Войну Третьего Рейха против Польши ОУН встретила с несколькими десятками тысяч подготовленных активистов и программой «национальной революции», в результате которой должно было возникнуть единое независимое суверенное украинское государство от Вислоки до Кавказа. Организационные структуры ОУН, словно бациллой[319] , заразили национализмом все галицийские общественные организации — политические, экономические и образовательные.
Уже в обращении первого Конгресса ОУН в 1929 году, подписанного Миколой Сциборским и Володимиром Мартынцом, читаем:
«Только полное устранение всех оккупантов с украинских земель создаст возможности широкого развития Украинской Нации в границах собственного государства. В своей внешней политике Украинское Государство будет стремиться достичь границ, охватывающих все украинские этнографические территории»[320].
В 1939 году националисты посчитали, что приходит время революции, в результате которой, при помощи Третьего Рейха, можно будет построить украинское авторитарное нацистское государство. Пакт Молотова-Риббентропа застал их в момент приготовления к восстанию в юго-восточных воеводствах Польши. Гитлер приказал сдержать украинское восстание. Видя, что Советская Россия отказывается от принятых на себя обязательств, т. е. удара по Восточному пограничью, 15 сентября 1939 года он отдал приказ ввести ОУН в бой. Приказы были отданы, связные отправлены в район действий. В это время, 17 сентября, советские войска атаковали Польшу. Новые приказы о свертывании восстания не могли достичь всех местных отделений ОУН[321]. Впрочем, украинские националисты не ждали немецких указаний. В течение всего сентября и октября 1939 года на территории Волыни и Восточной Малопольши они убивали мирных польских беженцев, солдат и офицеров. В 1939 году, перед лицом советского наступления, «националистическая революция» не удалась. Гитлер, желая компенсировать деятелям ОУН утрату их надежд, 25 сентября позволил им пересечь советско-немецкую демаркационную линию и спрятаться под крыло Третьего Рейха[322].
На оккупированных немцами польских землях на территории генерал-губернаторства украинцы, в особенности интеллигенты, получили привилегированные позиции: они заняли многие должности в политической и экономической администрации, притесняя поляков и евреев. Они начали украинизацию Хелмского, Замойского и Жешовского краев. Следует констатировать, что украинцы встали на путь сотрудничества с гитлеровским и советским оккупантами. Это вызвало множество конфликтов с польским подпольным государством. В то же время, в специальной полицейской школе в Закопане, немцы проводили обучение полицейских кадров, состоявших из украинских националистов. Это ее выпускники позднее стали палачами в Службе Безопасности ОУН. Действия украинских националистов должны были вызвать противодействие со стороны польского общества, т. е. смертные приговоры тайных судов польского подпольного государства.
Начало войны немцев с Советским Союзом в 1941 году застало украинских националистов уже хорошо подготовленными к построению собственного нацистского государства. Однако его провозглашение 30 июня 1941 года во Львове было отвергнуто немцами. Бандеровцы на несколько месяцев вошли в состояние конфронтации с Германией. Многие украинские националисты были брошены в лагеря и тюрьмы. Некоторых расстреляли. Мечты рушились. ОУН разделилась на 2 фракции. Ее мельниковская часть и далее явно взаимодействовала с немцами, украинские разведывательно-диверсионные батальоны «Нахтигаль» и «Роланд» успели провести во Львове и других пограничных городах погромы евреев и польской интеллигенции.
Тысячи молодых украинцев вступили в украинскую вспомогательную полицию (Hilfspolizei). Многие из них ранее служили в советской милиции, помогая депортировать поляков в Сибирь. В 1942 году эта полиция приняла активное участие в ликвидации еврейских гетто: На Волыне и в Малой Польше 12 тысяч украинских полицейских на немецкой службе вместе с 1400 немцами уничтожили свыше 450 тысяч польских евреев[323]. Без их участия Холокост был бы невозможен. Участие в массовом истреблении евреев изменило моральный облик этих полицейских. Дезертировав весной 1943 года, они стали ядром УПА, искушенным в убийствах. Именно этот опыт позднее позволил им истребить 134 тысячи поляков и несколько десятков тысяч украинцев, которые не хотели принять нацистскую идеологию и методы, применявшиеся ОУН-УПА.
Мы можем констатировать, что главной причиной геноцида на Кресах было стремление ОУН-УПА к созданию моноэтнического авторитарного централизованного государства нацистского типа. Genocidium atrox был возможен благодаря многолетнему, а может быть, даже длившемуся несколько поколений, воспитанию галичан сначала радикальными партиями, а позже ОУН, в ненависти к «чужим», «оккупантам» или, как говорили, «заиманцам». Планы геноцида впервые были конкретно озвучены на Учредительном Съезде ОУН в Вене в 1929 году. Теоретически их развила старая гвардия ОУН (позже названная фракцией Мельника). В момент начала Второй мировой войны сформировались условия для того, чтобы галицийские нацисты бандеровской фракции могли приступить к реализации программы. Вот ее важнейшие положения, методы и условия реализации:
1) Стремление к построению авторитарного нацистского галицийского (украинского) государства на землях, принадлежавших Второй РП.
2) Воспитание ОУН в духе ненависти к полякам широких масс активистов и сторонников этой организации, а также просто крестьян и молодежи.
3) Массовое сотрудничество с советским и немецким оккупантом.
4) Антипольская направленность коллаборационистской украинской вспомогательной полиции на немецкой службе, раннее принимавшей участие в истреблении сотен тысяч польских, украинских и белорусских евреев.
5) Желание многих украинцев обогатиться за счет поляков и евреев в условиях войны.
6) Массовая антипольская и антисемитская пропаганда галицийских (украинских) общественных организаций, связанных с интегральным украинским национализмом, т. е. местным нацизмом.
7) Вера в пропаганду союзников, говорившую о создании второго фронта на Балканах и об ударах с юга по центру Европы.
8) Планы, связанные с первой версией операции «Буря» и планы удара на Львов из Люблина и Перемышля в последней фазе войны.
9) Опасения вероятного захвата Восточного пограничья польской армией, направляющейся с запада (как это случилось в 1919 году).
10) Поражение войск Третьего Рейха под Сталинградом, т. е. поворот в войне в пользу Советского Союза и союзников (в т. ч. Польши).
Эти обстоятельства стали основанием для принятия решения на Конференции ОУН в феврале 1943 года. Их результатом, согласно с политической линией и планами ОУН, стал массовый геноцид польского населения сначала на Волыни, а затем в Восточной Ма-лопольше. Лицом, непосредственно ответственным за принятие решений о совершении этого преступления, является Микола Лебедь, возглавлявший ОУН до августа 1943 года, а после войны офицер ЦРУ, «специалист» по коммунизму.
До и во время истребления поляков ОУН-Б одновременно убивала своих врагов среди украинского общества, т. е. сторонников Мельника и Тараса Бульбы-Боровца, русофилов, членов Товарищества поместной шляхты, украинцев латинского вероисповедания, баптистов, пятидесятников и т. д. Об этом говорят данные, опубликованные украинским ИНП на основании исследований, проведенных в трех волынских повятах. Они показали, что на территории этих трех повятов во время Второй мировой войны погибли 5935 украинцев от рук ОУН-УПА, 1248 украинцев от рук НКВД, 1225 убиты немцами и 32 — поляками[324].
Предпринимаемые деятелями и апологетами ОУН попытки переложить ответственность за собственные преступления на поляков не сходятся с фактами. Точно так же, как и попытка найти причины геноцида ОУН-УПА в политике Второй РП. Это обвинение, выдуманное пропагандистами ОУН во время Второй мировой войны, до сих пор поддерживают апологеты и наследники украинского интегрального национализма, а также недобросовестные, а иногда недоучившиеся, историки и публицисты и враждебно настроенные к Польше политики. Они должны отдавать себе отчет в том, что, прославляя эти преступления, берут на себя часть ответственности за них.
Ужасающие преступления, которые совершили галицийские и украинские нацисты из СБ ОУН и УПА, а также коллаборационисты всех мастей, находятся в абсолютном противоречии с европейской культурой и христианской религией. Никакая ложь украинских националистов не убедит жителей Европы, что у этих националистов есть собственная специфическая система ценностей, которая чудесным образом прощает им преступления, совершенные с высокой целью построения независимого единого государства. Преступления, которые они совершили, еще более отвратительны, поскольку на землях Восточной Малопольши было 35 % смешанных браков: польско-украинских и украинско-польских. Поэтому мы можем предполагать, что у значительной части населения малопольских деревень и городков были какие бы то ни было родственники — бабушка, дедушка, тетя или дядя — польской или галицийско-украинской национальности. Мы видим, что может совершить нечеловеческая, языческая и одновременно нацистская идеология, опирающаяся на ненависть. Однако, современные жители этих мест, не хотят принимать такую правду во внимание. Они предпочитают жить в сказочной и выдуманной истории, что рано или поздно жестоко им аукнется. Как написал Бронислав Вильдштайн: «Не признавая исторической правды, трудно строить будущее»[325]. Поэтому, во имя лучшего будущего, в противовес устремлениям крайних галицийских политиков, украинцы и галичане, должны захотеть узнать и признать правду. И по-христиански не только простить, но и выразить раскаяние, чтобы, во имя лучшего будущего, урегулировать исторические споры, которые до сих пор разделяют братские соседские народы.