— Кто старое помянет, тому глаз вон, — бодро сказала Настя. — Вот погоди, как только отыщется тетя Зина, мы все устроим наилучшим образом, обещаю.
— Мне ничегошеньки не нужно, только бы мама вернулась, — хлюпнула носом Даша.
После разговора с сестрой Настя почувствовала себя совершенно разбитой. Она села на диван и неожиданно поняла, что ее здорово знобит. Приложила руку ко лбу — лоб горел. «Ну вот, опять! — с досадой подумала она. — Никогда не могу достойно справиться со стрессом». Она быстро набрала номер Крутова и безрадостно сообщила:
— Я до вечера выбываю из строя. Придется выпить таблетку и несколько часов поспать. Температура поднялась на нервной почве, уж такая у меня особенность, приходится с этим считаться. Если не посплю, свалюсь на несколько дней.
— Тогда впусти в квартиру моего парня. Это Андрей, я тебе его показывал издали. Впустишь и спи себе, сколько хочется. Если вечером почувствуешь себя лучше и куда-то отправишься, он будет тебя сопровождать. И не спорь.
— Да я и не спорю, — пробормотала Настя. — Даже представить себе не могу, что бы я делала одна.
— Ты не одна, — заверил ее Крутов без всякого пафоса. — Посмотри в «глазок», прежде чем открывать дверь.
— Не учи ученую, — проворчала Настя. — Два раза я на одни и те же грабли не наступаю.
— Ну да? А опыт подсказывает мне, что девушки способны наступать на пресловутый садовый инвентарь и два, и три, и десять раз подряд. И глаза у них при этом невинные-невинные…
— Другие девушки — возможно, — проскрипела Настя, — но не я. Если меня хорошенько напугать, я становлюсь дико осмотрительной.
Ее новый телохранитель, мускулистый, загорелый и чрезвычайно скупой на слова, устроился в коридоре, наотрез отказавшись от воды, чая, кофе, фруктов и прочих съедобных вещей. Успокоенная его присутствием Настя приняла лекарство и забралась под одеяло, прижав пульсирующий висок к прохладной накрахмаленной наволочке. Через пять минут она уже спала.
Разбудил ее противно верещавший домофон.
— Ждешь кого-нибудь? — спросил Андрей, увидев появившуюся в коридоре Настю. Она была завернута в одеяло, край которого волочился за ней, словно мантия за королевой.
— Никого, — сказала она хриплым со сна голосом. — Можно ответить?
— Давай, — Андрей посторонился, пропуская ее к трубке, висевшей возле двери.
— Кто там? — спросила Настя напряженно.
Вместо человеческого ответа из трубки до нее донесся невразумительный вопль, который был ей слишком хорошо знаком, чтобы усомниться в его происхождении. Настя протянула руку и нажала на кнопку.
— Ну и кто это? — без особых эмоций поинтересовался Андрей.
— Мой босс, — пояснила Настя, припав к «глазку». — Уверяю тебя, он совершенно безопасен.
Через минуту вместо шума подъехавшего лифта послышался топот, и на лестничной площадке появился Тазов. Настя немедленно распахнула дверь, не без ехидства заметив:
— Так я и знала, что это плохая идея — сообщить отделу кадров свой новый адрес.
— Настя, ты мне нужна позарез! — воскликнул Тазов и театральным жестом простер к ней руки.
Выглядел он сногсшибательно — в вечернем костюме с галстуком-бабочкой, выбритый до синевы. Парадный вид портили всклокоченные волосы.
— Что за пожар? — спросила Настя не без удовлетворения. Ей было приятно оказаться нужной.
— Расскажу в двух словах, времени в обрез! Кстати, почему ты в одеяле?
— Я дремала, — коротко ответила девушка, точно зная, что длинных объяснений Тазов не признает.
— На работу ходить надо, — укоризненно заявил тот. — В отпусках люди только портятся.
— Мне знакома твоя философия, — усмехнулась Настя, отступая в сторону и жестом приглашая Тазова войти.
Тот переступил порог и сразу же увидел Андрея. Чело его омрачилось.
— Ага! Так ты не одна? Всякими глупостями занимаетесь? Вы кто? — начальственным тоном спросил он, выгнув бровь.
— Родственник, — ответил Андрей, усмехнувшись. — Из Ростова.
Прозвучало это совершенно неубедительно, но Тазову было не до придирок, и он вновь обернулся к своей помощнице.
— Собирайся и поехали! Я отправляюсь на благотворительный вечер, и мне нужна дама, с которой я мог бы под ручку прогуливаться мимо потенциальных инвесторов.
— А что твоя новая пассия Тамара? — удивилась Настя, потерев глаз кулаком.
— У нее депрессия, она наглоталась антидепрессантов и лежит на диване. Теперь ее оттуда и за ноги не стащишь. Та еще боевая подруга…
— Но вам нельзя появляться в моем обществе, меня многие знают, — запротестовала Настя. — Явиться на благотворительный вечер с помощницей — значит дискредитировать себя.
— Много ты понимаешь! — воскликнул Тазов. — Явиться с помощницей — это круто. Кроме того, я не столь ранимый, как тебе кажется. Мне нужно соблюсти этикет. Главное, чтобы у меня на локте болталось существо женского пола в блестящем платье. У тебя есть блестящее платье?
— Найду что-нибудь. Но мы обязательно должны взять с собой Андрея, — поставила условие Настя, стаскивая с себя одеяло.
— Не проблема, — заявил Тазов, зыркнув на Настиного «родственника». — Только пусть он развлекает себя сам и не путается под ногами.
— Я не при параде, — сообщил Андрей с некоторой опаской. Он готов был сопровождать свою подопечную куда угодно, но подобного поворота не ожидал.
— Неважно, что не при параде. Говорите всем, что вы дизайнер. У дизайнеров в голове одни инсталляции, они могут носить все, что придет в голову, даже рубашки в звездочку.
— Ну да? — не поверил Андрей.
Но Тазов уже перестал обращать на него внимание.
— Настя, одевайся! — приказал он. — А я пока по твоей новой берлоге пробегусь, если разрешишь. Интересно же!
— Только ничего не трогай, — предупредила Настя. — Здесь много раритетных вещей.
— Ну, я ж тебе не фермер из колхоза «Ботва с навозом», — надменно ответил Тазов и отправился на экскурсию по квартире.
Андрей остался в коридоре, а Настя нырнула в спальню, где лежали ее чемоданы. Ей действительно хватило пятнадцати минут, опыт молниеносных сборов у нее был гигантский. Главной деталью сногсшибательного туалета она считала туфли на очень высоких каблуках и алую губную помаду. Поэтому когда она предстала перед Тазовым, тот аж присел:
— Настасья, ты спятила? Я теперь на полметра ниже тебя.
— Ничего-ничего, — успокоила его та. — Равняйтесь на Тома Круза, он никогда не переживает по этому поводу.
— Не переживает?! Да он находится в постоянном стрессе. Ему даже пришлось обратиться за помощью к сайентологам.
— Боишься, что все будут смотреть только на меня?
Тазов фыркнул. Вероятно, был уверен в собственной неотразимости.
— Скажи, а этот тип в самом деле твой родственник? — вполголоса спросил он.
— Ну да, — неохотно соврала Настя, перекладывая в крошечную сумочку ключи и документы.
— А почему тогда он все время сидит в коридоре? У него боязнь открытого пространства?
— Ему просто нравится полумрак. Ты, кажется, говорил, что мы торопимся.
— Ну и что?
— Тогда перестань задавать глупые вопросы.
Ей очень понравился их сегодняшний диалог. Он вырвался из рамок деловых отношений и явно носил приятельский характер: они шутили, подкалывали друг друга и даже чуточку флиртовали. То есть были на равных.
Через пять минут все трое вышли из дому и погрузились в черный представительский седан, блестевший тускло и дорого, словно лужица нефти. Всю дорогу Тазов старательно игнорировал Андрея и пытался вызнать у Насти, что за наследство ей досталось от прабабушки.
— Хочешь выкупить у меня старинные покрывала и театральные сумочки с бисером? — не выдержала, наконец, та.
— Нет, хочу убедиться, что ты не стала богаче меня, это важно для моего эго.
— Спрашивать о чужом наследстве — это моветон, — гордо заявила Настя. — Так что лучше поболтаем о погоде.
Тазов сокрушенно вздохнул и спросил у шофера, сколько градусов за бортом. Когда же они приехали на место и взошли на крыльцо красивого особняка, блиставшего огнями, Тазов внезапно посерьезнел и окинул Настю внимательным взглядом.
— Хорошо выглядишь, — сказал он, и от этого короткого замечания по ее спине пробежали мурашки.
Через широко распахнутые двери они попали внутрь, в мир вечерних нарядов, тихой музыки и дорогих вин. Андрей в повседневных брюках, мокасинах и заклейменной Тазовым рубашке прошел через охрану по какому-то левому пригласительному билету, добытому Настиным боссом за наличные деньги у знакомого менеджера, который отвечал за парковку и фуршет.
Настя впервые оказалась на подобном мероприятии в качестве гостьи, и через четверть часа ей стало казаться, что она попала в сериал о красивой жизни. Ей подавали ледяное шампанское, клубнику на серебряных шпажках, икру, завернутую в полоски слоеного теста… Ей делали комплименты солидные джентльмены, а молодые люди с капризными ртами водили к бассейну показать сотни плавающих свечей.
Андрей находился поблизости, наблюдая за Настей с некоторого расстояния, Тазов то появлялся, то исчезал, постоянно принося своей даме извинения за то, что ей приходится коротать время с кем попало. В конце концов он поручил ее двум близнецам, которые отличались один от другого только галстуками. Они были уверены, что Настя — девушка Тазова, поэтому относились к ней с большим уважением.
Когда Настя к ним присоединилась, близнецы вели нескончаемый и не вполне понятный спор, в котором упоминали «Тифлисскую унику», «Подвиг Неверовского» и другие удивительные вещи.
— Мы коллекционируем марки, — сообщил, наконец, ошалевшей Насте один из них. — Хотя до вашего Тазова нам, разумеется, далеко.
— В каком смысле — далеко до Тазова? — против воли насторожилась Настя.
— Он владеет невероятно редкими экспонатами.
— А, ну конечно! Как я могла забыть? — воскликнула она, и глаза ее заблестели. — Валера филателист со стажем. Это ведь страшно интересно, не так ли?
— И страшно выгодно, — поддакнул один из близнецов.