– Да уж, конечно, не веришь! – Ода презрительно фыркнула. – Тогда, вероятно, это был какой-то его родственник, про которого мы ничего не знаем, и Хубси хотел его выгородить. – Она сняла очки, потом снова их надела и критически взглянула на себя в зеркало.
– Всё это довольно странно. – Фред шлёпнул себе на тост горку шоколадного крема. – До сих пор мне всегда казалось, будто взрослые знают, что делают. А теперь я вижу, что они тоже руководствуются только своими чувствами, а не разумом.
– Точняк! – согласился Немо с другом. – Как-то очень странно, что Хубси ворует мягкие игрушки только потому, что директриса сто лет назад забрала у него одну из них.
Фред кивнул. Его взгляд был направлен куда-то в пустоту:
– Почему-то он до сих пор не может смириться с тем, что у других детей остались их любимые игрушки. Это как-то странно.
– Смириться? – Немо наморщил лоб. – По-моему, мы окончательно сделали Хубси нашим союзником. Всё-таки мы вместе победили медведя-воина.
– Правильно! – В глазах Фреда вспыхнул задорный огонёк. – Мы лучше всех! – Мальчишки стукнулись ладонями и тут же с аппетитом вонзили зубы в тосты.
– Теферь к фастью больфе не будет пофылок, – чавкая, проговорил Фред. – А пофлефафтра уфе каникулы. И мы мофем делать фто хотим.
– А что мы хотим? – решил уточнить Немо.
Фред проглотил пережёванный тост.
– Ой, мне много чего приходит в голову: например, испечь сливовый пирог или сделать пухлики для кино, научиться вязать крючком, записаться на занятия по гончарному делу…
Немо выслушал слова друга и заскучал.
– Тогда уж лучше бы появился новый монстр.
– Эй, ты поосторожней с желаниями! – предупредил Фред. – Иначе они могут исполниться. Моя бабушка так всегда говорит.
– Вот и хорошо. – Ода подсела к ним. – У меня есть подозрение, что метеоролог уже нанёс новый удар. Ведь он плакал чёрными слезами и оживил Айси. А ему это удаётся только тогда, когда он бывает одновременно счастливым и грустным. Короче, он наверняка украл какую-то игрушку. – Она посмотрела на Немо: – Возможно, даже у тебя. Всё-таки мы были здесь, когда Айси ожил. Где ты хранишь свои игрушки?
– Игрушки? – Немо презрительно фыркнул и категорично заявил: – У меня нет таких игрушек! Что я, маленький, что ли?
Его взгляд невольно устремился на диван, где сидела единственная игрушка, которую он не запихнул в шкаф. И тут же Немо испуганно пискнул, будто белка, которой наступили на хвост:
– Кази!
– Кази? Кто это? – Ода вскинула правую бровь.
– Где он? – Фред побледнел как мел.
– Не знаю… – Немо старался не выдать волнения, хотя внутри него всё бурлило, как Нудингский пруд при ветре в восемь баллов. – Он пропал!
– Ах, ёлки зелёные! – Фред покачал головой.
Немо спрыгнул с барного табурета и бросился к дивану. Всё ещё не веря своим глазам, ощупал спинку.
– Он всегда сидел вот тут.
– Пожалуйста, объясните мне, в чём дело? – попросила Ода. – О ком вы говорите? Кто пропал?
– Казимир Сминавский, он же Кази Сырнобрюх, – пояснил Фред, подбегая к другу. Они в панике обшарили весь диван. – Самая-самая любимая игрушка Немо. Она досталась ему по наследству от отца, а господин Пинковски получил её от бабы Магоши, польской бабушки. Оба были неразлучными.
– Немо и его бабушка?
– Нет, Немо и Казимир! – воскликнул Фред и с отчаяньем посмотрел на Оду. – Куда бы Немо ни пошёл, Кази всегда был с ним. В детском саду, на детской площадке. А когда Немо ночевал у меня, Кази помогал ему справиться с тоской по дому.
Немо затаил дыхание и кашлянул. Бросил на друга предостерегающий взгляд. Но Фред ничего не замечал и продолжал тараторить:
– Кази маленький, в сине-зелёную клетку. Одна нога у него изжёвана, потому что Немо в детстве постоянно брал её в рот.
– О да! – вспомнила наконец Ода. – Такая комичная игрушка?
– Никакая не комичная, – недовольно буркнул Немо.
Фред кивнул:
– Немо до сих пор гладит Кази, когда смотрит телик.
– Помолчи хоть немного! – перебил его Немо. – Такие мелочи никому не интересны. Лучше помоги мне немного отодвинуть диван. – Они вместе нырнули в образовавшуюся щель и выудили множество припудренных пылью вещей: давно пропавшую деталь пазла, чёрную шахматную ладью и несколько арахисовых скорлупок.
– Вам придётся долго искать, – сухо заметила Ода. – Ясно ведь, куда делся Кази! Как раз там на диване сидел метеоролог, когда он оживил Айси.
Она схватила свой школьный ранец и побежала к двери.
– Чего вы ждёте? Вперёд! Давайте поскорее прижмём к стенке Хубси, пока он не отправил Кази в попу мира.
Глава 3. Лекарство от кашля
Друзья обнаружили Хубси Хуберта в одичалом саду его неухоженного домика. Метеоролог стоял на шаткой садовой стремянке и рвал яблоки. Господин Зибценрюбель, его крёстный, стоял под лестницей и крепко держал её. Услышав скрип садовой калитки, они повернули голову и с удивлением увидели, как к ним бегут трое детей – а впереди всех Непомук Пинковски, сын владельцев супермаркета.
– Где он? – с яростью прорычал Немо.
Ещё недавно он мечтал о новом монстре, но теперь глядел на случившееся иначе: Хубси стырил игрушку лично у него! В его собственном доме! При свете дня! Его единственный кумир бессовестно обманул его! Больше чем когда-либо Немо понимал детей, которых обкрадывал метеоролог. Клокоча от гнева, он схватил из корзины яблоко и бросил в Хубси. Потом ещё и ещё, по яблоку за каждого пострадавшего ребёнка. За Леона, сына зубного врача, у которого Хубси украл любимого плюшевого йети. За Джонатана, который на накопленные с трудом деньги купил у господина Зибценрюбеля баночку с зелёным лизуном Слайми – и её тут же стырил Хубси. Немо швырнул червивое яблоко за Шари, чью куклу-вампира метеоролог украл из поезда, а гнилое яблоко за Мари, лишившуюся плюшевого дракона со сверкающим брюхом.
– Ой! Эй! Э-э, дети, в чём дело? – Втянув голову в плечи, Хубси вцепился в лестницу и ловко увернулся от пролетевшего мимо его головы яблока.
Схватив следующее яблоко, Немо вспомнил Тессу – она так грустила, когда пропал её единорог. А при следующем яблоке ему пришёл на ум господин Нокс, парикмахер, – его старинного робота (коллекционный экземпляр из 80-х) Хубси похитил из витрины лавки игрушек.
– Ой! – Мелкие яблоки ударили в спину Хубси.
– Это за Секи с его малипусечками! – крикнул Немо. – А это за Корбиниана!
Восьмое яблоко ударило Хубси по попе. Как отчаянно рыдал племянник господина Кригельштейна о своём медведе-воине Аркасе!
– Перестань, хватит! – Хубси кое-как слез со стремянки.
– То же самое мы могли бы сказать и вам, – возразил Фред. – Почему вы снова украли игрушку?
– Что? Он украл игрушку? – Господин Зибценрюбель с удивлением посмотрел сначала на ребят, потом на своего крестника.
Тот попытался оправдаться:
– А как иначе я смог бы оживить йети?
– Вот видите? – Ода с довольным видом скрестила на груди руки. – Я ведь так и сказала!
– Где вы его спрятали? – воскликнул Фред.
– Кого? Йети? – с удивлением спросил господин Зибценрюбель.
– Нет. Казимира Сминавского, то есть Кази Сырнобрюха, – выкрикнул Немо.
– Казимир… Сминавский, – пробормотал старый торговец игрушками. – Мне памятно это имя… сейчас я вспомню… не та ли это игрушка, с которой ты часто приходил ко мне когда-то в лавку?
Ода закивала головой, подтверждая его догадку.
– Кази много поколений живёт в семье Немо, – сообщила она, слегка преувеличив. – Он уникальный и незаменимый.
– Вам хоть ясно, что вы натворили? – обрушился Фред на метеоролога. – Это просто ужасно, так же ужасно, как если бы вы украли у меня Космо!
– Космо? – переспросил Хубси. – Ты имеешь в виду космонавта из детской телепрограммы «Треска»?
Улыбка осветила морщинистое лицо господина Зибценрюбеля. Наконец-то он стал что-то понимать!
– Тот самый муравьед в розовых очках! У меня когда-то продавалась такая игрушка.
– Я знаю, – сказал Фред. – Мне он очень нравился, и мои родители подарили мне его на день рождения, когда мне стукнуло три года. Тогда они ещё не развелись. Я очень рад, что Космо в безопасности.
– И где же он? – с любопытством спросил Хубси.
– У моей мамы в витрине.
– В «Оптике»? – Ода сдвинула очки на лоб. – Кажется, я его там видела.
– Да, наверняка видела, – с гордостью сообщил Фред. – Он сидит там, потому что на нём всегда суперские очки.
Хубси тут же замурлыкал мелодию-заставку из детской программы: «Космо, добрый Космо…»
Господин Зибценрюбель и Фред подхватили: «Видит всё в розовом-розовом свете… только хорошее на нашей планете…»
– Эй-эй, слушайте, вы уже забыли про моего Казимира Сминавского? Короче… где вы его спрятали? Ну-ка, немедленно верните мне моего Кази!
– Не получится.
– Такого просто не может быть! – заявил Фред.
– К сожалению, может, – Хубси виновато пожал плечами. – Я уже отнёс его на почту.
Ода с облегчением перевела дух.
– Тогда он всё равно придёт к тебе, – утешила она Немо.
– Не думаю, – Хубси покачал головой. – Почтальон обещал на этот раз отправить посылку действительно «в попу мира». Или «к чёрту на рога».
– Тогда это может быть Индия. Там у них буйволы и священные коровы, – Фред вздохнул.
– Или Эфиопия, – добавила Ода. – Рогатые животные водятся где угодно, по всей планете.
– Там мы будем искать Казимира вечно, – простонал Фред.
– Мне действительно очень жаль. – Хубси сел на старый садовый стул и повесил голову. – Я и сам стыжусь того, что натворил, – пробормотал он. – Но я просто не могу иначе. С тех пор как Спаржа отобрала у меня моего Шнуффеля, моего Зайку, я не могу смотреть, как другие дети играют в свои любимые игрушки. Я чуточку успокаиваюсь только тогда, когда тоже ворую у них игрушки. Это как рефлекторный кашель: даже когда кто-то требует, чтобы ты не кашлял, ты всё равно не можешь остановиться, как бы тебе ни хотелось. – И он в отчаянии закрыл лицо руками.