— Ты чего хотел? — обрывает мечтания Марата Юдин. — Про баб поговорить?
— Нет, — голос компаньона серьезнеет. — Посоветоваться хотел. Я не знаю, что делать с Даном.
— Ты у меня спрашиваешь? — искренне удивляется Михаил. — У меня детей нет, а что с ним не так?
— Вот и у меня нет, — вздыхает Марат. — Совсем неуправляемый стал, эта девка ему в печенки залезла, он кроме нее ничего не видит.
У меня от любопытства уши почти торчком встают. История чье-то любви, кажется, наклевывается. Я страсть как люблю романтичные вещи. Количество любовных романов в моей квартире превышает все допустимые значения.
Ну и вдруг полезное, что услышу. Например, сведения, что у Михаила нет детей, почему-то греют мне душу.
— Пройдет, — отвечает Юдин. — Тебе двадцать вроде еще в этом веке было. Неужели забыл, как это, когда гормоны играют?
— Похоже забыл, или мои так не бесились. Вот с Алсу проблем вообще не было…
Юдин закашливается, да и меня опять начинает разбирать смех.
— Я бы не сказал, что с Алсу не может быть проблем, — осторожно начинает Михаил…
— Ты про то, что она на тебя слюни пускает? — усмехается Марат. — Да я в курсе. Но я уверен, что ты не воспользуешься девочкой, так что, прости, пусть лучше она к тебе пристает. Но если надумаешь, буду рад породниться.
— Не надумаю, — ворчит Юдин. — И все же, объясни сестре, что настойчивость — не всегда хорошо.
— Кремень ты. Устоять против Алсу, — хмыкает Марата. — Или у тебя другой интерес есть? Может, ты на госпожу дизайнера нацелился?
— Не неси чушь!
— Тогда я рискну. Аппетитная девочка.
— Пока она работает на меня не вздумай валить ее в койку! — рычит Юдин.
То есть, как только закончу проект, меня можно Марату передать? Надеется, успеть сам присунуть до завершения?
Ах, ты козел!
Глава 21
Я уже не слушаю продолжение этой крайне познавательной беседы.
Кажется, я сегодня наработалась. Пора бы и домой.
А то некоторые много о себе возомнили! Губозакатыватель подарю на завершение проекта!
Поднявшись на второй этаж, куда меня не донес Юдин, я ликвидирую краску, попавшую на меня с Михаила, когда он позволял себе недопустимое, и переодеваюсь. Тщательно привожу себя в порядок, немного нервирует запах въевшегося растворителя, но, думаю, скоро выветрится. Плещу в горящее лицо прохладной водичкой, помогает, но губы горят все равно.
Я вызываю такси и, зацепив сумочку, отправляюсь искать босоножки, которые заметил Марат, но которые мне никак на глаза не попадаются. Где я их оставила?
Поиски приводят меня ближе к выходу во внутренний дворик, где продолжают свой разговор мужчины.
— Да не услышит он тебя сейчас, — со знанием дела говорит Юдин.
— И что прикажешь делать? Пропадает мальчишка!
— Что? Прям такая ситуёвина сложная? Ему сколько? Двадцать? Перебесится.
— У нас в семье все упертые, — вздыхает Марат. — И, наверно, поэтому однолюбы.
Юдин хохочет:
— А тебя подкинули, что ли?
— Не, — тянет бархатистый голос. — Просто пока бог миловал. Может, пронесет вообще. Я насмотрелся, как брату крышу рвало. И Дан не лучше. Не хочу так.
Что там у них за сериал «Династия»?
О! Мои подкрадули!
Мужчины переходят на пониженный тон, и мне уже ни черта не слышно. Я застегиваю тонкие, верткие, постоянно выскальзывающие из-под пальцев ремешки вокруг щиколотки, все больше раздражаясь. Для кого я, спрашивается, выпендрилась? Надо было балетки надеть и все.
Мобильник подкидывает уведомление, что машина прибудет через две минуты. Увидев, что за тачка, я теряю дар речи. А что? И такие зверюги сейчас таксуют?
Воистину кризис на дворе. За мной приедет черный линкольн.
Офигеть!
Вот они прелести автокредитования. Понапокупают дорогущих машин, а потом после работы катают пассажиров. Как говорила моя мамочка, в ее времена мужик на «серьезной тачиле» был или бизнесмен, или бандит, что тогда было, собственно, одно и то же. А сейчас? Он за нее еще кредит лет пять будет выплачивать. Ладно, не мое дело.
Каждый дрочит так, как хочет.
Тьфу ты!
Это все Юдинские поползновения сбивают меня с пути истинного. Ничего такого у меня и в мыслях нет. НЕТ, я сказала!
Похоже, мне все же не помешает развеяться. Например, сходить с Лизком в кафе проветриться, потрепаться… Черт! Ну это никуда не годится! Левая босоножка отказывается застегиваться, и я уже минуты три стою копилкой к верху.
— Куда это вы собрались, госпожа дизайнер? — грозно вопрошают сзади, серьезно меня напугав.
Вздрогнув, я начинаю заваливаться, но меня подхватывают горячие Юдинские руки. И вообще от него, полуголого и нагретого вечерним июньским солнцем, веет жаром.
— Мы еще не закончили, — предупреждающие нотки в голосе Михаила, видимо, призваны меня остановить от побега.
Но не выходит. Не на ту напал. Я лихо выпутываюсь из хватки Юдина, чудом при этом не загремев носом вниз, но в последний момент принимаю независимую позу.
— А я закончила! — с вызовом отвечаю я и понимаю, как двусмысленно и издевательски это звучит. Не планировала, но ляпнула удачно.
— Вы в город? — появляется еще один наглый хмырь, который, несмотря на более одетый вид, нисколько не уступает Михаилу.
Хоть Марат и не в моем вкусе, но хорош мерзавец!
Ща-а-з! Выкусите!
— В город, — сладко улыбаюсь я.
— Я могу вас подвезти, — сияет в тридцать два белых зуба Марат.
— Каримов, я и сам могу отвезти Марину домой, — с намеком осаживает его Юдин.
Это его «Мар-р-рина» отзывается во мне дрожью, вспоминается: «Маринка, если ты не остановишься…» Цыц, либидо! Мы не такие!
— А я не домой, — невинно хлопаю глазами. Ишь ты, собрался ко мне.
— А куда? — в один голос спрашивают эти двое.
И смех, и грех. Сама простота. Неужели думают, что мне вечером заняться нечем?
— Сиреневый… — как-то задумчиво произносит Юдин.
Ох ты господи, Отелло! Но на месте Юрки я бы в ближайшее время у меня во дворе не отсвечивала.
Сигнал мобильника оповещает меня о прибывшей за мной машине.
— Всего хорошего, — я сама милота. — За мной приехали.
— Кто? — опять дивный синхрон.
Только у Марата в голосе слышится ленивое любопытство, а у Юдина — угроза.
Загадочно улыбнувшись на прощанье, я цокаю к выходу, в кои-то веки позволив заднице совершать качественные заносы. Пусть посмотрит, чего лишился!
Сбежав с крыльца, оглядываюсь на высыпавшихся вслед за мной мужиков, глаза которых, увидев приехавшую за мной тачку, становятся овальными по диагонали.
Нет, линкольн, конечно, не переплюнет спорткар Каримова. Да и монстра Юдина тоже. Но приятно.
Махнув на прощание мужчинам, я сажусь в салон.
— На Ставропольскую? — уточняет водитель.
— Нет, — вздыхаю я. — Поменяем маршрут. Давайте в «Амандину». Цвет настроения — синий.
Водила, хмыкнув, заводит машину, разворачивается и на глазах Михаила и Марата увозит меня в город. Каримов ржет, засунув руки в карманы и запрокинув голову, Юдин провожает меня сузившимися глазами.
Определенно, мне надо жахнуть. Достаю мобильник и набираю Лизку:
— Лизунь, готова напиться так, чтоб «есть, что вспомнить, но детям рассказать нечего»?
Глава 22
— Марин, мы встряли… — виноватый голос Лизы в трубке на фоне гудящих автомобилей хоронит мои надежды на дружескую попойку.
— В смысле, встряли? И кто «мы»? — я ставлю на стойку фужер с мохито, который в «Амандине» готовят, как я люблю. Ровно столько мяты и сиропа, сколько нужно, и не так чтобы много льда, отчего именно в этом баре коктейль не похож по вкусу на разбавленный.
— Сергей предложил меня подвезти, — я слышу, что подруга хоть и старается говорить спокойно, но у нее все равно проскальзывают нотки восторга.
Так-так-так… Сергей — это, кажется, хлыщ с Лизиной работы. Видеть мне его еще не довелось, но, судя по тому, что я слышала от подруги, так себе вариант. С другой стороны, я могу ошибаться. Да и вообще, самое главное, что он нравится Лизе. Я-то рядом с мягкой и, если по чесноку, немного бесхарактерной однокашницей представляю немного более брутальный типаж. Рядом с таким она сможет расцвести, а если он еще и вытащит ее из скорлупы… Но это все мечты. Надо брать, что есть.
— И куда вы встряли? — бессмысленно болтаю трубочкой, заставляя кубики льда постукивать друг о друга в высоком бокале.
— Час-пик. Пробка. Но шансы доехать до тебя в течение часа были вполне реальны, пока какой-то придурок не психанул и вопреки всем правилам дорожного движения не начал разворачиваться. Теперь прямо перед нами на дороге с односторонним движением тройная авария, а позади стоит бетономешалка. Я не знаю, как мы вообще будем выбираться отсюда. Сроки тоже довольно туманны.
Я вздыхаю.
Что ж, день с самого начала радует меня обломами, так что пролет с пьянкой я должна была предугадать.
— Ладно, вытряси с него шикарный ужин где-нибудь в месте поприличнее, чем кофейня «Мон блан». Тебе положено за моральный ущерб. Ты могла развлекаться вместе со мной, подцепить горячего парня, а вместо этого у тебя будет вечер с унылым Сергеем, — капризничаю я.
— На выходных я вся твоя, — облегченно выдыхает Лиза, поняв, что я не буду выскребать ей мозг чайной ложечкой.
— Пока-пока, — я отнимаю перегревшийся смартфон от уха, бросаю его на барную стойку и прижимаю к горячему уху бокал с мохито.
Бесит.
А секунду спустя я бешусь еще сильнее.
Мимо меня пробегает какая-то овца и задевает меня плечом так сильно, что коктейль выплескивается наружу и обливает меня, попадая даже в ухо. Я разворачиваюсь, чтобы обложить дурищу и спустить наконец пар, но вижу, что молоденькая девчонка почти в слезах, сшибая на своем пути стулья, летит на выход из «Амандины» откуда из угла заведения, где за большим столом расположилась большая компания по виду студентов.
Там разгорается шумная ссора.
Что ж за день сегодня такой? И выпить не дали, и подраться. Даже пары клоков из шевелюры этой писюхи не добыла!