Все разом взглянули на нас с Валентином. И я только сейчас поняла, что на носу мой самый любимый праздник, про который я напрочь забыла в связи с последними событиями. Да и подарки не приготовила. Надо будет на днях обязательно наверстать упущенное время.
Дома всё было готово для празднования. Мужской и женский коллектив разделились между собой. Наши отцы вместе с Валентином заняли парилку, а мы отправились к бассейну. Расслабиться перед застольем.
Пока мама рассекала водную гладь, ко мне подсела Вера Игнатьева.
− Как я понимаю, ни твои родители, ни мой брат не в курсе, что вас с Валентином связывает фиктивный брак? – полушепотом спросила она.
На её вопрос я лишь опустила голову. Да уж, натворили мы дел.
− Но ситуация между вами в корне поменялась, это видно невооруженным глазом, − продолжила мама Вера. – И разводиться, конечно же, вы передумали? Получается, ты простила этого гадёныша?
Хоть и женщина назвала Валентина так, но в её голосе сквозили нежность и любовь к нему.
− Видимо, простила, − был мой ответ. – Он доказал мне, что измены не было. Надеюсь, больше он не будет парить горячку, сперва не поговорив со мной.
− Значит, ему не стоило договариваться с твоим отцом, раз ты его итак приняла, − проговорилась она, а я резко подняла на неё свой взгляд.
− Какая договоренность? – только очередной лжи за моей спиной мне не хватало.
− Так Валентин рвал и метал, что ты не хочешь с ним спокойно поговорить и элементарно выслушать, вот он пошёл к твоему отцу. Рассказал тому всю правду и попросил помощи. Думаешь. С чего твой отец отказал тебе помочь с разводом? Этот оболтус выпросил, − как ни в чем не бывало и ни о чём не подозревая выдала тайну Валентина Вера Игнатьевна. – Он не рассказал тебе? Скрыл что ль опять. А я ведь говорила ему, чтобы всю правду тебе рассказал. Не должно быть лжи в начале отношений между любящими людьми.
− Он что-то такое упоминал, − промямлила я, но неприятный осадок остался.
Вот как ему верить? Как с ним начать всё заново, если Валентин всё равно продолжает скрывать от меня всю правду?
− Схожу за чаем, − встала я с лежака и направилась на кухню.
В коридоре столкнулась с Валентином. Как говорится, на ловца и зверь бежит. Он широко улыбнулся, обрадовавший моему виду, и хотел было заключить меня в свои объятия, после чего последовали бы и поцелуи, но я увернулась от его рук, на что тут же словила удивленный взгляд.
− Ты ничего не хочешь мне рассказать? – скрестила я руки на груди и строго взглянула на мужа.
22
Глава 22. Жертва во имя любви или настоящий поступок?
Мужчина, способный на поступки,
обречен быть любимым!
Коко Шанель.
Ассоль (Ася)
Я стояла напротив него, скрестив руки на груди, и прожигала парня глазами. Моё хмурое выражение лица прямо говорило, даже вопило о том, что «начинай давай объясняться и врать при этом дальше». Валентин начал было оправдываться, но видя то, что я лишь склоняла голову в ожидании и буравила его не очень доброжелательным взглядом, поменялся в лице, как и поменял стратегию.
− Извини, я сегодня вечером после ужина хотел поговорить обо всём, когда ты разгадала бы вопрос с наручниками. Не успел просто признаться, − и он грустно выдохнул. – Не хотел портить сегодняшний день такими разговорами. Хотел смягчить его поцелуями по угадыванию местонахождения ключа. Между нами итак всё было напряженно.
− А может ты вообще не хотел признаваться и даже не думал об этом? – не сдавалась я. – А что, я уже считай тебя простила, отношения мы наши начали заново, так к чему нужны все эти разговоры, да? Кому они нужны теперь? – на мои вопросы Валентин молчал. – Буквально недавно ты без суда и следствия посчитал меня виновной в сговоре с нашими родителями, увидев мою фотографию в руках своего отца, сам же вынес приговор, не разобравшись во всём, даже элементарно мне не задал хотя бы один вопрос, в глаза не посмотрел, и привел его в исполнение самым жестоким образом для любящего тебя человека. Не подумал ни о ком. Ведь после измены уже не будет того доверия, что было до. Хотя зачем оно тебе, выводы ты для себя сделал уже тогда.
И сейчас ситуация повторилась, но в точности все наоборот, только мы местами поменялись. В данной ситуации ты действительно договорился с моим отцом за моей спиной, чтобы меня не отпускать от себя, добился моего прощения своими ухищрениями, скрыл правду. Вот взгляни теперь на себя со стороны моими глазами. И ответь мне только на один вопрос: должна ли теперь я тебя прощать после всего? Заметь, я никаких преждевременных выводов не сделала, не посчитала тебя виноватым, пока сама лично не взглянула тебе в глаза и не спросила в лицо. Не стала ничего предпринимать и делать сгоряча, в отличие от тебя, − договорила, развернулась и направилась наверх.
Проводить время с ним рядом резко расхотелось, несмотря на то, что родители были уверены в наших прекрасных и теплых отношениях. Притворяться перед ними после услышанной новости не было никаких сил. Захлопнула дверь своей комнаты, а дальше не знала, что делать. Меня злило то, что Валентин обвинил меня в договоренности с родителями, не удостоверившись так это или нет, а сам потом поступил также. Да, я не хотела с ним разговаривать по известным и мне, и ему причинам. Так он мог придумать что-то, а не нестись к моему отцу. Зачем надо было в наши отношения вмешивать третьих лиц, даже если эти самые лица хотели нас свести? Её богу, они даже не пригласили нас на совместный ужин. А сразу решили женить…
А папа тоже хорош. Знал обо всём, когда я к ну приходила, и ничего не сказал. Решил таким образом проучить меня? Вот доченька, натворила ты дел, не послушалась меня, теперь сама во всём разбирайся. Нет, как бы так и должно быть. Сама я всю эту кашу наварила, мне самой и расхлебывать. Хотела же учиться на своих ошибках, а не жить на всём готовом. Да только он мог бы хотя бы сказать, что знает всю правду, и что не стоит перед ним играть и дальше.
Я не успела обо всем подумать и решить, как быть и как вести себя в дальнейшем, ведь сегодняшний вечер не закончился ещё, но мою пропажу за ужином точно заметят, как дверь в мою комнату открылась, и на пороге появился Валентин, одетый в футболку и штаны. Он смерил меня взглядом, затем закрыл дверь и подошел ко мне.
− Ась, давай спокойно поговорим, без эмоций, − и он присел передо мной на корточки. – Я понимаю, что сейчас ты обижена на меня, что вместо тебя говорит обида и другие эмоции. Вот и я был в таком же состоянии, когда держал в руках твою фотографию, а отец мне говорил, что рад моему согласию жениться на дочери его друга, − он взял мои ладони в свои руки. – Прошу лишь об одном, всё оставить как есть до завтра. Пусть наши, − он кивнул в сторону двери, − думают, что между нами всё хорошо. Не стоит портить родителям сегодняшний вечер, как и предстоящий праздник, а после поедем к тебе и уже там решим спокойно, как мы с тобой поступим.
− Нечего уже решать, − пробурчала я, всё ещё продолжая злиться на него. – Я хочу развода, на этом всё, − и выдернула руки из его ладоней.
В ответ на свои слова услышала вздох и то, как матрас прогнулся. Валентин присел рядом со мной.
− Я просто боялся тебя потерять, − проговорил он и опустил голову. – За те дни, что мы не общались, я успел подумать о многом, как и узнать правду. Правда, тоже от тебя, − я удивленно взглянула на Валентина, не понимая, как это. Ведь с ним мы на эту тему не говорили, да и вообще ни о чем не разговаривали. – Долгая история. Поэтому и пришёл к твоему отцу. Я просто уже не знал, как поступить, что сделать. Думал, что после разговора с ним узнав о его отказе, ты будешь снова что-то чудить. И решил использовать этот шанс, поэтому и заявился к тебе рано с утра, пока ты не успела ничего придумать. А всё, что было до того самого дня, всё было правдой. Ты меня заинтересовала ещё тогда, перед ЗАГСом. Непохожая на всех остальных невест, бойкая, стойкая, упрямая, с характером. Одно то, что ты полюбила мою тыковку, говорило о том, что ты именно та, что мне нужна. Ведь Снежана ни слова слышать о ней не хотела, чтобы сесть и прокатиться на ней, даже речи не было. А ты её чуть ли не расцеловала. Сейчас многие хотят денег, статуса, а тебе было на все это наплевать. Ведь ты даже не знала из какой я семьи, чей я сын, а смогла полюбить такого, какой я был на самом деле. Искренне радовалась простым свиданиям, не прося ужинов в элитном ресторане и дорогих подарков, а мне доставляло удовольствие видеть улыбку на твоём лице. Ты первая, кому я показал свой страх перед верблюдами, − на этом месте мы одновременно хмыкнули. Для большинства парней признаться в своей слабости перед чем-то или кем-то, это дорогого стоит. – И понял, что до тебя я вовсе и не любил. Снежана была удобной девушкой, статусной, чтобы друзья видели нас вместе и завидовали. А тебя же, наоборот, хотелось спрятать и никому не показывать, поэтому и не знакомил со своими друзьями. Ведь я не был уверен, что мои чувства совпадают с твоими. Боялся, что тебе приглянется кто-то другой.
Дальше уже наступила тишина. Почему Валентин замолчал, я не знала, но повернуть голову в его сторону не смогла. Да, наши отношения начались не как у всех, а сразу с брака, а лишь потом со свиданий, но это не помешало зародиться чувствам. Просто каждый из нас не открылся перед другим, не смог признаться, точнее, не успели, да и вмешались наши родители. Их тоже винить, как бы, не в чем. Каждый родитель для своего ребенка хочет всё самое лучшее, иногда, правда, забыв поинтересоваться его мнением, мыслями и желаниями. Но кто не ошибается в этой жизни? Не будет ли поздно потом? Как говориться, лучше сделать и потом жалеть о содеянном, вспоминая прошлое с теплой улыбкой, чем изводить себя потом, что так и не попробовала запрещенного плода и не испытала настоящих чувств и эмоций…
− Ладно, − решила пойти на уступки, − но только на сегодняшний вечер, завтра же наши пути расходятся, − я хоть и приняла такое решение, но не была уверена, что оно правильное.