– магией нельзя заниматься категорически.
– Вот так, – закончил рассказ Арчибальд и тут же поинтересовался: – Пойдешь завтра со мной на свидание?
Эн неуверенно поерзала по дивану. Прислушалась к себе – нет, этот вопрос не вызывал неприязни, даже наоборот…
– А… ты же принц.
– Принц. – Его высочество кивнул. – Прошу заметить, человек прямоходящий, а не какая-нибудь обезьяна.
Эн рассмеялась.
– Это я вижу. Но я ведь не принцесса. Да еще и без памяти…
– Память появится новая, – отрезал Арчибальд. – Ничего страшного, мы справимся, я уверен. Что касается принцесс… Не всегда ими рождаются. Бывает, что становятся.
Ее бросило в жар.
– Ох…
– Не думай об этом. Я всего лишь хочу показать тебе Граагу, пока Геенна вновь не пробудилась и меня не отозвали на север. Буду вести себя прилично, – пошутил Арчибальд, улыбаясь, и чуть дотронулся до ее руки.
Его прикосновение отозвалось внутри Эн чем-то очень хорошим, и она поспешила сказать:
– Хорошо, я пойду. Я согласна.
Не хотелось обижать Арчибальда отказом. В конце концов, титул нельзя рассматривать как недостаток или преграду для общения. Интересно, прежняя Эн рассуждала так же или как-то иначе?
Минут через пятнадцать после начала совместного раскуривания сигар Арманиус вдруг осознал, что они с Дайдом перешли на «ты».
– Что там внутри за трава и почему от нее так хорошо? – поинтересовался он, с подозрением принюхиваясь к сладковатому дыму.
– Демон ее знает, – пожал плечами Гектор, выпуская изо рта три дымных кольца одинакового размера. – Но расслабляет неплохо. А тебе надо.
– Тебе тоже.
– А я и не спорю.
Они разместились на кухне – находиться там Берт мог, в отличие от столовой. Кухня была вотчиной мамы и Агаты, он туда захаживал редко, как и брат с отцом.
Мама любила готовить, и Агата с удовольствием перенимала ее науку. Да… Агата…
– А ты ведь так и не раскрыл дело моей сестры.
Берт думал, Гектор спросит, что за дело, – все-таки десять лет прошло, но Дайд ответил сразу же:
– Его вел не я. Я стал главой Дознавательского комитета через полтора года после того, как убили твою сестру. Дело к тому времени уже было закрыто.
– Можно было и открыть, – пробормотал Берт и поймал на себе какой-то странный взгляд Гектора. – Что?
– Дело твоей сестры можно открыть только по приказу императора. На нем гриф «секретно».
– Понятно, – Арманиус поморщился, – государственная тайна. Но подробности покушения на Арена безумно напоминают попытку убийства Эн. Эта портальная ловушка… Словно дело тех же рук, тебе не кажется?
– Нет, мне не кажется, – отрезал Дайд и мрачно замолчал. Берт усмехнулся.
– Не любишь, когда лезут в твои расследования, да?
– Не выношу. Но дело не в этом. Гриф «секретно» ставится не просто так, понимаешь? И если я сейчас что-нибудь сболтну – а печать молчания Арен на меня не ставил, будет плохо. Так что давай лучше не вспоминать сейчас о твоей сестре.
– Ладно. Тогда расскажи мне свои версии относительно попытки убийства Эн. Если мы, конечно, принимаем на веру именно попытку убийства. Как считаешь, кто это сделал?
Дайд с наслаждением затянулся и, выпустив длинную и густую струю дыма, ответил:
– Любовница Арчибальда.
От неожиданности Берт чуть не проглотил сигару.
– Что?..
– А чем тебе не нравится эта версия? – Гектор откровенно улыбался. – Очень, между прочим, правдоподобная. Я ее сразу проверил, еще в первый день. Видишь ли, в твоей… подопечной нет совершенно ничего интересного или представляющего опасность, кроме того, что она встречалась с принцем, и ее разработок. Родственников у нее нет, врагов на работе – тоже…
– А Байрон?
– Байрон… Мальчишка. Но подставили его грамотно. Пусть пока посидит за решеткой, целее будет. Ты же его практически не знал, да, Берт?
– Да. Видел во время учебы и потом, в госпитале, но не общался. А что?
– А то, что у них с Эн много общего. Он так же, как она, болен магической медициной. Он ученый. И они с ней стояли на пороге интересного открытия. Ключевые слова здесь – «на пороге», понимаешь? Это значит, что дверь перед ними еще была закрыта. Но открыть ее в одиночку Байрону никогда в жизни бы не удалось. И убивать Эн именно сейчас – глупо. Ему это невыгодно. И тот, кто его подставил, хорошо это понимал, поэтому подтасовал факты и улики по возможности грамотно. Эн пошла не туда, куда надо было идти, а родовая магия Байрона позволяет ему минимально воздействовать на людей. И на месте покушения накануне его видели. И активатор – ключ от первой операционной, который потерял Байрон. Неплохо, правда же? Но слишком навязчиво.
– Ты это уже говорил. Так что там с любовницей?
– Ах да… Самая простая версия – устранение соперницы. Что ты улыбаешься, я обязан проверять все версии, даже если считаю их маловероятными. Думаешь, я мог верить в виновность Валлиуса? Я этого старого фаната медицины давно знаю. Но проверить я обязан. И любовниц Арчибальда я проверил еще в самом начале.
– И как результат?
– Да никак.
– Что, неужели нет любовниц?
– Ну почему нет, есть. Он же не памятник из мрамора. Просто этим женщинам от наличия или отсутствия Эн Рин не холодно и не горячо – они не смогут выйти замуж за Арчибальда.
– Эн тоже не может.
– Пока не может, – сказал Дайд, выделив голосом слово «пока». – Но она приличная девушка, понимаешь?
На этот раз подчеркнуто было слово «приличная».
– Понимаю. Те, значит, неприличные.
– Именно. И они имеют такое же отношение к дворцовым интригам, как я – к грядкам с помидорами.
Гектор вновь затянулся, пока Арманиус заходился кашлем от смеха.
– А дальше?
– Дальше? – Дайд чуть повернул голову к выходу из кухни и прислушался. – А дальше, кажется, к нам сейчас придут его подозреваемое высочество и твоя подопечная.
– Подозреваемое? Все еще?
– Естественно. Хотя стоит признать, – Гектор усмехнулся, – конкретно это высочество у меня слабо подозреваемое.
Берт уцепился за выражение «конкретно это высочество» и подумал, что потом непременно уточнит у Дайда, что он имел в виду. А пока он погасил сигару и помахал рукой перед собой, пытаясь развеять плотную завесу сладковатого дыма.
Когда Эн с Арчибальдом шагнули на кухню, они обнаружили там широко улыбающихся Арманиуса и Дайда, которых почти не было видно за дымом от раскуренных ими сигар.
– Защитник, – принц поморщился и кашлянул, – Гектор, ты решил пристрастить к этой дряни еще и Берта?
– А что это? – спросила Эн и громко чихнула. – В носу щекочет…
– Надо окно открыть. – Арманиус кивнул – и одна из створок самого большого окна распахнулась, впуская в кухню морозный воздух. – Только ненадолго, а то простудишься еще.
– Это, – пояснил Дайд, закрывая коробочку с сигарами, – для взрослых мальчиков. А вы, Эн, девочка.
– Маленькая? – уточнила она и рассмеялась, когда Гектор утвердительно кивнул.
– Идем, взрослый мальчик, – хмыкнул Арчибальд, скрещивая руки на груди. – Нам обоим пора и честь знать.
– Если хотите, можете остаться на ужин, – предложил Арманиус, прекрасно понимая – вряд ли Арчибальд согласится.
И точно.
– Нет, спасибо. Я умираю как хочу спать.
– А мне нужно вернуться в комитет, – развел руками Дайд. – С этим Советом архимагистров я почти ничего сегодня не сделал.
– У тебя вообще-то выходной, – иронично заметил принц, но Гектор не успел ничего ответить, потому что Эн спросила, заставив замереть всех присутствующих:
– Скажите, айл Дайд, а вы женаты?
Берт от удивления чуть не свалился с табуретки, а у Арчибальда просто вытянулось лицо.
– Нет, – ответил дознаватель, расплываясь в довольной улыбке, – а что? Есть предложения?
Эн чуть смутилась.
– Да я просто…
– Я понял. – Дайд уже откровенно смеялся, и Берт поймал себя на мысли, что в такие моменты Гектор перестает напоминать ему змею. – Но вы поаккуратнее с вопросами, Эн. Это может быть опасно для моей жизни. – И дознаватель, чуть округлив глаза, покосился сначала на Арчибальда, а потом на Берта.
– Да ну вас. – Эн хихикнула. – Вы…
– Я не соперник, – шутливо покачал головой Дайд. – Конечно, где мне соревноваться с такими романтическими героями? Я всего лишь сыщик. Эн, вы разбили мне сердце.
Берт закашлялся, скрывая смех, но подавился им, когда Эн искренне и немного по-детски сказала:
– Зачем же разбивать? Вы мне очень нравитесь, айл Дайд. Вы замечательный!
Шутить почему-то сразу расхотелось. Наверное, потому, что прежняя Эн никогда не сказала бы так. Она была слишком серьезной и взрослой для подобных признаний.
– Спасибо, Эн, – произнес Гектор тихо и поднялся с табуретки, вновь становясь похожим на очень длинное дерево, внезапно выросшее посреди кухни. – Вы тоже замечательная. И я надеюсь, что раскрою ваше дело. Теперь это уже, – он усмехнулся, – дело принципа.
Глава 7
Во вторник Берт проснулся от настойчивого звонка по браслету связи.
– Да? – простонал он, принимая вызов. Голова демонски болела, и у него было подозрение, что это от сигар Дайда.
– Что с тобой, Берт? – проекция Валлиуса удивленно подняла брови. – Ты как будто с похмелья.
– Почти. Гектор вчера притащил какие-то сигары…
– А-а, – Йон оживился, – понятно. Вообще, Дайд любитель дурманного курева, ему постоянно все надаривают, чтобы задобрить. Он как накурится, на человека становится похож.
– Он и без этого похож…
– Ну, с точки зрения анатомии – да, – хохотнул главврач. – В общем, ты вставай, прими душ и выпей литр воды.
– Зачем?
– Чтобы пописать, – рявкнул Йон, но тут же исправился: – Интоксикацию снять. Если не поможет, в госпитале попроси тебе капельницу сделать. Физраствор, витаминчики. Можешь даже терапевту сказать, что тебе нужен «опохмелун». Тебя поймут.
– Хорошо. Когда будем стимулировать процесс восстановления?
Берт рассказывал Валлиусу и Дайду о своей находке еще в тот день, когда Гектор попросил его сыграть роль «живца», и дознаватель одобрил план по стимуляции, заявив: «Чем скорее вы перестанете быть овощем, тем лучше».