Он не собирался говорить ей о такой возможности. Прекрасно понимал, что вырвал ее из семьи. Мог предположить, что вероятно она действительно была счастлива с этим слизняком, которого называла мужем. Хотя одно последнее предположение заставляло мужчину морщиться, а его вторую сущность жалобно выть. Ведь, если волк выбирал себе пару, это было на всю жизнь. Она становилась его единственной, смыслом жизни, самой жизнью. Но Ольга росла среди людей и не понимала их законы, устои и традиции. Виктор осознавал, что поначалу ей будет очень тяжело привыкнуть. Понимал, что смирится девушка не скоро и не так быстро, как хотелось бы. Но он собирался сделать все от него возможное, чтобы помочь ей принять новую жизнь.
Поначалу, как только пришел в себя, дико разозлился, что его пара посмела угрожать его жизни. А потом ощутил восторг. Пусть его пара не обладала второй ипостасью, но она сражалась как истинная волчица за свое. Виктор предпочел не акцентировал внимание на том, что понятие «свое» у него с Ольгой несколько разнилось.
Сначала он планировал наказать пару, запретив ей общаться с ребенком. Но по дороге из аэропорта он окончательно успокоился, тем более девушка так доверчиво прижималась к нему всю дорогу. Это было неожиданное для него чувство, какая-то теплота по отношению к этой женщине поселилась в глубине его сердца и заставляла учитывать ее интересы. А когда он разрешил ей пообщаться с сыном, у пары таким восторгом загорелись глаза, что Виктор решил, что продаст Дьяволу душу, но добьется того, чтобы она с таким же трепетом относилась к нему.
Но наказать ее было необходимо. Во избежание. Он планировал проделать это с помощью секса.
Увидев, вышедшего на шум старого дворецкого, альфе пришлось прервать свои размышления.
— Оля, — позвал он. Девушка не отреагировала. Мужчину это позабавило и вывело из себя одновременно. — Оля! — повторил он громче и положил руку на плечо.
— А, — испугалась девушка, поворачиваясь, чем заставила его по-доброму ухмыльнуться.
— Это Арсений, — представил он ей подошедшего мужчину. — Наш дворецкий. А это моя пара и новая хозяйка. Ольга Геннадьевна, — Виктор воспользовался ситуацией и оживлением в холле и представил девушку сразу всем. — Ты поступаешь в ее распоряжение. Необходимо приготовить две спальни: для ребенка и для нас. Олег, приставь к ребенку Матвея. Пусть пока побудет в роли няньки. Нас с утра не будить. Ясно?
— Да, альфа, — уважительно склонил голову дворецкий. Олег же просто подмигнул. Вот, шут.
Ольгу оставлять не хотелось. Но среди толпы он не увидел супруги, видимо, она уже выполнила его распоряжение и ждала в кабинете. Что делать теперь с Олесей, мужчина представлял себе крайне смутно. Просто так от нее не избавишься. Вчера после официальной регистрации, он совершил невероятную глупость, с которой теперь необходимо было что сделать. Но вот что?
— Виктор, — его избалованная супруга выглядела заплаканной и расстроенной. Толманский даже на мгновение допустил мысль, что возможно он был дорог ей, а не то положение в обществе и преимущества, которые давал брак с ним. — Почему ты назвал Ольгу парой?
— Потому что она — пара, видимо, — хмыкнул мужчина, проходя вглубь кабинета и усаживаясь в кожаное кресло за массивным дубовым столом старых мастеров. Ему всегда нравились антикварные добротные вещи. Виктор искренне полагал, что раньше умели создавать. Именно создавать, а не делать.
— А как же я? — капризно протянула жена, сексуально выгибаясь и поднимаясь из кресла. Она подошла к нему и попыталась сесть на колени. Виктор поморщился. Его преследовал и до сих пор окутывал запах желанной женщину, а любой другой сейчас крайне раздражал.
— Вернись на место, — рявкнул он. А немного успокоившись, погодя добавил:
— Не знаю, — честно признался альфа. В конце концов Олеся была не виновата, что он умудрился встретить Ольгу на собственной свадьбе.
— Твоя пара я, — девушка опять заплакала. — Твоя пара я, — настойчиво повторила она.
А Виктор поморщился. В каком-то роде Олеся была права.
— Моя пара Ольга. Тебе придется принять этот факт, как данность, — безапелляционно заявил он.
— Ты испортил мне всю жизнь! — запричитала Олеся. — Отнял у меня будущее! — завизжала она и запустила в него антикварной статуэткой. Виктор едва успел увернуться.
— Сядь на место и замолчи, — рявкнул он, добавляя в голос немного силы подчинения альфы. — Давай вместе думать, как выбираться из этой ситуации, — уже мягче добавил он.
— Согласен, я виноват, если тебе будет от этого легче, — произнес на грани слышимости. Но Олеся была чистокровным оборотнем и должна была услышать.
Он был альфой больше десяти лет. Привык, что его решения не обсуждаются. Привык, что всегда прав. Признавать свои ошибки было для него тяжело морально. Но тут он изрядно накосячил. Супруга была права, что Толманский по сути испортил ей жизни и лишил какого-либо будущего.
— А что тут думать? Ольга ничего не знает о жизни оборотней, любит своего супруга, — при напоминании о Колесникове, Виктор натурально зарычал, но Олеся, кажется, не заметила этого. — Просто отпусти ее. И давай сделаем вид, что не было этого. Я тебе буду отличной женой, — предложила девушка.
Виктору потребовалось какое-то время, чтобы взять себя в руки, а потом он тихо признался:
— Я ее пометил.
— Как ты мог? — завизжала Олеся, вставая и хватая еще какую-то статуэтку с полки.
— Не стоит, — предостерегающе произнес Виктор.
Как ни странно, но на девушку это подействовало. Она поставила фигурку на место и снова опустилась в кресло.
— Как ты мог? — снова спросила она, начиная всхлипывать.
— Я в тот момент себя не контролировал. Ольга разозлила меня, — Толманский не планировал быть с супругой столь откровенным. Но девушка заслуживала знать правду. На что он надеялся? Что она поймет его? Что разделит его радость по поводу обретения истинной пары? — В любом случае дело сделано. Что мне делать с тобой?
— Я не уйду из этого дома и развода тебе не дам!
— Развод ты мне дашь, но этот дом твой, — уныло констатировал он.
— Зачем тебе развод? Ольга все равно замужем.
— Это ненадолго.
Уже завтра он собирался подготовить бумаги на развод. Ольга их подпишет, хотя бы для того, чтобы вытащить Колесникова из тюрьмы. Ему не хотелось шантажировать дорогую женщину, но чужой женой он видеть ее не желал.
— И спать с нами ты будешь с обеими? — девушка изучающе смотрела на мужчину.
— Нет, — резко бросил Виктор. После короткого секса с Ольгой и испытанных эмоций, на других женщин он даже смотреть не хотел. Вот перед ним сидела супруга. Красивая, молодая. А его тошнило от одной мысли, когда он попробовал представить себя с ней.
— И что мне делать? Ты же знаешь, как в нас сильны животные инстинкты.
— Знаю, — покачал головой Толманский. — Найди кого-нибудь себе.
— Да ни один оборотень ко мне за милю не подойдет. На мне ведь твой запах., - праведно возмутилась Олеся.
— Это необязательно может быть оборотень, — предложил Виктор и увидел, как сморщилось в отвращении красивое лицо девушки.
— Человек? Ты мне предлагаешь в партнеры человека? Мне, чистокровной суке?
— А почему, собственно, нет? — Виктор начал рассуждать вслух. Этот выход из положения показался ему наиболее практичным. — Ты любишь власть и деньги. У меня много друзей, а ты очень красива. Я могу тебя выгодно пристроить.
— Я не кукла, — заорала девушка и опять вскочила с кресла. — А как быть с тем, что я люблю тебя? Нам ведь было удивительно хорошо вместе?
Виктор ничего не успел сделать или сказать, а Олеся уже скинула халат, а затем и кружевную сорочку, оставшись в одних, ничего не прикрывающих, трусиках. Как назло, в этот момент постучали, дверь открылась и на пороге показались Арсений и Ольга.
Девушка смущенно отвела глаза, супруга победно улыбнулась и сделала к нему шаг, дворецкий извиняющее закашлялся.
— Извини, пожалуйста, — нашлась его пара, — я не хотела мешать. Просто, — она видимо хотела что-то сказать, но передумала. — Не будем вам мешать. Пойдемте, Арсений. Я подожду наверху.
Виктор выругался и метнулся к Ольге. Еще не хватало, чтобы она надумала того, чего нет и быть не может. Судя по всему, девушка итак была о нем не лучшего мнения, а тут такая восхитительная сцена.
— Стоять, родная! — он подхватил опешившую девушку на руки. — Что ты хотела?
— Извините, Виктор Алексеевич, это я хотел, — к нему смущенно обратился дворецкий.
— Да? — бросил нетерпеливо Виктор. В конце концов дела могли бы и подождать.
— Ольга Геннадьевна, — он откашлялся, — в общем, я взял на себя смелость приготовить для вас праздничный ужин.
— Ты голодна? — Виктор изумленно смотрел на свою пару. Он уже успел переместиться с девушкой и семенящим следом дворецким в холл. Ольга утвердительно кивнула. — И почему ты молчала, девочка моя? Давайте ваш ужин, Арсений.
Если задуматься, Толманский тоже испытывал голод, но скорее голод телесный. Хотя, от мяса с кровью он сейчас тоже не отказался бы.
— Показывай выбранную спальню, сокровище мое. Ты уложила ребенка?
Ольга снова утвердительно кивнула.
Когда они, наконец-то, остались одни, Ольга тихо спросила:
— Ты понимаешь, что нам нечего праздновать?
Виктор загасил свечи. Арсений несколько перестарался. Свечи и шампанское были явно лишними на этом праздники жизни. Это об обрел истинную пару, а Ольга потеряла семью, во всяком случае она так упорно продолжала считать, а ему придется с этим смириться. На какое-то время.
— Оля, ты должна понять, девочка моя сладкая, — он притянул ее к себе на колени и уселся в кресло около сервированного столика, — что для нас обретение истинный пары. Да, я даже не знаю, с чем сравнить. Примерно тоже самое, что для обычного бедняка выиграть джек-пот.
— Понятно, — тихо и как-то слишком уж обреченно прошептала девушка. — Ты меня не отпустишь?
Виктор отрицательно покачал головой.