Кажется, расстроил нехотя. Надо расспросить у знающих специалистов эти моменты, а вдруг не глупости! Во всяком случае, звучит не как глупая розовая чушь про эмоциональную связь матери и ребенка и всякую мистическую чепухень.
Может, я и поторопился с этим чертовым суррогатным материнством? А если бы все произошло иначе? Если бы Рита просто пришла ко мне со своей беременностью после того раза в кабинете, выслушал бы я ее?
Ой, не факт! Я же себя знаю. Как там говорят: что ни делается – все к лучшему! Надо только мне не упустить свой шанс и все сделать правильно.
Глава 17
МАРГАРИТА
Мы заходим в дом – впереди шагает Ярослав и несет мою сумку с вещами, я семеню сзади. Мне уже не трудно ходить, но за летящими шагами мужчины мне не поспеть.
В арке, ведущей на кухню, нас встречает радостная Валентина Максимовна. Она вытирает ладони полотенцем, а по холлу и гостиной разлетается аппетитный запах пирога. За это время я уже истосковалась по домашней пище. В принципе, в клинике кормили вкусно и сытно, но ничто не заменит домашнюю стряпню.
– Пойдем, – Ярослав, под умильным взглядом экономки, притягивает меня свободной рукой к своему боку и тянет наверх по лестнице. Я, было, дергаюсь в сторону своей спальни на первом этаже, но мужчина лишь еще крепче прижимает меня к себе.
– Ты переехала! – улыбается он краешком губ, повернув ко мне голову и от его взгляда я капитулирую, молча и покорно иду рядом я, куда ведут.
Я не понимаю, что все это значит, но надеюсь, что скоро все объяснится. Ярослав приводит меня в свою спальню, и я вижу тут свои вещи. Действительно, переехала.
Ярослав ставит мою сумку на кровать и делает приглашающий жест рукой, как бы говоря, располагайся.
Судорожно сглатываю и отступаю, но мужчина снова притягивает меня к себе, разворачивая лицом к нему и впивается в мои губы несдержанным поцелуем.
Минуту спустя, мы оба тяжело дышим и уже лихорадочно освобождаем друг друга от одежды.
Мне просто жизненно необходимо прикоснуться к обнаженной коже Ярослава, провести ладонями по широкой груди, сжать пальчиками мощные бицепсы, поцеловать яремную впадинку под кадыком и смачно провести языком вверх от нее по кадыку, через подбородок к губам! И услышать в ответ тихий, вибрирующий стон блаженства, а потом выдать повторный стон, когда широкие ладони Ярослава сожмут мои обнаженные ягодицы! И я податливо обхвачу его бедра своими ногами, открываясь мужчине, покоряясь и подчиняясь. Потому что, я сама хочу этого.
И все происходит именно так – Ярослав снимает с меня одежду полностью и поднимает меня на свои бедра, удерживая за ягодицы, его пальцы игриво касаются моих сильно влажных половых губ, от чего мне становится еще влажнее.
Член мужчины метко и мягко скользит внутрь. Сначала я чувствую давление на вход, потом, не дав мне опомниться, он проникает внутрь, я чувствую растяжение, наполненность и прикосновения к чему-то остро приятному глубоко внутри с каждым толчком Ярослава в меня. Он ласкает меня на весу, зацеловывая мою грудь, не прекращая движений.
А мне хочется выгнуться дугой от блаженства и вопить на одной ноте: «Ааа!» Пожалуй, для моих ощущений слово блаженство слишком скучное и блеклое. Это эйфория, экстаз! Ярослав превратил меня в секс наркоманку – нимфоманку!
И поэтому после первого оргазма мы не успокаиваемся, а бредем в ванну, там у Ярослава роскошное джакузи и я впервые пробую секс в джакузи, после чего меня обтирают и несут в спальню на широкую кровать кинг сайз.
Ночь еще только спускается. Три раза за вечер! Он заводной что ли? Но я и сама ощущаю, что хочу и могу еще, приподнимаюсь на локте и рассматриваю шикарное обнаженное тело мужчины рядом. Не удержавшись, кладу ладонь на темную курчавую поросль ниже пупка, от этого его член резко шевелится сам собой.
– Не шали, Рита! – хрипло шепчет Ярослав с легкой насмешкой и вопросительно заглядывает в мои глаза.
Хочу еще! Говорят они ему, и Ярослав жадно тянет меня на себя, вынуждая его оседлать. В такой позе мне хорошо видно его лицо и каждую эмоцию на нем, и это тоже сильно возбуждает.
Мне хочется сделать что-нибудь такое, что было бы совершенным безумием и очень распутным. Хватит с меня ханжества, пуританства и общественной морали!
Соскальзываю ниже и настойчиво тянусь губами к члену Ярослава – очень хочу попробовать его на вкус!
Едва я приближаю лицо к паху Ярослава, его руки обхватывают мою голову, запуская пальцы мне в волосы, а член уже бодро стоит. Я легко касаюсь языком красивой крупной головки, от чего она резко дергается, улыбаюсь и беру её в плен своих губ. Где-то выше глухо стонет Ярослав, его руки на моей голове напрягаются, и он пытается руководить процессом.
У меня снова все горит от желания между ног, а голова упрямо двигается вверх-вниз, лаская член своего мужчины. Теперь уже, скорее всего, своего.
Ярослав входит в мое горло мощно и глубоко. Если расслабить горло, то это даже почти не мешает.
Я поднимаю глаза и натыкаюсь на невменяемый взгляд Ярослава, он тяжело, рвано дышит, на виске – капелька пота, и волосы влажные, в груди клокочет стон. Он будто сдерживается и тогда я, сконцентрировав его внимание на себе, начинаю сама ласкать себя.
Взгляд его становится почти безумным. Это не минет, это трах в рот! Но, что удивительно, я получаю не меньше удовольствия.
Засыпаю рядом с ним сытая и удовлетворённая, в полной уверенности, что новый день принесёт мне только положительные эмоции.
Но у судьбы, как всегда, свои планы на мой счёт…
Глава 18
ЯРОСЛАВ
Я просто не в силах остановить это безумие!
Марго меня убивает, она смотрит с таким выражением, что у меня шерсть дыбом встает и в бараний рог скручивает. Да кто она вообще такая!
Свалилась на мою голову. Мало их что ли, симпатичных девчонок? А вот именно эта под кожу влезла.
Хотя, если Маргариту отправить в салон, да приодеть, как следует, она не просто сможет конкурировать с такими, как Анжелия, а вполне сможет обскакать таких.
У Маргариты есть ряд неоспоримых преимуществ, выгодно выделяющих ее среди прочих: нет на ее лице установившегося стервозного выражения продажной самки, личико у нее свежее, нежное и не испорченное ничем, кроме интеллекта, а это я уже отношу к ее вторым преимуществам. Третье и самое ценное – она простая! Не избалованная прожигательница жизни, не капризная потребительница, а самая обычная девчонка, сама пробившая себе путь к солнцу.
Я ведь смотрел ее личное дело – живет только с мамой, сама поступила учиться на юриста, причем, на бюджет!
Работала еще пока училась, правда, не по специальности, а официанткой в соседнем кафе.
Какое разительное отличие с рыжей!
Губки Марго обжигают кипящей лавой, совсем не те же ощущения, что с Анжелией.
Сейчас я себя не контролирую, только изо всех сил сдерживаюсь, чтобы не причинить Рите боль или вред. Пальцы сами собой впиваются в ее волосы, и руки судорожно обхватывают прелестную головку девушки, а она из меня жизнь выбивает каждой лаской проворного язычка!
У нас секс-марафон, секс-упоение. Даже – секс-запой! И я действительно чувствую себя запойным алкоголиком. Я не могу ею насытиться, даже погружаясь в нее до упора, я хочу еще. Больше, глубже, настойчивее, до донышка и без остатка!
Она вся моя, а я – ее! Мне хочется трахать ее жестко и непрерывно всегда. И поэтому чувствую себя сексуальным маньяком.
Рита от меня не отстает и вытворяет с моим членом восхитительно пошлые вещи. Как бы этот секс-запой не повредил ее и без того шаткому здоровью?
Думаю, надо съездить к тому доктору, что крутился рядом с Марго. Возможно, он даст толковые советы.
Не откладывая в долгий ящик, оставляю Маргариту под присмотром Валентины Максимовны и еду в клинику.
Иван, а именно так зовут того доктора, смотрит на меня настороженно и без улыбки, руку подает неохотно после маленькой заминки, и я ее замечаю.
– Иван…– начал я и замялся, не зная отчества собеседника.
– Просто Иван, – предлагает он.
– Тогда просто Яр! – киваю ему, нам нечего делить, хоть нам и нравится одна девушка. Но с кем быть – это выбор Маргариты, а нам бодаться – только рога ломать! А сейчас не до боданий, на кону жизнь и здоровье дорогого нам человека. Расспрашиваю у Вани о рекомендациях по поводу здоровья Маргариты.
– Понимаешь, Яр, ей нервничать противопоказано. Категорически! А она вся на нервах постоянно, – вздыхает Ваня, – беременность, личные какие-то неурядицы, мама еще!
– А что с мамой? – удивленно вскидываюсь я.
То, что рассказывает Ваня бьет под дых. Бегемот толстокожий! Оказывается, вся эта затея с суррогатным материнством был не каприз и не попытка срубить легкого бабла, а ради мамы!
Еще я добавил личных неурядиц.
Но почему-то понимание того, что Марго воспринимает нас целым, общим, личным и переживает о нас, грело душу.
У меня начинается внутренний припадок самобичевания и сразу после разговором с Иваном, несусь в офис, там у нас для бойцов организован великолепный тренировочный зал.
Груша – отличный партнер: молча глотает любые твои эмоции, но может и в ответку шандарахнуть и никогда не сдаст тебя в ментовку за побои, да и на больничный не слиняет.
Минут сорок с упоением метелю тугой кожаный бок. Перед этим в три подхода по двадцать раз отжал от груди свои законные сто восемьдесят, это почти мой рост, но иной разминки для тела и нервов я уже не представляю.
В зале меня и застает Фомичев.
– Димон, как ты решился-то на своей жениться? – спрашиваю друга.
– Да тоже грушу околачивал, а потом понял, что хочу прийти домой, а там она меня встречает и только она! Понимаешь, Яр, вообще никакую другую видеть не хотел! – начинает Дима ржать, но потом серьезнеет и смотрит на меня как-то испытующе, словно командир на бойца перед заданием, – а ты ниак жениться созрел?