Сердце замирает, когда мы читаем задокументированные факты и подробности преступлений ОУН-УПА, о которых пишут газеты и журналы на Украине в канун столетия со дня рождения Р. Шухевича. В своей статье во влиятельной украинской газете «Зеркало недели», Ю. Шаповал приводит факты, отраженные на интернет-сайте Партии Регионов, в т. ч. о том, как в пятидесятую годовщину Шухевича УПА преподнесла ему в подарок три головы замученных поляков[764].
Необходимо также упомянуть о спланированной резне поляков на Волыни, где были зверски убиты 120 000 этнических поляков.
Вопреки фактам, бывший работник Института истории КПСС при Центральном Комитете Коммунистической партии Украины (а сегодня работник другого научного института), оценивает Р. Шу-хевича, как выдающуюся личность, а газета «Век» упоминает, что в 201-м штрафном батальоне, подчинявшемуся генералу СС Эриху фон дем Бах-Залевскому, палачу Варшавы и Белоруссии, Роман Шухевич занимал высокую должность, чем сам хвалился в письме к своему духовному наставнику А. Шептицкому.
22 сентября 1942 года, т. е. уже после ликвидации немцами марионеточного украинского правительства Я. Стецько, солдаты 201-го батальона поголовно уничтожили украинскую деревню Кор-телесы на Волыни (было сожжено живьем 2 875 жителей деревни, в т. ч. 1 600 детей). За эту и другие операции Р. Шухевич был награжден двумя Железными Крестами[765]. Это лишь незначительная часть только то, что публикуется на страницах левой печати. Диаметрально противоположную позицию занимают авторы публикаций из националистических кругов. В них Р. Шухевич представлен как легендарный националист, сражавшийся за независимость Украины, несгибаемый главнокомандующий УПА и других формирований.
Кроме того, необходимо отметить альманах «Наша Волынь», который в 2003 году, к 60 годовщине УПА, опубликовал очерк, посвященной истории этой организации. Авторы публикации, В. Пранчук и В. Шишковский, не владея элементарными знаниями, отважились на нескольких страницах изложить многовековую историю Волыни.
Свои замечания мы выражаем исключительно по поводу того образа событий Второй мировой войны, который был представлен украинскими националистами. Здесь читатель не дождется со стороны украинцев извинений за массовые преступления против поляков.
Одновременно здесь провозглашаются героями оуновец Дмит-ро Клячковский, Тарас «Бульба» Боровец, Микола Лебедь и другие. Поляки представлены как грабители, приспешники гитлеровцев и красных партизан, угнетатели украинцев.
Опубликованы карты «Великой Волыни», на которых в качестве важнейших украинских центров перечисляются польские города — Белз, Хелм, Хрубешов, Бяла Подляска и другие польские населенные пункты. Подобная ревизия государственных границ является уголовным преступлением[766].
Кость Бондаренко в журнале «Дзеркало тижня» пишет, что на Волыни не было этнических чисток, а только лишь столкновения между этническими группами и противоречия на религиозной почве. Бондаренко считает, что на Волыни погибли 15 000 поляков и 12 000 украинцев[767].
Сегодня вызывает беспокойство героизация лидеров ОУН-УПА украинским государством. В информационных программах телевидения, радио, на страницах печати, в кинотеатрах, на конференциях и семинарах продолжается одурманивание и обман общества, а особенно молодежи.
Известный ученый, академик и общественный деятель Мирослав Попович считает, что Украина должна взять на себя ответственность за волынскую резню и покаяться[768].
Самое время, чтобы украинский Институт Национальной Памяти предпринял усилия, чтобы остановить тех, кто пропагандирует интегральный национализм на Украине. Необходимо это сделать, пока еще не поздно. Первые шаги президента Виктора Януковича дают надежду на более успешное разрешение этих вопросов.
Игорь ИльюшинКиевский государственный университетУПА и АК. Военно-политический конфликт на Западной Украине (Волынь и Восточная Галиция в годы Второй Мировой войны)
Проблема, которая вынесена в заголовок данной статьи, до сих пор остается одной из наиболее горячо обсуждаемых тем польской и украинской историографии, а также наиболее болезненной проблемой в актуальных отношениях между соседними народами. Несмотря на то, что с момента этих событий прошло уже почти 70 лет, многие поляки и украинцы все еще не могут простить обид, причиненных друг другу во время последней мировой войны.
Хорошо известны случаи преследования польскими властями во Второй Речи Посполитой украинского национального меньшинства. До сего дня не затянулись раны в памяти украинского населения, которое пало жертвой депортации в 1947 году, известной как операция «Висла». В свою очередь польская сторона, а прежде всего представители старшего поколения, не соглашаясь с тем, что украинцы в Польше в прошлом действительно страдали от необоснованных преследований, заявляют, что «обиды, которые были причинены украинцам со стороны Второй Речи Посполитой, несравнимо малы в сравнении с преступлениями, совершенными УПА против поляков»[769].
Подтверждением подобного положения вещей была проходившая летом 2003 года дискуссия по поводу трагических событий на Волыни, а также памятные мероприятия в честь жертв по обе стороны границы. Продолжением этой дискуссии стало постановление Сейма Польской Республики от 15 июля 2009 года, касавшееся трагической судьбы поляков на Кресах[770].
Однако предпринятые до сей поры Киевом и Варшавой шаги не закрыли научных дискуссий, а, напротив, стали серьезным импульсом к формированию нового взгляда на исторические события. Несмотря на то что, в силу различных причин, конфликт на Волыни был наиболее кровавым, а факты, касающиеся этой темы, получили в последние годы наибольшую огласку, стоит заметить, что в 1939–1945 гг. военно-политический конфликт между Организацией Украинских Националистов (ОУН) и Украинской Повстанческой Армией (УПА) с одной стороны, и представительскими структурами польского правительства в эмиграции и Армии Крайовой (АК) с другой, охватил практически все территории, которые совместно заселяли украинцы и поляки, т. е. не только Волынь, но также Восточную Галицию, Хелмщину, Подляшье, Надсанье, Лемковщину. Поэтому мы считаем, что эти события следует анализировать комплексно, а также в контексте всей предыдущей истории польско-украинских отношений.
В Годы Второй мировой войны одной из главных причин этого конфликта, на территории совместно заселенной обоими народами, было то, что поляки, высоко оценивая свой значительный вклад в экономическое и культурное развитие земель Западной Украины, и ошибочно считая, что данный вклад никто не может отрицать, с сентября 1939 года, с момента утраты этой территории, ни на минуту не сомневались в том, что после победы союзников она должна быть возвращена Польше.
Поляки полагали, что единственным народом, с которым по определенным причинам стоит считаться при определении послевоенного статуса Волыни и Восточной Галиции, являются местные украинцы, а это около 5 млн. человек. Однако наиболее влиятельные военно-политические круги в Польше рассматривали данную проблему, прежде всего как внутреннюю, игнорируя существование «Великой Украины», которая была создана в том числе при участии большевиков. В ходе обсуждения[771] территориального конфликта с представителями украинских политических сил, местных украинцев не рассматривали как равноправных партнеров — от них лишь ожидали, чтобы в условиях разгрома и оккупации Польши они оставались по отношению к ней лояльны.
Позиция, которую разделяли Делегатура Правительства ПР в Польше и руководство АК на Волыни, поддерживалась местным польским населением, и оставалась в абсолютном противоречии с планами наиболее влиятельной в то время на этих землях политической силы — бандеровской фракции ОУН. Это стало причиной роста напряжения в польско-украинских отношениях, которое в конце 1942 — начале 1943 гг. переродилось в кровавый конфликт.
В определенный момент эпицентром этого конфликта стали Хелмщина и Волынь, где со второго квартала 1943 года взаимные убийства стали чем-то обыденным. Без сомнения, это было связано с созданием первых партизанских отрядов — как польских (на Хел-мщине), так и украинских (на Волыни). Существенной причиной этих убийств было также осознание того, что война приближается к концу, и, в преддверии решающих для обоих народов событий, необходимо нейтрализовать потенциальных претендентов на власть в регионах, совместно населенных поляками и украинцами.
Современного исследователя ожидают существенные трудности при попытке ответить на вопрос, в какой мере антиукраинские действия отрядов АК и БХ на Хелмщине и Хрубешовщине во время реализуемых гитлеровцами переселений, могли спровоцировать массовый антипольский террор со стороны формирований УПА на Волыни. Однако документация украинского подполья доказывает, что ОУН-СД (самостийники-державники) или ОУН-Б к решению о начале проведения операции по «деполонизации» на землях Волыни и Восточной Галиции подтолкнули действия местных поляков (т. е. поляков волынских и галицийских).
На основе продолжающихся уже долгое время исследований причин, а также мотивов, которые привели к тому что волынское руководство ОУН-Б и руководство УПА во главе с Дмитро Клачкивским («Климом Савуром») приступило к массовым операциям на Волыни, можно сформулировать следующий вывод:
Польско-украинский конфликт был вызван в первую очередь не присутствием отрядов АК, которые были созданы только лишь в качестве ответной меры на упомянутую операцию, и не присутствием на землях Волыни и Восточной Галиции политического представительства польского эмигрантского правительства, обязанного в любых условиях воплощать в жизнь правительственные планы по удержанию послевоенной Польшей ее восточных территорий, хотя оба этих фактора и сыграли в этих событиях свою роль.