унар?..» Может, если это не актерствующий историк, а профессионал-прогрессор. Тойво Глумова, который через десятилетия сменил Румату в Арканаре, мучили совсем другие проблемы, нежели судьбы туземцев. — В. Д.
94 Думаю, все же не совсем новое, а возрожденное. Это у нас, современных, нет такого общего понятия — ученый, поэт, читатель (и писатель) книг, не просто грамотный, а именно книжный человек. А в Арканаре все применяют это слово абсолютно правильно. (Но, заметим, с презрением, как ругательство. Такая уж эпоха...) — В. Д.
95 Очень интересно! «Уступила» — лучше, цельнее. Здесь всего два субъекта: Благородство и бесконечность, и последняя отступает и даже признает себя вторичной, непервородной. А в варианте «уступило» приходится домысливать третье лицо — первородство. Можно, конечно, с натяжкой принять его за дворянство, но получается коряво. — В. Д.
96 Кстати, о привычности имен собственных. Сейчас, когда, пожалуй, уже все знают, что под псевдонимом «Генри Лайон Олди» скрываются два харьковских писателя, «Олди» стало привычным наименованием, и я с трудом удержалась, чтобы не написать: «В театре Олдей». — С. Б.
97 А при нынешней неграмотности обязательно написали бы «поменялось»... — В. Д.
98 Вообще-то, можно подсказать Румате тривиальный и совершенно честный ответ: «А нету у меня молний! Старшие това... боги не дают». В самом деле, откуда бы у него взяться скорчеру? Ни за что не доверят тяжелое оружие историкам, среди которых к тому же попадаются «спринтеры». — В. Д.
99 Жаль, что не сохранился этот сценарий: очень интересный текст, куда лучше пьесы и ближе к роману. Кроме того, это было бы третье (второе из трех) произведение, где фигурирует скорчер (кроме ПКБ и ЖВМ). — В. Д.