Возьмём другой пример — семью. В сбалансированной семье мужчина — лидер, глава семьи. Он несёт ответственность за всех домочадцев, но и он следит за выполнением порядка, правил, принятых в семье. Агрессия женщины регулируется (подавляется) этими правилами, а также тем, что мужчина сильнее её. Если она бросится на него с кулаками, то получит сдачи.
В современной семье всё иначе. Женщина доминирует над слабохарактерным, несамостоятельным мужчиной. Его с младенчества воспитывали женщины для женщин, подавляли всё мужское, начиная от понятия справедливости и заканчивая способностью постоять за себя. Он не способен ни устанавливать правила для семьи, ни следовать им, ни требовать их выполнения домочадцами. Кроме того, ему ещё в младенчестве вбили в голову, что бить женщин нельзя, даже в рамках самообороны. Хоть ножом режет — не смей трогать слабую женщину! Кроме того, от самозащиты со стороны мужчины женщину оберегает репрессивная машина государства — законы, призванные бороться с бытовым насилием (любопытно, что только мужским, но не женским). В итоге женскую агрессию ничто не ограничивает и даже не регламентирует. Бей — не хочу. О психологическом насилии я уже не говорю. В итоге мужчина связан по рукам и ногам мамо–бабушкиным воспитанием и антимужскими законами. Подвешен к потолку, как боксёрская груша. Женская агрессия, не имеющая внутреннего тормоза, лишается внешних и выплёскивается в самых отвратительных формах: женщины в 2,5 раза чаще используют нож в качестве инструмента насилия и в 2 раза чаще наносят мужчинам ранения ножом и тяжёлыми предметами в ходе бытовых ссор, чем мужчины.
Разницу в женской и мужской агрессии отлично иллюстрируют дуэли. Да–да, они были как мужскими, так и женскими. Мужские происходили чаще, но женские становились более жестокими и изощрёнными.
Причиной мужской дуэли всегда являлась какая–то тяжёлая обида, оскорбление, проявление вражды. Даже из–за эпиграмм мужчины редко хватались за оружие — гораздо чаще отшучивались. Мало того, умение остроумно отшутиться было намного более в чести, чем стремление скорее выхватить шпагу (и тем самым подтвердить косность своего ума).
Для женской дуэли было достаточно самой незначительной причины, такой, как одинаковые платья на балу или косой взгляд, а уж драки из–за любовников были очень частым явлением.
Мужские дуэли заканчивались гибелью одного или обоих дуэлянтов только в четырёх случаях из десяти, а примирение ещё до использования оружия было очень частым явлением.
Женские дуэли заканчивались смертью участницы в восьми случаях из десяти, а тема примирения чаще всего даже не поднималась из–за того, что практически всегда дуэли тут же следовали за ссорой.
Если мужскую дуэль можно смело назвать поединком, то для женской такой термин не подходит. Мужские дуэли были строго регламентированы и множество раз просто не состоялись из–за того, что не были соблюдены те или иные формальности. Женские дуэли правил не имели. Это были просто схватки сродни драке пиратов в питейном заведении. Часто к дуэлянткам присоединялись их секундантки, и противницы дрались уже стенка на стенку. Вернее, кучей. Разумеется, говорить о каких–то правилах здесь глупо. В ход шло отравленное оружие, оружие с секретами и другие штучки, никак не соответствующие понятиям чести.
Мужчина лучше справляется с чередой принципиально новых, незнакомых и различающихся между собой проблем. В то же время, когда эти задачи становятся стереотипными, привычными, женщина справляется с ними ничуть не хуже и даже лучше мужчины. В сочетании с большей, чем у мужчин, усидчивостью, это делает женщин идеальными работниками в тех областях, где требуется кропотливая работа над знакомыми задачами. Делопроизводство, бухгалтерия, конвейерная работа, исследовательская работа, не связанная с чем–то принципиально новым, неизученным. Кстати, это объясняет, почему в спокойной, привычной обстановке на дороге женщины реже попадают в аварии, чем мужчины. Конвейерная работа с мелкими деталями даётся женщинам проще ещё и из–за того, что у них выше ловкость, связанная с моторикой кисти.
Мужчина оптимален как руководитель в условиях быстрой смены обстановки, при внедрении чего–то нового, нуждающегося в усовершенствовании условий работы. Женщина же оптимальна как толковый исполнитель или как руководитель уже привычного, стабильного, обкатанного. Роль толкового исполнителя — вовсе не попытка принизить женщину, как кричат феминистки. Любой, даже самый талантливый руководитель, абсолютно бесполезен без грамотных и старательных исполнителей. Вместе с тем мы помним, что женщина опережает мужчину тем, где дело касается привычных, стереотипных заданий, и отстаёт от мужчины, если задания новые и с ними ещё не приходилось иметь дело.
Кроме того, руководство всегда сопряжено со стратегическим планированием, о котором мы уже много раз говорили.
Ещё руководство сопряжено с поощрением и наказанием. И если для мужчины тяжесть проступков определяется универсальной справедливостью, то для женщины и проступки, и наказания, и заслуги, и поощрения в первую очередь определяются личным отношением к человеку. Известно, что женские коллективы, да ещё и под управлением женщины — настоящие серпентарии. Иногда даже присутствие мужчин не способно избавить клубок озлобленных дам от взаимной ненависти, подсиживания, злых сплетен или даже нанесения прямого вреда друг другу.
И, наконец, управление всегда связано с конкуренцией, а это чисто мужская черта. Если женщина всерьёз занимается управлением, то в подавляющем большинстве случаев теряет лучшие феминные черты и приобретает худшие маскулинные.
Вот что пишет психолог М. Колосова (женщина!) о разнице между начальниками женщиной и мужчиной:
«Хороший начальник — это человек бесстрастный, умный, хладнокровный. Все эти прекрасные качества мало общего имеют с чисто фемининным поведением: эмоциональным, спонтанным, непредсказуемым. Когда женщина волевым усилием воспитывает в себе идеального менеджера, она душит женские начала. Но обычно процесс застревает на полпути: получается полуначальник — полуженщина.
Тетки–руководительницы эмоциональны, даже если пытаются это скрыть. В этом специфика женского стиля. От шефа мужского пола практически невозможно услышать фразу: «Мы поступим так, как мне подсказывает интуиция». Женщина всегда считается со своими чувствами. И — что удивительно — нередко принимает отличные решения.
Дамы чаще руководствуются критериями «нравится — не нравится», а не «полезно — не полезно». В коллективах, возглавляемых женщинами, всегда больше любимчиков — нелюбимчиков, сплетен, подсиживаний, немотивированных повышений и увольнений. Работу своих сотрудников женщины тоже оценивают не по объему выручки или рейтингу деловой активности, а как подскажут темперамент и сердце.
Наконец, у женщин есть склонность относиться к своим подчиненным как к детям. Одна моя клиентка пришла ко мне вот с какой проблемой: приблизительно каждые два года у нее возникал конфликт с сотрудниками, да такой сильный, что уходили все. Она не могла понять, в чем дело: она пеклась о подчиненных, как мать. Отмечала дни рождения, летом вывозила коллектив за границу. Иногда строго наказывала, иногда хвалила сверх меры. Но ведь люди–то к ней приходили не за материнскими чувствами, а за заработком. И положение отличников–двоечников их не устраивало. А общаться с коллегами на равных, как с партнерами, она не умела»
Как видим, М. Колосова, сама того не ведая, приводит те же самые доводы, что и авторы, на которых я ссылаюсь в этой главе.
Можно очень долго спорить об эффективности мужского и женского управления. Феминистки даже пытаются доказать, что, если руководителями всех уровней будут женщины, наступит мир во всём мире, вырастут эдемские кущи и человек станет бессмертным. Однако приведу один показательный пример: в России состав кадров государственной гражданской службы на 73% женский, причём в федеральных органах власти женщин 59%. Среди формального электората почти 60% — женщины, а среди активного — и того больше. Стало быть, именно на женщин вынуждены ориентироваться все избираемые органы власти, начиная от региональных парламентов и заканчивая президентом. Несмотря на это, Эдема пока не ощущается. Среди руководителей различного звена в России 2/3 женщин (в 2 раза больше, чем, например, в США) и лишь 1/3 мужчин. Не заметно, чтобы Россия вырвалась вперёд всего не только патриархального, но и матриархального мира.
Женщина идеальна в уходе за детьми. Её реакция на детский плач сопровождается активацией мозговых центров, ответственных за сенсорную сферу и сферы, контролирующие поведение. В то же время реакция мужчин на детский плач выражена слабее. Мозг женщины, её психика приспособлены для реализации главной биологической функции женщины — материнству, уходу за детьми, созданию им максимального комфорта.
В то же время мужчина идеален для воспитания детей. Необходимо различать уход и воспитание. Уход есть оказание заботы, помощи, создание удобной для жизни, безопасной обстановки, удовлетворение основных потребностей (кормление и т. п.), а также ликвидация неблагоприятных факторов, таких, как болезнь. Мать кормит ребёнка, лечит его, жалеет, когда тот расшибёт коленку, шьёт ему одежду.
Воспитание — это создание личности. Это привитие правил поведения в обществе, морали. Объяснение базовых человеческих понятий: добро и зло, дружба и вражда, верность и предательство, правда и ложь и т. д. Создание мировоззрения: чаще всего передача собственных основ миропонимания от более опытного и мудрого к менее опытному и мудрому, от взрослого к ребёнку. Приобщение к религии — это тоже часть мировоззрения. Объяснение принципов существования мира вообще и человеческого общества в частности. Привитие навыков взаимодействия с людьми разного сорта: друзьями, врагами, старшими, м