Мы тоже покинули городскую черту, наплевав на возможных свидетелей и открыто пробежав по центральным улицам. Всё равно нашумим, завтра каждая собака будет знать о схватке шиноби. Облачники шли компактной кучкой, медленно, мы бежали, так что наша встреча была исключительно вопросом времени. Кстати, направление они действительно избрали не совсем обычное, позволяющее подойти к укрепленному поместью феодала со стороны обрыва.
Когда они остановились и, после короткой паузы, порскнули в стороны, расстояние между нами составляло около километра. Быстро заметили, не иначе, сенсор постарался.
— Я и Второй работаем основную цель, остальные нас прикрывают, — скомандовал командир.
Иными словами, если облачники разбегутся, преследовать их мы не станем. Во всяком случае, пока не выполним основное задание. Самураев с острыми шашками тоже надо учитывать — вдруг прибегут слишком быстро? Хотя, конечно, хотелось бы убрать всех свидетелей. Руководство Облака в любом случае узнает, кто помешал их операции, однако есть разница между словами своих выживших шиноби и донесением агентов, получивших сведения из третьих рук.
Противник, судя по сменившемуся направлению бега, решил удалиться от замка Торунэ-сама подальше. Нас это решение более чем устраивало, поэтому командир даже слегка притормозил. Мы начали бежать раньше, мышцы разогреты, система циркуляции вышла на полноценный режим — конечно, у нас скорость выше.
Наконец, сочтя дистанцию до самурайской базы достаточной, Рюдзи-сан ускорился. Облачники попытались было рассыпаться, однако видя, что мы продолжаем преследовать одну цель, снова собрались вместе. Пятьсот метров осталось, четыреста. Триста пятьдесят.
— Пятая, действуй по готовности.
Разрешение на использование техник получено, и я отточенными за годы практики движениями на ходу создаю пару клонов. Под ошарашенными взглядами товарищей заскакиваю на плечи ближайшей копии, начинаю складывать печати Воздушного Взрыва. Дзюцу дальнобойное, мощное, жаль только, сложное и печатей много. Единственный А-ранг, который я освоила.
Клон несет осторожно, плавно, старается не сбить концентрацию. Хорошая лошадка…
Есть!
Тугой шар чакры на бешеной скорости сорвался с выставленных вперед ладоней, за считанные мгновения преодолел разделявшее нас пространство и взорвался, разбрызгивая капли воздушных пуль в стороны. Попала! Не знаю точно, насколько сильно облачники пострадали, но всю группу накрыла!
— Основная цель продолжает движение, — без эмоций сообщил Дзиро-сан, первым разглядевший противника сквозь выброс чакры. — Одна из вторичных отметок гаснет. Внимание! Призыв! Движутся к нам!
Кажется, в последние секунды перед контактом чей-то голос в наушнике тихо выругался. Драться с призывами никто не любит. От обычных шиноби знаешь, пусть приблизительно, чего ожидать — нин, ген или тай, Учихам в глаза нельзя смотреть, Кагуя вблизь не подпускать и прочие правила, вбитые в подкорку ещё в школе. Но способности призывных животных непредсказуемы, за счет чего и опасны.
Одна из вражеских фигурок замерла в неподвижности, и я немедленно выпустила в неё дайтоппу. Нас пятеро, их четверо, точнее, трое плюс один, но двое наших сосредоточены на ликвидации объекта миссии и отвлекаться не намерены. Остаюсь на месте под защитой клонов, моя задача — прикрывать товарищей. Самым опасным сейчас является неизвестный призыв, поэтому основное внимание нацелено на него.
Впрочем, не такой уж и неизвестный. Большая кошка вроде рыси или барса.
Каору-кун и Фудзита-кун, действуя в паре, очень успешно атаковалисразу троих, я гвоздила издалека. То ли облачники были слабее изначально, то ли их мой подарок потрепал, однако буквально в первую минуту боя один из них попал под Цветки Огня и, пока пытался потушить загоревшиеся волосы, вдогон получил кунай в глаз. Минус два. Оставшиеся сопротивлялись дольше, причем призывная животина умудрилась достать Фудзиту-куна. Если бы не моя помощь, парня бы добили, а так — обошелся хорошей раной от когтей на боку и парализованной кейракукей.
Впрочем, этот успех для облачников оказался единственным. Почти сразу после удара кошки Каору-кун свернул шею своему противнику, и призыв распался белым дымом, вернувшись в родной домен. Каору-кун рванул на помощь начальству, я же, в свою очередь, вместе с клонами поспешила к раненому. Сенсорные способности подсказывали, что начальству помощь не нужна.
Собственно, так оно и оказалось. Попытка покойного Ями Окитсу скрыться под прикрытием своих клонов провалилась, Дзиро-сан хорошо изучил его чакру и навязал бой. Остальное было делом техники, так что к тому моменту, когда я начала лечение, схватка закончилась и тело главного облачника запечатали в свиток. С собой на Узушио мы заберем все трупы, просто виновнику торжества — особый почет.
— Внимание! — рявкнула рация голосом командира. — Доклад! Первый — полностью боеспособен!
— Второй — боеспособен!
У Дзиро-сана легкие ранения, надо его осмотреть, когда здесь закончу.
— Третий — ограниченно боеспособен! — прохрипел Фудзита-кун.
— Четвертый — полностью боеспособен!
Не отрываясь от лечения, отщелкала четыре щелчка. Пятая — полностью боеспособна.
Задание выполнено.
После войны Узушио изменилось. Народу стало ощутимо меньше, из-за высоких потерь многие дома стояли пустыми или в них жили одинокие, раздавленные гибелью близких люди. Полоса леса вдоль побережья зияла проплешинами, новые деревья взамен поваленных еще не выросли, да и вырастут ли? В некоторых местах земля превратилась в катки из расплавленного стекла. Порт сильно пострадал. Живших там Узумаки успели эвакуировать, однако имущества они лишились, поэтому решение Узукаге построить для погорельцев несколько общежитий люди восприняли с облегчением. Все они принадлежали к беднейшим слоям и рассчитывать на собственные накопления не могли.
Зато скоро детей станет больше. Сразу после подписания мира по деревне прокатилась волна свадеб и теперь многие будущие мамочки ходили с подросшими животами. Начальство в больничке хваталось за голову и организовало акушерские курсы, предчувствуя грядущие приятные хлопоты. Старики говорят, после тяжелых войн всегда так.
Далеко не всегда куноичи знают родителей своих детей, и никто их за это не осуждал. Вырвавшиеся из кровавого боевого угара шиноби творят всякое, лишь бы вновь почувствовать себя живыми, секс — не самый худший способ сбросить напряжение. Общественное мнение закрывало глаза в тех случаях, если вдруг куноичи внезапно брала отпуск по беременности, возвращалась в деревню и рожала от неизвестного отца, к подобным жизненным моментам относились с пониманием. У клановых вообще мораль специфическая, отличная от общепринятой.
Разумеется, поведение женщин из правящей ветви всегда оценивают строже.
— Нет, Мику, ты не можешь пойти на вечеринку к Маширо-чан, — покачала головой Юмико-сама.
— Почему?
— Потому что ты теперь невеста. Твоё поведение должно быть безупречно, чтобы не бросить даже тени на репутации семьи, жениха и рода.
— Да причем здесь это? — искренне удивилась сестренка. — Я уже десятки раз на таких вечеринках бывала, и всё проходило прилично.
— Раньше ты не состояла в ближнем окружении Макото-куна и никому не мешала. Раньше Рио-сан, талантливый военачальник, не был твоим женихом. Раньше глава нашего рода не вел самостоятельную политику. Много чего не было раньше, — вздохнула Юмико-сама. — Дочь, не забывай, Маширо-чан не только твоя подружка, но и внучка Торонаги-сама. Прикажут ей тебя подпоить — подпоит, прикажут спровоцировать какую-нибудь глупость — спровоцирует.
— Маширо-чан? Нет, она… — внезапно Мику замолчала и задумалась. Долго думала, минуты три. — Да, она может.
— Рада, что ты это поняла, — кивнула мать. — А вот тебе, Кушина, возможно, стоило бы сходить. Нельзя так часто игнорировать приглашения.
— Обойдутся. Раньше надо было звать.
— Раньше тебя нельзя было звать, и ты понимаешь, почему.
Конечно, понимаю. Никто не хотел вызвать гнев Узукаге. Но, как говорится, «понять не значит простить». Меня устраивает нынешнее положение на периферии аристократического общества и до конца службы в Глубине я не намерена его менять.
— Я отдыхаю после миссии.
— Даже я знаю, что миссия у вас была простой, — чуть подняла правую бровь Юмико-сама. — Не говоря уже о том, что недели для отдыха вполне достаточно.
В ответ я только пожала плечами. Не хочу идти. Знаю, что глупо, что наверняка нарушаю планы Кейтаро-сама, но не хочу. Если бы собиралась в далеком будущем, во времена оны, войти в Совет и стать старейшиной, то имело бы смысл переступить через обиду и налаживать отношения с потенциальными союзниками. Но я-то карьеру делать не намерена.
А миссия — да, миссия оказалась простой. Тихо пришли, быстро обнаружили цель, без особых сложностей её зачистили и оставили после себя не так уж и много следов. Враги у нас оказались опытными, но не слишком сильными, не спецкоманда. Трупы облачников и свое снаряжение забрали с собой, местным на глаза не попадались, границу стран Огня и Железа перешли незаметно. Лафа, да и только. Мы даже осмелились на пару дней задержаться в небольшой деревеньке с хорошей гостиницей, понежились в горячих источниках. Все бы миссии так проходили.
Вечером мы с Мику сидели на веранде, пили зеленый чай с рисовыми сладкими колобками и скучали. Редкое чувство, обычно времени ни на что не хватает. Никуда идти не хотелось, и Мику попросила:
— Давай поиграем во что-нибудь.
— Во что?
— Ну… Придумай. Помнишь, когда мы маленькие были, ты постоянно что-то придумывала?
Было такое. Давно, я тогда ещё говорить могла. Почему бы и нет?
— Подожди.
Я сходила в мастерскую и взяла там несколько листов плотной бумаги, разноцветные чернила и кисточки.
— Поиграем в дурака.
— Это как? — зашевелилась на своих подушках сестра.
— Есть карты. Каге, джонин, чунин, генин и стражники от де