ивидуалисты, которых мы презираем… Они просто не могут работать в команде, в структурированном коллективе. А мы… Акционерное Общество «Мафия» на данный момент держится в пятерке наиболее перспективных общемировых корпораций. Наш капитал оценивается в сотни миллиардов. Мы предоставляем десятки тысяч рабочих мест. А нашу динамику развития экономические эксперты называют выдающейся даже на фоне финансового кризиса последних лет…
- Люди, которых вы убили или ограбили, несомненно, будут этим весьма утешены, - сказал Соломон. Может, излишне дерзко – для человека, привязанного к инвалидному креслу.
- Во-первых, насильственные преступления устаревают так же, как и само насилие, - наставительно сказал Пацци. Сигарету он уже успел выбросить и теперь разгуливал взад-вперед по комнате, заложив руки за спину, - Фальсификация, информационный шантаж, проституция, юридическое мошенничество – все это куда выгоднее пошлого ножа на темной улице. А уж когда появился рынок нейро-софта… Ну, не мне вам говорить. Вы должны представлять, сколько миллиардов крутится в этой сфере. А во-вторых… Стабильность и честность – залог взаимовыгодных отношений, аксиома среди рыночных законов. У нас ведь есть утвержденные квоты. Раз в месяц мы сдаем Транс-Полу по пять насильников, двадцать воров, кажется, пятнадцать подпольных букмекеров… Никто из них не отпирается и не чинит препятствий следствию, они все согласны покаяться в преступлениях и принять наказание. Ведь это оговорено в их контрактах. Комиссару Бобелю не требуется ломать голову, вашим коллегам – рисковать шеей, а преступникам – терзаться неизвестностью. Всемогущий рынок уничтожил изжившие себя принципы. Сотрудничество и кооперация вместо соперничества и конфронтации, вот девиз сегодняшнего дня.
- Похищение детектива – тоже форма сотрудничества?
Пацци только хмыкнул.
- Ну, вы можете считать это особенным случаем. Обстоятельством форс-мажора. Конечно, похищение человека Транс-Пола – это фол в нашем виде спорта. Такое не позволяется. Но, как я уже сказал, с официальной точки Акционерное Общество «Мафия» никоим образом не ответственно за вашу судьбу.
- Значит, вот как вы играете по правилам? – у Соломона едва подавил желания рвануть вновь ремни, - До тех пор, пока правила вас устраивают? А потом плюете на них, так ведь?
- Законы рынка, сеньор! – Пацци скорбно вздохнул, - Им повинуются простые смертные, боги и целые галактики. В данном случае слово рынка неумолимо. Ему нужны вы.
Это прозвучало так неожиданно, что Соломон недоверчиво уставился на него.
- Причем здесь рынок? И кому я нужен?
- Не совсем вы, сеньор детектив, не совсем. Скажем так, рынку нужно то, чьим хранилищем вы, вольно или нет, являетесь.
- Но я пуст! – крикнул Соломон, вновь напрягаясь в кресле, подлокотники болезненно уперлись в запястья и локти, - Вы же знаете это, Пацци, знаете прекрасно! У меня нет нейро-софта даже на медяк! Я пуст, как старая консервная банка!
- Си, - веки сеньора Пацци медленно сомкнулись и также медленно разошлись, - Это так. Но я говорил о другом. О, подчас мы сами не знаем, хранилищем каких ценностей являемся.
Соломон понял. И, еще не обдумав до конца эту мысль, почувствовал, как начинают мелко дрожать пальцы рук.
- Нейро-бомба. Вот, что вам надо. Нейро-бомба в моей голове.
Пацци с достоинством кивнул.
- Си, сеньор. Та маленькая невидимая штучка, которая щелкает у вас в голове. Не бойтесь, она не причинит вам вреда.
Кажется, он не лгал. Но Соломону все равно казалось, что в комнате невероятно холодно и капли пота на лбу и спине замерзают, мгновенно превращаясь в крохотные хрустящие кристаллики. Наверняка, нейро-бомба не причинит ему вреда. Но вот люди, собравшиеся здесь…
- Не будьте идиотом, Пацци! – сказал он, стараясь держаться спокойно, - Она не представляет ценности. Она работает только у меня в голове и она запрограммирована на меня. К чему она вам?
- Не мне, - мягко поправил сеньор Пацци, - Нашей организации. Мы давно знали про эту старую фордовскую разработку. Очень высокотехнологично. Очень элегантно. Аналогов не существует. А сеньоры из Форда, как вы понимаете, слишком самоуверенны, чтобы делиться своими нейро-секретами. Такими вещами делиться не принято.
- Вам нужно оружие. Вам просто нужно оружие. Вы… Великий Макаронный Монстр! Эволюция, усовершенствование, новые формы… - Соломон едва сдерживал истеричный смех, конвульсивно сжимавший его грудь, - Я здесь просто потому, что вам понадобилась самая большая дубина?
- А также самая эффективная и самая аккуратная, - промурлыкал Пацци, - Мы-то отлично представляем ее ценность. Поверьте, не один год и не два мы охотились за этой технологией, но ни разу она не попадала нам в руки. Сеньоры из Форда хорошо умеют заботиться о своих инвестициях. Умели, пока ваш нейро-психопат каким-то образом не завладел их игрушкой и не стал ее использовать по своему разумению. Не знаю, как ему удалось наложить на нее руки, но меня, по большому счету, это и не интересует. Довольно и того, что вы здесь.
- Идеальное оружие для мафии, - пробормотал Соломон через силу, - Любое убийство можно замаскировать под суицид. Никаких следов и минимум риска.
- Ну разумеется. Кроме того, вы забываете еще одну деталь. Нейро-бомбу можно настроить на срабатывание при наступлении определенных условий. Это значит…
- Это значит, что вы сможете надеть ошейник на всякого, кого вздумается! – прервал его Соломон, - Вы можете запрограммировать нейро-бомбу на срабатывание в том случае, если ее носитель вздумает обратиться в Транс-Пол. Очень ловко. Человек может обмануть микрофон или самую внимательную слежку, но он никогда не сможет обмануть сам себя. Полный контроль. Чертовски удобно. Не успевает человек поднять телефонную трубку, чтоб доставить вам неприятности, как на него накатывает острая тоска, и спустя минуту он уже болтается в петле. Чисто и аккуратно, а главное, ни у кого не возникает ни малейших подозрений. Классическое самоубийство. А вы экономите на услугах специалиста.
Франчезко Пацци смотрел на Соломона, немного искривив тонкие губы, но насмешливым выражение его лица не выглядело. Скорее, снисходительным. С таким выражением лица охотник смотрит на уже распластанную дичь, оказавшуюся слишком неуклюжей и медленной. Он сознавал свою силу и намеренно не выказывал ее, продолжая эту неуместную пародию на диалог. Своим обходительным тоном он словно демонстрировал, что Соломон – полноправный собеседник и его личный гость. И его вежливость с каждой минутой делалась все более зловещей. Может, он и казался хлыщом в дорогом костюме, но Соломон прекрасно понимал, что перед ним – опаснейший хищник, ловкий, безжалостный и уверенный в себе. Волк, нашедший свое место в Городе Серого Камня, над которым горят переливающиеся неоновые небеса. И если этот волк еще не сомкнул челюсти на шее своей жертвы, это не означало, что он испытывает жалость. Скорее, скуку.
- Вы совершенно правы, сеньор Пять, - заметил он, обходя кругом инвалидную коляску Соломона, - Даже вы понимаете, насколько это элегантное и красивое оружие. Как глупо будет, если оно останется в руках у обычного безумца, не способного понять его настоящую цену.
- Вы теряете время, Пацци. Эта бомба – не камень у меня в кармане. Она вплетена в цепочки нейронов моего мозга, и никаким образом вы ее выковырять не сможете.
- Ну, вы слишком плохого мнения о наших нейро-специалистах, - Пацци подмигнул ему, - Уверяю вас, у них есть чему поучится даже костоправам Транс-Пола. Нет, конечно же я не могу быть уверенным на сто процентов в том, что они смогут вырезать из вашего мозга то, что нам интересно. Но они приложат для этого все усилия, уж в этом могу вас уверить. Они препарируют ваш мозг с величайшей тщательностью. Увы, нам придется пойти на необратимые повреждения, в данном случае цель того стоит. Я говорю не об обычной нейро-коррекции, она слишком поверхностна и несовершенна. Фактически, ваш рассудок разберут на мельчайшие составляющие. Вы бы удивились, узнав сколь много их даже у самого невзрачного человека… Нейроны, синапсы, танициты, ромбомеры, плакоды, коннектомы… Не правда ли, они звучат как названия сыров?..
Соломон не думал о сырах. Он чувствовал, как желудок его съежился, став скоплением едких газов в сморщенной оболочке. Он вдруг заметил еще один предмет, стоявший в комнате. Будь на его месте настоящий Соломон Пять, он бы сразу обратил внимание на эту деталь интерьера, выглядевшую тут абсолютно чужеродно и накрытую белой тканью. Нейро-корректор. Соломон узнал его, как приговоренный узнает хищный профиль гильотины, еще скрытой чехлом.
Его страх не укрылся от внимательного и острого взгляда Пацци.
- О нет, - сказал он, со смешком сдергивая ткань и обнажая блеклый пластик, металл и дерево, - Это самый обычный бытовой аппарат. Он здесь только для того, чтоб я мог убедиться в… вашей особенности, сеньор детектив. Просто небольшое сканирование. Вы ведь не станете возражать?
Возразить он не успел. Двое подручных Пацци, то ли уловив незаметный знак, то ли верно поняв интонации своего вице-капореджиме, проворно ухватили коляску Соломона за подлокотники и потянули ее вперед, к нейро-корректору. Сопротивляться Соломон не мог, резиновые колеса послушно шуршали по полу.
- Я лишь проверю, действительно ли вы пусты, сеньор детектив, - сказал Пацци легко и свободно, так, словно говорил о заказе легкого ужина, - Если эта информация подтвердится, мы с вами перейдем на иной уровень общения. Я вколю вам одно прекрасное средство, которое погрузит вас в долгий и приятный сон без сновидений. В таком состоянии вреда вам не причинит даже нейро-бомба, ведь ваше сознание будет блуждать сумеречными лугами и не сможет спустить курок.
- И вернуться, насколько я понимаю, мне будет уже не суждено?
Пацци вздохнул, как человек, вынужденный признать очевидную, но неприятную деталь.
- Боюсь, что нет, сеньор детектив. Как я уже сказал, чтобы изъять нейро-бомбу, нашим специалистам потребуется разложить ваш мозг до того уровня, когда его функции прекращают полноценно работать, а основные нейронные связи рвутся. Биологически вы будете живы. На деле же… Признайтесь, привлекает ли вас существование в роли нейро-зомби? По-моему, это не жизнь, лишь насмешка над жизнью. Такое будущее недостойно вас. Вы определенно из тех людей, которые предпочитают умереть человеком, а не человекообразным комом бездумной плоти. Виноват. Вы определенно относились к таким людям в прошлом… Однако, не будем медлить. Я очень не хочу, чтобы эта маленькая прелестная штучка в вашей голове начала свою работу прежде, чем я закончу свою. Лука, Хадид, подкатите сеньора детектива сюда. Ничего, что он сопротивляется. Он просто слишком смущен. Смелее, сеньор детектив! Ну же!