Михаил кивнул, а Наталья продолжила.
– Но у вас еще есть минут двадцать, можете пока налить себе латте или эспрессо.
– Спасибо, – хохотнул Михаил. Похоже, его страсть к кофе читалась даже после двух визитов.
Подошел к кофемашине, сделал себе латте и принялся изучать обстановку. Рита играла в незнакомый абстракт. Сначала на круглые картонки складывали стеклянные квадратики разных цветов, в свой ход каждый забирал себе нужные стекляшки, сбрасывая лишнее в середину. Подходящий цвет выкладывали на соответствующее место на игровом планшете, и как только закрывали полоску, получали баллы. Самое интересное начиналось, когда на картонках заканчивались стекляшки и их приходилось брать из середины. Загребали лишнее, а за это, как Михаил понял из наблюдений, баллы как раз отнимали.
Рита шла на втором месте. Пыталась обогнать и всячески портила игру лидеру, лысому другу Натальи, Михаил постоянно забывал его имя, но выходило у Риты не очень. Мужчина уверенно держал первенство, и отрыв все увеличивался. Зато смотреть на женщину было любо-дорого. Цветочек прикусывала уголок губы в раздумьях, высовывала язычок и ерошила шевелюру так, будто от победы зависело спасение мира от темного властелина не меньше. А уж как улыбалась, когда удавалось помешать лысому! Такую искреннюю детскую радость Михаил видел в ее глазах только здесь.
Сердце билось как ненормальное. Страшно хотелось подойти и обнять Риту. Осторожно, почти невесомо обозначить свое присутствие. Поцеловать в висок, пригладить растревоженную прическу и прошептать на ухо, что скучал. Прикрыл глаза и тяжело вздохнул. Надо что-то делать с этой мучительной страстью!
Партии подходили к концу. Ритин стол закончил последним, она наконец-то отвлеклась от игры и заметила Михаила. Кивнула, приветствуя, и опустила глаза. Отвернулась, рассматривая яркие коробки на стеллаже. Галерист тяжело сглотнул. Он, безусловно, виноват, но не настолько, чтобы не хотеть даже смотреть в его сторону. Во рту пересохло, а кровь набатом застучала в висках. Сейчас нет смысла торопить события, но где взять силы и терпение, чтобы дождаться конца мероприятия?
Между столами появилась Наталья с большим подносом. На нем красовались бокалы с шампанским, вином и коньяком.
– Отходим от картона, ребята, – скомандовала она бодро, – выбираем, что по душе, и пьем за наш клуб.
Гости послушно двинулись в сторону Михаила, к столу, за которым в «Доске-поигранке» можно было есть. Галерист отхлебнул еще кофе, раздумывая, красного вина взять или белого, коньяка отчего-то не хотелось. Наталья начала обходить всех по очереди, как-то чересчур весело комментируя выбор каждого. Видимо, уже успела начать праздновать, пока готовила выпивку.
– Красное помогает быстрее реагировать в пати-геймах, – сообщила она незнакомой долговязой женщине в веснушках и татуировках.
– Коньячок выбирают любители абстрактов, – хихикнула рядом с парочкой. Длинноволосым красавцем с японским пучком и серьезной брюнеткой.
– Беременным ничего, кроме кофе, не предлагаем, – выдала она около Риты, и Михаил поперхнулся латте.
Прочистил горло, сделал торопливый глоток и посмотрел на бывшую. Цветочек густо покраснела.
Глава пятнадцатая. Свои и чужие малыши
Рита не знала, куда деваться от внимания Михаила. Он уселся рядом, хотя и не разобрался с правилами выпавшего им абстракта, постоянно сверлил взглядом и прижимался к ее икре ногой под столом. В общем, давал понять, что без разговора не отпустит. Рита вздыхала, краснела и злилась, но как загипнотизированная оставалась на месте, даже и не думая спасаться бегством. Понимала: удрать было самым правильным решением, но не могла найти силы даже встать на ноги. Для этого требовалось разорвать их с Михаилом касание, а она, как кошка на печи, млела от его тепла. Хотелось урвать хотя бы такую малость.
Сердце билось беспокойной птахой, в груди ныло от желания и негодования одновременно, голова отказывалась соображать. Все существо Риты сосредоточилось рядом с теплом Михаила. В пятне контакта тел. Разум протестовал изо всех сил, но душа собиралась просидеть так целую вечность, не меньше. Рита плохо следила за ходом игры и позорно продувалась. Плевать! Выиграть она успеет и потом, а возможности посидеть рядом с Ежиком, скорее всего, больше не будет.
Вышли вместе и, не сговариваясь, остановились у скамейки в пятидесяти метрах от клуба. Помолчали, просверливая друг друга взглядами. Над головой шумела листва, пахло влажной землей и ванилью, видимо, где-то неподалеку пекли булочки. Рита смотрела на стоящего напротив мужчину и больше всего на свете хотела кинуться ему на шею. Сдержалась. Напомнила себе о его невесте и очередном позорном бегстве. К чему зацикливаться на кавалере, который и рядом-то побыть толком не может? Или не хочет. Вздохнула и собралась попрощаться. Стоять, глядя друг на друга, можно долго, но им давно пора прекратить играть в школьников. От этого только больнее.
– Почему ты мне не сказала? – хрипло выдавил Михаил, и Рите показалось, сердце выскочит из груди. Почему не сказала? Да потому что Ежик – чужой мужчина, а она не хочет навязываться, вот почему!
Тяжело сглотнула и выдала первое, что пришло в голову:
– Потому что ты к этой беременности не имеешь ни малейшего отношения. Это коллега был неосторожен, когда пытался утешить. Помогал пережить измену, как умел.
– Уверена? – Михаил нахмурился. – Ты же говорила, что пьешь таблетки.
Рита рассмеялась. Про таблетки вспомнил, ну надо же!
– Соврала. Давно не пью, – пожала плечами и посмотрела в его глаза.– Миша, в моей ситуации любая беременность за счастье.
– Я тоже был с тобой в это время и не раз.
– Когда приходила к тебе домой, у меня уже была задержка. Я и напилась-то исключительно из-за этой новости. Не знала, как поступить дальше.
Ежик прикрыл глаза и покачал головой. Рите захотелось разреветься. Может, послать все к черту и сказать ему правду? Урвать свой маленький кусочек счастья. Они не будут вместе, это ясно как день, но Миша – славный добряк и хотя бы изобразит радость. Прежде чем еще раз исчезнет из ее жизни.
– Хочу быть с тобой, цветочек, – в два шага мужчина преодолел расстояние между ними и нежно, но настойчиво ухватил Риту за плечи. Поймал ее взгляд и продолжил:– больше всего на свете. Жизни своей без тебя не представляю.
– А я не представляю жизни с тобой, – парировала Рита. Отчего-то показалось, что Михаил насмехается над ней. Зачем опять манит, как бездомную собачонку? Чтобы больнее пнуть при случае, не иначе. Сжала кулаки и отступила на шаг. – Не собираюсь быть с мужчиной, который не знает, что хочет, и может исчезнуть в любой момент. Не хочу, чтобы меня по поводу и без окунали в ледяную воду. Иметь любовника, который трахает тебя на пороге и не поздоровавшись толком, круто только в фильмах. В реальности хочется не набегов ненасытных варваров, а надежности, нежности, спокойствия.
Хотела добавить и «и любви», но не стала. Какая любовь, если мужчина второй месяц подряд ныряет из койки в койку и не собирается ничего менять?
– Цветочек, я с ума по тебе схожу, голову теряю, – выдохнул Михаил и снова приблизился. – Если нетерпелив, то только поэтому. Знаешь же, умею быть нежным…
Рита окончательно разозлилась. Издеваться он над ней, что ли, вздумал? Она вовсе не об этом!
– Убери руки, – приказала строго. – И не подходи ко мне больше. Не хочу быть вещью из твоей коллекции и не буду.
– Рита…
– Я беременна, Миша. От другого. Мне покой нужен и положительные эмоции. Не трепли мне нервы. И так боюсь лишний раз вдохнуть, чтобы не поплохело.
Вырвалась из его захвата, отвернулась и пошла прямо. Без цели, просто чтобы уйти подальше. На глаза набежали предательские слезы и совершенно не хотелось, чтобы Ежик заметил их. Ей еще только его жалости не хватало! Шмыгнула носом и ускорила шаг. Миша не бежит следом и не окликает, но все равно, чем раньше уйдет из его поля зрения, тем лучше.
Слева протяжно загудел автомобиль. Рита посмотрела на дорогу и увидела знакомую машину. Свернула к ней. Из окна высунулся Вадим и подмигнул.
– Привет! Так и знал, что поймаю тебя здесь. Прыгай ко мне.
Рита повиновалась. В конце концов, дел у нее никаких, а так хоть погуляет в компании.
– Звонил, но ты не берешь трубку, – сообщил мужчина, когда она устроилась на сиденье рядом и пристегнула ремень. – Потом вспомнил про твои настолки, прикинул время и угадал. Хотел пригласить прогуляться. Что думаешь насчет Сокольников? Там какой-то праздник сегодня допоздна.
– Давай! – усмехнулась Рита, и Вадим вырулил на дорогу.
Прикрыла глаза. Похоже, поход в клуб немного утомил. Ничего, на пару часов прогулки ее еще хватит, а свидание вроде пятое, не подразумевает продолжения.
Кажется, заснула, ненадолго, не больше, чем на полчаса. Но когда пришла в себя, не сообразила, где они едут. С одной стороны мелькал серый высокий забор промзоны, а с другой – какие-то неказистые дома. Рита прищурилась, пытаясь разглядеть таблички с адресом, но те располагались неудобно, а машина ехала слишком быстро.
– Где мы? – поинтересовалась она у Вадима.
– Скоро приедем, – заверил мужчина, не отрывая взгляда от дороги.
Рита поежилась и потерла глаза, пытаясь проснуться. Не помнила в окрестностях Сокольников похожих улиц.
Запиликал смартфон, и Рита торопливо полезла в сумку. Потянула за зеленую трубку на экране.
– Что-то ты поздновато, Леш.
– Ирка пропала! – выпалил брат вместо приветствия. – Как утром из дома убежала, так и не вернулась. Телефон не берет.
– Вы не ссорились? – поинтересовалась Рита и тут же мысленно обозвала себя дурындой. Племяннице тринадцать, конечно, отношения с родителями идут по синусоиде.
– Последнюю неделю нет.
– Звони в полицию.
– Сейчас обзваниваем подружек. Еще надеюсь, что засела у кого-то в гостях и забыла о времени. Если появится вдруг у тебя, не выпускай ее никуда, хорошо?