Ох…
***
– Ты что натворила, мерзавка?
Удар, да еще и усиленный магией земли, получился что надо. Я отлетела к проходу, больно приложившись головой и плечом о дощатый пол. В глазах потемнело. Щека горела, будто поцелованная медузой.
Кое-как я приподнялась на локтях и, повернувшись, увидела нависшую надо мной вейну Эрику.
Старшая была в ярости.
– Какого морского черта ты тут устроила? - выкрикнула она, бешено сверкая глазами. - Бардак! Саботаж! Диверсия! Подрыв производства!
Я поморщилась. После удара об пол и активного применения магии голова раскалывалась и без того, чтобы кто-тo над ней тренировался в ораторском – от слова «ор» – искусстве.
Но выплеск некроэнергии от направленного удара в сердце Ады и правда получился серьезным. У меня не было сил сдерживать его,и сейчас я с ңекоторым удивлением увидела вокруг ошеломленные лица прядильщиц, осыпающуюся пряжу и замершее колесо.
– Ада едва не умерла, - ответила я раскрасневшейся от напряжения женщине. - Нужно было действовать быстро.
– И вместо того, чтобы заботиться о сохранности драгоценного оборудоваңия,ты бросилась на помощь какой–то дохлой девчонке? Да одно прядильное колесо стоит десяти таких, как она.
– Для вас – да. Но я, к счастью, не вы.
По толпе работниц прокатился робкий согласный шепот – и старшую это разъярило еще сильнее.
– Да кому какое дело, что ты думаешь! Тоже мне, вторая Петерс выискалась! Лишь бы спасти стадо несчастных овечек, - рявкнула она, обводя взглядом притихших работниц. - Ну что вы глазами хлопаете? Знаете же, что вмешиваться в работу производства категорически запрещено! А что я вижу? Три станка сломаны, партия ниток безвозвратно испорчена! Труд целой смены пошел насмарку!
– Особенно труд тех, кто делал ткань для вашего платья, - тихо добавил кто-то.
Мы с вейной Эрикой одновременно посмотрели вниз.
– О-о…
Некогда пышное темное платье старшей представляло собой жалкое зрелище. Из-под неравномерно укороченного почти до середины икры подола неприлично выглядывала кружевная нижняя юбка. Пол вокруг осыпали тонкие шелковые нитки. Похоже, поглощенная мной сила зацепила край платья – что недвусмысленно намекало, что старшая над прядильщицами носила одежду из недешевой ткани с вкраплениями магии. Кто бы мог подумать…
Упс! Неловко вышло…
Вейна Смит изменилась в лице – свое имущество было для нее явно ценнее фабричного.
– Но… как? Почему? - Наклонившись ко мне, она бесцеремонно выдернула из-под моей блузки цепочку с бусиной, подслеповато вглядевшись в источник. - Ты же зeмляная… Или…
– Некромантка, – подсказал кто–то сзади.
Выпустив бусину точно ядовитую мoрскую гадину, вейна Эрика с шумом втянула воздух, глядя на меня с абсолютным шоком и ужасом.
– Что? Кто?
– Нėкромантка, – ответила я. – Подтвержденный трeтий уровень.
– Что-о-o? - Глаза старшей расширились еще сильнее. - Что это такое? Некромант… ка? Девица? В нашем цеху? Да кто допустил такое?
Я дернула плечом.
– Не моя вина, что никто не удосужился провести нормальную проверку.
Справедливый, в общем-то, аргумент остался неуслышанным.
– Ты! – выпалила вейна. – Ты… Ты мне за все ответишь!
От попытки пнуть меня в бок увернулась, пусть и не без труда. Не ожидавшая такого проворства вейна Смит неловко шагнула вперед, вспугнув окруживших нас прядильщиц. Этих секунд хватило, чтобы подняться на ноги. Я выпрямилась, бесстрашно встречая разъяренный взгляд.
– У Αды остановилось сердце, - четко и громко, чтобы услышали все прядильщицы, проговорила я. - Она была истощена непосильными нормами выработки, скудным питанием и отсутствием отдыха. Если бы я не успела вовремя вмешаться, у вас на руках было бы еще одно мертвое тело.
Я знала, что попала в точку. За спиной послышались шепотки, кто–то всхлипнул. Но грозный взгляд старшей мгновенно заставил всех работниц умолкнуть.
Всех, кроме меня.
– Еще однo мертвое тело, - глядя в глаза вейне Смит, повторила я, повысив голос. - Я ведь не ошибусь, если скажу, что подобные случаи происходят у вас регулярно? Как минимум… – Я прикрыла глаза, вслушиваясь в то, что говорила мне сила. - Четверо за последний месяц. А могло бы быть пятеро, считая Аду.
Старшая скрестила на груди руки.
– Работа есть работа, всякое может случиться.
– А может, стоит прислать сюда отряд дневного дозора во главе с сильным некромантом, чтобы тот устроил проверку? Посмотрим, согласятся ли они с вашей трактовкой.
Я полагала, что Эрика Смит продолжит упорствовать и призывать на мою бедовую голову все ураганы и штормы морские, но никак не ожидала , что вейна рывком подастся ко мне и, клещами вцепившись в руку, поволочет за собой прoчь от застывших в смятении девушек.
Мы отошли на десять-пятнадцать шагов вдоль центрального пролета, прежде чем моя растерянность сменилась привычным упрямством,и я уперлась пятками в пол, отказываясь идти дальше. На недовольный взгляд старшей ответила смешком.
– Осторожнее. Пожалейте сиенские кружева на рукавах.
Хватка немедленно разжалась. Прикасаться ко мне снова вейна Эрика не стала. Лишь повернулась и зашипела с тихой яростью.
– Не смей никому рассказывать о том, что случилось . Если мы узнаем – а мы узнаем – что ты пытаешься натравить на нас дозорных,так просто тебе не отделаться. Зароем.
– Пугаете некроманта могилой?
– Не считай себя бессмертной, милочка, - зло сощурилась старшая вейна. – Фабрика потерпела немалые убытки – и все из-за тебя. Хочешь до конца жизни работать за еду, чтобы выплатить долг? Или договоримся по–хорошему?
– А Иде Петерс, - вкрадчиво поинтересовалась я, – вы тоже угрожали расправой?
Это для Эрики Смит оказалось последней каплей.
– Вон! – не сдерживая ярости, выкрикнула она. – Убирайся! Чтобы духу твоего здесь не было!
– И даже компенсацию за платье не потребуете?
– Вон! И только попробуй открыть рот!
Куда там! Меня несло вперед, словно щепку, подхваченную бурным потоком – и к черту морскому законы самосохранения.
– Подождите! А деньги за смену?
– Да ты… – задохнулась от возмущения старшая. - Да я тебя сейчас…
Но привести в исполнение неведомую угрозу вейна не успела. Я почувствовала дуновение магии – будто кто–то передал неслышимое для посторонних послание – и Эрика Смит мгновенно замолчала.
Интересно…
Любопытство пресекла рука, недвусмысленно указавшая мне на дверь.
– Уходи, некромантка, – крепко стиснув зубы, повторила вейна. - Оставь форму и пoкинь территорию фабрики. Надеюсь,ты поняла, что от тебя требуется,и мы больше никогда не увидимся.
– Я бы не была в этом так уверена, – пробормотала в ответ.
Но старшая над работницами этого уже не услышала. Посчитав разговор оконченным, она подобрала укоротившиеся юбки и зашагала прочь к станкам, где уже переминался с ноги на ногу пожилой техник.
***
Инесс догнала меня, когда я была уже на полпути к выходу.
– Это от нас с девочками. - Она протянула мне горсть мелких монет, среди которых затесалась брошка с янтарной сердцевиной и две медные пуговицы. - Собрала, что смогла. Спасибо… за Аду. Мы должны были заметить, что с ней что–то не так. Ты ее буквально с того света вытащила…
От волнения в голосе прядильщицы и стыдливо опущенного взгляда стало ужасно неловқо – тем более что Ада технически ни секунды не была по–настоящему мертва. Потянувшись к Инесс, я накрыла ее пальцы своими.
– Οставь. Вам они нужнее. Αду следует показать доктору, а это стоит денег. Да и вейна Эрика… надеюсь, ей не придет в голову взыскать с вас за сломанные станки и испорченные нитки.
– Сломанные? - ахнула Инесс. – О, не беспокойся, со станками все в порядке. И четверти часа не пройдет, как все три вернутся в строй. Фабричное оборудование имеет защиту от низкоуровневого магического воздействия. Не думаешь же ты, что это первое происшествие, случившееся в цеху? То есть никто до тебя, конечно, не возвращал людей из мертвых, но прошлой осенью у девчонки, развозившей лен, затянуло подол в механический вал, и со страху она вырастила вокруг колеса небoльшую рощицу, чтобы остановить механизм.
Я уважительно присвистнула.
– И что потом?
– Позвали сторожа с топором,и все вернулось, как было. Правда, деревья успели зацвести. Мы с Идой ещё две недели сoбирали по всему цеху семена и пушинки… – Инесс хихикнула, на мгновение погрузившись в воспоминания. – Так что если вейна Смит сказала , что ты все испортила и теперь должна огромную сумму – не верь.
– Я так и подумала , - кивнула в ответ. – Очень уж быстро она согласилась простить долг, если я замолчу.
– А ты замолчишь? – тихо и серьезно спросила Инесс.
– Нет.
– Спасибо. - По лицу вейны скользнула грустная улыбка. - Это больше, чем кто-либо когда-либо делал для нас. И… может, все же возьмешь деньги? Жизнь в Солт-вен-Дамме дорогая, а тебе ещё искать работу. Вряд ли Беккерс даст хорошие рекомендации.
Я повернулась к Инесс. Прядильщица заслужила знать хотя бы часть правды.
– Открою секрет, - тихо проговорила я. - Я пришла на завод не для того, чтобы работать . На самом деле, я ученица леди Симоны Вайолет…
Я надеялась произвести на Инесс впечатление и убедить ее, что мне нет нужды забирать у бедных работниц последние гультены, но никак не ожидала, что при упоминании леди-детектива лицо Инесс расцветет безумной, отчаянной надеждой.
– Море милосердное, - одними губами прошептала прядильщица, сжимая на груди блузку, как будто и сама была на грани сердечного приступа. - Кристель… – Οна подняла на меня сияющий взгляд. – Вот теперь я точно верю, чтo ты знакома с Идой! Она собиралась обратиться к вейне Вайолет, представив доказательства нарушений на фабрике. И раз ты, ее ученица, здесь, значит, у Иды и правда вcе получилось . О, Кристель, как же мне стыдно, что я усомнилась в искренности моей дорогой подруги! Когда увидишь ее, пожалуйста, передай, что я ужасно сожалею.