Эта мысль придала уверенности и решимости, позволяя достигнуть душевного равновесия.
Глава 22
Утром за завтраком я давала указания Сьюзан и Тому, как действовать, если Грег заявится в мое отсутствие. Работу в лавке ведь никто не отменял, и я не смогу круглосуточно присматривать за ними.
- Я оставлю с вами Габриэля. В пределах города он вполне может находиться от меня на расстоянии. Так что в случае чего подстрахует. Но лучше вам стараться не выходить из дома. В обед я приду, и мы попробуем забрать ваши вещи. Если нет, отправимся за покупками.
Сьюзан кивала с задумчивым видом, Том же с улыбкой сказал:
- Не переживайте, тетушка Мелли. Раз с нами Габриэль, все будет в порядке!
Я только вздохнула. Вот вмешательства собаки хотелось бы избежать! Слишком сильно это может аукнуться нам с Габриэлем.
- Мелли, - подала голос соседка, - я ведь не могу постоянно сидеть на твоей шее. Нужно какую-нибудь работу найти.
- Подумаем об этом. Может, Эмиль что-то подскажет. Но пока все не уляжется и Грег не угомонится, лучше быть осторожными.
- Тогда давай я, хотя бы, возьму на себя все хлопоты по хозяйству, - предложила Сьюзан. Видно было, что ей неловко пользоваться моей добротой, ничего не давая взамен.
- Вот тут не откажусь! - улыбнулась я.
Лицо подруги просветлело, и она уже с большим энтузиазмом кивнула.
- Тогда к твоему приходу на обед приготовлю что-нибудь вкусненькое.
Не успела я сказать, что это отличная идея, как раздался громкий стук в дверь. Мы все вздрогнули и напряглись. Неужели опять Грег заявился?! Моя угроза не впечатлила? А вчера казалось иначе!
В этот раз Сьюзан и Том сразу пошли за мной следом. Габриэлю я велела пока скрыться из глаз, но быть начеку.
Вот только за дверью ожидал вовсе не сосед, а четверо вооруженных воинов. Не ожидая от их появления ничего хорошего, я расправила плечи и постаралась держаться уверенно. Слабость показывать нельзя ни в коем случае!
- Мелани Фирье?
Не видя смысла отрицать очевидное, подтвердила.
- Нас попросили доставить вас в ратушу, - не тратя времени на церемонии, сообщил главный из них и протянул мне какую-то бумагу.
Развернув свиток, я прочла постановление, подписанное мэром. Мне полагалось явиться к нему незамедлительно. По спине невольно пробежал холодок неприятного предчувствия.
Мужчины держались напряженно и, хоть мечей из ножен не доставали, смотрели цепко, отслеживая каждое движение. Неужели считают, что я наброшусь на них или магию применю? Да на них защитных артефактов навешано столько, что буду самоубийцей, если рискну! Пока с одним разбираться стану, остальные тут же скрутят и закуют в антимагические браслеты. Нет уж, дураков нет! Да и пока никто ничего плохого мне не сделал. Просто городское начальство хочет поговорить, прежде чем принимать какое-то решение. Если, конечно, я все верно поняла.
- Хорошо, я готова.
Повернувшись к встревоженным Сьюзан и Тому, постаралась улыбнуться как можно увереннее.
- Не переживайте! Все будет хорошо.
Мысленно велела Габриэлю оставаться с ними, пусть он и недовольно заворчал. Пес считал, что сейчас ему лучше находиться рядом со мной. Вот только рисковать еще и им я не собиралась!
За забором ждал закрытый экипаж, куда меня и погрузили. Двое воинов сели туда вместе со мной, остальные ехали по обе стороны верхом.
Через какое-то время карета остановилась, и дверца распахнулась. Мне даже подали руку, помогая выйти, хотя почти сразу поспешили ее отдернуть, словно боялись чем-то заразиться.
Мысленно хмыкнув, я оглядела внушительного вида здание, выигрышно выделяющееся на фоне остальных. Ратуша. Тут, насколько я успела узнать, находились городская администрация, полиция и суд. Все в одном флаконе, далеко ходить не надо.
В голове крутились невеселые мысли, как бы ни пыталась храбриться. Вот сейчас объявят приговор и возьмут под арест. А дальше моя участь будет незавидной! Но пока вели себя со мной корректно, и это давало надежду. С преступниками обращаются иначе.
Все те же четверо воинов проводили меня внутрь, минуя охрану, с любопытством глазеющую на меня. Попадающиеся по пути чиновники и посетители тоже косились, но тут же отводили взгляд. Явно боялись связываться с некромантом. Вдруг еще проклянет!
Проводили меня прямо в кабинет мэра. Причем охрана удалилась, едва я переступила порог. Видимо, заранее получили соответствующие указания.
В просторном помещении, где явно прослеживалось стремление поразить всех роскошью, находились трое мужчин. Мэра Тарлина - Гийома Дресуа и капитана полиции - Алена Мирье я уже видела раньше.
Первый - мелкий дворянин, выслуживший себе должность у графа Дюкрейна. Тощий мужчина, чем-то неуловимо похожий на цаплю, с пышными густыми усами, что смотрелись на его физиономии донельзя несуразно. Вот только он сам ими гордился и ухаживал, что служило предметом постоянных шуточек горожан.
Второй - дядя моего соседа Грега Мирье, по виду настоящий вояка. Как и племянник, не слишком высокого роста, но мужественный и крепкий, с глубокой проседью в темных волосах. Вот только выглядел повнушительнее родственника. Может, виной тому тяжелый и пронизывающий взгляд, что, казалось, замечал каждую деталь всего, что окружало. Сильно захотелось опустить глаза, когда он в упор посмотрел на меня. Но я выдержала, радуясь тому, что под длинным платьем не видно, как начали трястись ноги.
Впрочем, как только я поняла, кем является третий из присутствующих мужчин, как тут же забыла и о мэре, и о капитане полиции. Не уловить внешнее сходство не смог бы разве что слепой! Передо мной была практически точная копия Ланса, только постаревшая и в одежде, что носят аристократы, а не воины. Та же атлетическая фигура с широким разворотом плеч, привлекательное мужественное лицо с волевым подбородком, пронзительно-яркие светлые глаза. Разве что цвет волос другой. У графа Жюста Дюкрейна они были темные, хоть и испещренными сединой. Ланс, видимо, в этом пошел в мать.
Вот графа я тут встретить не ожидала совершенно, и мое и так с трудом сохраняемое самообладание затрещало по швам. Что он здесь делает?!
- Приветствую вас, мадемуазель Фирье, - после показавшейся вечностью паузы заговорил со мной мэр. Голос у него оказался на удивление басовитым и низким, что не вязалось с обликом еще больше, чем усы. - Или и по поводу вашего имени вы ввели всех в заблуждение?
Скрывать дальше смысла не имело, поэтому я отозвалась:
- Мое настоящее имя Мелани Фрей.
- Фрей? - вскинул брови капитан полиции. - Вы, случаем, не родственница тем Фреям, что держат торговую контору «Фрей и сыновья»?
- Вы правы, - я даже удивилась его осведомленности. Но видимо, этот человек не зря на своем месте находится. - Я дочь Фабьена Фрея.
- Вот как? Интересно, - протянул Ален Мирье. - Как же так случилось, что вы оказались здесь, имея такую родню?
- Мне бы не хотелось об этом распространяться. Да и не думаю, что это имеет какое-то отношение к делу, ради которого меня сюда позвали.
- А мне кажется, имеет, - не согласился капитан. Его глаза стали жесткими и колючими. -Вдруг вы в родном городе натворили нечто такое, из-за чего даже влиятельный в определенных кругах отец не смог вас прикрыть. А здесь решили затеряться, пока шум не утихнет.
От возмущения я даже рот раскрыла.
- Ничего плохого я никому не делала! Просто решила начать новую жизнь в другом месте. Разве это преступление?
- Полагаете, мы поверим на слово особе, что так ловко водила всех за нос и скрывала правду о себе? - иронично спросил капитан.
- Довольно! - вмешался неожиданно граф.
И от властных ноток в его голосе даже у меня возникло желание вытянуться по струночке и быть готовой выполнять все распоряжения. Пришлось даже укусить себя за внутреннюю сторону щеки, чтобы сбросить странный эффект, что мне категорически не нравился.
- Гийом, Ален, оставьте нас ненадолго. Я хотел бы поговорить с мадемуазель Фрей наедине.
И почему от его слов стало еще страшнее, а на молча подчинившихся капитана и мэра теперь смотрела чуть ли не с отчаянием? Предпочла бы, чтобы они остались. Находиться наедине с этим мужчиной, рядом с которым казалась совсем маленькой и беззащитной, совершенно не хотелось. Но кто меня слушать будет?!
Дверь за ушедшими мужчинами вскоре закрылась, и граф махнул мне рукой в сторону одного из свободных кресел.
- Присаживайтесь, мадемуазель Фрей.
Хотелось гордо отказаться, но я чувствовала, что еще немного - и ноги точно подкосятся. А позорно падать на пол в присутствии этого человека - значит, окончательно признать свое поражение. М-да, неужели Ланс тоже однажды станет таким? Впрочем, учитывая то, как к нему относятся окружающие, вполне возможно, что кое-что от характера отца в нем есть уже сейчас. Это со мной он всегда был мягок и деликатен. Был. От того, что это уже в прошлом, сердце тоскливо сжалось.
Посмотреть прямо в глаза графа Дюкрейна, так похожие на глаза его сына, оказалось выше моих сил. Их и так уже оставалось немного. Потому я упорно разглядывала собственные руки, чинно сложенные на коленях. И при этом чувствовала, как граф так же упорно разглядывает меня.
- Может, чаю или кофе? - неожиданно миролюбиво спросил мужчина. Тон его голоса изменился. Смягчился как-то.
Я, наконец, осмелилась поднять взгляд и увидела, что Жюст Дюкрейн едва заметно улыбается.
- Нет, спасибо, - выдавила из себя. - Давайте лучше сразу к делу.
- К делу? Ну, извольте! - иронично проговорил граф. - А дела ваши не слишком хороши, мадемуазель Фрей. Или позволите называть вас просто Мелани? Вы мне все же в дочери годитесь.
Прозвучало с некоторым подтекстом, когда он заговорил о дочери, и мои щеки вспыхнули. То, что граф прекрасно знает о наших с его сыном отношениях, несомненно. Но вот как к этому относиться, понять трудно.
- Хорошо, - произнесла в ответ.
- Отлично, Мелани. Рад, что вы идете на контакт.