— Тогда сделка не состоится! — донеслось в ответ.
Я выглянула наружу и засекла еще троих стрелков. Очевидно, за время своего пребывания в жанре вестерна Минотавр обзавелся широким кругом почитателей.
— Нам нужна поддержка, — прошептала я. Брэдшоу явно пришел к аналогичному выводу.
Он открыл свой Путеводитель и извлек оттуда штуковину, напоминающую ракетницу. Текстовый маркер применяется для подачи сигнала другим агентам беллетриции. Путеводитель амбивалентен в смысле измерений: на самом деле устройство куда больше, чем книга, в которой оно помещается.
— Коллеги в курсе, что мы находимся на задворках вестерна, они просто не знают, где именно. Я подам им знак.
Брэдшоу набрал на задней части ракетницы координаты текста, затем подошел к дверям, направил ствол вверх и выстрелил. Глухо бухнуло, ракета ушла в небо и беззвучно взорвалась в вышине. На мгновение на голубом фоне небес светло-серым шрифтом проступил текст страницы. Слова, конечно, были написаны задом наперед, однако, заглянув в экземпляр «Смерти на ранчо „Два креста“» Брэдшоу, я заметила, что в названии «ПроВИДенс» появились лишние заглавные буквы. Помощь скоро придет. Демонстрация силы поможет разобраться со стрелками. Вопрос заключался в том, сбежит Минотавр снова или станет драться до конца.
— Думаете нас шутихами запугать, мисси? — снова послышался тот же голос. — Сами выйдете или нам вас выкурить?
Я посмотрела на Брэдшоу. Командор улыбался.
— Что? — спросила я.
— Здорово, правда? — хихикнул он, будто школьник, пойманный в чужом яблоневом саду. — Куда забавнее, чем охотиться на слонов, бороться со львом или возвращать дикарям барахло, украденное бессовестными чужаками.
— Когда-то и мне так казалось, — прошептала я себе под нос.
За два года мне не раз довелось участвовать в подобных переделках, и они действительно увлекали и горячили кровь, но в них всегда присутствовали мгновения ужаса, нерешительности и паники, а ведь у меня еще имелся двухлетний сын, которому требовалось куда больше внимания, чем я могла ему уделить. Руководство беллетрицией уже давно тяготило меня, требовался отдых. Отпуск в реальном мире, и отпуск длительный. Я осознала это с полгода назад, сразу после приключения, известного как «Великое фиаско Сэмюэла Пеписа»,[8] но старалась не поддаваться этому ощущению. Теперь оно снова нахлынуло, и гораздо сильнее.
Где-то в вышине зародился низкий утробный гул. Стекла в рамах задребезжали, со стропил посыпалась пыль. По стене побежала трещина, чашка на столе задрожала, поползла к краю стола и упала на пол. Одно из окон разбилось, а на улицу пала тень. Гул все нарастал, начисто заглушив жалобные вопли детектора сюжетного приближения, и наконец сделался таким громким, что вообще перестал восприниматься как звук — просто вибрация, сотрясавшая контору шерифа так сильно, что у меня в глазах помутилось. Когда со стены сорвались и разлетелись вдребезги часы, до меня дошло, в чем дело.
— О нет!!! — в ужасе взвыла я, когда гул превратился в глухой рев. — Это все равно что кувалдой орехи колоть!
— Император Зарк? — уточнил Брэдшоу.
— А кто еще додумается пригнать заркийский боевой крейсер в низкопробный ковбойский роман?
Мы выглянули наружу, как раз когда космический корабль проплывал у нас над головами. Опущенные вниз векторные двигатели выбрасывали раскаленную энергию, взметая тучи пыли и мусора. Вспыхнули конюшни. Огромный корпус звездолета на мгновение завис над нами, выдвинул посадочные опоры и мягко приземлился… аккурат на Макнейла с его кобылой. Их расплющило в лепешку толщиной с полпенни.
Гора подлежащих обработке бумаг перед моим внутренним взором росла в геометрической прогрессии, и под ее тяжестью у меня поникли плечи. Горожане в панике разбегались, кони уносились прочь, а упрямые A-7 геройски палили по бронированной обшивке корабля. Безрезультатно, разумеется. Через мгновение звездолет выплюнул небольшую армию пехотинцев, вооруженных последними моделями заркийского оружия. Я застонала. В такие моменты император нередко сам покидал борт корабля. Архизлодей восьми романов серии «Император Зарк», самый страшный тиранический бог-император известной галактики, похоже, просто не понимал, что значит «границы допустимого».
Через несколько минут все закончилось. A-7 были перебиты либо разбежались по своим книгам, а заркийские десантники отправились на поиски Минотавра. Я могла избавить их от пустых хлопот. Он давно удрал. A-7 и Макнейла можно заменить, но всю книгу придется собирать заново, чтобы удалить боевой космический крейсер двадцать шестого века, нежданно-негаданно заявившийся в Небраску тысяча восемьсот семьдесят пятого года. Вопиющее нарушение Кодекса непересечения жанров, который мы изо всех сил старались соблюдать внутри книг! Я бы так не взбесилась, будь это единичный случай. Но Зарк слишком часто выкидывал подобные номера, чтобы смотреть на это сквозь пальцы. Когда император спустился с борта своего звездолета в сопровождении разношерстной свиты инопланетян и миссис Ухти-Тухти,[9] также работавшей на беллетрицию, я едва сдерживалась.
— Ты что это вытворяешь?!
— Ой! — воскликнул император, опешив от моей ярости. — Я думал, ты нам обрадуешься!
— Положение складывалось тяжелое, но не безнадежное! — прорычала я и обвела рукой город. — Посмотри, что ты тут наворотил!
Зарк огляделся. Из-под развалин начал выползать перепуганный народ. Ничего подобного в ковбойском жанре не случалось с тех самых пор, как из научной фантастики сбежал инопланетный мозгосос, задержать которого удалось только в «Плато Дикой Лошади».[10]
— Ты постоянно мне такое устраиваешь! У тебя что, вообще отсутствует представление о скрытности маневра и тактической хитрости?
— Честно говоря, да, — ответил император, нервно разглядывая собственные руки. — Извини.
Его инопланетная свита, не желая получить нагоняй за компанию, пошла, поползла или поплыла по воздуху назад в заркийский корабль.
— Ты же послала текстовый маркер…
— Ну и что? Неужели ты не способен войти в книгу, не сметая все на своем пути?
— Тише, Четверг, тише. — Брэдшоу успокаивающе положил мне руку на плечо. — Мы попросили о помощи, и раз уж старина Зарки оказался ближе всех, нельзя винить его за стремление помочь. В конце концов, если вспомнить, как он выжигал целые галактики, уничтожение одного-единственного ПроВИДенса, а не всей Небраски целиком — уже большое достижение… — Тут командор замялся и добавил: — Для него.
— А-а-а! — в отчаянии застонала я, схватившись за голову. — Порой мне кажется, что…
Я осеклась. Время от времени я выходила из себя, но редко набрасывалась на коллег, а когда такое случалось, все становилось только хуже. Поначалу работа была для меня грандиозным приключением, каковым она до сих пор и остается для Брэдшоу. Но в последнее время всякое удовольствие улетучилось. Дело плохо. С меня хватит. Пора домой.
— Четверг, — заговорила миссис Ухти-Тухти, обеспокоенная моим внезапным молчанием, — с тобой все в порядке?
Она подошла слишком близко и нечаянно уколола меня. Я ойкнула и потерла руку, а она отпрянула и покраснела от смущения. У шестифутовых ежиков свои представления об этикете.
— Все в порядке, — ответила я, отряхиваясь от пыли. — Просто земля так и норовит выскользнуть из-под ног.
— Что ты имеешь в виду?
— Что я имею в виду? Что я имею в виду?! Например, с утра я преследую мифическое чудище, наследившее тупыми шутками типа «торт в рожу» по всему Дикому Западу, а после полудня боевой крейсер двадцать шестого века садится в ПроВИДенсе, штат Небраска. Разве это не безумие?
— Но ведь это вымысел, — с невинным видом отозвался Зарк. — Тут как раз и положено происходить всяким странностям.
— Мне так не кажется, — решительно ответила я. — Я хочу, чтобы моя жизнь имела хоть немного общего с… реальностью.
— Реальностью? — переспросила Ухти-Тухти. — Это такое место, где ежики не разговаривают и не стирают?
— Но кто же станет руководить беллетрицией? — вопросил император. — Ты была самой лучшей!
Я покачала головой, развела руками и направилась туда, где земля была усыпана текстом стрелка A-7. Я подобрала букву «Д» и повертела ее в руках.
— Пожалуйста, подумай хорошенько, — увещевал меня командор Брэдшоу, следуя за мной по пятам. — Боюсь, старушка, ты слишком переоцениваешь эту самую реальность.
— Я недостаточно ее ценила, Брэдшоу, — пожала я плечами. — Порой место начальника не самое теплое.
— Да, нелегка ты, доля венценосца,[11] — пробормотал Брэдшоу, который, наверное, понимал меня лучше всех прочих.
Они с женой стали моими ближайшими друзьями в Книгомирье. Миссис Брэдшоу и мой сын были почти неразлучны.
— Я знал, что ты не останешься навсегда, — продолжал Брэдшоу, понизив голос, чтобы остальные не слышали. — Когда ты уезжаешь?
Я пожала плечами.
— Как только смогу. Завтра.
Взгляд мой блуждал по разрушениям, учиненным Зарком в «Смерти на ранчо „Два креста“».
Придется очень многое привести в порядок, заполнить гору бланков, к тому же Совет жанров наверняка впаяет мне административное взыскание, если пронюхает о случившемся.
— Полагаю, сначала надо разобраться с бумагами касательно этого разгрома, — медленно проговорила я. — Скажем, через три дня.
— Ты обещала подменить Жанну д'Арк, пока она проходит курс переподготовки для мучеников, — напомнила миссис Ухти-Тухти, на цыпочках подобравшаяся ближе.
Об этом я успела позабыть.
— Значит, через неделю. Уеду через неделю.
Мы постояли молча. Я размышляла о своем возвращении в Суиндон, все остальные обдумывали последствия моего ухода — кроме императора Зарка, который, вероятно, прикидывал, не вторгнуться ли ему ради развлечения на планету Трааль.