При виде третьего-лишнего повела она себя, кстати, адекватно. В смысле не стала активно визжать, прикрывая свои прелести – во-первых, там было на что посмотреть, и руками все равно делу не поможешь, а во-вторых, кое-какая одежда, способная кое-как сыграть роль купальника в стиле супер-мини, все же имелась. С точки зрения современных представлений об уместности того или иного наряда вполне достаточно. К тому же, наверное, сообразила, что ее визг живо привлечет внимание кучи разбуженных мужчин. В общем, нормальная современная девица с зачатками интеллекта и минимумом нравственных проблем. Другой вопрос, зачем она вообще в таком виде из комнаты вышла, но это уже только проблемы этой парочки. Игорь приветственно кивнул Принцу, окинул глазами его пассию вначале сверху вниз, потом снизу вверх, украдкой (но так, чтобы дама обязательно заметила его жест) показал товарищу большой палец и нырнул в свою комнату – спать уже не хотелось, но надо было удостовериться, не забыл ли чего.
Полчаса спустя, когда он, наслаждаясь кофе, сидел на первом этаже, протянув ноги к пышущему жаром камину, Принц спустился в гостиную, плюхнулся в соседнее кресло и с непонятным выражением лица уставился на огонь. Игорь с легким удивлением посмотрел на него и спросил:
– Чего ты так быстро-то?
– А что мне там делать?
– Как это чего? – Игорь скабрезно ухмыльнулся и энергичным жестом показал. Его товарищ чуть поморщился:
– Воспитание у тебя, однако…
– Какое уж есть. И все же?
– А у нее голова болит.
– Послала, значит… Кто она такая вообще?
– Соседка.
– Твоя?
– Нет, блин, Пашина. Ты иногда бываешь непроходимо туп.
– Что есть, то есть. И все же?
– А что все же? Девица с этими тусовалась, которые к соседям железками махать приехали. Но потом все ужрались в хлам, вот она к нам и сбежала.
– Очень интересно. А на хрена?
– Потому что трахаться с пьяными не захотела.
– Она и с трезвыми, судя по твоей обиженной роже, не особенно. Ладно, черт с ней, а теперь отвечай как на духу: что за спектакль ты вчера устроил?
– Потом, все потом. Сейчас позавтракаем – и двигаем до дому. Не волнуйся, здесь, когда вокруг толпа народу, тебе ничего не угрожает, – понизив голос, ответил Принц. – А в машине я тебе все расскажу. Идет?
Ну что тут оставалось делать? Не спорить же с известным своей упертостью мулатом. Игорь лишь кивнул и попытался сократить время до отъезда тем, что пошел на кухню готовить завтрак. Увы, и это оказалось бесперспективным занятием. То ли на запах, то ли от того, что народ уже выспался, но все начали просыпаться и потянулись вниз. В результате Игорю пришлось выступить еще и в роли общественного повара. Так что домой он поехал далеко не сразу, практически в одно время с другими гостями.
А выезд оказался тем еще шоу. Стоянка небольшая, машин много, к тому же пришлось выдергивать из снега все ту же многострадальную «тойоту». Низкосидящая машина выехать сама оказалась попросту неспособна. Прицепили ее к «крузаку», дернули. Получилось здорово, машина буквально выскочила из снега, как пробка из бутылки. Зато водитель джипа, преуспевающий менеджер, но хреновый водитель, не ожидал столь радикального эффекта, с управлением не справился, и, прежде чем сообразил бросить педаль газа, его собственный внедорожник ушел в рыхлый снег и сел на мосты. Тут уж пришлось звать на помощь Валерьянкина, который без особых проблем помог незадачливому коллеге выбраться и даже не стал острить по поводу новых веяний в искусстве вождения. Словом, маленькое приключение, никому не испортившее настроения.
Уже перед самым выездом Принц вдруг исчез, а потом вернулся со своей пассией. На сей раз одета девушка была вполне прилично, хотя и бедновато, однако само ее появление в мужском коллективе произвело небольшой фуррор. Под взглядами собравшихся, в основном завистливыми, и шепотком вроде «и здесь бабу нашел» он подвел ее к машине и спросил:
– Игорь, подбросим даму?
– Без проблем, – откликнулся тот.
Особого энтузиазма в его голосе, правда, не было, но Николай предпочел этого не заметить. В результате дама (небось, хе-хе, от слова «дам») очутилась на заднем сиденье, разделив его с рюкзаками, Принц с улыбкой на всю рожу плюхнулся рядом с Игорем, и кроссовер бодро покатил по заснеженному проселку.
Всю дорогу спутник загадочно молчал – то ли атмосферу нагнетал, издеваясь над товарищем, то ли не хотел разговаривать при посторонних. Игорь, кстати, тоже не горел желанием трепать языком в присутствии совершенно левого человека, поэтому врубил радио и молча крутил баранку. В клавиши он, правда, ткнул наугад, попав на ретро-канал, этим утром крутивший жуткую тягомотину. Краем глаза отметил, как поморщилась и без того придавленная вещами пассажирка, но менять настройки не стал, ибо нефиг. При том что и сам от этой мути удовольствия не получал ни капли, однако дух противоречия оказался сильнее.
Хорошо еще, далеко везти не пришлось. Девица попросила высадить ее возле одной из студенческих общаг, кучковавшихся на окраине города. Четыре непрезентабельных строения, возведенные больше тридцати лет назад, исправно давали приют уже неизвестно какому по счету поколению усердно грызущих науку (а также пьющих водку и нарушающих порядок) студиозусов. Игорь тормознул возле крайней, пассажирка выскочила, сказала «чао, мальчики» и бодро затопала к себе. А Игорь, вдавив педаль газа, лихо развернулся на пятачке и, уже порядком отъехав, спросил:
– Как ее хоть зовут-то?
– Не знаю, не спросил, – отозвался Принц.
Игорь пару секунд удивленно хлопал глазами, а потом мужчины дружно расхохотались.
– Ну ты даешь! – вытирая слезы, прокомментировал Игорь, отсмеявшись.
Хорошо еще, здесь, на окраине, на дорогах сегодня практически не было машин, и они ни в кого не въехали.
– Даю не я, дают мне. И вообще, я с ними не для того, чтобы имена запоминать знакомлюсь, тем более ходовых-то имен десятка полтора, не больше. Живо в голове перепутаются.
– Циник, – фыркнул Игорь. – А теперь, может, все же объяснишь мне, за коим шутом разыграл всю эту комедию с моей будущей женитьбой?
– А что, не понравилось? – Принц вдруг резко посерьезнел. – А ведь мог бы и догадаться. Кто бы с тобой шутки ни шутил, сейчас я его спровоцировал.
– А точнее? – последнее слово Игорю весьма не понравилось.
– Чего точнее? Я же тебе говорю, сейчас мерилом всего являются деньги. А законная супруга – это, помимо всего прочего, еще и наследница, понимаешь? Я не знаю, наследница чего, не знаю, сработает ли мой блеф, но подозреваю, что твой недоброжелатель задергается, начнет делать ошибки. Вряд ли он хоть что-то успеет сделать сегодня: если предположить, что этот человек один из наших, ему банально не хватит времени. Но вот завтра-послезавтра без оружия не ходи даже в сортир.
– Ты еще скажи, что у тебя имеются подозрения, кто это.
– Имеются, и очень веские, – серьезно отозвался Принц. – Но тебе о них знать пока что рано.
Игорь вздохнул. То, что пытаться сейчас что-то выпытать из товарища – пустая трата времени, он понимал совершенно отчетливо, не раз уже слышал от него слова, сказанные подобным тоном. В некоторых случаях Николай отличался воистину ослиным упрямством, и оставалось лишь развести руками – все равно ничего не скажет. Впрочем, Игорь Принцу доверял.
Дома его ожидали стерильность и гробовая тишина. Стерильность потому, что квартира была нереально чистой. Игорь, разумеется, и сам чистоту блюл свято, но в его понимании она сводилась к мытью полов, чистой посуде и протиранию экрана телевизора. Тут да, все блестело. А вот пыль стирать из всех уголков он заставить себя не мог никак. Точнее, вытирал, конечно. Время от времени. Довольно небрежно. С открытых мест. Но сейчас, чтобы найти пыль, ему пришлось бы, наверное, вооружиться микроскопом. Кого за это благодарить, он тоже догадывался, а еще гадал, все его вещи на привычных местах или лежат сейчас в аккуратных, но абсолютно незнакомых ему стопочках, и чтобы найти, к примеру, любимую футболку, придется вначале перекопать добрую половину шкафа. И это еще при условии, что удобная, но заношенная до полной затрапезности одежда не стала половой тряпкой или вовсе не отправилась в мусорное ведро.
Гробовая тишина, в свою очередь, удивления не вызвала. Просто Дина сидела на диване с книгой в руках и демонстративно не обращала на Игоря внимания. Даже не встала, когда он ввалился в квартиру и шумно сбросил на пол рюкзак с амуницией. Ну, ее право. Оставалось только, в свою очередь, не обращать на нее внимания, в противном случае так или иначе окажешься виноватым, ибо искусством сделать из ничего обед и скандал любая женщина владеет с рождения.
Выбранная им стратегия поведения оказалась правильной. С женщиной постарше это не прошло бы, однако сказался возраст, и терпение у Дины кончилось раньше, чем у Игоря. В общем, он успел всего лишь принять душ и налить себе чаю, как она с шумом захлопнула книгу, вошла и, сев напротив, строгим голосом спросила:
– А меня предупредить не мог?
– О чем? – удивленно спросил Игорь.
Удивился он, правда, не столько вопросу, ожидая чего-то подобного, сколько ее голосу. Пожалуй, у какой-нибудь строгой учительницы начальных классов, грозы школы и учеников, получилось бы не столь внушительно. Однако же классика жанра: вначале общего плана обвинение, а потом вперед, мужчина, кайся в несуществующих грехах. Проходили, и не раз. Именно поэтому он и ответил вопросом на вопрос, после чего замолчал, ожидая продолжения скандала.
Как ни удивительно, Дина оказалась умнее многих и все же объяснила причину своего недовольства. Оказывается, он должен был вчера вначале предупредить ее, что уходит, а потом еще и вернуться ночевать. Игорь слегка охренел. Ну ладно, собственнические инстинкты у нее проснулись. Сопля, конечно, но все же у нынешних малолетних акселератов и не такое можно наблюдать. Тем не менее это все же пока что его дом, и он никому в нем неподотчетен. Ну и, плюс ко всему, как ей что-то сказать, если Дина, когда Игорь уходил, еще сладко-сладко дрыхла, а сам он не знал, что задержится? Оставалось пожать плечами и посоветовать вставать пораньше. Дина после его слов обиделась еще больше, но, очевидно, убедившись, что ее претензии не принимаются, раздувать скандал не стала, только надулась сильнее и ушла к себе. Хорошо еще, кухонной дверью не хлопнула – мелкие стекла, которыми она была забрана, были не слишком жестко закреплены и запросто могли вылететь. Игорь, глядя на это, лишь еще раз пожа