Полгода назад сестра ее огорошила тем, что выходит замуж за Виктора Толманского. Изначально он проявил интерес к ее наследству. Олеся, рассказывая это, всегда смеялась. Но стоило ему увидеть ее, как он потерял голову и предложил выйти замуж.
Ольга вспомнила его взгляд на фотографиях и содрогнулась, совершенно не завидуя ей. Она не очень любила сильных мира сего, справедливо полагая, что от них больше вреда, чем пользы. Ведь облеченные властью люди очень часто не видят границ дозволенного.
Ей вовсе не хотелось вечером куда-то ехать. Ольга понимала, что будет чувствовать себя неуютно в том обществе. Хорошо хоть всегда рядом будет Кирилл. Девушка вспомнила, как они несколько недель выбирали подарок на свадьбу и поморщилась. Им явно было не по средствам ходить на такие мероприятия. Но Олеся очень настаивала, а Ольга не смогла отказать ей. Хотя она бы с большим удовольствием провела очередной спокойный вечер с семьей перед камином или с Кириллом в уютном маленьком ресторанчике. Поэтому сейчас она сидела в кресле у стилиста и терпеливо выносила разнообразные косметические процедуры.
Девушка, с детства не привыкшая к достатку, очень болезненно относилась к бесполезным тратам. Хотя последние пять лет она не работала и жила весьма обеспеченно, старалась избегать необоснованных расходов. Походы в салон и к косметологу относила именно к этой категории. И сейчас в косметологическом кресле чувствовала себя неуютно. Какое-то нехорошее предчувствие не отпускало ее с самого завтрака.
— Вам нравится? — спросила визажист.
Ольга рассматривала себя и не узнавала. На нее из зеркала смотрела разрисованная кукла. Ничего, абсолютно ничего знакомого. Ни ее живой мимики, ни выразительных глаз. Лишь правильные черты лица, нарисованные умелым мастером. Она сошла словно с обложки журнала, точно была одной из.
— Нет! — решительно произнесла девушка. — Стирайте это безобразие. Просто выровняйте тон и подчеркните глаза. Не хочу яркий макияж.
— Вы же сказали, что у вас солидное вечернее мероприятие, — начала мастер, но была прервана недовольной клиенткой.
— Да, но это не подойдет, — Ольга сама понимала, что не права. Вечерний макияж, сделанный визажистом, был безупречен и очень ей шел. Ее симпатичное личико превратилось в красивое, ухоженное и дорогое. Но внутреннее чувство противоречия было сильнее доводов рассудка. Она не хотела, чтобы на нее обращали лишнее внимание, не хотела, чтобы сравнивали, хотела просто смешаться с толпой на празднике. Откуда взялось это иррациональное желание она не понимала.
Визажист нехотя стерла часовые усилия, и спустя каких-то двадцать минут довольная Ольга возвращалась домой.
Глава 2Свадьба
Когда сестра говорила, что свадьба будет пышной, она явно поскромничала. Толманский снял для празднования один из дворцовых комплексов, так щедро рассыпанных вокруг бывшей столицы. Около дворца было раскинуто не менее десятка огромных шатров, наряженные толпы гостей и обслуги в черно-белом сновали туда-сюда. Очередь из автомобилей, казалось, была бесконечной. А над всем этим безобразием кружил вертолет.
Когда подошла их очередь парковать машину, вышколенный парковщик сверился со списком гостей, куда-то позвонил, потом выдал им какой-то жетон. Забрав ключи, он очень вежливо попросил подождать.
— Что происходит? — тихо поинтересовалась Ольга у мужа, прижимаясь к его плечу.
— Сейчас узнаем, — также тихо прошептал Кирилл, отцепляя ее руку. — Подожди, пожалуйста, тут.
Мужчина быстро достал тысячную купюру и подошел к парковщику. Перекинувшись с тем несколькими фразами вернулся к жене.
— Ну, — нетерпеливо спросила девушка.
— Мы оказывается VIP-гости. Олеся тебе, видимо, забыла об этом сказать. За нами сейчас придут и проводят в какую-то из закрытых гостиных.
— Ничего себе, — ошарашенно протянула она. И мысленно поморщилась. Ей меньше всего хотелось иметь VIP-статус, но она не решилась высказывать свои опасения, видя, как лихорадочно загорелись глаза мужа. На мгновение ей даже показалось, что перед ней стоит незнакомец. Ведь она всегда полагала, что Кирилла, как и ее не волнуют светские условности.
— Оля, ну слава Богу! — бросилась к ней сестра, как только они с мужем вошли в комнату. — Ты не представляешь, как нужна мне. Эта дура Светка… — Олеся начала было объяснять причину внезапного интереса к семье Колесниковых, как ее взгляд наткнулся на мужчину.
— Здравствуй, Кирилл, не мог бы ты…
— Выйти? — усмехнувшись, закончил мужчина, оглядывая заинтересованным взглядом невесту. Ольга была уверена, что он никогда не изменял своей супруге, но посмотреть на красивых девушек очень любил. А тут было на что взглянуть.
Девица была необыкновенно хороша в нижнем белье, видимо, очень дорогом. Белоснежный корсет выгодно подчеркивал грудь и утягивал талию до минимального размера. Кружевные трусики ничего не скрывали, во всяком случае аккуратная темная полоска волос отчетливо просвечивала сквозь ткань. Белые чулочки на стройных ножках и голубая подвязка заканчивали соблазнительный ансамбль. Кирилл даже присвистнул, за что тут же получил подзатыльник от жены и немедленно был вытолкан за дверь.
— Как неудобно! — простонала невеста. — Надеюсь, Виктор об этом не узнает.
«Я тоже очень надеюсь», — мысленно добавила про себя Ольга. Она догадывалась, что Толманский будет относиться к Олесе, как к вещи, к очень дорогой, хрупкой, но тем не менее. А если узнает, что кто-то полюбовался на то, что принадлежит только ему, доставит их семье кучу неприятностей.
— Так что у тебя случилось? — Ольга попыталась вернуть разговор к исходному.
— Ах, да, — всплеснула руками невеста. — Представь, эта идиотка час назад навернулась с лестницы на своих высоченных шпильках и повредила ногу. Уже была скорая, ничего страшного у нее нет, но ей прописали постельный режим на ближайшие дни.
— Ну, ничего страшного, — начала успокаивать кузину девушка. Она прекрасно понимала, что та нервничает перед свадьбой и любое, даже самое малейшее отклонение от намеченного, способно вывести ее из равновесия. — Сидеть-то она может, — одобряюще улыбнулась Ольга.
В это время Олеся запустила руку в медовые кудри, но вспомнив, что она может испортить прическу, тут же отдернула ее.
— Оля, ты, кажется, не понимаешь! — начала заводиться невеста. — Эта ослица была моей свидетельницей! Сви-де-тель-ни-цей!!! — последнее слово она произнесла так, растягивая гласные, как будто была учительницей начальных классов на диктанте по правописанию.
— Мне жаль, — брякнула Ольга. Как еще утешить кузину, она не представляла.
— Теперь моей свидетельницей будешь ты! — победно протянула невеста.
— Что? — Оля не могла поверить. Ей меньше всего хотелось привлекать к себе всеобщее внимание. Поэтому роль свидетельницы для нее была недопустима. — Олеся, прости меня, я не могу. Ты же знаешь, что у меня супруг и ребенок. А свидетельница должна быть незамужней, — это единственная отговорка, которая пришла ей в голову.
— Глупости все это, — авторитетно заявила Кишена. — Оля, ты не можешь отказать! Я тебе этого никогда не прощу, — капризно добавила. У самой же был какой-то маниакальный блеск в глазах.
Ольга тяжело вздохнула и печально посмотрела на невесту. Она действительно не могла той отказать.
— Хорошо, — выдавила из себя. — Что от меня потребуется?
— Слушай. Для начала найдешь Светку и обменяешься с ней платьями. У вас один размер. А платье для свидетельницы я заказывала специально. Оно дополняет мое. Эта сейчас отдыхает в комнате для гостей, — начала инструктировать Олеся новую свидетельницу.
Ольга только тяжело вздохнула. Не зря в салоне красоты у нее возникло нехорошее предчувствие.
— И что, скажи на милость, у тебя за ужасный макияж? — Олеся пристально вглядывалась в ее лицо. — Ты давно уже не живешь в своем селе, а складывается впечатление, что отправилась в местное сельпо, а не на светский раут. Но тебе несказанно повезло сам Кабуки работает у меня на свадьбе. Знала бы ты чего мне стоило его заполучить.
Ольгу неприятно кольнуло осознание, что ее только что изощренно оскорбили. Но она смолчала, чем расстроила и разозлила Олесю, ждавшую какой-то реакции.
— Оля, ты слышала, КАБУКИ!
Ну, она конечно слышала. Только знала, что кабуки — один из видов кистей до нанесения пудры. Но речь-то шла о человеке и явно ком-то известном и дорогом. Только Ольге было все равно, будет перекрашивать ее кабуки или щипцы для волос. Главное, чтобы поскорее закончился этот дурдом. Хотя, девушка смутно отдавала себе отчет, что этот вечер легким и приятный для нее не будет. В последствии окажется, что она была права. Этот вечер Ольга навсегда запомнит, как худший в своей жизни.
— Слышу, только не кричи, пожалуйста. У меня голова болит, — неожиданно сказала она и поняла, что это действительно правда. Так вдруг захотелось найти Кирилла и убраться с этого праздника жизни.
— Оля! — Олеся, кажется, ее не услышала. — Ты ведь знаешь, кто такой Кабуки?
Ольга тут же согласна покивала головой. Еще не хватало, чтобы сестра прочитала ей длинную лекцию или опять обозвала деревенщиной. Девушка не слишком интересовалась модными тенденциями, а уж какие-то имена в мире элитного make up для нее были, словно дикая непролазная чаща.
«Интересно, это он или она?», — подумала и дружелюбно улыбнулась.
— Кабуки — это просто великолепно! — она даже похлопала в ладоши, имитируя героиню своего любимого телесериала. — Я не ожидала, что мне так повезет.
Слава Богам, Олеся, сжимающая в руках мобильный телефон, увидела время и царским жестом отпустила Ольгу на поиски платья:
— Иди, а то мы рискуем опоздать.
Только выйдя за дверь, Ольга дала выход своим эмоциям. Теперь еще предстояло разыскать какую-то девицу и надеть на себя поношенное платье. Девушка не сомневалась, что оно было брендовое и жутко дорогое. Но все детство и юность ей пришлось носить вещи с чужого плеча. И сейчас необходимость переодеваться ее невероятно расстраивала.