И только я позволил себе немного расслабиться, как из ущелья донеслась стрельба. В этот же миг в наушниках раздался встревоженный голос Макса:
— Сплин, говорит Раф. Нас обнаружили! Здесь человек двадцать!
— Раф, понял, выдвигаемся, — тут же ответил Кирилл и повторил слова Макса по-английски.
Я, Пашка и Ромка стремительно покинули свои позиции и подошли ко входу в ущелье, где нас уже ждал Осокин.
— Биг Джо, прием! — Кэп пытался вызвать второго разведчика, но результата не было.
Выругавшись, он приказал своим идти на штурм, вслед за нами.
Несмотря на название, в котором есть слово «мир», миротворцы не всегда творят добрые дела. Увы, нам приходится как спасать людей, так и убивать их. И пусть мы убивали только тех, кто держал в руках оружие и направлял его на всех без разбора, легче от этого не становилось. Говорят, что после нескольких убийств уже можно привыкнуть к этому, но как по мне, так это полный бред. Привыкнуть к убийству людей, если у тебя здоровая психика, невозможно. Последствия убийства настигнут тебя если не сразу, то потом. Накатят волной, заставляя раз за разом с болью думать о моменте убийства, об убитом и о том, кем он был, кого защищал и ради чего взялся за оружие. И чем больше ты об этом думаешь, тем сильнее тебе сносит крышу. Единственное лекарство — алкоголь, но на службе нам нельзя пить, поэтому Кирилл придумал некую альтернативу.
С конца миссии прошло чуть больше двух суток. Зачистив ущелье, мы забрали оттуда не только украденное бишарское оружие, но еще и много полезных вещей: рации, телефоны, медикаменты, еду и бутилированную воду.
Макс почти не пострадал, за исключением вывиха плеча, которое ему вправил американец с незамысловатым позывным «Док», который был еще и медиком. Разведчик Орлов, Биг Джо, погиб на глазах у Макса. Крылов потом признался мне и Осокину, что если бы шел впереди, то пуля противника попала бы в его шею, а не в шею американца.
Погрузив трофеи в грузовики, мы направились в штаб. После доклада нам велено было вернуться на базу вместе с тем, что забрали из ущелья. Кроме, разумеется, оружия.
— А телефоны нам зачем? — спросил Ромка, перекладывая ящики с трофеями из грузовика в наш внедорожник.
— А что за телефоны? — крикнул из машины Пашка.
— Кнопочные, — ответил Рома.
Наш младший скорчил недовольную мордашку.
— А ты думал, что? Смартфоны? — усмехнулся я и слегка толкнул Пашку локтем в бок.
— Как минимум, — буркнул он, с сожалением глядя на ящик с телефонами.
— Может, раздадим их местным? — предложил я. — Тем, у кого нет телефонов.
— Думаешь, у них есть деньги, чтобы оплатить тариф? — с сомнением в голосе спросил Макс, поглаживая больное плечо — его рука все еще была на перевязи.
Я пожал плечами.
— По пути на базу будет несколько деревень и город. — Кирилл закрыл пустой грузовик и сел в машину. — Там все и раздадим.
— Все? — удивился Ромка. — Даже еду с водой.
— Даже еду с водой, — подтвердил Осокин.
— А как же мы? Нам тоже нужно, — запротестовал Пашка.
— Нас этим обеспечат по первой просьбе, а их — нет, — сказал Осокин.
Никто больше не стал с ним спорить. Все погрузились в машину, Ромка завел мотор, и мы поехали на базу.
Сразу по приезде я хотел связаться с мамой и Варей, но Осокин сразу же объявил о «Разговоре».
«Разговором» мы называли альтернативу алкоголю, и проводили его после каждого случая, когда кому-то из нас приходилось убивать.
Поставив стулья в круг как на собрании анонимных алкоголиков, мы уселись на них и в ожидании уставились на Осокина. Кашлянув в кулак, Кирилл спросил:
— Кто первый?
— Давайте, я… — вяло произнес Макс и пустился в рассказ о том, как он с Биг Джо вошел в ущелье, как их заметили и как погиб Биг Джо. В конце Макс тихо добавил: — Четверо.
После Макса высказались остальные. Я был последним и на моем счету было всего две жизни. Всего мы оборвали жизни одиннадцати людей. Остальные — на совести Орлов. Хотя, сомневаюсь, что у них она есть.
После моих слов все надолго замолчали, обдумывая произошедшее. Подобны миссии у нас были нечасто и поэтому запоминались хорошо и надолго.
За долгие годы службы я уже свыкся с тем, что моя работа несет в себе не только спасение жизней, но и их уничтожение. Свыкся с тем, что в нашем мире то и дело вспыхивают военные конфликты по той простой причине, что кучка стоящих у власти людей что-то не поделила или о чем-то не смогла договориться. Люди воевали испокон веков, иный способов добиться своего они, увы, не видели. И там, где бушуют войны, всегда будем мы, солдаты. Да, я свыкся с этим, но черт возьми, каждый раз не перестаю удивляться тому, что в такое прогрессивное время эта череда войн все никак не может угаснуть.
Глава 5
— Варвара Николаевна, вы меня слышите? Алло…
Я вздрогнула и поспешила заверить собеседника на том конце провода, что я его прекрасно слышу. Вот только последние несколько минут не слушала, однако этого говорить я не стала.
— Я за городом, поэтому связь может быть нехорошей… Значит, встретимся завтра в семь вечера? Ничего не поменялось?
— Нет, все по-прежнему. Не забудьте отправить мне дописанную рукопись.
— Обязательно! — воскликнула Руслан — брат моей коллеги Лены и по совместительству теперь еще и автор нашего издательства, так как мы заключили с ним контракт на две части его романа. — Если не успею ее доработать, то завтра вечером принесу на бумаге и на флэшке!
— Хорошо, до завтра, — попрощалась я и, сбросив вызов, разлеглась на своем рабочем столе.
Вот уже второй день я не могла сосредоточиться на работе и постоянно думала об Илье, который все никак не выходил на связь. В сети он не появлялся с момента нашей последней и весьма короткой переписки, а дозвониться я ему не могла со вчерашнего дня.
С одной стороны я понимала, что, скорее всего, у него там снова перебои со связью, но с другой я знала, что он находится в месте вооруженного конфликта, где может произойти все что угодно.
Половину прошедшей ночи я занималась тем, что искала в интернете информацию о странах, в которых сейчас идут войны. Под нужные мне критерии попали две: Антара и Бишар, расположенные недалеко друг от друга рядом с Персидским заливом.
В Антаре шла гражданская война, которая, как писали в новостных статьях, уже почти завершилась — тиран-правитель был свергнут, жизнь замученных экономическими кризисами и голодом жителей постепенно налаживалась.
В Бишаре же война началась на почве религиозного конфликта и заканчиваться не собиралась. Государственные войска противостояли многочисленным террористам, целью которых было уничтожить как можно больше «неверных». Именно в Бишар было направленно большое количество миротворцев для защиты мирных жителей от атак террористов, и моя интуиция буквально кричала, что Илья сейчас именно там.
В итоге я с трудом уснула под утро и, проспав всего три часа, отправилась на работу в совершенно разбитом и тревожном состоянии. Открывала и закрывала рукописи, потому что ничего из написанного не понимала. Хотела отпроситься на оставшуюся половину дня и отдохнуть, но тут позвонил Руслан, чтобы обговорить некоторые детали лицензионного договора, который мы отправили ему на изучение и дальнейшее подписание. Однако я пропустила мимо ушей половину того, что он мне говорил, думая об Илье.
— Нет, так дело не пойдет! — сказала я самой себе, резко поднявшись.
Схватив телефон, я набрала маму и, барабаня пальцами по столешнице, принялась слушать гудки.
— Алло? — лениво произнесла мама.
— Спишь?
— Еще нет. Только пообедали с твоим отцом, сейчас пойдем дремать.
— После еды нельзя сразу ложиться, — нравоучительно произнесла я. — Можно либо сесть, либо пройтись.
— Заворот кишок будет, если не полежать, — недовольно заметила мама.
— Не будет, мне врач сказал. Давай, собирайся, я заеду за тобой, и мы пойдем по магазинам.
Мама недовольно забурчала:
— Зачем тебе в магазин посреди рабочего дня?
— Надо купить вечернее платье! — на ходу придумала я. — Завтра ужин в ресторане с коллегами.
— А без меня ты разве не справишься? — маме было явно лень выходить из дома.
— Не справлюсь! — я сложила вещи в сумку и, закинув ее на плечо, поспешила к выходу. — Ты же знаешь, что у меня вкус не очень на такие тряпки. Хочешь, чтобы твоя дочь выглядела как колхозница?
Мимо, очень кстати, прошла моя начальница, и я, сложив руки в молитвенном жесте, шепотом сказала ей: «Я уйду пораньше? Голова кругом».
Начальница кивнула и показала мне на пальцах знак «Ок». Понимающее начальство — это прекрасно.
— Ну, как колхозница ты не будешь выглядеть, — тем временем сказала мама, — но, так и быть, помогу тебе выбрать платье.
— Спасибо, мамуль! Люблю тебя! Жди! — нараспев произнесла я и побежала к своей машине, которая стояла на парковке.
Разумеется, мне не нужно было вечернее платье, чтобы встретиться с Руслано в кафе и обсудить детали договора. Однако мне нужно было под каким-то предлогом попасть в бутик, где работала Елена, и желательно с мамой, потому что она обязательно начнет расспрашивать подругу про ее сыночка, и так я смогу узнать, почему он не выходит на связь. Пойти одной и прямо спросить у Елены Андреевны про Илью я не могла, потому что это было бы все равно что сказать ей в лицо, что он меня заинтересовал, а я подобного не хотела.
В торговом центре мама начала придирчиво изучать почти каждый бутик, а я со скоростью света отвергать все предложенные ей модели платьев. Так, с горем пополам, мы почти добрались до бутика Елены, однако мама вдруг остановилась рядом с фудкортом и в задумчивости уставилась на витрину с десертами в небольшой кофейне.
Нет, только не говори, что ты хочешь передохнуть и выпить кофе! Прошу…
— Ты что, уже проголодалась? — осторожно спросила я.
— Нет. Просто задумалась о том, куда еще нам поехать, если тебе не нравится ничего из того, что здесь имеется…