[291], т. е. русскими, польскими и еврейскими рабочими на Украине, «занимавшими» места украинцев. В брошюре «Роль украинской интеллигенции в программе ОУН» он написал:
«Главной причиной несчастья нашего народа является отсутствие национализма […]. Национализм объединяет, координирует силы, поднимает на борьбу и наполняет фанатизмом подневольные народы в их борьбе за свободу»[292].
На территории Восточной Галиции украинский интегральный национализм распространился после Первой мировой и Польскоукраинской войн. В послевоенные годы родившийся на Украине публицист Дмитро Донцов сделал вывод, что украинцы оказались слишком слабыми и человечными. По его мнению, было необходимо сражаться ожесточенно и опираться на собственные силы. В 1926 году он издал свою самую важную работу — «Национализм» [ «Нацюналiзм»][293], которая была напечатана в Жолкви в типографии отцов базилиан (орден греко-католической церкви!!!). Эта работа содержала типичную для националистов интерпретацию истории.
Национализм Донцова вступил в полемику с основными принципами демократии и социализма в украинском политическом движении, а также содержал своеобразную интерпретацию европейской истории. Донцов создал идеологию украинского национализма, опираясь на социальный дарвинизм, согласно которому нация представляет собой природный вид, такой же, как собака, кот или конь. Такая нация[294] пребывает в постоянной борьбе с другими нациями за существование и пространство. В этой борьбе слабейший подчиняется сильнейшему. В противовес всем урокам истории, Донцов видел нацию, как вечную категорию, составляющую высшую непреходящую ценность[295].
Отсюда также происходит главный лозунг украинского национализма, звучащий: «Нация превыше всего», т. е. превыше бога, религии и общечеловеческих ценностей. Донцов утверждал также, что у нации есть прямая естественная обязанность вести борьбу с другими нациями, главным образом, соседствующими с ее территорией. Это должна была быть борьба за жизненное пространство, подобная немецкому Lebensraum.
Согласно идеологии Донцова, внутренняя структура нации опирается на принцип иерархии. Во главе ее стоит вождь (нем. Furer, ит. Duce, а во главе украинской нации проввдник — предводитель), располагающий группой руководителей, которую Донцов назвал «инициативным меньшинством», аристократией, «орденом лучших». Инициативное меньшинство он наделял особыми чертами характера, такими как: нетерпимость и отсутствие милосердия по отношению к человеку и обществу. Согласно принципу: «Кто не с нами, тот против нас», — члены ОУН, руками УВО, а позднее УПА и Службы Безопасности, проводили это творческое насилии по отношению к полякам, евреям и русским. Остальную часть народа образовывал «плебс», «безвестный скот», который «шел в то место, которое ему было назначено, и делал то, что ему было указано»[296]. Разве можно больше презирать собственный народ и человека? В практике украинского национализма этим слоем «лучших», «инициативной группой» и даже «орденом» была Организация Украинских Националистов, руководимая «вождем» — проводником Евгеном Коно-вальцем, а позднее Андреем Мельником и Степаном Бандерой. Это был языческий национализм, без христианской души.
Для того чтобы воплотить стратегическую цель украинского интегрального национализма, которой должна была стать украинская соборная (объединенная) самостийная (независимая) держава (Украiнська Соборна Самостiйна Держава — УССД), Донцов сформулировал исторические силы этого национализма. До сегодняшнего дня ими являются:
1) Свобода как фактор, неконтролируемый разумом. Свобода элиты не подлежит контролю разума, а является природным «желанием». Если вождь — проводник хочет построить украинскую империю, то эта цель должна быть достигнута даже ценой гибели половины нации[297].
2) Насилие, которое в ходе борьбы за жизненное пространство применяется в отношении иных наций — это навязывание воли вождя и инициативного меньшинства другим народам при помощи физического насилия, а в отношениях внутри государства — «плебсу», «черни» или «толпе». Это было отрицанием веками вырабатывавшейся в цивилизации Запада терпимости, демократии и гуманизма. В целом, это было возвращением во мрак тюркско-монгольского Средневековья. В современности, в XXI веке, эти тезисы были прикрыты кисеей демократической фразеологии, скрывшей суть вещей за внешней активностью Конгресса Украинских Националистов (КУН) или объединения «Свобода», точно так же, как раньше делалось в ОУН.
3) Территориальная экспансия как главный принцип и сила украинского национализма. Донцов писал:
«Желание процветания для своей страны означает желание несчастья для своих соседей […]. От экспансии для своей страны отрекается только тот, в ком полностью отмерло чувство патриотизма [.], поскольку присвоение — это прежде всего желание победы»[298].
Эти черты наиболее ярко проявлялись в практической деятельности структур ОУН-УПА по отношении ко всему польскому, русскому или еврейскому. Однако, об этом не пишут галицийские историки. Теория Михновского и Донцова была реализована на практике во время войны. Фанатизм, созданный идеологией ненависти, привел к истреблению на территории польского пог-раничья сначала евреев, уничтоженных по приказу гитлеровцев руками украинской вспомогательной полиции, состоявшей на немецкой службе[299], а затем поляков на Волыни и в Восточной Малопольше[300], а также вдоль линии Керзона[301]. Перечисленные выше движущие силы интегрального украинского национализма, или же украинского нацизма, вступают в разительное противоречие с этикой, моралью, гуманизмом и заповедями всех религий. И что еще более прискорбно, множество священников греко-католической церкви (современной византийско-украинской) и православной церкви были членами и сподвижниками ОУН, т. е. того же нацизма. Это они, вопреки всем законам, божьим и человеческим, освящали ножи и секиры, служившие для истребления поляков. Об этих фактах много говорится в литературе на данную тему. Украинские нацисты, т. е. ОУН-СД, так называемые независимые государственники, пошли против бога, разума и законов геополитики, и старались идти в направлении создания одноплеменного тоталитарного государства ОУН (после истребления всех национальных меньшинств)[302]. Это государство должно было возникнуть в результате «национальной революции». Им не удалось осуществить эту революцию ни в 1939, ни в 1941 гг. Именно поэтому на III Конференции ОУН-Б, проводившейся 17–21 февраля 1941 года под председательством Миколы Лебедя, было решено начать «революцию» путем исключительно жестокого истребления польского населения[303].
Кроме человеческих страданий, деятельность бандеровцев привела к гибели населения целых регионов современной Украины. Они убили от 134 до 200 тысяч поляков, помогли немцам истребить местных евреев. Сегодня, после возрождения украинского государства, из них делают «лыцарей» — рыцарей без страха и упрека и героев борьбы за независимость.
В настоящей статье мы используем понятие «нацизм»[304]. Польский читатель знаком только с немецкой разновидностью социализма с подобным названием. Мы должны отдавать себе отчет, что существовал еще русский нацизм, выросший в конце 30 гг. XX в. из национал-большевизма в форме сталинизма. Среди галичан-украинцев возник украинский интегральный национализм — как национальная разновидность нацизма и как идеология ОУН[305].
Наверняка многие читатели задают себе вопрос: зачем автор приводит в этой статье примеры «сказочной» истории Украины? Если историк использует свой исследовательский арсенал и этику, чтобы приукрашать и мифологизировать настолько удаленные от нас моменты истории собственного народа, как приведенные здесь факты и события, то ему гораздо легче фальсифицировать новейшую историю, например, историю периода Второй мировой войны. Такую фальсификацию деятельности ОУН-УПА бандеровцы начали уже в 1943 году. Обычный читатель не отдает себе отчет, что ОУН, подобно большевистской партии, вела пропаганду двумя путями. Одни документы создавались для потомков. Они были полны цветистых фраз о демократии, свободе народов и т. д. Другие документы и приказы, в том числе и устные, предназначались для исполнения. Они интересуют нас больше всего. Эти документы касаются геноцида, развязанного против поляков, евреев, армян, а также украинцев, не одурманенных нацистской идеологией. Когда мы говорим о геноциде на территории Восточного пограничья Второй РП (воеводства Волынское, Тарнопольское, Станиславовское и Львовское, частично Люблинское), это касается понятия genocidium atrox, и относится к массовым убийствам не только членами УПА и Службы Безопасности ОУН, но также членами Кущевых Отрядов Самообороны [Самообороннi Кущовi Вiддiли — СКВ], которых поляки называли «секирниками», и даже их семьями, женщинами и детьми. Днем это были обычные крестьяне, которые пахали поле и пасли коров. Ночью, по приказу ОУН-УПА, они превращались в упырей, убивавших своих соседей — поляков или украинцев, чтобы после такого акта «патриотизма» разграбить их имущество[306]. Впервые об этом написал историк из Львова Василь Расевич