Но чем это оборачивается на самом деле?
Абсолютная свобода от родителей чревата тем, что выбор партнёра скорее всего будет неправильным. В юности, во время гормонального взрыва, женский половой инстинкт требует высокопримативного альфа–самца, который в современном обществе совершенно не годится в качестве нормального отца и мужа. Идя на поводу у инстинкта, женщина оказывается брошенной с проблемным ребёнком на руках. Такое сейчас происходит сплошь и рядом, особенно среди девушек–подростков. Между тем ещё 50 лет назад родители имели хотя и совещательный, но весомый голос при выборе девушкой супруга. Благодаря этому семьи были крепче.
Отказ от материнства, выбор карьеры вместо нормальной семьи вылился в одиночество, нереализованный материнский инстинкт и пустую старость с четырьмя кошками. Психика десятилетиями разрывалась между материнским инстинктом (инстинкты–сильнейшая вещь!) и желанием быть современной эманисипированной женщиной. В результате эта сильнейшая сшибка, колоссальный многолетний стресс привёл к депрессии, раннему старению или психическим расстройствам.
Промискуитет привёл к многочисленным абортам и венерическим болезням, бесплодию. Бытовая проституция и стремление доминировать над мужчинами уже в юном возрасте сделали из молодой женщины алчную, агрессивную стерву или хитрую аферистку. В любом случае — дефектную женщину. С нормальным ВРНП мужчиной она ужиться не может, поскольку привыкла подавлять партнёра и продавать секс. Но те СР и HP мужчины, которые готовы прогибаться, покупать секс, жить во френдзоне, не принимаются её половым инстинктом. В итоге женщина снова испытывает сильнейший стресс: инстинкт требует ВР, а стервозное, дефектное воспитание — HP. Итог закономерен: одиночество. И тот, и другой отвергнуты по соответствующим причинам.
Неумение быть с мужчиной, склонность к бытовой проституции, изменам, агрессивному доминированию, манипуляциям приводят к тому, что сильные духом, уверенные в себе высокоранговые низкопримативные мужчины избегают подобных дамочек. Нормальный мужчина никогда не станет заводить отношения с дефектной дамой. А так как их большинство, то основная масса женского населения остаётся без надежды на обретение мужчины, за которым «как за каменной стеной». Разве что только найдут послушного бабораба, но об этом мы уже говорили.
Выбор женщиной мужского пути приводит к тому, что она занимается не тем, для чего её готовила природа и для чего дала специальные преимущества. Примерно как если бы заяц решил жить по–соколиному. Или барсук по–утиному. Женщина объективно уступает мужчинам на выбранном пути, и единственный костыль, который не даёт ей совершенно упасть в грязь лицом — это «равенство результата», к которому стремятся матриархальные государства. Льготы и квоты, законодательные поблажки для женщин, по половому признаку. Вместе с тем она забрасывает свои области приложения сил, где она имеет массу преимуществ по сравнению с мужчинами. В итоге она и своими делами не занимается, и мужские делает кое–как. Это рождает неудовлетворённость, зависть и вражду по отношению к мужчинам, что выливается в новый виток агрессивного феминофашизма.
Если же льгот и квот в какой–то области труда или стране пока ещё нет, то женщине приходится прилагать вдвое, а то и втрое больше сил, чтобы быть хотя бы наравне с мужчинами. Отсюда и возникают вопли о том, как «бабы мужиков на своём горбу всю жизнь везут». Нет, не везут. Просто зайцу придётся очень долго махать лапами, чтобы хотя бы попытаться оторваться от земли. Надо изначально выбирать ту сферу деятельности, к которой у тебя есть способности.
Официальная государственная дискриминация мужчин, дикий промискуитет и бытовая проституция со стороны женщин привели к тому, что мужчины начинают отказываться играть по матриархальным правилам. Они не хотят заключать официальные браки, требуют раздельных кошельков в семье, не стремятся заводить детей. Таким образом они страхуют свой капитал, результат тяжёлых трудов, от брачно–разводного аферизма. Они не хотят содержать эмансипированных дамочек. Не собираются нести ответственность за человека, который не только не признаёт мужчину вожаком, но и сам настойчиво и нагло претендует на лидерство. Мужчина справедливо рассуждает: «Хочешь быть свободной? Тогда не требуй, чтобы кто–то отвечал за твои собственные поступки». Пока ещё таких мужчин мало, многие всё ещё пребывают в патриархальном галлюцинозе и тянут ярмо «настоящего мужчины» при стервозной дамочке.
Матриархльный гнёт, почти вековое выбивание из мужчин всего мужского привели к тому, что среднестатистический мужчина сохранил свой пол только в анатомическом плане. В остальном это жалкий матриархальный продукт, инвалид, прошедший через мясорубку бабовоспитания и целенаправленной травли по признаку мужского пола. Вменённый общемужской комплекс вины делает из мужчины затравленного низкорангового слюнтяя, раба, который думает только о том, как сбежать от хозяина. Или подставить его. Именно таких мужчин получили нынешние женщины. Как говорится, за что боролись, на то и напоролись. Других нет (вернее, крайне мало, и они недоступны обычной стервозной дамочке). Благодарите феминисток и самих себя за то, что из мужчин–лидеров, глав семей вы получили этих слизняков. Разумеется, ни о каких крепких, счастливых семьях с такими мужчинами речи не идёт.
Некоторые мужчины вообще начинают избегать женщин, видя в них источник проблем как с законом (разводные суды, алименты), так и в повседневной жизни (манипуляции, скандалы, женское агрессивное доминирование). В лучшем случае они ограничиваются гостевыми браками или недолгими отношениями, когда женщина ещё рекламирует себя и не переходит к попыткам прогнуть мужчину. Некоторые мужчины и вовсе отстраняются от этого и делают свои дела.
Постоянная сексуальная провокация со стороны подавляющего большинства женщин, поток разврата и рекламы секса с экранов ТВ приводят к тому, что те мужчины, которые выброшены из спаривания, начинают брать секс силой. Насиловать женщин, совращать малолетних, а затем убивать, чтобы скрыть следы. Низкоранговые мужчины, которые не котируются у женщин и допускаются только во френдзону, слетают с катушек от изобилия недоступного секса и получают своё через насилие. Причём распространённость этих деяний увеличивается, что соответствует росту давления на мужчин.
Повышение примативности мужчин в популяции приводит к тому, что количество потенциальных верных супругов и ответственных отцов снижается. Мужчины, как и женщины, идут на поводу у своих инстинктов. Но если у женщины они направлены на рождение ребёнка от альфача и получение содержания от среднерангового, то мужской половой инстинкт заставляет ударяться в беспорядочные половые связи. Разумеется, верности и ответственности это не способствует.
Постоянная жизнь в стрессе матриархального общества приводит к тому, что мужчины массово получают ранние тяжёлые заболевания типа ишемической болезни сердца, нарушения мозгового кровообращения, злокачественных опухолей. Это усугубляется тем, что в России, например, отсутствуют какие бы то ни было государственные программы сохранения здоровья мужчин, профилактики мужских заболеваний. К сверхсмертности мужчин от ранних болезней добавляется огромное количество несчастных случаев на вредном, опасном производстве и в обычной жизни. Присовокупим сюда самоубийства, потерю жилья, алкоголизм, наркоманию, что является результатом антимужского законодательства и методичного государственного андроцида. В результате этого уже к среднему возрасту большая часть женщин лишается всякой надежды на семейную старость.
Вот что даёт женщинам феминизм с его шизоидноутопическими идеями. Разрушает жизнь, приводит к многочисленным стрессам и даже убивает.
Массу ни на что не годных, забитых, задавленных мужчин. Без инициативы, без цели, без стремлений, без каких–либо продуктивных мыслей. Они абсолютно не заинтересованы развиваться, эффективно работать, двигать цивилизацию. Просто потому, что в итоге матриархальное государство отнимет всё это через разводной суд. Сто лет уничтожения хозяйственных мужчин привело к тому, что экономика стала абсолютно неэффективной и зависит только от нефтяной трубы. А все деньги крутятся в чиновничьей среде. Реальный бизнес делать некому, а тот, который существует, так или иначе связан с высокими чиновниками, имеющими доступ к бюджету. То есть это и не бизнес вовсе, а конторы «Рога и копыта», создаваемые целенаправленно для распилки бюджета.
Как–то повлиять на ситуацию тоже никто не может: активного мужского электората почти нет. Огромный пласт мужчин находятся в состоянии выученной беспомощности. А удельный вес политически активных и при этом по–мужски воспитанных — ничтожен по сравнению с женским электоратом, ради которого старается матриархальное государство, и «настоящими мужчинами», которые послушны, дрессированы и действуют только по указке сверху.
Разрушение семьи, повальные аборты привели к тому, что коренное население вымирает и замещается приезжими из государств, где сохраняется многодетная патриархальная семья. И тут дело даже не в национальности, вернее, это не главный фактор. Дело в том, что чужая страна для переселенца — это фронтир, к которому стремятся зачастую самые отчаянные. Именно они, а не спокойные, рассудительные люди колонизируют новые земли. Так была заселена европейцами Америка, так покорялись Дикое Поле и Сибирь. Так же была колонизирована Африка. Высокопримативными людьми. Вспомним, например, Кортеса и его конкистадоров, а также казаков, которые заселяли Дикое Поле. После них приходят люди с обычной в их исходной популяции примативностью. Они встраиваются в тот социум, который создан первыми переселенцами на останках коренного, вымершего общества. Теперь примерно по той же схеме патриархальные страны реколонизируют Старый Свет вместе с Россией.
С точки зрения эволюции это не плохо и не хорошо — это просто биологический и социальный факт. Кто не размножается — вымирает. Кто слабее — проигрывает. Находятся люди, которые ненавидят мигрантов и убивают их, не понимая, что это не выход. Массовую миграцию не прекратить убийствами дворников и каменщиков. Это всё равно что пытаться остановить обвал, руками отбрасывая камни в стороны. Миграция всегда идёт с территории сильного социума на территорию слабого. Дело в слабости самого нашего общества. Кого выберет коренная женщина: забитого матриархатом, слабого местного мужчину или приезжего из патриархальной страны, где каждый мужчина — вожак? Ответ очевиден, и он полностью согласуется с женским половым инстинктом: для зачатия — патриархального мужчину, а в качестве снабжения — слабого, матриархального. Мы это наблюдаем воочию: постхристианская цивилизация вымирает и замещается представителями сбал