Боится, что я под него копаю. Надо успокоить, а то решит, что его собираются сместить, начнет мешать работать и тогда его действительно сместят.
— Речь идет о новом торговом маршруте. От вас к Хикари, затем Гетсу. Я озвучила планы только потому, что ваш филиал рассматривается в качестве одного из ключевых звеньев пути. Вашим подчиненным незачем о них знать.
— Вот как, — прищурился толстячок, — значит, новые клиенты… Понимаю. Конечно, Кушина-химе, я буду молчать.
Он ближайшим курьером отправит доклад главе своей семьи. Однако постольку, поскольку таковым является Узукаге, который и так в курсе, то ничего страшного.
— В таком случае жду от вас помощи.
— Можете на меня рассчитывать, Кушина-химе, — чуть поклонился чиновник.
— Ещё мне нужна миссия сопровождения в сторону Гетсу. Сейчас в филиале есть такие?
— Заявками на С-ранг занимается моя заместитель, Табане-сан, надо уточнить у неё. Уверен, что-либо подходящее найдется.
— Заранее благодарна, Шота-сан.
Общались мы ещё долго. Начальник филиала, узнав, зачем я всё-таки прибыла и слегка успокоившись, подробно рассказывал о городе, местных центрах силы, сезонных перепадах в торговле, особенностях речного пути до Хикари и отношениях с местными большими шишками. Я, конечно, ещё не раз проверю его слова, но впечатление он на меня произвел хорошее. Подконтрольную территорию явно знает, информацией, кто чем живет и какой реакции стоит ожидать на усиление присутствия Узумаки в регионе, владеет, видит предстоящие трудности и готов подсказать пути их решения. Если дела обстоят так, как он говорит, то рекомендую оставить его на своём месте.
Следующий день опять прошел под знаком дрессировки генинов, однако были и отличия. Я ранним утром создала пару клонов и под хенге отправила их подслушивать разговоры. Из обычного трепа двух продавщиц-соседок на рынке иной раз можно узнать больше, чем из доклада, составленного аналитиком-Нара, чем умные шиноби часто пользуются. Впрочем, тут кому как повезет. Иногда месяцами сидишь на людном месте и уходишь ни с чем, а бывает, что пара слов, перехваченных в случайной забегаловке, полностью меняют долгосрочную стратегию клана.
Дома надо будет Глубину напрячь. Надеюсь, Саске-сама не очень озлился на меня за отставку.
Конечно, за два дня получить полное представление о местности невозможно, и всё-таки дольше задерживаться мы не стали. На обратном пути остановимся здесь же, позднее почитаю доклады разведки, несколько команд чунинов под прикрытием пройдутся по маршруту и тоже составят рапорты… Постепенно сложится четкая картинка, появится понимание того, как привлечь местных игроков на свою сторону и с наибольшим толком использовать их ресурсы. Но это потом, а сейчас я, словно мама-утка, веду за собой детишек представляться главе небольшого отряда, нанявшему нас для сопровождения до Куромо. Несколько дальше, чем Хикари, так что придется сделать крюк, но ничего удачнее в филиале не нашлось. Клиентура тут стабильная, десятилетиями наработанная, услуги сопровождения заказываются едва ли не за месяцы заранее и в основном заключаются в охране крупных караванов. Мелочевку подгребли под себя листовики, сидящие в центре города.
Зато подработку взяли. Бинсо, попутная посылка, представляющая собой запечатанный свиток с вещичками. Приработок генинам, на булавки чунинам.
Возжелавший обеспечить охрану себе и своим людям Такеда Аки-доно принадлежал к знатному самурайскому роду, чья древность несколько превосходила его финансовые возможности. Бедняками Такеда не были, упаси ками, просто дальше границ провинции их влияние не распространялось. Вот с целью исправить исторически сложившуюся несправедливость, Аки-доно намеревался купить кусок земли поблизости от Куромо, чтобы построить там поместье, обзавестись связями с местными предводителями, удачно пристроить дочку и всё в таком духе. Относительная близость столицы тоже влияла на принятое решение.
Несколько необычно видеть самурая, нанимающего шиноби для защиты себя любимого. Обычно для детишек сопровождение заказывают или для жен.
— Так оно и есть, Кушина-химе-сама, — с поклоном ответил тот. — Однако с тех пор, как во время одной из поездок я потерял половину слуг в бою с нукенином Ивы, мой взгляд на некоторые вещи изменился.
— В Кейши многие бы не согласились с вами, — заметила я.
— Нам, скромным провинциалам, далеко до возвышенных устремлений приближенных к Пурпурному Трону, — снова поклонился мужчина, пожав плечами.
Чувствовал он себя не в своей тарелке. По социальному статусу шиноби как бы стояли вне сословной лестницы, в силу чего наши отношения с правящими классами отличались изрядной запутанностью. Тем не менее, будучи принцессой великого клана, я имела право на всякие занимательные привилегии вроде личной аудиенции у даймё или свободного доступа во дворец правителя, то есть фактически приравнивалась к членам знатнейших аристократических фамилий. Иными словами, находилась намного выше «скромного самурая», согласно заключенному договору считавшегося моим временным господином.
В общем, отдавать приказы он мне избегал и общался, используя исключительно вежливые формы речи. Бедняга.
— Вы могли бы заказать миссию в представительстве Конохагакуре, почему же обратились к нам? Не поймите неправильно, мне просто интересны мотивы.
— Репутация Узумаки ичизоку высока, словно небо, и столь же чиста, — опять поклон. — Неизвестны мне случаи, когда великий клан подводил заказчиков. Не могу сказать то же про шиноби Листа — месяц назад нанятая моим соседом команда не справилась с заданием. Другой сосед полгода назад жаловался, что нанятые им шиноби Конохагакуре не смогли ликвидировать бесчинствовавшую на его землях банду. Правда, ему бесплатно предоставили вторую команду, и вот они с заданием справились. Поэтому я предпочту заплатить подороже, зато нанять хороших специалистов.
— Дорого, но мило, дешево, да гнило?
— Прекрасно сказано, Кушина-химе-сама.
— Тем не менее, Лист не знает недостатка в заказах.
— Купцы слабо разбираются в воинских делах, — с презрением фыркнул самурай. — Они смотрят только на цену.
Аки-доно принадлежал к моему любимому типу клиентов. К советам прислушивался (возможно, даже слишком внимательно), показать собственную значимость не пытался, обоз под его командованием шел ходко, нигде не задерживаясь. Ну так всего четыре крытых фургона и десяток телег с вещичками, для феодала со свитой это редкостный минимализм на грани жесткой аскезы. Повозками управляли слуги, воины ехали верхом на лошадях и с привычным удивлением поглядывали на идущих рядом шиноби. Генины двигались вроде бы нешироким шагом, без малейших признаков усталости, не торопясь, однако уверенно держали общий темп и отставать не собирались.
Мы с Сачико-чан шли в середине колонны, мальчишки с клонами спереди и сзади, меняясь после каждого привала. Поднятая колесами и копытами пыль — гадость редкая, проникает даже сквозь барьеры. Детишки с тоской вспоминали первую часть путешествия, проходившую по воде, на принадлежащей роду Такэда барже, где нам выделили целых две каюты и трижды в день кормили изысканной пищей. В принципе, неплохо кормили и сейчас, но с корабельными вкусняшками сваренную на привале кашу не сравнить.
Лично мне поездка на барже тоже понравилась, но по другой причине. Речка широкая, прямая, скрытых от сенсорики лакун почти нет, следовательно, мест для засады тоже не особо много. Нет, конечно, профессионала трудности не остановят, он найдёт способ хотя бы дальнобойной техникой с берега долбануть, ну так для того печати и существуют. Превратить корабль в плавучую крепость любой мастер Узумаки сумеет. Намного меньше порадовал порт, в котором мы сходили на берег — большой, людный, круглые сутки переваливающий с кораблей и на корабли десятки тонн товаров. Придется организовывать собственную пристань, в толпе может случиться всё, что угодно…
Чтобы не терять время даром, я старалась занять учеников тренировками или давала теорию. Проще всего было с Сачико-чан — показала ей пару сенсорных техник и время от времени проверяла исполнение. Когда чакра у девочки заканчивалась, рассказывала ей о марионеточниках Суны, больших любителях швыряться чем-нибудь ядовитым. Она слушала и мотала на несуществующий ус. Намного сложнее пришлось с мальчишками, потому что они, как и все молодые Узумаки, обладали гигантских размеров шилом в заднице и постоянно отвлекались на что-то интересное. Наконец, мне это надоело, я наложила на каждого подавляющую работу очага печать (временную, конечно же), нагрузила их бревнышками и заставила так бежать. Не хотите работать головой, будете работать ногами.
В целом, путешествие проходило спокойно, за всё время пути случился только один инцидент. Точнее говоря, не случился.
Мы остановились на ночлег. Тракт являлся довольно старым и «обжитым», даже в тех местах, где по каким-то причинам не стояли гостиницы или постоялые дворы, находились особые площадки с благоустроенными кострищами, родничками и обязательными часовенками богов-покровителей дороги. Вот на такой площадке мы и заночевали. Перед рассветом я встала, тихо покинула повозку, не разбудив попутчиков, убедилась, что Хироши не спит, а бдит на посту, и тихо углубилась в лес.
Не столько движение, сколько смутное ощущение чужого присутствия заставило меня обернуться и вопрошающе склонить голову.
— Прошу прощения, Кушина-сама, — шиноби, одетый в форму Глубины, глубоко склонился, прижав правую руку к сердцу. — Мы заметили впереди отряд разбойников. Тридцать два человека, у одного чакра на уровне генина, вооружены копьями, ножами и луками. Прикажете устранить?
Не считая нас, под командованием Аки-доно десяток воинов, из них трое с хорошо развитым очагом, и полтора десятка слуг с ножами и в способных задержать скользящий удар стеганках. Так что я покачала головой, отказываясь.
— Слушаюсь, Кушина-сама.