Линия на полу стерлась, дым, худо-бедно защищающий нас от умертвий, развеялся, и сейчас они заполонили весь склеп. Кэвин уничтожал одних, но им на смену тут же вставали другие, те, кто провалялся на полу несколько минут. Они пробуждались быстрее, чем Кэвин успевал упокоивать. Даже мой обезглавленный мертвец все равно пытался добраться до Эдвина. Он налетал на саркофаги и собратьев, но упрямо шел к своей цели. Среди костей мелькнул знакомый алый халат — дядюшка тоже был в рядах кровожадных восставших, а ведь я почти прониклась к нему симпатией.
Их было много. Целое восставшее семейное кладбище, которое было собрано в ровных рядах похожих друг на друга саркофагов. Я не знала, сколько их тут. Двадцать? Тридцать? Бесконечная кишащая смрадная толпа. Я терялась и не понимала, что делать. Просто отмахивалась словно вросшим в руку оружием и пыталась не подпустить их к себе, и желательно еще к Эдмонду, который вел себя словно девчонка. Орал, уворачивался от загребущих, тянущихся к нему когтистых пальцев и прятался за меня. Кэвин стоял чуть в стороне. В нем чувствовали силу и к нему не лезли. Мы пытались держаться рядом с ним, но не всегда получалось. Некромант читал заклинания одно за другим, я чувствовала — его силы на исходе, но не представляла, как смогу поделиться с ним. Если я встану у него за спиной и буду служить сосудом, из которого он черпает дополнительную энергию, то кто будет отгонять умертвий? Нас было мало, и мы не справлялись.
— Мы должны сделать что-то… — взвыла я. — Что-то глобальное!
— Я готовлюсь, — сжав зубы, ответил Кэвин. В его черных глазах застыла решимость, а в склепе ощутимо похолодало. Похоже, он использовал весь свой ресурс. Меня он не звал. Почему? Считал, что я не помогу, или боялся, что опустошит меня и оставит нас обоих без сил и возможности спастись? Но я понимала, и без него нам не выжить. Я кинулась к Кэвину и обняла со спины, открываясь и выпуская свою силу наружу. За спиной заорал Эдмонд. Он схватил кинутое мной оружие и теперь отбивался от мертвяков сам, а они обступали нас плотным кольцом.
— Нам не хватает еще одного человека с топором или лопатой, на худой конец! — пробормотал Кэвин сквозь зубы. Я чувствовала, как утекают собственные силы, прижималась щекой к мощной спине и понимала, что ничего у нас не получится. Пока мы собираем магию, некому расправляться физически. Даже вдвоем мы с Эдмондом не справились бы, а уж он один точно не сможет бесконечно отгонять толпу.
— Лопатой… — пробормотала я, вспоминая, о чем я забыла. — Точно, лопатой!
— Ты бредишь? — спросил Кэвин.
Но с моих плеч уже сорвалась сумка, что-то звякнуло за спиной, и в ряды мертвецов молнией ворвалась старая ржавая лопата с черенком, окутанным магией. Призрак уже вернул себе нормальный размер и представлял собой мощное магическое оружие.
— Эй! — воскликнул Кэвин, даже на секунду потеряв нить заклинания. — Это же моя лопата. Откуда она здесь и что за квартирант в ней поселился?
— Можно, я оправдаюсь потом? — попросила я несчастным голосом. — Давай попробуем разобраться с тем, что здесь творится.
— Сейчас будет очень неприятно, — предупредил Кэвин.
— А что ты хочешь сделать?
— Я хочу поглотить силу артефакта, а потом ее развеять.
— То есть… — сморщилась я.
— Да, в меня все не влезет. Готовься, Кетсия, тебе придется немного послужить сосудом для дурной магии. Обещаю потом пожалеть.
— Не хочу…
— Чтобы я тебя жалел? — невесело хмыкнул Кэвин.
— Все вот это вот не хочу! — в сердцах воскликнула я.
— Если скажешь нет, я не буду этого делать, но тогда мы вряд ли выживем, — уже совсем серьезно отозвался начальник.
— А Эдмонда нельзя использовать? Я лучше вместе с лопатой пораскидываю его родственников.
— Мне нужен некромант. Эдмонд не подойдет.
— Почему же мне так не везет, — взвыла я и прижалась ближе к спине Кэвина.
Лопата бодро крошила мертвецов, а я поражалась, как же не додумалась позвать своего помощника раньше. Просто забыла. Но и он хорош! Мог бы и сам проявить инициативу. А то как в чужих сахарницах да цветочных горшках копаться, так всегда пожалуйста, а тут сидел до последнего!
Перед нами с неприятным звуком упала голова дядюшки Пэрриота и уставилась в полоток злющими черными глазницами, я заметила это, выглянув из-за спины Кэвина, а потом меня черной волной накрыл кошмар.
Голову сжало тисками в горло и нос потекла чья-то липкая, чужая и очень противоестественная сила. В ней было что-то знакомое, но противное настолько, что я не смогла понять, что именно. Она отравляла и раздирала мне горло. Желудок от нее сворачивался в тугой комок, а кровь закипала в жилах. Кажется, я начала кричать, не справляясь с разрывающей внутренности болью, захлебываясь черной, густой, как смола, дрянью, умирая.
Я уже не могла держаться за Кэвина и упала. Сквозь мутную пелену увидела летящего на меня сверху оскаленного мертвеца, но раздался всего лишь один свистящий росчерк, и рядом со мной упал обезглавленный скелет. Очередная голова прогрохотала по полу, а мимо лица пролетел деревянный черенок, сияющий голубым магическим светом.
Я лежала и не могла пошевелиться, переполненная чужой отравляющей силой, а потом она начала растворяться и испаряться черным дымком, который утекал в подставленную Кэвином чашу для зелий. Я едва дышала и прикрыла глаза. В склепе стало тихо. То ли просто я перестала слышаться звуки. Тело становилось легче, в легкие с каждым вдохом попадало все больше воздуха, голова кружилась. Но уже не из-за черной дряни, а оттого, насколько здорово дышать. Я медленно уплывала в беспамятство, но не сильно волновалась по этому поводу. Я просто очень устала, заклинание выпило все силы, и мне нужно было отдохнуть. И телу, и мозгу.
Приходила я в себя медленно. Лежать было неудобно, но кто-то заботливо придерживал мою голову.
— Эй! — позвал меня Кэвин, видимо, заметив дрогнувшие ресницы. — Ты как?
— Вроде жива, — прохрипела я. — Но никогда, слышишь, никогда я больше на такое не пойду!
— Но если бы ты не согласилась, мы бы умерли, — отозвался Эдмонд.
— Ну и что, мне бы хуже точно не было, — пробурчала я, чувствуя, как постепенно ко мне возвращается чувство юмора.
Лопата смирно стояла в углу, куча родственников Эдмонда хаотично валялась по полу склепа. Некоторые особо сообразительные успели залезть обратно в саркофаги. Правда, в большинстве своем только наполовину, а дверь все еще была закрыта.
— Все закончилось? — спросила я.
— Ну как тебе сказать, — отозвался Кэвин. — Мы разворошили семейный склеп, но так и не выяснили то, ради чего приехали.
— Ну не нужно! — отмахнулся Эдмонд. Мне в его жесте привиделась некая истеричность. — Не нужно мне никакого наследства, у меня и так денег достаточно. Не хочу. Дедушка прав, он всегда решал, как лучше.
— И вам неинтересно, кто вас чуть не убил? — вкрадчиво поинтересовался Кэвин. — Вы же понимаете, что это все неспроста. Целью были не мы, а вы. И думаю, если вас пытались убить сейчас, попробуют и позже, раз эта попытка не удалась. А в следующий раз меня и Кетсии с лопатой может не оказаться рядом. Точнее, нас точно рядом не окажется. Мы же не ваши телохранители.
— Даже не знаю, — Эдмонд был напуган. — Это происшествие словно знак свыше.
— Обещаю, следующий ритуал пройдет в спокойной обстановке, — успокоил заказчика Кэвин. — Не здесь. Нужно будет только найти и перенести нужное тело в какое-нибудь прохладное помещение в доме. Ну, и вы сами понимаете, сохранить в тайне произошедшее не выйдет.
— Я все понимаю. С дядюшкой я объяснюсь сам. Надеюсь, он меня поймет.
— Вот и замечательно. Отыщем вашего родственника во всем этом, — Кэвин кивнул в сторону раскиданных по склепу мертвецов. — И завершим начатое.
— Да его несложно опознать, — поежился Эдмонд. — Он тут единственный свеженький.
— Вот и замечательно. Не нужно искать знаки судьбы там, где их нет.
— А вам-то что за интерес? Я все равно заплачу вам, всю сумму, о которой договаривались. Вы мне жизнь спасли.
Как мило, что Эдмонд не вспомнил, что если бы не мы, он бы вряд ли оказался в такой ситуации. Но, естественно, наводить на такую мысль я его не стала, просто устроилась поудобнее, наконец сообразив, что моя голова покоится на бедре Кэвина. Начальник нежно перебирал мои выбившиеся из косы прядки.
— Понимаете, Эдмонд, мне очень не нравится, когда меня пытаются убить, — начал говорить Кэвин. — Пусть так, мимоходом, целясь в кого-то другого. Точнее, так даже обиднее, чем если жертвой покушения являюсь я. А уж когда это делают, используя магию, близкую к моей, это мне не нравится особенно. Выяснить, что случилось и почему ваш дед изменил завещание, дело чести.
— А может быть, дело не в завещании? — подала я голос, все еще думая про Лиз. — Вдруг кто-то просто воспользовался удобным случаем?
— У вас есть враги, Эдмонд? — спросил Кэвин, поняв ход моих мыслей.
— Наверное, есть, — пожал мужчина плечами. — У меня же деньги. А где деньги, там всегда враги.
Прозвучало это так обреченно, что я поняла, не хочу много денег. Лучше, чтобы чуть-чуть, но в радость.
На этой позитивной ноте раздался скрип, и дверь в склеп открылась. Мы были свободны.
Наверное, стоило встать, выйти и что-то сделать, кому-то сообщить о произошедшем, например представителям закона, но я не могла даже пошевелиться. Просто лежала и смотрела в потолок.
— Ты можешь идти, Кет? — спросил Кэвин.
— Похоже, нет, — безучастно отозвалась я. Конечно, лежать жестко, но, с другой стороны, опасность мне больше не угрожает, так зачем торопиться? И тут хорошо.
Кэвин без слов поднял меня и на руках вынес из склепа. Свежий воздух показался удивительно ароматным. От него кружилась голова. Эдмонд сразу же пулей рванул в дом, чтобы вызвать охранников, представителей закона и медиков для меня, хотя я сразу сказала, что мне и так хорошо, а Кэвин неторопливо нес меня следом.
— Наверное, я уже могу идти сама, — прошептала я, смущаясь.