– Да, конечно, – Алина понимающе улыбнулась. – Люди не вечны.
– Хотя знаете, – воскликнула Лидочка, а мы затаили дыхание. – Нет, эта девочка тоже умерла, – вспыхнувшие в одно мгновение глаза Лидочки вновь потускнели. – У медсестры была дочь, Варя. Вот та дружила и с Адой, и с Аллой. Но через год или два, после того как за Адой и Верой приехал отец, а Аллу увезли в больницу, Варя умерла от скарлатины. Помню, мы, дети, так плакали…
– Лидия Васильевна, а вы были на встрече воспитанников детского дома? – я вдруг вспомнила, что Ада специально пригласила Веру Семеновну в гости, чтобы свозить ее в детский дом.
– А как же! Я сама готовила встречу, – гордо ответила Лидочка. – Все эти фотографии висели в холле детского дома. Многие воспитанники встретились со своими друзьями юности, с которыми много лет назад потеряли связь. Столько слез радости пролилось в тот вечер. Конечно, многих уже и в живых нет, – Лидочка сделала грустное лицо. – Что делать? Годы нам здоровья не приносят.
– На эту встречу приезжала и Ада с Верой.
– Так она не пропала?
– Почему она должна была пропасть?
– Мне показалось, что вы ее разыскиваете, – пожала плечами Лидочка.
– Нет, Лидия Васильевна, вы нас неправильно поняли. Она не пропала, – пустилась в объяснения Алина. – Она… Она…
«Ну как объяснить Лидочке, кого мы ищем, если вместо конкретных фактов, что Ада совсем не Ада, у нас только лишь предположения? Тут сам запутаешься», – пожалела я Алину, которая резко замолчала, не зная, что Лидочке ответить.
– К нам обратилась родственница вот этой девочки, – я ткнула пальцем в Аллу, – с просьбой ее найти.
– Даже не знаю, как вам помочь, – вздохнула Лидия Васильевна.
– А на встрече вы с Адой Семеновной общались?
Вместо того чтобы нам ответить, Лидочка спросила:
– Хотите, я вам расскажу, как проходила встреча воспитанников? Все эти фотографии были увеличены в несколько раз и вывешены в актовом зале. Каждый приехавший подходил к фотографии, находил себя, обводил свое лицо фломастером и рядом писал фамилию. Ой! – спохватилась Лидочка. – Что же я раньше не сообразила? У меня же есть эти увеличенные фотографии! – Она подбежала к комоду и стала выгребать из верхнего ящика бумаги. – Нашла! Вот он, увеличенный снимок. Смотрите: чьи лица в кружках, те люди были на встрече, – она развернула перед нами распечатанную типографским способом фотографию.
На фото мы увидели всего пять кружков. Лидочка обвела себя. Вера, Ада и еще два мальчика нашли себя на фото. Все, кроме Ады, написали рядом фамилии. Ада почему-то этого сделать не захотела.
– Видите, лицо Аллы не обведено, значит, она не приезжала. А что касается вашего вопроса, общалась ли я с Адой… Организовывая встречу, я рассчитывала, что она продлится два дня. В первый день – торжественная встреча гостей и ужин, а второй день – день воспоминаний. В первый день я была очень занята. А ну-ка попробуй всех встреть, рассели. Может, она ко мне и подходила, но я не помню. Столько людей понаехало, что голова шла кругом. А утром следующего дня сестры Иволгины уехали. Очень жаль, что я с ними не успела поговорить толком.
– Значит, все-таки вы с ними разговаривали?
– Ко мне подходила Вера, спрашивала, помню ли я ее. Хвалилась своим сыном. Он, кажется, на Центральном телевидении работает?
– Да, его передачи смотрит вся страна, – подтвердила Алина.
– Вот, пожалуй, и все, – улыбнулась Лидочка.
– А мы можем взять вот эту увеличенную фотографию?
– Берите, если нужно, – разрешила Лидия Васильевна.
Мы простились с Лидочкой. Прежде чем сесть в машину, Алина потрясла свернутым в трубочку плакатом и сказала:
– Едем к Вере Семеновне.
– Зачем?
– Нутром чую, что девочка Алла имеет какое-то отношение к этой истории.
– Поехали, только вряд ли Вера Семеновна нам что-нибудь об этой девочке скажет: она и себя-то в детском доме не помнила.
– Вера Семеновна должна нам объяснить, почему Ада не написала свою фамилию на плакате. Тебе не кажется, отсутствие ее подписи на фотографии подозрительным?
– Поехали. Вдруг и впрямь что-то всплывет.
Глава 17
Не передать словами наше изумление, когда Вера Семеновна, открыв нам дверь, сказала:
– А у меня гостья. Проходите. Сейчас все вместе будем чай пить.
Заглянув в гостиную, я увидела Ирэн, перебиравшую семейные фотографии.
– Здравствуйте, – первой поздоровалась она.
– Здравствуйте, – несколько растерянно ответила я.
– Как хорошо, что вы пришли, – неожиданно обрадовалась Ирэн. – Я сама вам хотела позвонить, чтобы увидеться. А вы тут как тут! Мысли мои прочитали. Вот здорово, – восторженно защебетала она. Должно быть, на моем и Алинином лицах отпечаталось недоумение. С чего бы ей так нам радоваться. Ирэн понимающе кивнула головой и поторопилась объяснить: – Мне Вера Семеновна сказала, что вы занимаетесь частными расследованиями.
– Ну не совсем так, – промямлила я. – Скорее, это…
– Частенько, – оборвала меня Алина. – Да, мы занимаемся частными расследованиями на досуге. И это у нас хорошо получается.
«Хороший досуг, – подумала я. – В родном туристическом агентстве меня уже третий день не видно, а Алина так вообще там вторую неделю не появляется. Редкие набеги не в счет».
– Да-да, наслышана. Андрей Михайлович обещал вас отблагодарить, если вы узнаете, кто довел Аду Семеновну до сердечного приступа и стал виновником ее смерти.
– Ну не совсем так, – на этот раз замялась Алина. Кружилин обещал не отблагодарить, а вернуть ее же, Алинины, деньги.
Вера Семеновна, которая, очевидно, была в курсе, кто кому должен, слегка покраснела, засуетилась и со словами:
– Ну вы располагайтесь, сейчас чай принесу, – вышла из комнаты.
– Я хочу купить ваши услуги, – огорошила нас Ирэн, услышав звон посуды, доносившийся с кухни.
– Что купить? – не поняла я.
– Женщину, которая жила под именем Ады Иволгиной, уже не вернешь, к сожалению. Мертвые уносят свои тайны в могилу. Я предлагаю вам искать не человека, ставшего причиной ее смерти, а настоящую Аду Цибельман. На худой конец ее потомков. Мне надо найти своих кровных родственников. Я хорошо заплачу, – пообещала Ирэн.
– А почему бы вам самой не заняться поисками вашей сестры? – спросила я, сделав вид, что ничего не знаю об ее визите в детский дом.
– Я чужой человек в вашей стране, понятия не имею, в какие инстанции надо обращаться. А вы здесь свои, и опыт у вас имеется. Ну как, беретесь?
– Надо подумать, – неопределенно ответила я.
– Если только параллельно с тем расследованием, которое нам заказал Андрей Кружилин, – добавила Алина, почти согласившись.
– Не возражаю, – согласилась Ирэн. – За вознаграждение можете не волноваться. Не обижу. Только времени у меня немного, вам придется поторопиться.
– Но вы же должны понимать, что дело запутанное, многие свидетели уже давно в могиле.
– Но что-то же можно сделать?
– Можно. Например, обратиться в передачу «Жди меня».
– Что за передача? – поинтересовалась Ирэн.
– Хорошая передача. В ней работают настоящие профессионалы. Они умеют работать с документами, имеют доступ в различные архивы, бывает, что находят людей, пропавших еще до войны.
– Да? – приятно удивилась Ирэн. – Может, вы обратитесь в эту передачу? Скажем, от имени Веры Семеновны?
– А сами не хотите? – спросила я.
– Но ведь тогда вы и денег не получите, – напомнила Ирэн.
– Мы согласны, – поторопилась сказать Алина. – У вас нет ни одной фотографии Ады Цибельман? Можно было бы ее показать в передаче «Жди меня».
– Ни одной фотографии не сохранилось. Война. Все мамины вещи были конфискованы в концлагере.
В проеме дверей появилась Вера Семеновна.
– А вот и чай, – сообщила она, вкатывая в комнату передвижной столик. Остановив столик перед нами, она предложила: – Угощайтесь. Такого чая вы еще не пробовали. Сахар по вкусу. Пробуйте варенье.
Я взяла свою чашку и стала мелкими глоточками пить ароматный напиток. Вера Семеновна на заварку не поскупилась – чай был насыщенный и терпкий.
Алина похвалила чай:
– Прелесть! Давно такой чай не пила.
– Настоящий, цейлонский. Андрюша привез, – похвасталась Вера Семеновна.
Ирэн к чашке не притронулась. Взглянув на часы, она засобиралась:
– Ну я, пожалуй, поду. Хочу поискать дом предков. Не знаете, где находится Семеновская улица?
– Семеновская? – переспросила я, задумавшись. – Где ж такая улица? Что-то не припомню.
– Должна быть где-то в центре, в старой части города, – пришла мне на помощь Ирэн.
– Может, это старое название улицы? – предположила Алина.
– Возможно. Моя мама говорила, что дом стоял на Семеновской улице, а как теперь она называется, я не знаю.
– Редкая улица не была переименована в свое время, – хмыкнула Алина. – Вам надо пойти в краеведческий музей. Там точно есть старый план города. Или поспрашивать у пожилых людей.
– Правда? Хорошо, что подсказали, – обрадовалась Ирэн. – Вера Семеновна, вы не знаете такой улицы?
– Вы у меня уже спрашивали, – пробурчала Вера Семеновна.
– Тогда я с вами прощаюсь. До свидания, – Ирэн выскользнула за дверь.
– Как хорошо, что она ушла, – призналась Вера Семеновна, вернувшись в комнату. – Ну замучила она меня. С кем дружила Ада? С кем общалась? Где мы с родителями жили? Да что я помню? Сколько мне лет тогда было?!
– Вера Семеновна, мы ведь были в детском доме, – сообщила я. – Кстати, до нас там побывала Ирэн.
– А мне она ничего не сказала, – пожала плечами Кружилина.
– Ну скажем так, она вернулась несолоно хлебавши, ей ничего не удалось узнать.
– А вам?
– Вот посмотрите, что мы привезли, – я выложила на столик плакат и расстелила его перед Верой Семеновной. – Помните эту фотографию?
– Да, она висела в актовом зале детского дома. Здесь даже есть моя подпись. Вот смотрите. Вера Иволгина.
– А не помните, почему Ада не стала подписывать свою фамилию?