ещё я была должна ему танец за его помощь. Потом я обязательно всё объясню Яру.
Хотя… нужно ли? Ведь оправдания будут означать, что нас действительно связывают какие-то обещания и обязательства, а это совсем не так. Тогда почему Яр так недоволен? Почему прожигает меня взглядом?
— И Джесселин, — наклонился ко мне Трей-Янар, подхватив рукой мой локон, — цвет — восхитительный! Как ты могла прятать такую красоту?
— Не по своей воле.
Вальс подошёл к концу. Последние секунды я буквально отсчитывала, чтобы наконец отстраниться от аверосца. Нет, его прикосновения не были неприятны, но весь наш танец Яр наблюдал за нами и я чувствовала, что должна отстраниться, должна быть дальше… это странное чувство, будто я уже принадлежу другому. Тому, в чьих глазах вспыхивает пламя.
Стэгги перебрался на моё плечо. Причём весь танец он бегал рядом, изящно уворачиваясь от нас, и от того радостнее, что теперь он предпочёл быть со мной.
— Маленький предатель, — подмигнула я ему и почесала саламандрёнка по шее.
— Благодарю за танец, леди, — улыбнулся Трей и протянул руку, чтобы я вложила свою для поцелуя.
Но вот прикоснуться губами не успел — Яр вовремя взял мою ладонь и встал рядом, учтиво улыбнувшись наследнику Авероса. В этот момент виски пронзило болью, я прикусила губу и поморщилась, но оба парня, увлечённые соперничеством друг с другом, даже не заметили этого. Янар (кстати, интересно, какое имя было всё-таки первым?) усмехнулся и подался вперёд.
— Она не твоя собственность, Данияр Раманский, — ответил он тихо. — А если даже твоя сущность так считает, то помни, что не все такие, как ты. У других есть чувства и эмоции, а не только инстинкты.
Трей натянуто улыбнулся и прошёл мимо, задев плечом Яра. Стэгги перебежал к нему, воспользовавшись этой возможностью. Раманскому принцу удалось сохранить безмятежное выражение лица, но в глазах полыхнул огонь. Намёки Трея, его оговорки… всё это наводило меня на определённые мысли, озвучивать которые я не собиралась. Это не просто личное. Если всё так, как я себе вообразила, это тайны райвимского масштаба.
И если всё так… я хочу услышать это от Яра, когда и если он захочет открыться.
Но как же болит голова!
— Выйдем на воздух, — попросила тихо.
Яр кивнул и достаточно грубо увлёк меня в сторону свободного балкона — их в королевской зале было около десяти, большая часть выходила в сад. Вот и перед нами раскинулись зелёные дорожки, освещённые магическими светлячками. Звёзды уже взошли на небе, а я и не заметила.
Вдохнув воздух полной грудью, я скосила взгляд на раздражённого Яра.
— У меня не было выбора.
— Выбор есть всегда.
— Ты злишься на меня? — уточнила я. — Не хочешь понимать причины моих поступков и злишься? Яр, мы с тобой даже ничего не обещали друг к другу. Твои эмоции излишни.
— Излишни, — повторил он и взглянул мне за спину, а после вновь посмотрел в глаза, — а что не излишне, Джесселин?
— Тише, — попросила я и запоздало заметила вокруг нас купол безмолвия. Значит, нас точно не услышат. — Яр, я обещала Трею танец. Ещё до того, как узнала о его статусе.
— Как удобно узнавать всё после, — рыкнул принц и подался вперёд так резко, что мне пришлось отступить, уперевшись в перила. — Не играй со мной, Джесселин. Ты даже не представляешь, какой зверь внутри меня. Раззадорь — и половина Энибурга не уцелеет.
— Ты угрожаешь мне? — изумилась я, тяжело дыша.
Яр сглотнул и отвёл взгляд, будто сам устыдившись коктейля эмоций, что бурлили в нём. Мы оба тяжело дышали, глядя глаза в глаза. Мне вновь почудилось, что его зрачки были вытянуты.
— Я никогда не посмею тебе угрожать. Скорее, я прошу тебя о благоразумии, потому что… — Яр привлёк меня к себе, положив ладонь на мою шею и наклонился так близко, что его губы почти касались моих, — я ревную. Впервые. Извини, Джесселин Эндервуд, но с этого момента у тебя нет выбора. Ты будешь моей.
Он хотел поцеловать меня. Я тоже возжелала этого поцелуя, хоть и чувствовала боль в висках. Всё тело горело, вспыхивало от одного прикосновения раманского принца. Мы оба были опьянены друг другом. Смотрели, подавались, пили дыхание и… не решались.
Полог спасает от звуков, но он не спасет от взглядов.
— Пить, — прошептала я и облизала губы. — Хочется пить.
Хочется пить его дыхание, ощущать вкус его губ. Запах можжевельника окончательно вскружил мне голову, и даже предостережения бусины не помогают.
— Я принесу, — хрипло ответил Яр и последний раз склонился ко мне для призрака поцелуя и отстранился.
Смотрел на меня невыносимо долго, и я плавилась под этим взглядом. Под звёздами, что светили так ярко, но не могли затмить блеск глаз раманского принца.