На глазах выступили слезы, и я торопливо спрятала лицо на его груди.
– Все будет хорошо, – пообещал Кристен, ласково поглаживая меня по голове и спине. И я поверила. Поверила неукоснительно.
Даже если весь мир сойдет с ума, рядом с Кристеном Арктанхау мне не страшно. Он мой Щит. Моя Опора. Моя Любовь.
Закрыв глаза, я с глупой улыбкой непростительно счастливой девушки замерла в объятьях и минут десять умоляла мочевой пузырь дать мне еще немного времени понежиться в постели с этим потрясающим парнем.
Но зов природы был неумолим.
Дотерпев до предела, я вздохнула и осторожно взяла широкое запястье, лежащее у меня на животе. Приподняла. Но едва оно оказалось в воздухе, как сзади послышалось сонное бормотание, а рука собственнически вернулась на место и прижала меня теснее.
Все. Я в ловушке!
– Кристен. Пожалуйста, пусти.
– Мм! – категорично проворчал сонный северянин за спиной и для верности закинул на меня еще и ногу.
– Мне надо в туалет, – прошептала я жалобно.
Кристен пробормотал что-то на северном. Горячие губы коснулись чувствительного местечка за моим ухом. Тяжелый выдох – и только тогда меня выпустили.
Уф! Наконец-то.
Откинув одеяло, я поспешно вскочила. Кристен тут же перевернулся на спину и сквозь полуприкрытые ресницы с интересом наблюдал, как вся такая смущенная я пытаюсь найти в куче сваленной у кровати одежды хотя бы верх от пижамы.
Вчера, едва помятая после отработки приземления Ронда пришла на смену, Кристен пошел провожать меня до комнаты, а уже после я сама попросила его остаться со мной на ночь.
Это была не первая наша совместная ночевка, но я не подумала, что парень с холодного острова Ио может быть таким горячим в постели, и натянула теплую пижаму. Пижаму, от которой срочно пришлось избавляться в середине ночи.
Делала я это в полусне, поэтому хоть убей не понимаю, куда закинула фланелевый верх.
– Какая у тебя красивая спинка, – хрипло одобрил Кристен, продолжая наблюдать за тем, как практически голая я прыгаю по ковру в поисках хоть чего-то из своих вещей.
Решив не заморачиваться, подняла его футболку и шустро натянула на себя, после чего вприпрыжку помчалась в ванную. Сделав свои дела, я посмотрела в зеркало, спешно привела растрепанные волосы в хоть какое-то подобие порядка, а потом почистила зубы и умылась. Стоило мне закончить и потянуть дверь на себя, как я столкнулась с улыбающимся Кристеном.
– Моя очередь, – сказал он, и я просто обалдела от предвкушающих ноток в его голосе.
Пропустив его внутрь ванной, дождалась щелчка замка, разбежалась и с радостным «Уи-и-и-и!» упала на кровать. Схватив его подушку, прижала к груди и с удовольствием вдохнула аромат Кристена.
– Пиу?
Перевернувшись, я подняла голову и встретилась взглядом с Бестией. Надбровные дуги приподняты, в глазах настороженное «Ты там, часом, не спятила?».
В отличие от нас драконица предпочла большое плюшевое кресло с широкими подлокотниками. Как оно оказалось в комнате, а главное, каким макаром Бестия смогла притащить его в комнату, история умалчивала. Я просто вернулась, узрела его в углу и решила больше не удивляться. В конечном итоге от Бестии, которая вскрывает сейфы ради дынь, можно и не такого ожидать.
К слову, про дыни…
Бестия свернулась в кресле так, чтобы авоська с драгоценным плодом оказалась в центре, и отказывалась расставаться с ней хотя бы на секунду.
– Бестия… – Я подползла к краю кровати и доверительным шепотом призналась: – А я влюбилась.
– Пф-ф-ф! – сказала та и закатила глаза.
– Ой, вот кто бы пищал! – засмеялась я, намекая на дыню, и услышала стук в дверь.
Перепуганная драконица вскочила и метнулась под кровать, чтобы спрятать авоську, а я поплелась открывать.
– Власта?
– Ты меня не видела, – трагическим шепотом сообщила подруга, врываясь в комнату и падая на колени.
– А-а-а… – растерянно протянула я, глядя на то, как она быстро принимает упор лежа и закатывается под кровать.
– Пиу!
Бестия активно сопротивлялась. Слышалась возня и сердитое пыхтение Подгорной, но прежде, чем я успела вмешаться в подкроватный конфликт, в дверь снова начали нетерпеливо колотить. Судя по звуку, кулаками.
– Привет, Эрик, – поздоровалась я, отпирая хмурому парню.
– Я. Идиот, – вместо «здрасти» сообщил Эрик Хезенхау и, не дав мне и шанса себя послать, целеустремленно вошел в комнату.
Что же. Жизнеутверждающее начало дня.
– И что у вас случилось? – спросила я, закрывая дверь.
Северянин выглядел растерянным и слегка побитым. И если второе меня не удивило, то откровенно потерянный вид слегка выбивался из моего общего представления о Хезенхау и его способах проводить досуг.
– Рианка, я, кажется, накосячил.
– Вот это можешь не уточнять. Просто сразу переходи к делу. Где ты накосячил?
Эрик поворошил сложный узор из косичек на голове и начал каяться.
Со слов адепта Хезенхау, они с Властой ехали на Ио, чтобы познакомиться с его родителями. Беда в том, что Эрик хотел сделать сюрприз обеим сторонам, поэтому и словом не обмолвился Подгорной о том, что его отец трибун севера, а своей семье не рассказал про Власту.
И если Власта отреагировала на новость о статусе семейства Хезенхау в общем-то адекватно, а трибун был рад любому выбору сына, то его мама и бабушка сюрпризу не обрадовались.
– Понимаешь, они стояли и улыбались ей, а сами обсуждали на северном, какой я дурак, раз начал встречаться с иностранкой. Но Власта за эти месяцы научилась вполне сносно понимать северный!
Я мысленно представила, что стою перед родителями Кристена Арктанхау, и вздрогнула. Да меня накроет паническая атака только на слове «здравствуйте», молчу о том, что родственницы решат перемыть мне косточки в моем же присутствии.
Но теперь по крайней мере понятно, почему Власта прячется под моей кроватью.
После такого-то я не только спряталась бы, но и для надежности замуровалась в комнате, чтобы никто и никогда не увидел, как Адриана Нэш медленно сгорает от смущения.
– Но и это еще не все, Риана! – воскликнул Эрик и вновь схватился за голову. – Великие бури, они сравнили мою Власту с Мисси!
– И кто такая Мисси? – уточнила я, краем глаза поглядывая, как подруга пинком ноги выпихивает Бестию из своего убежища, но та с упорством бумеранга возвращается обратно.
– Мисси – это безродная дворняжка с подбитой лапой, которую я притащил в дом, когда мне было десять, – простонал Эрик.
Ауч. Удар по самому больному.
– Ладно, – решила прояснить ситуацию. – Твои родственницы зубоскалили при Власте. Досадно, но ладно. Ты в чем провинился?
– Я… Я не знаю, что на меня нашло… Я так растерялся, что просто стоял и даже слова им не сказал… А Власта выслушала все с доброжелательной улыбкой и на идеальном северном послала их к медведю в объятья… Риана, что я наделал! Я не смог защитить свою девушку от своей же семьи. И теперь все плохо! Все очень плохо!
Эрик подскочил ко мне. Посмотрел с надеждой. Огорошил:
– Поговори с ней!
– Я? – вконец опешила я.
– Прошу, пожалуйста, Риана. Ты же видишь, я в отчаянье. Ну хочешь, я на колени встану? Хочешь? Вот. Пожалуйста!
И он действительно упал на одно колено. Схватил меня за руку и просительно заглянул в глаза.
– Риана, прошу тебя. Скажи да.
И вот стою я вся такая в шоке. Власта прячется под кроватью. Бестия сердито сопит. Эрик в коленопреклоненной позе держит мою руку.
И тут из ванной выходит Кристен Арктанхау!
– Та-а-а-ак… – протянул он, тяжело глянул на друга и скрестил руки на широкой груди. – Если следующей фразой не будет «Кристен, это не то, о чем ты подумал!», то я за себя не ручаюсь.
– Это не то, о чем ты подумал! – хором подтвердили мы с Эриком, и в тот же момент из-под кровати донесся громкий чих.
Эрик выпустил мою руку, упал на четвереньки и заглянул под кровать. Там, в позе эмбриона, прижав к груди авоську с дыней и для надежности крепко-накрепко зажмурившись, пряталась бесстрашная адептка факультета ядожалов.
– Власта?!
– Власта, стой! – надрывал связки Эрик. – Сто-о-ой!
Но будем честны, когда это останавливало Власту? Да что там! Когда это останавливало хоть кого-то?!
Власта выкрутила ручку газа на полную и с воплем въехала на горку. Снегоход взлетел и оторвался от поверхности. Сделал красивое пике, чтобы через пару ударов сердца приземлиться на снег и рвануть дальше.
– Сумасшедшая! – выкрикнул северянин, но в его голосе не было осуждения, а только чистый восторг. – Ну погоди… – пригрозил он и бросился за Властой вдогонку.
Подгорная радостно захохотала, помахала северянину ручкой и запетляла, как заяц по просеке. Я с улыбкой проследила за тем, как эта безбашенная парочка любителей адреналина носится по заснеженной долине, играет в догонялки, круто взлетает с очередного склона… и только теснее прижалась к Кристену.
Спасибо, мне и здесь хорошо!
Наш снегоход был больше, не такой маневренный и шустрый, как у ребят. Зато на нем можно сесть вдвоем и наслаждаться близостью и теплом друг друга. Кристен вел нашу машинку, а я сидела перед ним, одетая в теплую куртку и защищенная его руками.
Сзади к снегоходу был прикреплен трос с надувной ватрушкой. В центре кольца сидела укутанная в клетчатое шерстяное одеяло Бестия. На голове черной малышки красовалась красная вязаная шапочка с огромным белым помпоном, на морде – выражение глобального восторга.
– Пи-и-и-иу! – восторженно пищала Бестия на каждом повороте, когда ватрушку круто заносило в сторону, а где-то высоко в небе над нашими головами кружил Мясник, зорко следя, чтобы если мы и сходили с ума, то строго в рамках приличий. Под его неукоснительным надзором.
Огнерык и Дурман остались на причале под присмотром Ронды и Деймана. Дурман плохо переносил холод, поэтому с нашей стороны было бы настоящим свинством тащить его в глубь острова на снег. А небовзору принесли сетку со свежевыловленной рыбой. Драконица подумала и решила, что наполнить разум новыми впечатлениями она еще успеет, а вот набить желудок вкусными деликатесами – не факт.