Я поспешно разжала ладони – и крест упал на пол. То есть то, что от него осталось. Горстка пепла. Он сгорел? Да. А мои руки? Я внимательно осмотрела ладони. Никакого ожога. Странно. Но лучше так, чем наоборот. А крест жалко. Но он сослужил мне добрую службу. Аминь.
Оборотень опустился на колени и поднес к губам израненную руку вампира.
– Я, Валентин-лис, прима-вольп, на крови присягаю тебе в верности, господин. Твоя битва – моя битва, твоя воля – моя воля, твои враги – мои враги, твои друзья – мои друзья. Да будет так, пока ты жив.
Мечислав с трудом разомкнул губы.
– Я, Мечислав, Протектор, Креатор и Князь вампиров, принимаю твою клятву, Валентин. Моя рука – твоя рука, мое слово – твое слово. Моя защита – твоя защита. Да будет так, пока я жив.
Что-то невидимое прошло между ними. Мое зрение исчезло вместе с болью, но я по-прежнему могла чувствовать. И смогла ощутить этот комок невидимой энергии, пронесшийся между вампиром и оборотнем.
– Что ты сделала, кудряшка?
Это определенно Рамирес. Надо было ответить, но как? Я подняла на него глаза.
– Я не знаю. Это главный недостаток моей Силы. Часто я сама не знаю, что творю. Своего рода обезьяна с гранатой. А вы не поняли, что произошло?
– Очень относительно, кудряшка. – Рамирес одним движением руки заставил Андре заткнуться и сесть на место. – Расскажи мне, что ты сделала.
Я пожала плечами и вкратце рассказала о черной нити. И о своих действиях. Вампир задумчиво смотрел на меня, и мне очень не нравился этот взгляд. Потому что я уже видела его. В нашей родной лаборатории на факультете. Так же моя подруга смотрела на лягушку, прикидывая, как получше ее разрезать – вдоль или поперек. Мечислав шевельнулся, и мое внимание тут же обратилось к нему.
– Вы должны дать мне свою кровь, кудряшка.
Я сдвинула брови. Почему я – первая? Но мне пояснил Вадим.
– Ты даешь и кровь и энергию. Оборотень дает только кровь. Сила позволит господину залечить раны и использовать кровь для восстановления резерва.
Я с сомнением посмотрела на свои руки, выбирая наименее пострадавшую. На венах просто живого места не было. И больше от клыков, чем от порезов. Они еще очень долго не заживут. Да и потом, мне просто не хотелось чего-то более близкого с вампиром. Честно говоря, я боялась. Тогда, в автобусе, да и потом я всегда предупреждала вампира, чтобы он не брал меня под свой контроль. Теперь это становилось необходимым. Я сама, перед всей этой толпой, признала, что он – мой господин. Никто меня за язык не тянул. Это была моя роль. И мое утверждение требовало доказательств. Мне придется не просто подчиняться, но пустить его в мой разум, если на то пошло, довериться вампиру, а мне этого не хотелось. Решительно не хотелось. Мечислав понял мои сомнения.
– Я не знаю, смогу ли я контролировать себя, кудряшка. Я очень слаб. И мне нужна не только кровь. Что до твоих израненных рук, я бы предпочел укус в шею. Хотя это будет более интимно.
– Не понимаю?
– Укус в шею больше похож на секс, – объяснил мне вампир. – И для меня он ближе к сексу. Но я так получу гораздо больше Силы.
Несколько минут я сосредоточенно грызла ноготь. Что же делать? Классический вопрос, но не поздно ли я его задаю? Делай что должно, случится чему суждено. Назвалась груздем – полезай в кузов. Я должна показать Рамиресу, что Мечислав – действительно мой господин. И для этого могу и поунижаться. Все лучше, чем общаться с кучей клыкастых сволочей на правах подопытного кролика. А если мое унижение каким-то образом увеличит наши шансы на победу – черт с ним, с унижением! Вадим уже помог своему протектору лечь на пол и теперь выжидающе смотрел на меня. Оборотень подобрал мои пистолеты и всем своим видом показывал, что с удовольствием пустит их в ход, дайте только повод. Я сняла крест и протянула ему.
– Постереги, пока я не заберу обратно.
– Как скажешь, кудряшка.
– Юля.
– Как скажешь, Юля.
Я бросила извиняющийся взгляд на Даниэля. Вампир улыбнулся мне и чуть опустил веки. И я перевела дух. Даниэль не возражал. Он тоже понимает и не станет ревновать. Ну, может, и станет, но боли я ему не причиню. Он ведь знает, что сердце у меня только для одного человека. Простите, вампира. И это – он. Мечислав там и к желудку не приближался. А значит, можно действовать.
Я осторожно, стараясь не задеть на теле вампира ни одной раны, легла рядом с Мечиславом и откинула назад голову, подставляя ему вену на шее. Вампир перекатился на бок, притягивая меня ближе к себе. Его тело накрыло меня подобно морской волне. Кожа его под моими руками была именно такой, какой я ее и представляла себе в фантазиях. Невероятно мягкой и гладкой. Я попробовала поднять руки, но пальцы скользнули по груди вампира, и я едва не застонала от внезапно нахлынувшего желания. На совершенном лице огнем горели зеленые глаза. Ни белков, ни зрачков – сплошное зеленое марево. Два изумруда на медной коже. Они приближались, пока лицо вампира не поплыло, а зелень глаз не заслонила весь свет. Остались только я – и эти глаза. И я падала в этот невероятный зеленый огонь. Клыки вонзились мне в шею, но я почти не почувствовала боли. Одно возбуждение. И поняла, что не смогу сопротивляться своему желанию. Разум Мечислава черным смерчем прокатился по моему сознанию, стремительно затуманивая его и превращая простую передачу крови и Силы в нечто третье. Я не могла да и не хотела сопротивляться. Долго сдерживаемое желание вырвалось наружу. Волна наслаждения накатила на меня, захлестнула мой разум и повлекла за собой. Я застонала, не в силах сдержаться. Мои глаза закрывались. Все тело обмякло и стало невероятно чувствительным. Я ощущала, как мои руки бродят по спине вампира, гладя и лаская кожу, перебирая густые мягкие пряди волос, притягивая его ближе к себе. Я чувствовала, как Мечислав пьет мою кровь, с каждым глотком все сильнее и сильнее овладевая моим сознанием. Его тело терлось об меня – и я ощущала его возбуждение. Наше желание все время было взаимным. Поэтому я и не могла выбросить Мечислава из головы. Напряжение во всем теле возрастало с каждым глотком крови и наконец прорвалось между нами в ослепительной вспышке оргазма, унося с собой мою Силу. Тьма за моими веками взорвалась зелеными звездами. Кажется, я закричала и впилась ногтями ему в спину. И прошло несколько минут, прежде чем я вновь обрела способность думать, говорить и двигаться. Мечислав все еще лежал на мне, и я слышала ровный стук его сердца. До этого оно не билось.
Вампир пошевелился первым и перекатился на спину рядом со мной. Я попыталась шевельнуть рукой, но получилось плохо. Лучше было полежать еще пару минут. Но язык у меня работал.
– Что со мной было?
Даниэль и оборотень, словно сговорившись, отвели глаза в сторону. Вадим смущенно (!) кашлянул.
– Ну, в общем, то самое…
– Что? – не поняла я.
Вампир пожал плечами.
– Это способность далеко не всех вампиров, но от укусов некоторых можно испытать оргазм. Если позволишь вампиру войти в твое сознание.
– О черт!
Теперь до меня дошло. Какой я была наивной раньше! Я думала, что не смогу испытать подобного, не занимаясь любовью. Не тут-то было! Один укус – и я растаяла как сливочное мороженое. Вадим буквально в лицо сказал мне, что по вампирским меркам, а может, и по человеческим, я и Мечислав занимались сексом на глазах у всего народа. И Даниэль это видел! Высшие Силы!
Мечислав открыл глаза и теперь смотрел на меня. И я не могла понять их выражения.
– Вы должны были предупредить меня!
На его лице появилась знакомая ленивая усмешка.
– Обращаться так официально к своему любовнику, кудряшка?
Голос вампира скользнул по моей коже словно бархатный лоскуток. Сейчас я чувствовала все это гораздо отчетливее. Так, словно у меня открылись все нервные окончания разом. И вампир это отлично понимал. В другое время я бы взорвалась, но сейчас у меня просто не было на это сил. По всему телу гуляли волны удовольствия. Это были только остатки, но они напоминали о том, что я получила взамен крови и Силы. Да и потом, у нас еще будет время поспорить, когда мы останемся наедине.
– Я не считаю это сексом, – все же заявила я. – Скорее это был акт милосердия. Секс для меня то, что происходит по доброй воле и с согласия обоих участников!
Вампир нахмурился.
– Ты портишь мне все удовольствие, кудряшка!
– УРА! – искренне ответила я. – Как вы себя чувствуете?
– Гораздо лучше. Часть ран исцелилась.
– Есть и те, которые не исцелились?
– Чтобы исцелить все раны, мне пришлось бы тебя убить, кудряшка. И даже тогда твоей крови не хватило бы. И потом, у меня прибавилось еще и несколько царапин на спине. Ты очень страстная женщина, кудряшка. Очень.
Последнее слово он произнес так, что меня кинуло в жар. Щеки заалели.
– Вряд ли вам представится возможность это проверить!
– Я уже проверил, кудряшка, – в зеленых глазах плясали веселые искорки. – Речь идет о том, чтобы мы повторили все это в более интимной обстановке.
Голос Мечислава скользил по моему телу как ласковые руки – поглаживая, лаская, пробуждая желание. Я невольно вздрогнула. По коже пробежали мурашки. Мне и раньше было тяжело сопротивляться соблазну, а что же будет теперь? Когда я знаю, от чего отказываюсь?
– Вы так и будете меня гипнотизировать или все-таки воспользуетесь щедрым предложением нашего нового друга?
– Да, нам еще предстоит много дел этой ночью, – вздохнул Мечислав. – Валентин?
Оборотень послушно опустился на колени рядом с вампиром. Теперь Мечислав был сама деловитость. Ни намека на секс.
– Я могу укусить тебя в шею и при этом не брать твой разум под такой контроль, как ее. Но вена на руке тоже вполне подойдет. Выбор за тобой.
Валентин молча протянул ему руку. Вампир взял его за ладонь и поднес ко рту широкое запястье. Я не видела, как он запустил клыки в оборотня. Видела только, как напряглось тело Валентина. Но оборотень не издал ни звука. Вампир жадно пил кровь, а я наблюдала за происходящими с ним изменениями. Я не могла видеть вторым зрением, но даже то, что удалось наблюдать, было поразительно!