Или увидит то же, что и Ёро, перепугавший своим кошмарным воплем всех присутствующих.
Может, нас и не поставят в спарринг. Хотя, я бы хотела с ним сразиться, мне интересно сравнить наши силы.
И экзаменатору, судя по всему, тоже было интересно. Потому что, немного погодя, он объявил:
— Учиха Сарада и Учиха Мичи.
Парни под деревом загудели.
— Давай, Мичи, покажи ей!
Кто-то свистнул. Экзаменатор поморщился, но снова ничего не сказал. Сарада пристально глядела, как парень медленно становится в позицию напротив нее.
— Что, снова трусливо отмажешься шаринганом? — спросил он с презрением, наверняка скрывая этим свои зависть и страх.
Трусливо отмажешься?
Мичи считал, что достаточно пробудить шаринган — и весь мир будет у твоих ног. Он даже представить себе не мог, насколько тонкая и кропотливая работа — создать такое реалистичное гендзюцу.
— Нет. Я хочу сразиться с тобой на равных.
Мичи немного расслабился, но при этом прищурился и сжал свои тонкие губы. Он понял: Сарада знает, что он не пробудил шаринган, ей рассказали.
— Приготовьтесь, — нетерпеливо подгонял щекастый.
Они подняли руки.
— Хаджиме!
Мичи мгновенно запустил в нее горсть сюрикенов. Сарада отразила их кунаем и отскочила назад. Если он хорош в тайдзюцу, то нечего его подпускать. Мичи бросил кунай с привязанной взрыв-печатью, но Сарада подбила кунай сюрикеном, и тот отрикошетил к забору. Прогремел взрыв.
Мичи впервые видел ее в бою и не ожидал, что девочка-никто настолько хорошо подготовлена. Он прикусил нижнюю губу и стал складывать печати. Знакомые печати… Сарада сложила их быстрее. Чтобы применять техники на тренировках с Итачи, ей пришлось хорошо поработать над скоростью. Мичи выдохнул небольшой шар огня, но его тут же смело потоком пламени Сарады. Трибуны восторженно ухнули. Парень поспешно убрался из-под атаки, но огонь его все же немного зацепил. Сарада уверенно швырнула в него сюрикены. Он отбился. Новый залп. На этот раз с электричеством. Отработанная комбинация, которую она применяла с Изуми. Нельзя увернуться, нужно отбиваться.
«Это будет неприятно, Мичи. Прости»,— злорадно подумала Сарада.
В глазах мальчишки читалась растерянность. Применение техник природного преобразования на экзамене в академии… Ладно еще классический огненный шар Учиха. Но райтон? Этого он никак не ожидал. Первые несколько сюрикенов Мичи отбил, но руку слегка парализовало электрическим разрядом, и отразить последние он не успел. Они вошли ему в плечо и бедро — Сарада намеренно не целилась в жизненно важные органы.
Сцепив зубы, он вытащил из тела окровавленные сюрикены и отбросил на землю.
— Ах ты сучка.
«Уже не красавица?» — смекнула Сарада. Мичи был ранен и ослаблен, ближнего боя уже можно не опасаться. Она позволила ему сократить дистанцию, приняла на блок несколько внушительных ударов ногой, увернулась от правого хука и ударила Мичи в грудь, скопив в кулаке немного чакры. Он отлетел к другому краю тренировочной площадки и отрывисто пытался вдохнуть, но легкие свело от удара об землю.
Экзаменатор протянул в сторону Сарады руку с планшетом, показывая: «Пауза. Остановись пока», — и присел рядом с Мичи, чтобы помочь ему прийти в себя. Наконец парнишка заново научился дышать, и экзаменатор объявил:
— Победитель — Учиха Сарада. И да, Сарада, для тебя этот бой последний. Твои навыки я уже оценил, проводить все пять спаррингов и калечить лишний раз студентов не имеет смысла. Ты свободна.
Мичи провожал ее взглядом, полным ненависти.
Глава 23. Тебе повезло, однако
23
После завтрака дедушка вызвал ее к себе в комнату.
— Как прошла аттестация?
— Все хорошо. Завтра на выпускной церемонии выдадут повязки.
— Баллы?
Сарада молча протянула дедушке сложенную вдвое выписку с результатами экзамена. По всем этапам — максимум. Его лицо осталось таким же хмурым, но взгляд немного потеплел.
— Как и ожидалось от… — начал он и осекся.
Сердце радостно затрепетало. Неважно, что дедушка не закончил. Главное, что он начал. Начал говорить то, что всегда говорил Итачи и папе: «Как и ожидалось от моего сына». Инстинкты подсказывали ему, что они с удочеренной девочкой не чужие. Кровное родство давало о себе знать. Но он не мог даже вообразить, что перед ним сидит его родная внучка, а назвать дочерью чужого ребенка у него не повернулся язык. Дедушка несколько секунд размышлял и повторил, на этот раз до конца:
— Как и ожидалось от моей дочери.
Прозвучало сухо и неубедительно. Удочерил, так теперь и относись соответствующе. Это скорее была дань вежливости: Фугаку не считал Сараду дочерью, хоть и чувствовал, что между ними есть странная связь.
— Сарада! — позвала Микото.
Сарада вопросительно уставилась на дедушку.
— Можешь идти.
Она слегка поклонилась и выбежала на кухню.
— Микото-сан, вам нужна помощь?
— Нет-нет, просто тебя ждет Шисуи.
Сарада удивилась. Они виделась редко, и он никогда не звал ее гулять просто так. Она выскочила в прихожую и увидела Шисуи. Парень облокотился на раму открытой двери, сплетя руки на груди.
— Йо, Сарада!
— Шисуи-сан?
— Пройдемся?
Сарада обулась и вышла с ним на улицу.
— Как выпускные? Все в порядке?
— Да. Высший балл по всему.
— Я не сомневался, — Шисуи ухмыльнулся. — Представляю их лица. Ты ведь использовала шаринган?
— Ну да. Там же не было тебя, Шисуи-сан.
— А?
— Ты запрещаешь спарринговать с шаринганом.
— Хах, ты об этом. Ну-ка, ну-ка. Расскажи мне все. Я хочу знать, как это было.
Сараде стало неожиданно приятно. Никто не расспрашивал ее о выпускных дома. Бабушка обрадовалась тому, что все хорошо закончилось, дедушка сказал: «Как и ожидалось…». Итачи вообще уже второй день подряд не ночевал дома, а ей хотелось поделиться хоть с кем-то…
— Первые двое попались в гендзюцу. А третьим со мной поставили Мичи.
Вспомнив его взгляд после боя, Сарада помрачнела.
— Что не так?
— Думаю, теперь он меня ненавидит.
— Из-за шарингана? — понял Шисуи.
— Нет. С ним я не использовала шаринган.
Он улыбнулся.
— Я хотел тебе посоветовать это, но, смотрю, ты и сама догадалась.
— Мичи так говорил, словно вся моя сила от глаз. Но ведь шаринган — это еще не все.
— Я рад, что ты это понимаешь. Ты молодчина, Сарада.
Шисуи потрепал ее по голове, спутав прическу.
— Как вообще эта компания? Не приставали?
— Нет, я их больше не видела.
Она убрала с лица пряди волос и заправила за уши.
— Это хорошо. За тебя я спокоен. Один на один ты одолеешь каждого из них даже без додзюцу. А с шаринганом, быть может, и всех. Однако… Если вдруг что, прошу, воздержись от драк с ними. Это важно.
— Почему?
Шисуи был необычайно серьезен.
— Потому что ты — лицо своей семьи. Ты — приемная дочь Фугаку-сана. А его позиции как лидера клана с минувшего собрания заметно пошатнулись.
Беспокойство… Снова это чертово чувство. Напряжение, необоснованное и не имеющее конца.
— Мы друг друга поняли?
— Да, — через силу выдавила Сарада.
****
Больше, чем собрания клана, Итачи ненавидел только дежурства на посту наблюдения. Комната с экранами, на которые шла непрерывная трансляция с камер, следящих за каждым уголком квартала Учиха. Он чувствовал себя вором, наблюдая за жизнью своих соклановцев, которые ни о чем не подозревали и думали, что их никто не видит. Но миссия — есть миссия. План Шисуи сработал, отец отменил переворот, вот только слежка продолжалась. Раскол никуда не делся.
Рядом с Итачи сидел шиноби в тигриной маске с красными узорами — Сугару, член Корня. Данзо «одолжил» его в Анбу Хокаге.
«Учиха в Анбу, да еще и такой юный. Это вызовет зависть. Твоя жизнь в опасности, Итачи, а я не хочу потерять тебя раньше времени».
Да, если он «нечаянно» погибнет на миссии, отец и другие заподозрят деревню, и гражданскую войну предотвратить будет уже невозможно. Сложно жить, осознавая, что смерть поджидает тебя на каждом шагу и твоя гибель может обернуться катастрофой для целой деревни. Так что Данзо для защиты Итачи отдал в Анбу Сугару.
Или для слежки за мной.
Итачи покосился на тигриную маску. Они сидели на дежурстве уже четыре часа, но за все время не сказали друг другу ни слова. Итачи быстро щелкал изображение на экранах: тренировал свое внимание. На мониторе мелькнули знакомые лица, и он вернулся назад. По улице квартала прогуливались Шисуи и Сарада. Племянница что-то оживленно рассказывала Шисуи, а тот слушал и улыбался. А потом вдруг потрепал ее по макушке. Итачи и сам невольно расплылся в улыбке. В последнее время он был слишком занят на миссиях и совсем не уделял времени ни ей, ни Саске. Шисуи знал об этом. Может, потому решил присмотреть за Сарадой.
Спасибо тебе, Шисуи.
Итачи переключил изображение. Вместо клановой улицы на экране появились тории храма Нака. Палец уже начал давить на кнопку, чтобы сменить следующий вид, но вдруг Итачи мельком заметил кое-что странное: едва уловимое движение прямо над дорогой под алыми ритуальными воротами. Движение тут же исчезло. Любой другой наблюдатель не придал бы этому значения. Решил бы, что это порыв ветра пошевелил камеру. Но Итачи уже видел подобное. В тот день, когда погиб Тенма, мужчина в маске использовал технику перемещения, окончание которой выглядело в точности также. И шаринган за прорезью маски…
Ты точно Учиха. Но кто же ты? И, главное, что ты делаешь в Конохе?
****
— Ты даже не спросил меня, как прошла аттестация, дядя, — укоризненно заявила Сарада.
Итачи удивленно взглянул на нее.
— Но ведь все хорошо.
— Откуда ты знаешь?
— Это очевидно.
— Поинтересовался бы хотя бы из вежливости.
— Какой в этом смысл, если я и так знаю ответ? — недоумевал Итачи.
Сарада шлепнула себя рукой по лбу.
— Забудь.
Он почти не появлялся дома, а в те редкие моменты, когда они все-таки пересекались друг с другом — совершенно не интересовался ее жизнью. Итачи не спросил про экзамены, не полюбопытствовал, как дела, нет ли у нее проблем. Даже Шисуи проявлял к ней больше внимания, чем собственный дядя, и знал о ее жизни куда больше. В частности, Итачи даже не догадывался, что у его племянницы проблемы с местной молодежью.