— Мендоксе… — проворчал Шикамару. — И чего ты маешься?
Он лежал в траве неподалеку и игрался зажигалкой.
Сарада вздохнула. Она проанализировала свое крепнущее чувство вины и пришла к выводу, что проблема упирается в Наруто. Если бы это не касалось его; если бы ей было наплевать, осудит он ее поступок или нет, она бы спокойно жила с этой ношей дальше и даже не считала ее ношей. Наврать Хокаге оказалось проще простого. Но Наруто был таким прямолинейным и искренним… Лгать ему, пользоваться его расположением, которого она не заслуживала, было невыносимо.
— Жертвой для Эдо Тенсей был Тензо, а никакой не Белый Зецу.
Шикамару перестал щелкать зажигалкой.
Орочимару внутри потерял дар речи от шока. Он так убеждал ее соврать Хокаге, чтобы она ни с того ни с сего все испортила внезапным признанием?
— Вот оно что… — вымолвил Нара.
Сарада уткнулась лбом в горячие колени. Она плавилась в молчании Шикамару, шипении саннина и далеком звоне детского смеха.
— Я прикинул возможные развития событий, — сказал Шикамару немного погодя. — В общем, расклад мог быть таков, что не призови ты Йондайме, все пять великих стран бы пали.
Сарада с удивлением взглянула на него. Шикамару вытащил из кармана сигарету, покрутил в руках и сочно понюхал.
— Типичная вилка, — рассуждал он задумчиво. — Конь одним ходом нападает на ладью и на короля.
Шикамару немного помолчал, разглядывая измятую сигарету, щелкнул зажигалкой и приблизил дрожащее пламя огня к самому кончику. С наслаждением затянувшись, он подвел беспощадный итог:
— В конце концов у Тензо не было шансов.
— Почему?
Он выпустил изо рта дым.
— Потому что любой игрок в первую очередь стремится уберечь своего короля.
****
Отец ушел. Наруто так надеялся, что они отправятся к нему домой и хоть немного расслабятся. Он о стольком хотел разузнать, столько всего хотел рассказать! Но отец сказал, что у него остались еще срочные дела, и, зашвырнув его в Коноху, испарился.
Наруто постоял на темной дорожке у госпиталя и все-таки решил отправиться к Сараде.
Его впустила Карин, довольно ухмыльнулась чему-то своему и убежала вглубь дома. Ей явно было не до него. Наруто разулся и заглянул к Сараде.
В комнате вкусно пахло шампунем. Сарада сидела в пижаме на своем футоне, обнимала колени и тупо глядела на постель. Наруто потер лоб. На пальце осталось тонкое веретенце свалявшейся грязи. За порогом комнаты он ощущал лишь легкую усталость, но сейчас ему невообразимо захотелось вымыться.
Однако странно было видеть Сараду без дела в таком оцепенении.
Она взглянула на него украдкой и сжалась. Наруто прочитал в ее быстром взгляде вину и страх. Он присел рядом на колено и хотел было спросить, что это с ней такое, но Сарада его опередила.
— Я убила Тензо, — заявила она ни с того ни с сего.
Наруто растерялся. Сарада сказала какую-то нелепицу и теперь пожирала его взглядом в ожидании ответа.
— Ч-чего, даттэбайо?
Она сделала глубокий вдох и отвернулась.
— Там, на плавучем острове, из тебя извлекли Кьюби. Был только один шанс спасти тебя: снова наполнить чакрой биджу.
Сарада говорила быстро и нервно, и Наруто с ужасом начинал понимать, что та нелепость вполне может оказаться правдой.
— Вторую половину Кьюби твой отец запечатал в себя, и я его воскресила. Техника Эдо Тенсей требует человеческой жертвы…
В груди что-то больно сжалось.
Он моргнул, и мир вокруг на какую-то долю мгновения показался ему ненастоящим. Сгорбленная Сарада, тусклый желтый свет, тишина проклятого дома — все это было плоским осколком чего-то несравненно большего, темного и глубокого. Наруто показалось, что он падает, растворяется в черном холоде бездны и становится ничем.
Он поднялся и пошатнулся. Бездонное болото за спиной схлопнулось. Мир снова стал нормальным, трехмерным и настоящим.
— Куда ты? — испуганно спросила Сарада.
— Купаться.
Он вышел в коридор. Голова кружилась.
Так значит, отец — это Скрытный Анбу? А я жив… Я жив, потому что Скрытный Анбу умер.
Эта мысль билась в голове с какой-то маниакальной назойливостью пока он добирался до душа и скидывал одежду, пропитавшуюся потом и грязью. Наруто всегда бесился, когда от него скрывали правду. Но сейчас был тот редкий случай, когда он предпочел бы остаться в неведении.
Зачем, Сарада… Зачем ты мне рассказала?
Его душило чувство неправильности происходящего. Если так вышло, что ему полагалось умереть, то не стоило Сараде в это вмешиваться, взламывая законы мироздания.
Прозрачная ледяная вода струилась по розовой ладони.
Живая плоть.
Пальцы невольно дернулись.
Наруто прижался лбом к стене. Инстинкт, присущий всем разумным существам, заставлял его бессознательно цепляться за жизнь. Жизнь, купленная ценой чужой жизни, была не в радость, но жизнь все равно была лучше смерти. В смерти он был бы одинок, а одиночества Наруто боялся больше всего на свете.
Он беспомощно провел рукой по груди, пытаясь прочувствовать душащий его змеиный клубок. Прямо в ладонь забился глухими толчками пульс.
Глава 184. Творящая перекрестки
184
Наруто, укутавшись по самую шею в огромное банное полотенце, вернулся в комнату и обнаружил только темноту и мятый футон на полу. Сарады не было. По пути из ванной он уже успел обдумать в разных вариациях, как войдет, что скажет, что она ответит, и к такому повороту событий оказался не готов.
Его снова охватил неконтролируемый страх, что Сарада уйдет и на этот раз уже не вернется.
Он вылетел в коридор.
Где она может быть? У Итачи?
Стоило отодвинуть створку седзи соседней комнаты, как послышался бабский визг и в лицо ему больно прилетело что-то твердое. Наруто, жмурясь, закрыл створку и в последний момент успел перехватить падающее с плеч полотенце.
Карин, чтоб ее.
Потирая ушибленную переносицу, он двинулся по коридору дальше. Заглянул на кухню. На столике дымился нетронутый чай. Наруто перешел из кухни на веранду и наконец нашел Сараду. Она сидела в пижаме на самом краю.
— Вот ты где, — выдохнул он, не скрывая облегчения.
Сарада виновато глянула на него через плечо, словно не ожидала, что он придет к ней и вообще останется в этом доме. Наруто присел рядом. Охлажденное ледяным душем тело под мокрым полотенцем пробирала ночная прохлада.
— Того…
Он украдкой покосился на Сараду, убедился, что она смотрит на него, и вновь отвернулся к пруду.
— Спасибо.
— За что? — она удивилась.
Наруто сделал глубокий вдох и прикрыл веки. Прохлада, запахи сада и застоявшейся воды…
Он снова открыл глаза.
— За то, что вернула меня оттуда.
— А… — начала Сарада, вероятно, чтобы напомнить ему о Скрытном Анбу, но решила не продолжать и так ничего и не сказала.
Он мысленно кивнул себе. Теперь этот вопрос был улажен раз и навсегда. Возможно, это было неправильно, но Наруто уже успел понять, что просто жить по совести дальше уже не получится. Он собирался стать Нанадайме Хокаге. Пришло время учиться делать выбор и жить с этим решением дальше.
Сарада выбрала его жизнь. Наруто, сходя с ума под холодным душем, тоже по итогу выбрал свою жизнь. А значит, говорить больше было не о чем.
— Что у тебя с носом? — рассеянно спросила Сарада.
Наруто потрогал горящую переносицу и тихо рассмеялся.
— Это Карин.
— За что?
— Не знаю. За то, что я открыл дверь не в ту комнату. Я так и не понял.
Деревня, утомленная войной, впала в глубокий сон. Наруто поболтал ногами и посмотрел на звездное небо. Хорошо было так сидеть. Не думать о тех неразрешимых дилеммах, которые терзали до этого его разум.
Наконец Сарада притянула колено к груди и поднялась.
— Ты куда?
Он оторвался от созерцания ночного неба и незаметно следил за тем, как Сарада пружинистой походкой пересекает веранду.
— Спать.
Она ушла, оставив створку седзи открытой. Наруто не стал препятствовать. Однако стоило Сараде скрыться в темном коридоре дома, как на него навалилась давящая тоска. Сидеть на веранде в полном одиночестве было невыносимо.
Он нагнал Сараду в коридоре у самой комнаты, ухватил за плечи и замер как дурак. Сущим эгоизмом было не отпускать ее спать. Она устала, да и он за двое суток боев здорово вымотался. И в то же время Наруто представлял, как Сарада шагнет в свою комнату, закроет за собой створку, погрузится в сон, а он так и останется снаружи. Снова один. В этой зависимости от людей явственно просматривалась его главная слабость, но Наруто не находил в себе сил бороться с ней. После неудавшего путешествия на тот свет он особенно нуждался в компании.
Сарада не пыталась вырваться. Просто ждала. Наруто потерся щекой о ее щеку, незаметно вдыхая запах волос. От близости к любимой девушке внутри что-то сладко натянулось. В обыденной жизни вокруг Сарады как будто существовал невидимый круг, и Наруто не решался нарушить его границы. Сейчас же, ступив за черту этого круга, он ощутил пьянящую вседозволенность.
Спустившись ладонями с плеч к локтям, он соскользнул на талию и запустил руки под пижамную майку. Сарада вздрогнула и напряглась. Наруто широкими движениями провел ладонями по голой спине от поясницы к дрогнувшим лопаткам и обратно, надеясь, что пальцы, холодные после ледяного душа, нагреются от тепла Сарады и его прикосновения уже не будут так неприятны.
Скованная. Напряженная. Она упиралась ему в плечи, комкая полотенце, а Наруто терялся в догадках: что мешало ей на этот раз? Принципы? Чувство вины? Или, может, стеснительность? Сам он стоял перед ней в распахнутом полотенце и ощущал лишь желание стать еще ближе.
Руки перемещались по теплой спине все ниже, с каждым сантиметром замедляясь. Он скользнул под слабую резинку шортов, огладил ягодицы и слегка сжал. Сарада вздрогнула. Глупая улыбка вылезла на лице сама собой. Собственные действия не казались ему пошлыми; улыбался он просто оттого, что трогать Сараду в таком труднодоступном месте оказалось неожиданно приятно.