— Нет, — Ольга поднялась и направилась к двери.
— И постарайся ночью громко не кричать. Спать мешает, — услышала она, когда уже закрывала за собой дверь. В этом была вся ее кузина.
Но ночью вовсе не ее крики разбудил особняк.
Глава 7Новое знакомство
Ольгу резко из сна вырвал пронзительный женский крик. Она словно подорвалась на постели, но рука, лежавшая на животе, не позволила ей подняться.
— Виктор! Что это? — испуганно прошептала молодая женщина, тормоша спящего рядом мужчину.
— Спи, маленькая! Все в порядке, — сонно прошептал оборотень, притягивая ближе в себе растревоженную девушку.
— Что значит, в порядке? — возмутилась Ольга. — Кто-то кричал! Возможно, кому-то срочно нужна помощь.
Толманский нехотя сел и дважды хлопнул в ладоши. В комнате загорелся свет.
— Это сестра. Ей часто снятся кошмары. Накинь что-нибудь. Пойдем, познакомлю. Она все равно до утра уже не уснет.
— Ви, я войду? — Виктор постучал в дверь спальни и, не дожидаясь ответа, вошел внутрь. Ольга осталась стоять в дверях. — С тобой все хорошо, маленькая моя? — девушка удивилась, с какой нежностью и теплотой оборотень смотрел на сестру. Она не представляла, что человек может так поменяться в считанные секунды. Сейчас альфа не был похож сам на себя: как будто из злого бультерьера он резко перевоплотился в добряка чау-чау.
Девушка выглядела чем-то напуганной. Она сразу Ольге понравилась. Очень нежная и хрупкая, как фарфоровая статуэтка.
— Ты не один?
— Оля, — Виктор, недолго думая, притянул Ольгу к себе, чмокнул в нос и вытолкал вперед. — Виолетта или Ви. Вы, девочки, пообщайтесь, а я пошел спать.
Не успела Ольга даже ресницами пару раз взмахнуть, как за оборотнем закрылась дверь.
— Не обижайся на него, — тихо проговорила девушка, собирая роскошные волосы в хвост на затылке. — Брат он, — немного подумала и добавила, — немного черствый. Но он очень добрый и заботливый.
«Где-то в глубине души», — добавила про себя Ольга.
— Прости, пожалуйста, что разбудила. Мне очень неудобно.
— Все хорошо? Ты так кричала.
— Да. Не обращай внимания. В доме уже давно все привыкли.
— Привыкли? — Ольга очень удивилась. С деньгами Толманского мог бы и избавить сестру от дурных снов. Она слышала, что существовала куча разных методик и практик.
— Да. Я очень рада с тобой познакомиться. Я, пожалуй, первая кому брат рассказал об обретении пары. Ему так повезло. И тебе очень повезло. Вы будете очень счастливы вместе.
Ольга не знала, что сказать. Она, безусловно, тоже рада знакомству. Но не рада, что является парой Толманского. Как до встречи с оборотнем в замечательно и спокойно ей жилось. Поэтому девушка предпочла перевести тему:
— Может хочешь выпить чаю?
— С удовольствием.
Чай в пять утра. Наверное, это даже неплохо. Ольгу даже на какое-то время посетила идея порадовать Толманского завтраком, приготовленным собственноручно, так как она это часто проделывала для Кирилла. Не то, чтобы ей очень хотелось его порадовать, но, наверное, стоило хотя бы отблагодарить. Вечером он преподнес ей удивительно изящный, старинный медальон. Подарок сопровождался красивой сказкой. Якобы украшение более двух веков было семейной реликвией каких-то графов, передаваемых от матери к дочери и сулящее любовь в браке, что по тем временам было практически невозможно. Эпоха договорных браков, как никак. Потом медальон исчез. А перед самой революцией последней представительнице этой семьи жених подарил его на помолвку. И пара безопасно смогла эмигрировать. Ольга не сильно вслушивалась в эту историю, крутя безделушку в руках.
— Подарок на любовь, — сказал оборотень, заявлявший ранее, что любовь между ними невозможна. Ольгу это даже несколько повеселило в тот момент.
И она решилась:
— Ви, можно ведь так тебя называть? — Виолетта кивнула. — А что Виктор любит на завтрак?
— Омлет со шпинатом и грибами, — не задумываясь, ответила девушка. Странно, у Ольги это тоже было одно из любимых блюд. Тем лучше.
— Спасибо.
— Ты собираешься готовить? Хочешь помогу?
Девушки очень быстро управились с подготовкой ингредиентов для блюда, оставалось только поставить на огонь. Но с этим Ольга не спешила, было еще слишком рано.
— Я вчера познакомилась с твоим сынишкой. Очаровательный малыш, — произнесла Виолетта. — Виктор будет ему замечательным отцом.
— У него уже есть отец, — Ольга не хотела повышать голос на девушку. Но подобное замечание ее очень разозлило.
— Возможно, я что-то напутала, — тихо произнесла Виолетта, но Ольге не понравилось, что она отвела глаза.
— Ви, почему ты сказала, что Виктор будет ему замечательным отцом? — решила на всякий случай уточнить.
— Он его усыновить собирается, вот я, — бесхитростно начала она и осеклась. — Я, действительно, что-то напутала.
А Ольгу пробрала глухая злость. Она, значит, тут в качестве благодарности Толманскому завтраки готовит, а он решил сына родного отца лишить. Ну, погоди, оборотень! Она ему устроит романтический завтрак.
А спустя какой-то час Ольга с подносом в руках поднималась в их с Виктором общую комнату.
Мужчина крепко и спокойно спал, когда неожиданно вдруг сверху прямо на лицо пролился короткий, но обильный апельсиновый дождь. Не успел он открыть глаза, как за соком на лицо шлёпнулся горячий омлет. Оборотень повел носом: яйца, молоко, шампиньоны и шпинат. Резко сев, выматерился и увидел рядом с кроватью взъерошенную, злую и до боли желанную женщину с подносом в руках. Виктор сразу сообразил, что видимо сделал что-то не то, а потому не набросился на нее сразу.
— У тебя ровно минута, — процедил зловещим и предвкушавшим голосом, убирая с лица остатки предполагаемого завтрака. — Кстати, вкусно, — добавил, отправив кусочек омлета в рот.
Ольга соображала быстро, он лишь успел прожевать кусочек омлета и потянуться, как дверь уже захлопнулась.
Виктор не особо спеша поднялся, накинул пижамные штаны и пошел за ней. Ольга уже была на середине лестницы, ведущей в холл, когда он с легкостью перемахнул через перила на втором этаже и опустился прямо у основания лестницы. Сделав шаг вперед к испуганной женщине, поймал ее взгляд и произнес:
— Попалась.
Ольга ринулась назад, но он с легкостью перехватил ее и перекинул через плечо, собираясь утащить в логово страшного серого волка. Девушка лишь вскрикнула.
— Тихо. Весь дом перебудишь, — шикнул он и легко ударил по аккуратной попке. Учуяв знакомый запах, поднял голову и увидел ухмыляющегося Олега, который задорно подмигнул ему. Совсем распустились и потеряли страх! Виктор подумал, что обязательно что-нибудь сделает, иначе его дом рискует превратиться в богадельню. Но это позже. Сейчас его интересовала лишь женщина, так дурманящая своим ароматом создание.
Свалив трепыхающееся тело на кожаный диван в кабинете, он навис над жертвой.
— Ты! — кажется, у его самки не находилось слов.
— Я, — самодовольно ответил оборотень. — Зачем ты это сделала?
На женское лицо с его волос упало несколько капель апельсинового сока.
— Ты. Что. Собираешься. Сделать. С. Моим. Сыном? — возмущенно прошипела девушка.
— Я? — непонимающе поинтересовался мужчина, пристраиваясь рядом. — Подвинься, кстати, и давай по порядку.
— Ты собираешься усыновить моего ребенка! Твою мать, Толманский! Какого…?
Ольга была настолько восхитительна в гневе, что он даже сердиться на нее не мог. Вместо этого альфа скрутил попытавшуюся брыкаться девушку и, прижав к дивану, впился в ее рот. Потребовалось несколько минут, чтобы она успокоилась, а после начала активно участвовать в увлекательном процессе.
— И кто тебе это сказал? — спустя какое-то время оборотень счел возможным вернуться к прерванному разговору. Удовлетворенная девушка окончательно успокоилась и сейчас нежилась в его объятиях.
— Виолетта.
— Видимо, у кого-то слишком длинный язык, — констатировал мужчина, вспоминая добрым словом свою чересчур болтливую и откровенную сестричку.
— Так, значит, это правда?
— Правда, — не стал отрицать он очевидного. — Твой обожаемый бывший супруг подписал отказ, позволяющий мне оформить документы на усыновление Данилы. Бумаги на развод он тоже подписал. Ему хватило пяти часов в следственном изоляторе, чтобы отказаться от тебя. Несколько подписей за возможность пребывания в отдельной камере, — сказал, как выплюнул. Вчера, пока Ольга отсыпалась, он успел оценить одну забавную видеозапись, после просмотра которой стало тошно от осознания, с каким ничтожеством его обожаемая девочка провела последние несколько лет.
— Неправда, — девушка заплакала, утыкаясь носом в его плечо.
— Правда, — вышло очень цинично, — если бы просмотрела бумаги, которые подписываешь, увидела бы на них подписи Колесникова.
Виктор никогда не умел утешать плачущих женщин, он даже не знал, что с ними делать. Но чувствовать на себе подрагивающее от рыданий женское тело, было выше его моральных сил. Он погладил Ольгу по волосам и сделал то, что умел лучше всего.
Сцеловывая одну слезинку за другой, мужчина аккуратно поцеловал ее в губы. Сначала нежно, невесомо и сразу неистово. Он не хотел сдерживать страсть, не желал смотреть, как Ольга плачет. Подмяв девушку под себя, ласкал руками и ртом, пока не сделал снова своей.
— Ты все проблемы решаешь с помощью секса? — вопрос прозвучал весьма неожиданно. Виктор думал о том, что меньше, чем за двое суток его пара перевернула вверх дном его внутренний мир и хорошенько перетрясла сложившуюся с годами систему ценностей. Он, действительно, никогда раньше не думал о любви. Наоборот, считал, что слишком сильные чувства отвлекают и мешают. А сейчас смотрел на маленькую, обиженную девушку и понимал, что вляпался по уши. Он, кажется, успел влюбиться в Ольгу. Нет, это была еще далеко не любовь. Но нечто большее, чем сумасшедшая страсть и животное влечение. Ему были не безразличны ее чувства, ему хотелось не просто защищать ее, хотелось оберегать, прислушиваться к ее мнению и не огорчать.