— A…a откуда ты знаешь? — растерялась она, а затем глаза опасно сузились, — Это Люцифер рассказал, да? — Тут я заржал, Ян? Люцифер? Однако…
— Нет, я сам догадался. Ты живот прикрывала, когда я тебя в кресло неосторожно посадил. За это извини, был неправ. Насчет Яна. Так он в отпуск недавно ходил, причем так неожиданно. Далее, сама ты признание так выбить не могла. Точнее, она призналась, но у нее нет ни одной ссадины, значит, запугивал профессионал. Мои в этом — ассы! Не то, чтобы я точно был уверен, что прав, но после моего вопроса в лоб, ты подтвердила мою версию — зрачки выдали и дыхание. Выбор пал на Яна, так только с ним ты могла столкнуться с наибольшей вероятностью у меня дома, или в окрестности его. Я удовлетворил твое любопытство?
— А что с мамой? — такая… надежда в глазах. Я тяжко вздохнул и попытался объяснить:
— Пойми, я ее слишком долго презирал. Сейчас мне ее искание жалко, но не более того. Она для меня чужой человек. Может со временем, что-то и почувствую, но пока только жалость.
— А ко мне? — и опять этот взгляд, полный затаенной надежды.
— У тебя больше шансов, ты девушка Яна, это тебе бонус. — Отвечаю и смотрю на часы, обед прошел, пора на работу. — Ладно, мне пара. — Встаю и направляюсь к выходу.
— Подожди… — останавливает меня окриком. Только повернулся к ней. Спросить, мол что нужно? Она подлетает и, обняв меня, уткнулась носом в грудь. Ну и как на это реагировать? Осторожно похлопал ее по плечу, и отстранил от себя. — Будем обниматься чаше, это ускорит процесс. — Я в шоке!
— Кх… — прочистил я горло. — Только жену нужно поставить в известность, иначе в реанимации окажемся. Она у меня еще та ревнивица. И еще, уверена, что Яна потянешь?
— Будто у меня выбор есть.
— Что принуждал? — тут же напрягся.
— Ну… не совсем так. Одним словом, ваш Ян — Люцифер.
— А почему Люцифер-то?
— Так глаза его, как бездна черные, смотришь туда, и пропадаешь.
— Так это любовь. — Хохотнул и ретировался. На сегодня с меня хватит разговоров по душам.
Приехал на базу, а взгляд то и дело возвращается к Яну. Вот гад! Знал, что она моя сестра и молчал. Ну ничего, я тоже промолчу, что он скоро станет папой. Сюрприз будет.
Только переоделся и собрался сделать разминку, бежит Ян. У меня словно невидимая рука сдавила сердце, точно что-то с женой.
— Глеб, Люду похитили! — в глаза потемнело. Тряхнул головой, чтобы скинуть помутнение. — Настя? — сдерживая ярость, спрашиваю.
— Не могу точно сказать, но твоя мама сказала, что видела как какой-то качок, приставил пистолет к спине Люды, заставил сесть в машину.
— Номер запомнила? — спросил, а сам понимаю зря. Какие номера, это же женщина?
— Он ее на машине вашей жены увозил. Я уже дал команду отследить ее.
Не теряя время, я с бойцами направился в город. Попутно прикидывая, кто из моих врагов это сделал. Настя, одна не могла такое провернуть. Тогда кто? Тимур? Возможно, мы его как два месяца назад закрыли? Только въехали в город, нам дали координаты, где засекли машину жены. Осталось несколько метров до нее, вижу, как она выходит из здания, и садится за руль. Я выдохнул, возможно, ложная тревога. Не успел я обрадоваться, как тут прогремел взрыв.
Я выскочил из машины и рванул к ней. Слышу сквозь гул полыхающего пламя, что- то кричит Ян, пытается с ребятами удержать меня, а я, обезумев от горя, пытаюсь вырываться. Делаю шаг, и застываю, словно каменея, беспомощно смотрю на огонь, где в пламени горит моя жена и ребенок. Поздно, стучит набатом в висках, я уже ничего не могу изменить. Падаю на колени, хочется выть, кричать от боли и бессилия в голос, но не могу вымолвить и звука. Лишь чувствую, как моя душа сгорает вместе с ними, опадая пеплом в бездну отчаянья.
Глава 61
— Кристина смотрите, какой красивый набор! — восхищенно смотрю на малюсенький детский комплект: ползунки, распашонка и шапочка. Как же мне хочется, быстрее родить свою кроху! Сил нет терпеть! Я не говорю, что чувствовать ребенка внутри себя не чудо. Я счастлива! Но, как же уже хочется прижать его к себе.
— Действительно, милый. — Улыбается она в ответ. — Только он голубой, если девочка родится, то не подойдет.
— Ничего страшного, если в этот раз будет дочка, — глажу животик рукой, малютка отвечает мне, толкнувшись, — Глеб будет только рад. А там и мальчик не загарами! Берем. — Показываю продавщице на комплект.
Только расплатилась, и в туалет захотелось по маленькому.
— Кристина, подождите мне нужно… — показываю глазами в сторону, уборной в магазине. Последнее время, я часто туда бегаю. Справила нужду, выхожу, и что-то холодное коснулась спины. Сердце замерло, предчувствую беду.
— Ну… привет, сучка! — обдал мне ухо, горячим дыханием до боли знакомый голос. Это был тот громила, что на Юлю напал! Черт! Молчу, не хочу нарываться. А сердце обмирает от страха. Нет не за себя, за ребенка! — Я смотрю, ты все красноречие растеряла. И правильно, пикнешь, и тут же родишь. А теперь пошевеливайся, прокатимся немного. — Больно ткнул мне в спину дулом.
Куда деваться. Придется идти, выбора-то особо не было. Шла и молилась, чтобы свекровь заметила мое исчезновение, тогда Глеб быстро меня найдет. Сели в машину, которую кто-то подогнал к черному выходу, и пристегнув мне руку наручниками к двери, он сел на водительское место, и мы тронулись. Всю дорогу молчала, боялась рассердить похитителя. Пока ехали, какие только мысли меня не посещали. Корила себя за беспечность. Ну почему отказалась от сопровождения? Мотивируя тем, что всех посадили. Дура я, ну почему мужа не слушала?! Я была в отчаянье, и все же, в душе был лучик надежды: мой воин спасет меня. По-другому быть не может!
Подъехали к заброшенному зданию, только вышла из машины. Качок схватил больно меня за скулы влажными от пота пальцами. Чудом удалось скрыть, свое отвращение от его прикосновений. Но, я смогла справиться с эмоциями, сейчас опасно провоцировать его. Он же впился в мое лицо обезумевшим взглядом, по спине стекала капелька пота, от ужаса стали неметь кончики пальцев. Гадко усмехнулся, он резко отпустил, я выдохнула. Шла за ним, запоминая путь, вдруг удастся сбежать, всякое может быть. Подошли к железной двери, тот вновь усмехнулся, открыл ее, и грубо впихнув меня туда, лязг ржавого засова, отделил меня от внешнего мира. Пусть, главное, что он ушел. Огляделась, помещение чем- то напоминает кладовую. Окно маленькое, высоко расположено, и только слабые лучи вечернего солнца, пробивались через грязное все в паутине стекло, немного освещая комнату. Хотела сесть, но куда? Кругом грязь. Опять осмотрелась, неизвестно сколько меня тут будут держать. Подняла валявшийся стул, начал отряхивать от грязи и паутины. Пусть не трон, но хоть что-то, если силы покинут, смогу отдохнуть. Не знаю, сколько времени прошло. Казалось, вечность. Тут вновь, послышался звук открывающегося замка, я замерла, не зная кто войдет. Дверь открылась, и я чуть не расплакалась от счастья — Настя! Значит, и Глеб тут.
— Настя! — воскликнула я, и замерла. Она была одета, точно так же как и я, более того, она была беременна! — Как это понимать? Насть, что за маскарад?
— Как мне брюнеткой? — показала, она явно на парик рукой, у нее отродясь не было таких густых волос.
— Насть, что происходит?!
— Ах это! — махнула она беспечно рукой, — тебя ненадолго похитили, твой муж, должен вернуть некоторые документа, и тогда тебя отпустят. Ты не переживай, — протянула она ко мне руку, я отскочила, не хочу, чтобы эта предательница, прикасалась ко мне. — Тебе никто не навредит, мне обещали.
— Почему? — тихо спрашиваю ее.
— По двум причинам: деньги и месть. Хочу, чтобы Глеб, понял, какого это потерять самое дорогое. Пусть у него это продлится недолго, но эти чувства, он запомнил на всю жизнь.
— Ты так сильно его ненавидишь? — она печально улыбнулась.
— Нет, Люда, люблю. А он… — она замолчала, и тут же с горячностью начала: — Ты не думай, я ни на что не рассчитываю, знаю, что ты для него все! И я всем сердцем рада, что вы вместе. Единственное, что я от него хотела, это хоть капельку сострадания и защиту. Он же обещал моему брату, позаботится о нас! И когда случилась беда, он только уволил того гада, а от Дашки отвернулся, позволил ее мужа в тюрьму посадить. А мне только сухо отчитался, мол он тебя больше не беспокоит. Что ему мешало убить его? Для Глеба, это раз плюнуть, зато мне бы полегчало.
— Мне жаль, что ты потеряла своего малыша. Правда, жаль.
— Ладно, проехали. Я просто зашла, тебя успокоить, чтобы не волновалась.
— Ты сама-то веришь, что отпустят? — горько усмехнулась. — Ты хоть, понимаешь, во что ты вляпалась? Похищение человека, это серьезно! Настя, не играй в мужские игры, это опасно! — попыталась вразумить ее.
— Когда тебя отпустят, я уже буду за пределами страны. Мне собственно деньги и нужны были, чтобы там все начать заново. Не обижайся, и не переживай, скоро тебя отпустят. — Она окинула меня взглядом напоследок, печально улыбнувшись, ушла.
Я вновь осталась одна, время словно замедлило свой бег. Казалась, опять прошла целая вечность, прежде дверь вновь отворилась, и в помещение зашел грузный мужчина в годах, а за его спиной маячил качок.
— Так вот, как выглядит слабость Беркутова? Красивая, ничего не скажу. Эх, был бы помоложе, обязательно развлекся, но увы, года…
Молчу, выжидаю, что будет дальше. To, что меня не отпустят отсюда живой, уже поняла. Осталось только надеяться на Глеба.
— Что вам от меня нужно? — решила, пока потянуть время. Будто не понимаю, что я приманка или рычаг давления на мужа.
— Мне, от тебя, да в принципе ничего. — Пожал он плечами, — а вот от твоего мужа, некие документы. Ему… — махнул головой в сторону кочка — месть. Из-за тебя Тимур его выгнал, правда сейчас простил, но душа-то требует возмездия. А вот Тимуру, бальзам на душу, он заплатил бешеные деньги, чтобы это провернуть. Теперь будет наслаждаться, наблюдая, как страдает твой муж, потеряв в один миг жену и ребенка. Хотя… он уже страдает. — Они рассмеялись. — Хочешь посмотреть? — Достает смартфон.