Не явились Тацуми с Мейн — они стерегли северо-западную границу от рыцарей. В тех краях не нашлось удобной природной позиции, наподобие узкой Долины, замкнутой стенами Пыльных Ворот. После гибели Верховного Короля рыцари Запада никак не могли собрать огромное войско; но вот просто большие армии накапливали регулярно, и столь же регулярно пробовали границу на прочность. Пока что великих бед они не причиняли, но и забыть о себе не позволяли. Мелкие набеги отбивали пограничники, на вторжения полковых клиньев как раз и вызывали пару владельцев тейгу.
Еще севернее мотался по крепостям Павел Быстров, известный в здешних краях как Енот. Варвары особенной агрессивности не проявляли; Енот больше пугал местную администрацию, проверяя счета на ремонт и содержание построенного. Чего казнокрады опасались больше — что ревизор по возвращению в Столицу нажалуется жене, или что оформит их Третьим Проклятым не отходя от кассы — Быстров так и не понял; но и не огорчался, положившись на древнюю мудрость все тех же программистов: “Работает — и не трогай”.
Леона отлучилась поближе, и должна была вернуться уже к вечеру, на короткое чаепитие в узком кругу, в новом доме Александровых. “Где не придется пускаться на другой конец стола за горчицей верхом”, - процитировал старую шутку Виктор. Пока что львица “Рейда” отправилась в долину Порталов: проверить, не накопилось ли довольно людей для очередного Аукциона Профессий. А еще прочесать окрестности карантинного поселения, вырубив опасных зверей, пока те не размножились, не заматерели, не набрались нахальства беспокоить периметр и нападать на дилижансы.
За столом как раз говорили про Порталы:
— Насколько я понял по размаху карантинного поселения, по множеству приемщиков, знающих разные языки Земли, — осторожно поинтересовался Виктор. — Пришельцев из Зазеркалья тут уже многие тысячи…
— Несколько сотен тысяч, — поправила все знающая Акаме. Барон-контрразведчик уточнил:
— Если учитывать только официальных. Наверняка, имеются еще лазутчики, скрытые Порталы в землях варваров. Наконец, наша Империя велика, но весь мир больше.
— Тем более, — кивнул программист. — Они не пробовали завоевать всю Империю? Протащить сюда особых людей… Э-э…
— Спецназ, Енот объяснил нам, что это, — подсказала Эсдес.
— Ну так, почему сильномогучие пришельцы из зазеркалья тупо не завоевали всю Империю, не посадили везде своих людей вместо той же Ривер?
Надежда и Эсдес переглянулись, пришли к согласию, и ответила Ривер:
— Почему же, попытка была. Примерно на второй год после Мятежа… Ну, года три назад. Накопилось пришельцев много. К тому же, они сговорились с западными королями, а там еще помнили Верховного, сохранилась привычная организация армии, что-то знакомое из других областей. И к тому же, у них нашлась хорошая поддержка за Порталами. В итоге мы лишились императорского дворца…
— Так его не революция снесла?
— Я ведь уже говорила: нет, — помотала головой Эсдес. — И мертвая котловина напротив Порталов тоже возникла именно тогда. И, что интересно, ни Енот не сумел объяснить, что же там применялось; ни Носхорн так и не докопался до секрета.
— Кстати, барон! В первую нашу встречу вы, помнится, совершенно иначе выглядели?
— Госпожа Анна, я в тот день вернулся со сложной операции. Мы наконец-то накрыли шайку… Нехороших людей, скажем так. Я был в форме гвардейских егерей, красно-зеленое.
— А, — с королевской плавностью кивнула Александрова, — лицо у вас тоже тогда выглядело в соответствии с цветом кителя?
— С цветом шаровар, — улыбнулся барон, — китель был зеленый. Как приятно, что женщины еще запоминают меня. Но вы же не это хотели узнать?
— Я хотела узнать, не повторится ли подобное? Переезды утомляют. И нельзя убегать бесконечно.
Барон пожал плечами:
— Клятвы не дам. Поверьте, моя служба, как и люди госпожи Акаме, делает все возможное. Я и сам заинтересован кровно. Пусть детей у меня пока что нет, но вот племянник вполне дает прочувствовать родительское беспокойство…
Взрослые синхронно посмотрели на Тима рядом с баронетом. Носхорн-младший встретил взгляды со спокойной уверенностью, а Тяп даже с некоторым вызовом: новый друг научил его управлять столовым серебром. Правда, выпендриться перед братом не получилось: Акаме тоже учила кавалера не только целоваться. Зато Тимофей с ужасом и восхищением подметил, что папа с мамой оглядываются на него, если не знают, какую взять вилку!
Ну и лучшая защита — нападение. Синяк за зверька давно сошел, а вот сам зверек упорно не отходил от Тимофея далее десяти шагов. И даже сейчас, за парадным столом, вел себя исключительно вежливо — как будто понимал происходящее. Так что Тимофей был готов отстаивать находку перед папой, мамой, перед миром — опять же, как учил его новый друг.
Зверька Эсдес раньше не видела.
— Тимофей, — сильнейшая наклонилась, разглядывая меховой воротник самого младшего Александрова, — а что вам известно о… О котенковладении, назовем так?
— Ну, — мальчик пока не понял подвоха, — все, что вы выбросите в мусорку, будет использовано против вас.
— Отменно сказано, — согласилась Эсдес. — Вы уже подобрали ошейник… Он так изящно делит вашу находку на две части.
— На умную и красивую? — не удержался Тяп.
Сильнейшая вздохнула:
— В конце-то концов, что мы знаем о биологических тейгу? Вот у твоего парня с алебардой…
— Сусаноо, — подсказала Надежда.
— Было три жизни. У Коро вполне может быть девять. И опять же, размножение тейгу?
Собрание удивленно зашумело. Носхорн произнес:
— Если это привет из тех самых времен, то вашему младшему, как владельцу тейгу, придется проходить специальное обучение.
— И лучше начинать пораньше, — убито сказал Тим. — Спасибо. Мне уже объясняли.
Барон дерзостью не возмутился, продолжил спокойно:
— Тим, будьте осторожней со странной зверушкой.
— Ага, — согласился Тим, — такой вот странный предмет, ученый зверь на цепи, источник песен и басен…
Эсдес подхватила:
— Универсальный продукт, что будет подан к столу с пучком петрушки во рту?
Обвела глазами ошарашенных родителей нового владельца тейгу:
— Но можется статься и так, ты прозеваешь момент когда он станет опасен.
- “Не-заходи-за-черту, не-заходи-за-черту, не-заходи-за-черту”. — Тяп отстучал ритм ножиком по тарелке.
— Так это матрица или мюзикл? — Виктор только вздохнул.
— Не парься, пап, — старший брат все-таки пришел на выручку. — Тут все поют, телевизоров-то нет.
Александровы-родители поглядели на младшего сына: с отчетливым следом подбитого глаза, с лихим рубакой в приятелях; перевели взгляды на старшего сына, уже привычно держащего за руку Акаме Убийцу…
Виктор подмигнул жене:
— Три-четыре!
И вся семья Александровых грянула хором:
— Рыбка, я ж не посмертно просил!
Отсмеявшись, Анна вернулась к прерванной теме:
— Ну хорошо, вы меня успокоили. Но ведь по этой истории — с заговором, с внемировыми сообщниками, с потерей императорского дворца — можно написать не меньшую кипу романов, чем по истории рода фон Партас. Ну, помните, мы же обсуждали тогда? За чаем?
Вал и Куроме переглянулись, захихикали:
— Так вот почему!
— Ага. Мы-то думали…
— Вижу, придется объяснять по-порядку. — Эсдес поправила волосы. — Про эти события будут снимать фильм. Да, тот же режиссер, что снимал “Ночной Рейд”. Новый фильм называется…
- “Императрица Эсдес!” — Надежда хлопнула в ладоши, и все же покосилась на левую руку. — Но сколько раз ты обещала прогнать режиссера на шпильках до седьмой триумфальной арки!
— Да, помню, — согласилась Анна.
Вал с Куроме опять коротко засмеялись:
— А он выкрутился, — пояснил моряк. — Этот хитрый служитель искусства устроил такое зрелище. Забег на шпильках! Зазеркальная мода пришла и сюда. Мини-юбки, каблуки. Поставил какой-то приз, кажется…
— Главную роль он призом поставил, — с непонятным выражением лица пояснила Эсдес. — Заговор ведь составляли в мою пользу. На самом деле, история довольно мерзкая. И победили заговорщиков просто. Повесили объявления: “Кто хочет повторения Мятежа, тот поддержит восстание!” — после чего всех бунтовщиков буквально в неделю перевязали подобно сушеной хурме, и посдавали нам теплыми. Почти мечами махать и не пришлось… Правда, неохота вспоминать, — взглядом в упор Эсдес привела к молчанию Вала, и сменила тему:
— Зато в кино, чувствую, я снова буду сражаться на каблуках.
— Ну вот, — сказал моряк явно не то, что собирался, — набежало девок со всей Столицы. И актриски вроде как уломали его показать класс. И он так весь надулся: “Мужчина даже на каблуках женщину обгонит!” — и под этим соусом, со всеми смешочками да подколками, проковылял всю дистанцию.
— Пришлось помиловать. Слово Эсдес тверже гороха!
Все снова засмеялись.
— Но вы что-то подобрели, наставник, — все же не удержался моряк.
— Ну да. Енот завтра приезжает. Северная застава утром семафорила, — просто сказала Эсдес.
Анна оглядела стол. Хороший такой стол, накрытый по всем канонам Великого Дома Столицы. Ладно там сорок пять букетов; тепличные цветы посреди зимы; но девять на выбор сортов заливного! Одна говядина приготовлена семью способами; а супов! А овощей! Понятно, почему порции маленькие. Чтобы каждого блюда отведать хотя бы по чуть-чуть.
— Не обидится, что все это мимо него?
Генерал захихикала:
— Он терпеть не может полный столовый прибор.
— Тоже не умеет? — не сдержал удивления Тяп. Эсдес фыркнула:
— Нипочем не поверю, я-то его в соборе Пыльного видела, да и в других местах. Клинком вертит — собаки так хвостом не умеют. А тут что запоминать? Ну, первая тарелка подстановочная. На столе она может быть, и не нужна. Разве что скатерть поберечь, особенно дорогую. А если накрывают на выезде, на природе там, то вполне уместно. Самое главное: мясо. Начинаем с него. Тарелка для мяса, вилка и нож для мяса. Как можно ближе к тарелке. Мясо надо крепко держать, чтобы из рук не выхватили.