прибыл без задержки. Она увидела Карлоса входящим после таможенного досмотра в зал ожидания. Затаив дыхание и убрав волосы с лица, молодая женщина ждала, когда он заметит ее. Карлос выглядел озабоченным, но безумно красивым. Неожиданно он посмотрел в ее сторону и остановился. Выражение ужаса застыло на его волевом лице.
Когда до Дианы дошло, что это реакция на неожиданную встречу с ней, она отвернулась и сделала несколько шагов в противоположном направлении. Но секунду спустя пространство вокруг нее взорвалось множеством голосов. Замелькали вспышки фотокамер, ослепляя неоновыми бликами. Диана отшатнулась, но кричащая толпа журналистов уже обступила ее. Однако у нее перед глазами стояло только лицо Карлоса с застывшим выражением ужаса.
— Вы знали, что Джеймс Маршалл был… — требовательно спрашивал мужчина, но его голос перекрывал другой, который звучал еще громче.
— Мисс Бантон? Что вы чувствуете после того, что вы узнали? Злость? Горечь?
— Отойдите от нее! — Карлос прорвался сквозь кричащую толпу, сильной рукой обхватил Диану, повернув к себе, и закрыл от объективов.
— Что происходит? — недоумевала она. Двое полицейских расчистили им дорогу, и Карлос быстро увел ее от скандала.
— Один из журналистов упомянул имя Джеймса Маршалла… — снова спросила Диана, но времени на объяснения не было.
Папарацци преследовали их по пятам. И когда Диана и Карлос наконец добрались до лимузина, у нее кололо в боку и не хватало дыхания для разговоров.
— Боже, и в голову не могло прийти, что ты решишься приехать встречать меня в такую рань, — с сожалением сказал Карлос. — Пресса вечно караулит меня, чтобы услышать комментарии. Когда я увидел тебя около них, то буквально остолбенел. С тобой все в порядке?
— Пожалуйста, просто скажи, что происходит? — Она поднесла дрожащую руку к виску, пытаясь унять начавшуюся боль.
На самом деле Диана испытала огромное облегчение, поняв, что Карлос всего лишь испугался за нее, что он тоже был рад встрече, а не наоборот, как ей показалось.
— Популярная газета сегодня напечатала историю, в которой фигурируешь ты.
Диана посмотрела на него округлившимися от удивления глазами.
— Что ты имеешь в виду? Кто-то разузнал о нас с тобой?
— Нет… — Карлос отвернулся и посмотрел в окно. Было видно, что он тщательно подбирает слова. — Мне позвонил в Нью-Йорк один друг и вкратце передал основное содержание статьи. — Малдонадо протянул ей сложенную газету. — Я действительно очень сожалею…
О чем это он может сожалеть? Что произошло? Диана раскрыла газету и увидела первую полосу, озаглавленную крупно: «Нашлась внебрачная дочь известного политика!» Под заголовком красовалась ее большая фотография.
— Откуда взялась эта грязь? — вырвалось у Дианы. Она посмотрела на небольшой фотопортрет мужчины, помещенный там же. И узнала Джеймса Маршалла, с которым встречалась в замке. Злость постепенно нарастала.
— Эти утверждения выглядят голословно, — пытался подбодрить ее Карлос. — Но если учитывать ту информацию, которой располагаю я сам, то степень вероятности, что он действительно твой настоящий отец, очень велика.
Она со страхом посмотрела на Карлоса, вспоминая то инстинктивное отвращение, которое испытала при общении с Маршаллом.
— Ты веришь, что эта сумасшедшая история может быть правдой?
Черные глаза смотрели на нее в упор. Карлос сильно нервничал.
— Да. Я верю в это.
Да? От этого простого слова все, что знала о себе Диана, рушилось. Когда она была маленькой, то часто думала об отце, поскольку ей тогда его не хватало. Мать отказалась назвать его имя даже социальным службам, и Диана потеряла всякую надежду когда-нибудь хоть что-то узнать о нем. И вот теперь в ее жизнь вторглись репортеры скандальной хроники, сумевшие разнюхать, кто же он.
Газета все еще лежала у нее на коленях нераскрытой. Карлос был заранее предупрежден и наверняка уже прочитал это. Диана чувствовала пустоту в сердце и унижение в душе. Могло ли быть правдой такое дикое предположение, что Джеймс Маршалл встречался с ее матерью много лет назад?
Дрожащими пальцами она стала разворачивать страницу.
— Оставь это, пока мы не приедем ко мне домой, — посоветовал ей Карлос.
— К тебе домой? — переспросила Диана.
— К нашему приезду дом, в котором ты живешь, наверняка окажется оккупированным прессой. У себя я смогу лучше защитить тебя.
Диана слушала Карлоса молча, отмечая уверенность речи и озабоченность в лице. Он пытался помочь и поддержать ее. Она была признательна ему за это, но такое участие приводило ее в замешательство.
— Ты из-за этого прилетел из Нью-Йорка таким ранним рейсом? Извини.
— Тебе не за что извиняться, — с неожиданной резкостью ответил он. — Я один виноват во всем.
Он-то за что себя корит? За то, что вывел ее в свет, сделав источником интереса журналистов? Но здесь была и ее ошибка, размышляла Диана. В самом начале их отношений она отказалась от встречи с журналистом. А стоило лишь немного рассказать о себе, и никто бы не стал копаться в ее прошлом, выведывая всю подноготную. Но почему же она сама так и не смогла выяснить, кто ее отец? Ей не верилось, что этим человеком мог быть Джеймс Маршалл. И почему так получилось, что именно неделю назад она встретилась с ним лицом к лицу? Странное совпадение…
— Не стоит читать этот бред, — посоветовал Карлос, когда Диана наклонилась над статьей. Малдонадо протянул руку и смахнул газету с ее колен.
— Что ты делаешь? — недоуменно воскликнула женщина.
— Такие газеты всегда печатают много лишнего. Не трать свое время и нервы.
Диана закрыла глаза и проглотила комок, непроизвольно подступивший к горлу. Она знала, что все равно прочитает статью и разжует каждое слово. Но только сделать это надо будет не в присутствии Карлоса. Должно быть, там понаписано нечто ужасное, раз, он не хочет, чтобы она читала.
Карлос поддерживал ее за талию, помогая выйти из машины и провожая в просторный высокий дом. Диана лишь скользнула взглядом по просторному элегантному холлу и вновь посмотрела на газету, которую Карлос держал в руке.
— Разреши… Я все-таки должна прочитать ее, — проговорила она. Однако ей показалось, что он проигнорировал ее просьбу.
— Пойдем наверх. Сначала позавтракаем. Не знаю, как ты, но я голоден.
— Хорошо, — согласилась она.
Задержавшись, чтобы сказать несколько слов служащему, Карлос повел ее к широкой лестнице, устланной толстой ковровой дорожкой. Диана последовала за ним, пытаясь вести себя так, будто мир не рухнул вокруг нее час назад.
— Пойми, пресса больше заинтересована в том, чтобы очернить Джеймса Маршалла, чем тебя. Постарайся справиться с этим.
Услышав такой совет, она подавила нервный смешок. В горле у нее пересохло. Почему мужчины всегда прячутся от эмоциональных потрясений за практическими выводами? Неужели Карлос надеется, что она сможет не принимать близко к сердцу все, что сегодня произошло?
— У Маршалла много врагов в средствах массовой информации, — продолжал говорить он, вводя ее в очередную комнату, которую освещало утреннее солнце. — Они хотят достать неугодного им политика, а не тебя.
Диана вспомнила, что читала одну из строгих проповедей Маршалла по поводу детей, рожденных вне брака. Там говорилось о плохом влиянии, которое подобные факты оказывают на общество. Разоблачение его самого как отца внебрачных детей, которых он бросил вместе с его матерью, поможет многим увидеть, какой же он на самом деле лицемер.
— Ты все же дай мне газету, — попросила настойчиво она.
— Я не хочу, чтобы ты из-за этого расстраивалась, — сказал Карлос, уступая наконец ее просьбе.
Она взглянула на ровные столбцы газетного шрифта. В статье ее преподносили публике как объект жалости. Большая фотография богатого загородного дома Маршалла помещалась рядом с фото маленького домика, где жила Диана до того, как оказалась в Кроссроудсе.
— Первый муж твоей матери был на целое поколение старше ее. Профессор, работавший в колледже, — проговорил Карлос ничего не выражающим голосом, прежде чем она успела углубиться в чтение. — Он уговорил ее продолжить обучение, а Маршалл был студентом юридического факультета того же университета.
— Не могу представить себе свою мать учащейся, — тихо пробормотала Диана. Ей больно было читать, что сама она оказалась проблемным ребенком и часто прогуливала школу. Это было правдой лишь отчасти. Переселившись в Кроссроудс в двенадцать лет, она стала вести себя совсем по-другому.
— Их связь выплыла наружу, когда ее муж обнаружил, что ты и твоя сестра не можете быть его детьми. Врачи подтвердили его бесплодие. Твоя мать побежала к Маршаллу за поддержкой, но он отвернулся от нее. К тому времени он был уже обручен с Элис.
Диана вспомнила милую женщину, с которой познакомилась в замке, и сердце у нее защемило. Элис могла узнать, что за то время, пока она была с ним обручена, у некой женщины от Маршалла родились дети. Она на ее месте тоже бы почувствовала себя преданной, ощущая горечь и страшную боль.
В статье несчастное детство Дианы противопоставлялось богатой, респектабельной жизни Маршалла. Эту часть она прочитала с отвращением. Но дальше было еще хлеще. Упоминался разрыв ее помолвки с Грегори. «Клиффорд бросил Диану после того, как узнал, что она не может иметь детей», — сообщал анонимный друг.
— Нет… — Протяжный стон вырвался из ее губ, когда она прочитала публичное разоблачение своего самого большого секрета. Ей стало плохо.
Отнимая у нее газету, Карлос обнял ее за плечи. От боли и стыда Диана оттолкнула его. Громкие рыдания прорвались наружу.
— Уйди! — прокричала она. — Дай мне самой справиться с этим!
Но Карлос был настойчив. Возразив что-то на своем языке, он снова притянул ее к себе. Малдонадо был слишком силен, чтобы Диана могла оказать сопротивление. Слезы ручьем текли по ее щекам. Несчастная женщина могла вынести потрясение от свалившегося на нее известия о ее предполагаемом отце, но все остальное было уж чересчур.