– Я так не считаю, – упрямо проговорил Арсен.
– Я лучше знаю своего мужа, поверь, если я буду одна, он не станет бороться.
– И все-таки, я настаиваю…
– Если Всеволод Вячеславович просто будет сидеть в зале, и наблюдать ситуацию, то это будет оптимальным вариантом.
Арсен и его адвокат переглянулись.
– Что ж, я не возражаю, по крайней мере, я всегда смогу вмешаться, если что-то пойдет не так, – проговорил Всеволод Вячеславович. Арсен недовольно посмотрел на него, потом на меня, пожал плечами и вышел из комнаты.
– Увидимся в суде? – прощаясь, произнесла я.
– Увидимся, – проговорил адвокат, и вышел вслед за Арсеном. Они о чем-то быстро переговорили в коридоре, а потом, хлопнула входная дверь. Арсен зашел в комнату, внимательно посмотрел на меня, и сказал:
– Аня, что за детский сад? Я попросил лучшего адвоката вести твой бракоразводный процесс, а ты отказываешься, и говоришь, что так будет лучше! – Я почувствовала нотки раздражения в его голосе, поэтому подошла к нему, провела рукой по щеке, и сказала:
– Чего ты боишься? Я не отвергаю твою помощь, просто так будет спокойнее. Как только он увидит, что я пришла не одна, он сразу же заявит свои права на детей и имущество. Я не хочу войны.
– Мы подготовились к этому, а, если бы ты не сделала глупость, и не забрала заявление из полиции, у него вообще бы не было шансов. – Он убрал мою руку, отошел к окну.
– Я благодарна за все, что ты для меня сделал, но я не хочу войны. – Повторила я.
– Аня, какая война? – Арсен почти кричал, – этот человек избил тебя, он ничего не смог тебе дать, а ты говоришь про какую-то войну. Сева раздавит его, как вонючего клопа, а, если он будет претендовать на детей, он лишит его родительских прав!
– Откуда в тебе столько ненависти к нему?
– Откуда? А я что, его любить должен, по-твоему?
– Нет, не должен, ты должен понять, что обозленный человек способен совершать глупости. Я не хочу, чтоб он, в отместку мне забрал детей, и увез их неизвестно куда!
– Мои ребята их быстро найдут.
– Арсен, ты не понимаешь, дело не в том, что твои ребята их найдут, а дело в том, что я сойду с ума, если мой бывший муж увезет их, и пока твои ребята будут их искать, я не смогу до них дозвониться, и убедиться, что все хорошо. Я просто сойду с ума от неизвестности.
Арсен внимательно посмотрел на меня. Его серый пронзительный взгляд сверлил меня насквозь. Я смотрела на него в упор, не отводя взгляда. Несколько секунд мы испепеляли друг друга глазами. Неожиданно, он опустил глаза, а потом, снова посмотрев на меня сказал:
– Я просто хочу защитить тебя от всего…
От этих слов, сказанных просто и искренне, у меня защипало в носу, я почувствовала, что вот-вот расплачусь. Я быстро подошла к Арсену, уткнулась в его грудь, и, обнимая его за плечи, прижалась к нему что есть силы. Он вздрогну, а потом, прижал меня к себе, гладя по плечам и спине. Я подняла голову, он наклонился, и начал целовать меня. Наши поцелуи становились все откровеннее, и я даже не заметила, как мы поменялись местами, и я оказалась спиной к подоконнику. Арсен быстрым движением посадил меня на него, я обвила его бедра ногами. Еще секунда, и даже атомная война не смогла бы прервать нашей страсти. Для нас не существовало ни звуков, ни времени, ни пространства. Мы не были мужчиной и женщиной, мы превратились в единый клубок эмоций. Наши тела соприкасались снова и снова, губы тонули в жадных поцелуях, руки блуждали по самым сокровенным местам наших тел. Всепоглощающее желание обладать друг другом охватило нас, и мы не в силах были сопротивляться этому. Еще мгновение, и сумасшедшее наслаждение вихрем закрутило нас. Сердце бешено стучало в висках, а тело, тело отказывалось оставаться без этих поцелуев и объятий, нежных прикосновений и взглядов, которые говорили больше, чем все слова великого и могучего русского языка. Прерывисто дыша, Арсен облизал сухие губы, слегка отодвинулся от меня, а потом спросил:
– Ты не жалеешь?
– Жалею? – я удивленно посмотрела на него. – О чем?
– О том, что между нами было?
– Ты имеешь в виду секс?
– Да.
Ну, слава Богу, что он про секс, а не про все остальное. Хотя, я и ни о чем другом, что было между нами, не жалела.
– Мне хорошо с тобой. Правда, мне с тобой очень хорошо. До боли, до дрожи…
Арсен снова внимательно посмотрел на меня. Я не отводила глаз, а потом спросила:
– Ты мне не веришь?
Немного помедлив, он ответил:
– Если бы у меня не было разговора с Макаром, там, на его даче, наверное, не поверил бы. Но у меня нет повода не доверять твоим словам.
Я поцеловала его, провела рукой по груди, бедрам, а потом спросила:
– Я в душ, ты со мной?
Растерявшись, он не ответил сразу, а потом зазвонил телефон, и ему пришлось взять трубку. Я ушла мыться, а когда вышла, он все еще разговаривал. Я разобрала постель, легла с журналом, он, показывая на телефон, прошептал:
– Я быстро, – и вышел из комнаты. Я слышала, как он разговаривает, потом, заглянув в комнату, он сказал:
– Я быстро, не засни без меня, – пошел в душ. Я лежала, думала о нем, а потом, видимо, задремала. Сквозь сон я почувствовала, как меня обнимают сильные руки. В ухо прошептали: «я тебя люблю». Какой прекрасный сон! Просто восхитительно!
Как я и предполагала, развод без адвокатов и давления, прошел быстро и спокойно. Выйдя из здания суда, Саша спросил:
– Нашла себе кого-нибудь?
– Нет, – глядя в сторону, ответила я.
– Когда я могу забрать вещи?
– Хоть сейчас.
– Сейчас мне не на чем их везти. Я несколько раз приезжал, тебя не было дома.
– Да, я стараюсь меньше бывать дома. К тому же, как ты знаешь, я лежала в больнице.
– Не простила меня?
– Нет, не простила. К сожалению, я не Бог, чтоб прощать все.
Саша посмотрел на меня, нервно закуривая сигарету, и спросил:
– И что теперь?
– А что теперь? Мы же не сможем исчезнуть из жизни друг друга насовсем. Мы будем общаться на днях рождения детей, просто встречаться…я не собираюсь вычеркивать тебя из своей жизни. Просто ты перестал существовать для меня как мужчина.
Саша молчал. Я тоже замолчала. Потом, повернувшись, направилась к своей машине. В зеркало я увидела, как с парковки за мной поехал черный «Ниссан». Саша так и стоял, держа в руках тлеющую сигарету.
Странно, я думала, что развод на меня никак не повлияет, однако, когда я ехала к Арсену, мое настроение постепенно портилось. Мне стало грустно. Я даже сама не могла понять, почему. Я остановилась на обочине. За мной остановился «Ниссан». Подошел Всеволод Вячеславович.
– С вами все в порядке?
– Да, просто закружилась голова.
– Садитесь в «Ниссан», я сяду за руль вашей машины.
Я не стала сопротивляться, пересела в машину к Игорю. Мы молча доехали до квартиры Арсена. Самое главное было впереди. Мне нужно было забрать детей из лагеря и, скорее всего, перебраться в свою квартиру. Я еле дождалась, пока Арсен вернется с работы. Я отпустила Ларису, и сама приготовила ужин. Арсен пришел уставший, умылся, молча сел за стол. Я разложила еду по тарелкам, накрыла на стол. Мы поглощали еду, каждый погруженный в свои мысли. Я больше не могла молчать, и набрала воздуха, чтоб сообщить, что я уезжаю домой.
– Мне нужно тебе кое-что сказать, – неожиданно одновременно сказали мы. Мое сердце замерло, поэтому, я сказала:
– Давай, ты первый.
Арсен внимательно посмотрел на меня, потом сказал:
– Мне нужно уехать в Европу на несколько дней. Тебе придется пожить одной около недели.
Я выдохнула, это я смогу пережить.
– Теперь ты, – сказал Арсен.
– Завтра дети возвращаются из лагеря, мне придется переехать к себе домой.
Арсен отложил в сторону вилку, скрестил пальцы перед собой. Задумчиво посмотрел в сторону.
– Я еду в Европу к сыну. Нужно решить кое-какие вопросы с его учебой. Извини, я просто пока не готов познакомить тебя с ним.
– Я тоже пока не готова знакомить тебя со своими детьми. Тем более, что нужно свыкнуться с мыслью, что я теперь свободная женщина. Надо, наверное, переосмыслить свою жизнь.
Арсен подошел ко мне сзади, обнял за плечи и сказал:
– Тебе не обязательно возвращаться домой. Ты можешь взять все необходимое, и переехать с детьми в мой загородный дом.
– На самом деле, не могу.
– Но почему, Аня?
– Я думаю, что для наших отношений недостаточно притяжения между нами. В любом случае, нам придется как-то решать вопрос с нашими детьми. Твой сын в Европе, у него взрослая жизнь. Мои дети пока не могут жить отдельно от меня, сыну скоро поступать в институт, дочь еще в средней школе. Они еще даже не знают, что папа с нами больше не живет. Прежде, чем начать жить вместе, нужно решить уйму вопросов.
Арсен прижал меня к себе.
– Ты, наверное, права. Давай, несколько дней подумаем, а потом, я тебе обещаю, я решу эту проблему.
Наверное, впервые в жизни, я слышала эти слова. Мужчина, мой мужчина, говорил о том, что мне незачем забивать себе голову проблемами, что он все возьмет на себя и решит. Наверное, это были лучшие слова в моей жизни.
– Когда ты улетаешь?
– Через пару дней. Мы еще увидимся перед моим отлетом. – Арсен погладил меня по голове, поцеловал в макушку, немного постоял, обнимая меня, потом снова сел за стол.
– Как ужин? – Спросила я.
– Вкусно, только, как-то непривычно, Лариса сегодня что-то изменила в рецепте.
– Тебе не нравится?
– Нравится, очень, просто раньше она, почему-то так не готовила. Кстати, а где она?
– Я ее отпустила, ты не возражаешь?
– Нет, но кто будет мыть посуду?
– Никто не умеет мыть посуду лучше лаборантов, – улыбаясь, сказала я, – кстати, ужин готовила тоже я. Рада, что тебе понравилось.
Арсен удивленно смотрел на меня, а потом, неожиданно, рассмеялся.
– Что такое? – Удивленно спросила я.
– Ничего, – улыбаясь, сказал он. – Ничего.
Через два дня, я везла Арсена в аэропорт. Он был против того, чтоб я ехала сама за рулем, но мне не хотелось, чтоб кто-то нарушал наше хоть и недолгое, прощание. Арсен не мог себе позволить сесть в мою маленькую машинку, поэтому настоял, чтоб я села за руль его «Ниссана». Огромная машина вела себя послушно. Несмотря на это, я не могла сосредоточиться на Арсене. Каждую минуту, я думала о том, что это чужая большая машина, вдруг, может выйти из-под контроля. Я нервничала. Я уже сто раз пожалела, что сама ввязалась в эту авантюру. Неожиданно, словно почувствовав мое напряжение, Арсен взял меня за руку. И, вдруг, Арсен взял мою руку своими большими и сильными руками, и поцеловал ее. Мое волнение мгновенно улетучилось. Я, неожиданно, почувствовала его уверенность в себе, его силу, его мужественность. Мне стало спокойно. Всю дорогу до аэропорта, он держал меня за руку, и это было особенно трепетно и трогательно. Перед залом регистрации, он обнял меня и нежно поцеловал.