Адепт Хилл, возвращаетесь на выделенный для нас этаж и проверяете, что там делает Власта. Адептка Миллз, идете вместе с вот этими чудесными воинами тренировать падение, а то без слез не взглянешь на ваши потуги! Адептка Нэш, вы отправляетесь…
– На поиски Бестии?
– Нахалку я и сам найду, – отмахнулся он. – Гляньте лучше на часы, Нэш. Вам через десять минут сменять адепта Арктанхау. И учтите, если и Мясник сегодня выкинет финт хвостом и перл крыльями, то я за себя не ручаюсь. Вопросы? Вопросов нет! Бегом… марш!
Ребята покорно поплелись на выход выполнять команду «Бегом – марш!», а я отряхнула снег со штанов, который налип во время моего эпичного проката по статуе. Последний раз глянула на местную святыню, стараясь запечатлеть суть этого места в своем сознании.
Развернулась и неожиданно налетела на Бекку.
– Пойдем, я знаю короткий путь, – заговорщически подмигнула сестричка Кристена и побежала к спиральной дорожке, идущей вдоль стен пещеры.
Я в нерешительности переступила с ноги на ногу. Глянула вслед удаляющимся северянам с ребятами, на широкую и даже теперь возмущенную спину Бушующего. Пожала плечами и решила принять предложение Бекки.
В конце концов, не такая это и плохая идея…
Лекция одиннадцатаяО силе никчемности и ночном дежурстве
Идея не была плохой.
Она была отвратительной!
Но кто ж знал, что в маленькой и прекрасной половинке семейства Арктанхау окажется такой безбашенный вихрь энергии. Хотя соглашусь, предпосылки были. Вселенная не раз давала мне подсказку не связываться с сестричкой Кристена. Но повторюсь… кто ж знал?!
Я просунула руку под скобу, заменявшую лестницу, остановилась и задрала голову.
– Бекка! – крикнула вверх. – Скажи, что твой короткий путь вот-вот закончится!
Эхо с готовностью подхватило мой вопль, близкий к отчаянью, и понесло ввысь. Девочка, взбиравшаяся по технической шахте первой, остановилась и глянула вниз. На миг на ее лице, казалось, мелькнуло удивление, будто она только что поняла, что проделывала весь этот маршрут не одна, а в компании со мной. А я, давайте честно, не самый спортивный адепт на факультете звездокрылов.
– Прости, Рианка, я и забыла, какие люди неженки. Сейчас что-нибудь придумаю.
И она придумала. Придумала подняться выше, развернуться лицом к противоположной стене шахты и оттолкнуться. Этому прыжку позавидовала бы белка, но я лишь проводила ее испуганным взглядом. Надеюсь, меня не заставят повторить это.
Бекка ухватилась за вбитый в стену крюк, раскачала и закинула себя на опору, после чего принялась сосредоточенно ощупывать стену ладонями. Вот и кто мне скажет, чем был плох лифт?
Несмотря на прохладу, идущую снизу от ледника, по разгоряченному лицу стекал пот. Тело, не готовое к подобным нагрузкам, гудело от мышечной боли. Но хуже всего удавалось бороться с давящим ощущением стен. Никогда прежде не думала, что страдаю зачатками клаустрофобии, пока не столкнулась с ней в повседневной жизни.
А вот Бекка не страдала. Она вообще относилась к высоте и опасности так, словно была их закадычной подружкой.
– Готово!
Послышался мощный, нарастающий гул заработавших лебедок. Стена с моей стороны вздрогнула. Парой метров выше лязгнула заслонка. Секунда-другая – и в гладкой стене шахты открылось отверстие туннеля.
Я облегченно выдохнула и несмело улыбнулась.
Ладно, это меняет дело в положительную сторону.
– Риана, поторопись. Отдушина останется открытой всего минуту.
И снова минус!
Стиснув зубы и мысленно причитая: «Не успею, не успею, не успею…», я рванула вверх. Бекка воспользовалась прошлым приемом, оттолкнулась от стены с крюком и перелетела через шахту. На миг пропала в боковом проеме, легла на пол, высунулась и протянула мне руку.
– Быстрее! – кричала она с нескрываемой паникой. – Она вот-вот закроется. Ну же! Брат меня придушит, если я брошу тебя умирать в этой шахте! Давай, Риана, давай!
Я поднажала, открывая в себе не столько третье дыхание, а такое ощущение, что вообще шагнула за предел физических возможностей. Моя рука ухватилась за протянутую руку Бекки. Тело дернули, легко поднимая и втаскивая в шахту. Перевалившись через край, я упала на пыльный пол и откатилась подальше.
Задыхаясь, приподнялась на руках и только тут сообразила, что шума схлопывающейся двери не последовало. Да что за фигня?!
Перевела вопросительный взгляд на сидящую на корточках Бекку.
– Шутка! – расплылась та в очередной широкой улыбке.
– Не делай так больше, пожалуйста. Никогда, – просипела я, с трудом поднимаясь на дрожащие ноги.
Внутри клокотало возмущение. Оно требовало немедленного выхода, но вместо того, чтобы грозно наорать или высказать мелкой приколистке все, что думаю о таком специфическом чувстве юмора, я опустила взгляд на подрагивающие руки.
Нервы ни к демону!
Собрав волю в кулак, я проверила манжету. Кое-как пригладила вставшие дыбом волосы. Растерла сведенные судорогой мышцы. Кивнула Бекке, показывая, что готова двигаться дальше.
Сестричка Кристена охотно, едва ли не вприпрыжку пустилась в путь по сомнительному ответвлению отдушины. Я же плелась следом, старательно делая вид, что не мечтаю привалиться к стеночке и просто постоять.
Боковой коридор шахты оказался вполне комфортным для небольшой прогулки. Тьму разгоняли тусклые технические фонари на стене, потолок не давил на макушку, а ширина позволяла двум хрупким девушкам комфортно идти рядом и не задевать друг друга локтями.
Поэтому я нагнала Бекку и напомнила:
– Ты обещала рассказать, как вам удалось поделить силы Всадника на троих.
– Да что тут рассказывать? – пожала Бекка плечами. – Смерть и Война наваляли друг другу. Смерть погибла, а наш артефакт взорвался. Тут и сказочке конец, а кто слушал…
– Как взорвался? В смысле погибла?! – перебила я.
Внезапные сведения о прошлых владельцах самых могущественных артефактов не на шутку взбудоражили мой интерес. Меня не оставляло чувство, что история Всадников может пролить свет на мои собственные способности. Раз подробной инструкции, как пользоваться этой штукой не выдали, то буду учиться на ошибках прошлых владельцев.
Да и в целом рядом с Беккой я чувствовала себя куда более уверенной, чем с другими. Поэтому задвинула на задний план природную скромность и желание не докучать другим людям и вцепилась в сестричку Кристена, как Бестия в дыньку.
Она пыталась свести все в шутку, перескочить на другую тему, один раз даже психанула, но в итоге поняла: адептке Нэш проще сдаться, чем объяснить, что она сует свой нос в чужой вопрос.
– Дядя меня убьет, – напророчила она себе воспитательную беседу со старшими и… выболтала все, что знала и о чем догадывалась.
История острова Ио началась неординарно.
По легенде, Всадник с артефактом Войны окинул территории материка пристальным взглядом. Понял, что воевать и сражаться конкретно ему больше не с кем, и решился на новый вызов. Война решил сразиться со стихией.
Короче, амбициозный был мужик.
Взяв с собой несколько доверенных семей и солдат, он выбрал остров Ио в качестве своего нового места обитания и начал обустраиваться там. Бекка не была уверена в том, как именно планировал Война жизнь во льдах и снегах, но очень быстро на острове началось строительство куполов и закупка растений.
Война с невероятной охотой и страстью предавался селекции сельскохозяйственных культур, способных выжить в лютые морозы, строительству монументальных куполов и мозговым штурмам с учеными. Не забывал он и позаниматься с подрастающими северянами, обучить взрослых премудростям боя или сойтись в кулачном поединке на свежем снегу с белым медведем. Но все больше напоминал не по годам крепкого дедушку, который дорвался до дачи на захолустном острове и теперь с одинаковой любовью заботится о рассаде и возится с подрастающими внуками.
Видимо поэтому другой Всадник решил, что без особого труда сможет уложить дедулю на старческие лопатки и поднять изо льдов погребальной пещеры новых воинов.
Смерть инкогнито прибыл на остров Ио. И сильно просчитался.
В битве физическая сила решает многое. Но не все.
– У Смерти на руках оказались планы острова, поэтому он сразу начал прорываться в погребальную пещеру, – беззаботно болтала Бекка. – Видимо, думал, что проберется мимо наших воинов и поднимет своих, а уже потом вступит в настоящую битву, но Война ему не дал.
Всадники схлестнулись друг с другом, и так вышло, что опытный воин сумел победить саму Смерть, но и сам пострадал.
Артефакт на его груди взорвался. Множество сверкающих крупинок взлетели вверх и навечно застряли в глубинах льда под сводами погребальной пещеры… Собственно, именно эта пыль и светится теперь под потолком.
– Куда делся артефакт Смерти никто так и не понял. Тело есть, а самой лошадки и след простыл. Сперва думали, что, может, вынес кто-то. Прочесали весь остров от и до, допросили свидетелей, но никого не нашли.
За интересным разговором мы незаметно для глаз выбрались из шахты на поверхность, миновали пропускной пункт и оказались вне защиты купола.
Сумерки неохотно уступали место ночи, а еще здесь, на поверхности острова, оказалось значительно холоднее.
В полетном комбинезоне сработали датчики температуры климат-контроля, запуская обогрев, и я торопливо сунула руки в карманы, чтобы согреться. Покосилась на свою спутницу: та шла в расстегнутой ветровке и, казалось, не замечала стоящего на улице мороза.
Вот она – суровая северная закалка!
– После трагедии, – продолжила рассказ Бекка, – наши где пробурили, а где и расплавили несколько метров льда и умудрились наколупать три крупных осколка. Каждый кусочек был слабее, но предки решили, что лучше с ними, чем вообще без защиты. Так и получился щит, меч и холод севера.
Я кивнула и задала самый важный для себя вопрос:
– Щит – это Кристен?
– Ага, – широко улыбнулась Бекка. – Меч – это наш дядя, а я – холод севера. Круто, да?