— Друзья? — удивился мужчина и кинул косой взгляд себе за спину.
— Ну, я так думал. Стал бы я рисковать своей жизнью, нападая на Храм и богиню, чтобы спасти Виконту.
— Ты спас меня? — искренне удивилась Виконта.
— А кто бы это еще мог сделать? Не Адель же?
Две фигуры в плащах опустили головы и смотрели куда угодно, но только не на меня.
— Что здесь происходит? Вы еще долго будете от меня бегать?
К моему вопросу присоединилась Виконта, повернувшись к своим спутникам с таким же вопросительным выражением на лице.
— Простите, — с трудом выдавила Адель, сделала шаг вперед и вывалила из КП горку золотых слитков, размером выше моей груди. Пару миллионов в ней было, а может и больше.
— Понятно, и долго ты собиралась убегать?
— Там было так много золота, что я не смогла удержаться. Простите, мне очень жаль, — не поднимая глаз, прошептала магесса.
Третья девушка отчаянно морозилась. Я подошел поближе и стянул с её головы капюшон. Вот тебе раз — а это же воровка, спорившая вчера с дедом в переулке. Я протянул руку, она молча вытащила из своего мелкого КП большой кристалл и положила мне на ладонь. Я резким движением выхватил из её руки мелкий кристалл, глянул внутрь, а там, и пару вещей из снаряжения Немезиды и с десяток больших желтых кристаллов и несколько КТ, среди которых тот, что второго уровня. Я уже молчу о растыканных по всем щелям золотым слиткам. Вытрусив содержимое её КП в свой, я вернул ей пустое хранилище.
— А мой КТ? — тут же возмутилась девушка.
— Я достал один из обычных КТ и с пренебрежением швырнул ей в лицо. Камень упал на пол и закатился под алхимический стол. Девушка рухнула на четвереньки и полезла за ним.
Джой Синий шокировано озирался по сторонам. Я был готов поверить, что он оберегал учениц от притеснений храма, а оказалось, что они жалкие воровки.
— Сестра! — топнув ногой, возмутилась Виконта, ты же не такая!
— Прости, Вики, я сама не понимала, что делаю. Я решила, что это золото того гада, который меня… Только потом осознала, что должна отдать его господину Яну, ведь это он его убил, но мне было так стыдно, что я уже не знала, как это сделать.
— Значит, это он спас меня от Богини?
— Да, — отвернувшись в сторону, призналась девушка.
— У-у-у! — сжав кулаки, воскликнула коротышка, покачала головой и с виноватым видом подошла ко мне и низко поклонилась.
— Господин Ян, простите мою глупую, младшую сестру. Она честная, но огромные богатства помутили её рассудок. Я же говорила, что она дурочка, а вы мне не верили. Я старшая, а она совсем меня не слушается, отбилась от рук. Мне очень за неё стыдно, но это я виновата, плохо за ней присматриваю.
Тут в глазах мелкой проблеснул хитрый огонек и она, по детски поджав плечико, спросила:
— Господин Ян, а вы бы не могли мне опять подарить ещё один слиток. Тот, что вы мне дали потерялся.
***
Я оставил Адель собирать в КП раскиданное ею золото, а вместе с лысой коротышкой, выглядевшей сегодня гораздо лучше, чем вчера, вышел на улицу и направился к повозке, где меня терпеливо поджидала Уна.
— Что вы хотите мне показать? — с нетерпением потирая ладошки, спросила Виконта, опять надвинувшая на голову капюшон, потому что стеснялась своей лысины.
— Думаю, тебе понравится, — неопределенно ответил я, подводя её к повозке и помогая забраться в кузов.
Девушка весело крутила головой, улыбалась и гримасничала, но лишь до того момента, пока из-под слоя ткани не показалась ее изуродованная мучительница. Реакция Виконты была неоднозначной. Он замерла с выпученными глазами, побледнела и… заплакала. Не громко, навзрыд, а молча, одними глазами. Словно снова пережила потрясение.
Она смотрела в глаза Немезиде и хмурила брови. Силилась что-то сказать, но не могла. Потом она резко отвела взгляд в сторону и, полным боли голосом, сказала:
— Я не хочу её видеть.
— Прости, — плачущим голосом отозвалась пленница, — умоляю, прости меня.
— Ты вправе решить — жить ей или нет, — коротко объяснил я Виконте её огромные полномочия, — как скажешь, так и будет.
— Я не имею права решать такое. Пусть её боги покарают. За что она так со мной?
— Прости-и-и-и, — проревела Немезида, понимая, что от этого человека зависит её судьба.
Что-то в надменной женщине за последние сутки надломилось. Она только и делала, что извинялась.
— Боги покарают? — пробормотал я, — И кто же у нас возьмет на себя роль богов?
— Да, пусть они вершат над ней суд, — вытерев с лица слезы рукавом, твердо заявила Виконта. Тут же есть Храм Судьбы, который решает, кому жить, а кому умереть.
— Точно! — воскликнула Уна, — Храм Судьбы у пика Меча Истины, мы можем отдать это решение в руки богов.
Я видел, что никто не хочет брать на себя роль судьи. Не хотел и я. Мы планировали поехать с утра к Пещере испытаний. Я уже культурную программу составил, собирался найти для Уны её тренера-дуэлянта, а вместо этого мы потащились совсем в другом направлении.
***
Однотонные серые блоки и правильные геометрические линии Храма Судьбы навевали тоску. Ключ от крепкой, деревянной, входной двери находился после гибели Святого Тана у кого-то из жрецов в секте. Взбираться на горный пик за ним, мы, конечно, не стали и мне пришлось выбивать её ногами. С десятого удара металлические петли поддались, и дверь рухнула в длинный входной коридор, ведущий к центральному залу с большим черным зеркалом посередине.
Да уж, мрачное, неприятное место, чем-то похожее на эшафот. Если бы я только знал, к чему это приведет, ни за что бы и на сотню метров не подошел к этой штуке в Империи Тан. К храму мы прибыли втроем — я, подсудимая и сердобольная Уна. Женщина перед моментом вынесения приговора и казни богов оделась в свой лучший доспех рыцаря, пристегнула парадный красный плащ и при этом умудрилась, порезаться об зазубрину на одной из пластин наплечника щекой. Стоит, смотрит, как я несу к зеркалу изогнутую и заплаканную Немезиду. Глаза мокрые, а у самой по подбородку струйка крови на шею и грудь капает.
Я думал положить пленницу в трех метрах от зеркала, а дальше пусть сама к нему ползет, но на этом расстоянии, какого-либо воздействия артефакта не почувствовал. Он словно был выключен или не работал на всасывание, а только на выброс. Если подумать, это же Песочница и всех провинившихся выбрасывает сюда. Как оно должно работать. Кто их, эти странные божественные артефакты знает?
Осторожно приблизился с женщиной на руках еще на полметра, я решил отпустить Немезиду на пол и тут почувствовал, что артефакт резко активизировался и тянет мою ношу к себе. Ну и прекрасно, думаю. Скатертью дорога. И тут Немезида запаниковала и вцепилась мне в шею своими культями, да так крепко вцепилась, что я оторвать её от себя не могу, а эта черная тварь резко увеличила силу притяжения и уже нас двоих к себе подтягивает.
И тут я резко осознал, что конкретно попал! Меня самого тоже к этой штуке начало тянуть, уже не только одну Немезиду, и особенно сильно давление ощущалось в районе пояса, где мой мешок с хранилищем находился. Мешочек на поясе вытянулся перпендикулярно к телу. Немезида верещит от страха, за шею меня держит, не отпускает. Я сам в не меньшей панике. Чувствую, так меня затягивает, что уже не могу сопротивляться и силы тают на глазах, словно эта тварь их из меня качает, как пиявка.
— Уна, помоги! — крикнул я, надеясь, что женщина сразу придет мне на помощь.
Превозмогая силу притяжения, кинул на неё полный отчаяния взгляд, а она стоит не шелохнется, ровно там же, где стоял Привратник из Империи Тан — ровно в пяти метрах от зеркала, а у неё слезы двумя ручьми по щекам. Тут я всё и понял. Воспользовавшись идеей Виконты, она меня намеренно сюда под видом казни Немезиды притащила, чтобы самого зеркалу скормить. Внезапная месть за своего любимого Святого Тана. Ну, спасибо, дорогая, я этого навек не забуду. Полные стыда от предательства глаза — это было последнее, что я увидел до того, как меня и Немезиду рывком втянуло в ожившую червоточину артефакта.
Часть 36 Два разных начала
Неудивительно, что сами жрецы Храма Судьбы сторонились непонятного артефакта и ближе пяти метров к нему не подходили, а то, сука, сожрёт и не подавится! Но мой страх закончился ровно в тот момент, когда я понял, что это никакой не Вершитель Судеб, Проводник божественной справедливости или портал в Песочницу, а хитрый редактор для работы со своим аватаром.
У него есть вполне определенные функции, которыми можно сознательно управлять. Во всяком случае, когда ты находишься в Башне на правах претендента и при конвертируемом бабле, а не непонятно кто, нагло разгуливающий по этажам в чужом теле и под завязку напичканный энергией крайне сомнительного происхождения.
В отличие от прошлого контакта с зеркалом, где я ничем не мог управлять, и меня просто вытряхнуло из Жао Яна и поместило в тело, неотличимое от того, которое я привык считать своим, с параметрами новичка. В этот раз, передо мной развернулся обширный список возможностей по изменению персонажа, позволяющий бесплатно сбросить уровень, характеристики, «забыть» ненужные умения, короче обнулиться до состояния новичка. Или, сохранив свой текущий уровень, сбросить только очки характеристик и доступные умения, с возможностью последующего перераспределения, правда, без возврата уже потраченного духа, но с сохранением уже накопленного. Да, и всё это удовольствие за скромную плату в девяносто четыре миллиарда золотых монет и девять камней талантов первого уровня. Цифра в золоте подозрительным образом перекликалась с уровнем, который я успел набрать.
Во как! Это уже никакой не наглый грабеж, а щедрая возможность за плату в золоте внести корректировки в не совсем неудачно созданный билд или вовсе создать новый. Стать из воина — магом, из мага — танком, стрелком, друидом, убийцей и кем душе захочется, только гони правильную деньгу.
Интересно, откуда бедные претенденты, приходящие в мир Башни с голой жопой, должны добыть столь непостижимые суммы, если даже Полубогу Люциферу пришлось уламывать двадцать товарищей из своего лагеря скинуться ему на карман, чтобы собрать ту сумму, что он щедро пожертвовал мне на будущие нужды.