Мы с Киром встали спиной к спине, прикрывая друг друга. Щиты для них были бесполезны, как впрочем, и магические заклинания, только физическая сила и мечи, а еще огонь — вот оружие против этих существ. Волки встали рядом, прикрывая нас боков. Мы приготовились.
Девушка с белыми волосами и странным светящимся взглядом встретилась со мной глазами и вдруг улыбнулась, хотя улыбкой назвать будет, наверное, неправильно. Она оскалилась, явно указала на меня, прошамкав что-то на непонятном мне языке. И они бросились, бросились все одновременно, со всех сторон, рыча, воя, стеная и протягивая свои руки.
Бояться был некогда, мы с Киром орудовали мечами, прижимаясь, друг к другу спинами, оборотни рвали кости мощными челюстями, а конца этой жути видно не было. С запада запылала огонь — это драконы сжигали все на своем пути. Но сколько бы они не жгли, зомби все шли и шли, не обращая внимания, ни на нашу смелую кучку, ни на своих горящих товарищей.
Бой шел четвертый час. Мы были окружены со всех сторон. Мои руки уже дрожали от напряжения, время от времени я чувствовала на себе чьи — то холодные руки и вздрагивала. «Не хочу быть такой, лучше смерть», — думала я, оглядываясь на Кира. Он тоже устал, но руки так же крепко сжимали два меча, размахивая ими направо и налево, еще успевая отогнать и от меня самых шустрых, а я начала осознавать, что еще чуть-чуть и нам конец.
Видимо это понял и один из драконов. Я увидела мчащуюся прямо на нас Лонарию, которая резко вошла в пике, подхватила в когти Кира, блокируя его руки, и взмыла вверх. Она спасала Стража, как и говорила. Мы остались втроем, и я понимала, что втроем мы на Яроне не улетим. А я не оставлю братьев умирать.
Я снова встретилась взглядом с девушкой на звере. Она кончиком меча указывала на меня. Я поднял руки вверх, показывая, что сдаюсь и все замерло. Мертвецы застыли в тех позах, в каких их застал приказ. Я собиралась пройти вперед, до девушки, которая ожидала меня. Но путь мне преградил Ян, он первыми пошел вперед, чуть прихрамывая на переднюю левую лапу, расшвыривая направо и налево зомби, расчищая мне путь. Сзади меня шел, недовольно порыкивая, Сэм. Один глаз его заплыл, видимо кто-то ощутимо ткнул его в веко.
Воительнцу явно заинтересовал Ян, она не спускала с него светящихся глаз, отмечая наше приближение. Как только мы приблизились по ее понятиям достаточно, она спрыгнула со зверя и подошла к Яну, заинтересованно рассматривая его.
— Ты, — она ткнула в Яна мечом, нарочно раня его в мощную грудь, но волк даже не пошевельнулся, оставаясь стоять там, где остановился, — ты, останешься со мной, мне нужен от тебя сын, девчонку к вампиру, этого, — и она ткнула в Сэма, — убить, воскресить и в мою охрану. Потом к нему присоединиться брат.
Ян взвился в прыжке, метясь в горло Предводительнице, но не успел совсем чуть-чуть, острый меч полоснул его по морде, и огромный белый зверь упал как подкошенный.
Сэм бросился к брату и был проткнут сразу несколькими мечами, белая шерсть сразу превратилась в красную.
Так они и лежали — два огромных, нереально красивых белых волка, друг возле друга, а где-то на Регоре запела печальную песнь рыжая сойка, взмывая к синему небу, прося у бога жизни, жизни для ее любимого.
Ярослава молча смотрела на братьев, ни один мускул не дрогнул на ее лице, ни одной слезинки не скатилось по побледневшей щеке:
— А ты — сильная, — усмехнулась дева, — недаром в тебя влюблен наш Царь.
А потом указала нескольким зомби на Яна:
— Этого, взять, перебинтовать и ко мне в покои. А этот, — и она указала на Сэма, — пусть валяется здесь, не успеем оживить, жаль, такой экземпляр пропадает.
Ярославу же она подхватила, усадила перед собой на дурно пахнущую зверюшку и повезла на север.
Глава 24
Кир был в ярости. Он рушил все вокруг себя, мечтая только об одном: убить, убить Лонарию прямо сейчас, придушить ее голыми руками, зарезать без ножа. Он кидался на Ярона, который закрывал ее своим телом, не подпуская разъяренного командира.
— Как ты могла, Рия? — кричал Кир, сбивая в кровь кулаки о давно погибшее дерево.
Отчаяние накрывало его с головой. Кир понимал, что теперь ничего не изменить, что надо взять себя в руки и думать, как действовать дальше, но стоило ему представить, как Ярослава остается там внизу, как ярость снова заполняла его до краев.
— Как ты мог Ярон? — перевел он осуждающий взгляд на Ярона.
Ярон опустил голову:
— Я не мог бросить Лонарию, я знал, как ты отреагируешь на твое похищение, ты бы убил ее на месте, а она ждет птенца. Потом Ярослава не полетела бы со мной, она не бросила бы братьев, — попытался оправдаться он.
— Что ж, милый птички, — усмехнулся Кир, принимая решение. — Лонария, ты отправляешься домой, прямо сейчас, — приказал он драконихе, глядя в ее виноватые фиолетовые глаза.
Потом посмотрел на Ярона:
— А ты остаешься со мной, но мне нужен боец, а не тряпка, готовая забыть свой долг ради разноцветного оперения подруги. Ты — полетишь со мной, разыскивать Славу и оборотней, и если с ней что-нибудь случится…
Ярон виновато кивнул головой, соглашаясь с решением Кира.
Они проводили недовольную Рию к двери и проследили, чтобы она вошла в портал. А потом взмыли вверх.
По всей округе не было видно ни одного зомби, только серая пустыня: ни ветра, ни запаха, ни жизни.
— Интересно, откуда они все взялись и зачем им Ярослава? — в очередной раз задавал этот вопрос себе Кир. Он тоже видел жест странной девушки и не мог взять в толк, зачем им его жена?
Внезапно Ярон дернулся, Кир опустил взгляд и увидел тело Сэма, истекающее кровью:
— Хаос, немедленно спускайся, Ярон, — закричал Кир.
Сэм лежала как живой, только из нескольких ран на теле толчками выливалась кровь. Ему хватило сил обратиться, и сейчас он лежал, широко раскрыв глаза, и смотрел в небо, улыбаясь своим мыслям. Боли он уже не чувствовал, как не чувствовал ног.
— Сэм, — Сэм моргнул глазами, пытаясь отогнать видение. — Сэм, не отключайся, смотри на меня, — кричал Кир, рывком стягивая с себя рубашку, разрывая ее на тонкие полоски и туго перетягивая раны Сэма.
Вся левая половина лица Сэма была залита кровью, и когда Кир оттер кровь, он увидел, что глаза у Сэма не было, темная глазница чернела жутким провалом.
— Сэм, ты только держись, сейчас мы отвезем тебя домой, — бормотал Кир, поднимая Сэма на руки и осторожно опуская на дракона.
Кир старался не думать, что они теряют время, что с его девочкой может что-то случится. Пока он транспортировал Сэма до портала, он уговаривал себя, что с ней Ян, и он не даст ее в обиду.
Мы ехали долго. Девушка молчала, я тоже не спешила вступать в разговор. Пейзаж был однообразен и мертв. «Как можно любить эту мертвую землю?» — думала я, разглядывая серую пустыню.
Голубой свет уже померк, когда мы подъехали к Бездне. Бездна представляла собой овал, конусом стекая вниз. Своей формой она напомнила воронку, по краям которой, спускаясь вниз, были выбиты ступени. Внизу стоял мрачный замок, окруженный стенами воронки и водами мертвой реки.
— Вот мы и приехали, — довольно улыбнулась воительница.
Я же рассматривала замок с высоты птичьего полета. Черные стены, черные стекла, узкие бойницы. Острые шпили, взмывающие вверх, широкие лестницы, уходящие вниз и ни человека. Пусто, мрачно и холодно.
— Пойдем, — подтолкнула меня девушка, — Царь заждался тебя, моя Повелительница, — и дева присела в поклоне.
Мы спустились по крутым ступеням, выдолбленным прямо в твердой породе чьими-то умелыми руками. Крутая лестница с неба приводила прямо в черный зал, а на троне сидел…Влад. Увидев меня, он вскочил с трона и бросился ко мне.
— Славка, Слава, как же я соскучился, мы не виделись два года. Два чертовых года! Славка, моя Славка!
Он схватил меня в объятия и закружил по мрачному залу.
— А ну поставь меня на место, — резко сказал я.
Я не узнавала своего голоса. Вместе с Сэмом умерла частичка моей души. Мой голос отрезвил Влада. Он аккуратно поставил меня на землю.
— А ты не изменилась, — произнес он, жадно разглядывая меня, — только теперь тебе придется меняться хочешь ты того или нет. Я когда-то сказал, что ты будешь принадлежать мне, так вот — этот час настал. И твой дом теперь есть.
Я расхохоталась ему в лицо, видя, как сжимаются его кулаки, как наливаются кровью глаза и удлиняются клыки.
— Влад, я могу веками жить здесь, но мое отношение к тебе не поменяется никогда.
— А мне и не нужно твое отношение, — близко подошел вампир, — мне нужно твое тело. Его я хочу иметь каждую ночь. И, поверь мне, как только ты услышишь, что я провернул, смеяться буду я.
И он расхохотался. Если честно, это было жутко, это было так жутко, что у меня мурашки побежали по коже.
— Так вот, — начал он, — присядешь? Ты, наверное, устала с дальней дороги.
И Влад проводил меня к сервированному столу на двух персон. Разлив вина, он пригубил бокал и продолжил.
— Ты же знаешь, как важно Стражу Миров сохранять равновесие сторон, в противном случае Вселенная рухнет. Уже сейчас на Регоре начинается война. Уж не знаю, — захохотал он, — то ли темные украли и изнасиловали кого-то из светлых, то Золотые драконы сожгли планету темных. В разных частях Регора мы запускаем несколько легенд, чтобы сбить с толку историков и не повесить уж всю вину на одну из сторон. Но, как ты понимаешь, нам очень хочется, чтобы Страж принял сторону Темных. Темная империя во всей вселенной — вот она наша мечта. Да, качели качнутся в сторону Темных, если так решит Кир. И не верь, что Вселенная разобьется на мельчайшие осколки. Просто Вселенная будет другой, без Света. А без Света очень здорово жить, ты тоже поймешь это со временем, детка.
Впрочем, я отвлекся. Скоро, очень скоро сюда примчится твой муж, твой бывший муж, хочу заметить. Посмотрим, что выберет он: долг или любимую? Почему-то мне кажется долг, и тогда ты, будешь моей навечно. Мне все равно, кто победит в этой войне, главное, чтобы ты была моей. Я — одержим тобой Ярослава, — простонал он.